Stay with me

*месяц спустя* На кровати в комнате, в которой поселились сумерки, сидели два парня, что бережно держали по наполовину опустошенной бутылке, наполненной голубым напитком, — глифтом, и громко смеялись. — Никогда не перестану радоваться тому, что Мими моя подруга. Если бы не она, и ее желание сделать из нас пару, ничего бы не было… — Ади говорил с наигранной задумчивостью. — Угу, — Сэми лишь поддакнул демону. — А давай в правду или действие? — окончательно успокоившись после длительного смеха, Ади посмотрел на Сэми глазами полными уверенности. — А давай! — алкоголь просто прекрасно влиял на Сэми, раскрепощая в нем его истинную сущность. — Чур я первый! Такс… Сэми, правда или действие? — Действие. — Начинаешь с тяжелой артиллерии? Ладно. Поцелуй меня. Щеки Сэми залились нежным румянцем. Сколько бы они не целовались, раздевались, и не занимались сексом, его все равно смущало все это. Аккуратно привстав на колени, Сэми наклонился, к обсыпанному веснушками, лицу Ади, и не раздумывая о морали, — впился в его губы. Ади в это же время не проявлял никакой особой активности. Он терпеливо выжидал ее от Сэми. Ангел, поняв что он должен стать главным и единственным инициатором, начал вторгаться языком в рот Ади, переплетая свой, с языком демона. Прекратил поцелуй демон. — Молодец. Твой вопрос. — Ади, правда или действие? — Правда. — Как ты понял, и принял факт того, что тебе нравятся парни? Вопрос Сэми поставил Ади в ступор. Они обсуждали факт того, что оба не сто процентные фанаты девушек, но чтобы «как?», — никогда. — Я немного не понимаю мотивов твоего вопроса, но главное, чтобы ты их понимал, — на его губах играла милая ухмылка, что заставила Сэми лишь сильнее закусить губу. — … — Я долго не мог себя принять. Меня манил один парень, но я думал, что это отвратительно, поэтому спал с девчонками. У нас была компания, — восемь демонов. В один день, это было буквально немного после переселения, мы собрались, кажется в этой комнате. Наша компания, и наверное, ящик глифта. А потом, Мими такая: «Хочу в ад. К отцу». Согласились все, кроме меня, и того, кто меня привлекал. Все улетели, а мы остались. А потом он спросил меня, не привлекали ли меня когда либо парни, не хотел ли я когда либо поцеловать парня. Я молчал, и не мог огласить правду. А он встал с кровати, и приблизился ко мне. Обстановочка была прямо романтИк! А я и сказал, мол, хотел. Так я впервые поцеловался с парнем. Именно в тот момент я понял, что меня никто не станет осуждать за мой выбор. Никто не станет смеяться с этого, и никто не перестанет со мной общаться из-за этого. В общем, и понял, и принял я это через одного и того же демона. Такс, моя очередь. Ангелочек, правда или действие? — Правда. — Я думаю, что могу задавать идентичные с тобой вопросы… Как ты понял, и принял то, что тебе нравятся парни? — Только парни, — поправочка. Однажды моя компания решила повеселиться. Мы играли в бутылочку… Я целовал и парней, и девушек, но понравилось целовать только парней. Я чувствовал хоть что-то, только во время поцелуя с парнями. Вот. У меня все намного проще. — Ладно. Ответ принят. Действие. — Покажи, как прошел твой первый поцелуй с парнем… Сэми каждый раз все больше поражал Ади. Обычно зажатый, и стеснительный Сэми сейчас требовал от Ади демонстрации поцелуя. — Ты это я? — Можно… Поставив бутылку на прикроватную тумбу, Ади встал, и обошел кровать, оказавшись теперь со стороны Сэми, что был повернут к нему спиной. — Будь так добр, повернись ко мне лицом. Теперь, когда до исполнения желания оставались считанные секунды, Сэми занервничал. Когда Ади сидел напротив него, небрежно раскинув ноги по кровати, и с бутылкой алкоголя в руках, эта идея казалась менее абсурдной, и волнующей. Медленно повернувшись, Сэми взглянул в глаза Ади. Демон заметил то, как мелькали зрачки ангела, и понял, что этого праведника будоражит даже мысль о касании губ. Ади медленно наклонился к лицу Сэми, оставляя меж их губами несколько сантиметров. Они глубоко дышали через рот, опаляя лица друг друга дыханием. Немного поддавшись вперед, Ади вобрал губы Сэми в свои, и принялся медленно отстраняться. Плотно зажмуренные глаза обостряли ощущения от этого момента, и под конец, они даже стали слегка подрагивать, от нежных уколов, что расходились реками вдоль губ. И снова, поцелуй прервал демон. — Ну, вот так как-то. Теперь ты. Правда, или действие? — обходя кровать в обратную сторону проговорил Ади. — Правда. — Правда… Твоя самая грязная фантазия в постели? — нисколько не смутившись спросил Ади. — Ади! — Сэми злился на этот вопрос. Его бесило, что даже в такой невинной игре, Ади вел себя как истинное исчадие Ада. — Заметь, я позаботился о твоей психике, и сказал «в постели», а не то самое слово на «с», — Ади откровенно издевался над Сэми. Его веселила реакция этого чуткого мальчика. — Можно я напишу? — Правда, Сэми. Значит, нужно говорить. Давай! Все это было дикостью для прилежного ученика и попросту хорошего парня — Сэми. Они долго молчали. Сэми от того, что пытался привести мысли в порядок, а Ади сдерживал себя, понимая, как же тяжело его партнеру это огласить. — А нужно огласить только одну? — Хахах, — эта реплика развеселила Ади, — сколько тайн ты хранишь в себе?! Можешь не одну. — Я бы хотел, чтобы… Ади, я не могу! — У тебя нет выбора. Если хочешь, я тебе тоже о своих расскажу. Но это будет позже. Давай, ангелок! — Я хочу чтобы меня привязали к кровати, и делали все что вздумается, не спрашивая, что я об этом думаю. Хочу чтобы мне говорили, что мне можно делать, а что нельзя. А за непослушание наказывали. Хочу чтобы со мной обращались как со шлюхой. И…И…Вообщем, вот, — теперь, уже абсолютно красный, Сэми, выпалил эту реплику на выдохе. А после, зарыл свой взгляд в недрах одеяла, боясь смотреть в глаза Ади и на его лицо, улавливая мимолетные эмоции. — И? Это было так страшно? Если я завтра забуду об этом, напомни мне. Обязательно воплотим. Сэми поразила реакция Ади. Будто все в порядке, и его ничего не смущает. Хотя, Ади конечно же все это не смущало. — Правда, или действие? — Правда, мой ангелочек. Правда. — Что между нами? Кто мы друг другу? — Шепфа, Сэми. Ты снова за свое? — в глазах Ади читалось негодование. Его бесило, что Сэми постоянно задает этот вопрос. — Я больше не буду играть с тобой в прятки, или кто лучше убежит от ответа. Я больше не хочу терпеть такое отношение к себе. Я тебе не шлюшка для потрахушек, ясно?! Если мы в свободных отношениях, то так и скажи. Ади, мне надоела неопределенность. Правда… — Это ты здесь, такой смелый, когда в тебе пол литра глифта. Ну что тебе дадут отношения? — Я хочу быть с тобой! Я лю… — Не говори того, о чем пожалеешь… Ты правда готов смириться с тем, что от тебя откажутся друзья… — Значит, не такие уж они мне и друзья. Вон, Мими же продолжает с тобой общаться, зная о тебе буквально все! — Все будут смотреть на тебя с призрением и смеяться за спиной. — Мне нет дела до всех. — От тебя откажутся родители… — не ограничивающий себя в громкости Ади, враз заговорил почти шепотом. Это была его личная боль. И это было их общей проблемой. — Ади, мы со всем справимся! До этого, всегда сдержанный демон, пустил тонкие струйки слез. Соленые потоки стекали вниз по пятнистой коже щек, замирая в зоне подбородка. Он чувствовал себя сиротой, каждый раз, когда вспоминал об отце. — Отец отказался от меня, а я от мамы… — Ади, что ты такое говоришь? — В детстве, мама рассказывала мне, как они с отцом летали к дереву влюбленных. Ее должны были выдать за какого-то верховного демона, но родители так любили друг друга, что… Я всегда видел, как мама смотрела на отца. Ее глаза блестели, нет, сверкали! А в школьных сочинениях я писал, что если любовь и существует, то выглядит именно так. Вообщем, отец сказал, что у него нет больше сына. А мама сказала, что не оставит меня. Сказала, что я ее ребенок, и несмотря на то, что ей не нравиться мой выбор, она все равно принимает меня. И я ведь не маленький мальчик, Сэми! Я слышал каждую, пренебрежительно брошенную фразу отца в сторону мамы. Я видел ее внутренний конфликт. Видел, как она разрывается между любимым мужчиной, и сыном. А потому, сказал, что мне не нужна мать… Сказал, что обойдусь без нее. И Сэми, я знаю о чем говорю. Да, твои родители, очень мягко говоря, не сахар. Мой отец, хренов кусок дерьма. Но я много бы отдал, чтобы услышать еще хоть раз заветное «сынок». Поэтому, прежде чем отказаться от всего, обдумай трезвой головой и холодным сердцем, что же ты теряешь на самом деле… Ади говорил все это со слегка сощуренными глазами, и не обращая внимания на редкие слезы, что стекали ровными потоками из глаз. — Что между нами… Да ничего. Сэми, нам не быть вместе. Мы поразвлекаемся, и в итоге разойдемся. Ты женишься на ангельской девчонке, вы родите троих детей, — два сыночка и лапочку дочку, и будете примерной семьей! Будете просыпаться с восходом солнца, а ложиться с его заходом, трахаться по воскресеньям и молиться перед едой. А я женюсь на какой-то дьяволице, что случайно забеременеет от меня, и мы всей семьей будем страдать. Ничего особенного. Просто среднестатистическая семья демонов. Вот видишь, Сэми! Да, нам классно вместе. Но это не вечно. К счастью, или к сожалению. Ади залпом допил оставшийся на дне бутылки алкоголь, и бросив пустую стекляшку о стену, что с громким треском разбилась, вскочил с кровати. Он пошел в сторону стула, на котором висела его обыденная куртка. Накинув ее, он направился в сторону двери, и едва его пальцы коснулись ручки, он услышал брошенное в спину: — Пусть откажутся. Ади, я против самого Шепфа пойду, если нужно. Пусть хоть крылья вырвет, если хочет. Пусть отправит в Небытие, на Землю, в темницу Ада… Если ты ничего не чувствуешь ко мне, если я всего лишь игрушка, то скажи это сейчас. — Чувствую… Поэтому и ухожу. — Я прошу, не отрекайся от «нас»…Ади, ведь даже дерево «за» нас. Или ты забыл о хрустальных лепестках, что спадали на наши головы? — О таком не забывают. Ади спиной чувствовал как Сэми распростер свои объятия, приглашая в них, не говоря ни слова. Повернувшись, демон опустил глаза, и будто нашкодивший котенок потопал в сторону ангела. С разгону прыгнув в его объятия, он удобно умостился на худощавой груди, и раскинул руки по разные стороны от него. — Ади, мы через такое проходили! А это… Это мелочь! Ади поднял голову, и вытянув губы начал тянуться к Сэми. Как вдруг, даже не постучав, в комнату ворвалась Мими. — Тебя стучать не учили? А если бы мы были голыми? — Ади громко кричал на нее, потому что ему не нравилось, что Мими застала их в таком положении. Точнее его. Один из наиболее дерзких демонов лежит на груди, в объятиях хрупкого ангелочка. — Позже ругаться будем. Там, это. Родители приехали. — Чьи? — Все! Все родители разлетаются по комнатам своих детей. — Что?! В глазах сладкой парочки читался кромешный ужас. — Ко мне в комнату ворвался отец, и сказал, что все родители приняли решение проведать детей. Твои кстати тоже… Пока Мими говорила, они разняли свои объятия, и принялись растаскивать кровати, что превратили в одну. — Черт! Черт! Черт! — на этот раз, совершенно не мило, чертыхался Сэми. Ади использовал выражения похлеще, но лишь в своей голове. Он решил не травмировать чуткую душевную организацию Сэми. Через приоткрытую дверь послышалось еле доносимое: — Я так рада, что ты наконец готов провести с ним конструктивный диалог! Наконец, все будет так же, как и прежде. — Этого я не обещаю. — Мы ведь взяли батончики? — Что ты так нервничаешь? Ади взрослый мальчик. И вообще, он растоптал тебя. Из-за него ты прорыдала… Сколько? Месяц? — Все в прошлом. Так, кажется вон та уже его. — Оу. Это мои на подходе, — сколько радости вызвал в Мими приход отца, столько же расстройства вызвал приход родителей у Ади. — Ладно, я ушла. Удачи! — отправив парням воздушный поцелуй, Мими выбежала в припрыжку, из комнаты, предвкушая прекрасное времяпровождение с отцом. Сердце Ади давно упало в пятки, но от этого не перестало стучать. Его удары расходились вибрациями по всему телу, но больше всего били по голове. Перед глазами была пелена страха. — Все будет хорошо. Не переживай, — совсем шепотом сказал Сэми, желая успокоить Ади. — Ничего не будет хорошо. Поэтому я и не переживаю, — голос полный безысходности. — Сыночек! В комнату влетела еще совсем молодая женщина. Необычно низкая, с длинными, темными волосами и откровенном наряде, открывающем вид на изысканное декольте, и округлые бедра. Всю ее правую руку украшали мрачные татуировки, а и без того довольно красивые черты лица, были умело подчеркнуты ярким, но не вызывающим макияжем. Она набросилась на сына, повиснув на его шее. — Привет. — Ади говорил холодно и отстраненно. В проходе мелькнул силуэт мужчины. Те же рыжие волосы, жесткая, аккуратно подстриженная, и уложенная борода. Атлетичное телосложение, и высокий рост, особенно в контрасте с женой. И очень строгий, отстраненный взгляд. — Папа… — было видно, как тяжело ему было выдавить эти буквы. — Ади, — а вот его отец так и не пересилил себя. Из его уст так и не сорвалось обещанное жене «сын». Сэми наблюдал эту картину с ужасом. Он видел, как тяжело Ади сдержать себя. Как безответно тянется к сыну его мать, и как жестоко наказывает того отец, за непослушание. К горлу подступил ком недосказанности. Хотелось выкрикнуть слова поддержки. Хотелось обнять его, поцеловать, сказать какой же он молодец, что выдержал. Но вместо этого, он стоял в стороне, крепко сжав кулаки. Но и это продлилось недолго. В комнату вошли два сдержанных ангела, лица которых ничего не выражали. Женщина, со светлыми, короткими волосами, одета в идеально выглаженную, кристально чистую мантию. И мужчина, одетый почти что в такое же одеяние. Лицо его было без бороды, а волосы уложены по идеальному пробору направо. Ростом они почти не отличались, как и наличием, или отсутствием каких-либо чувств. Тогда, Сэми впервые позавидовал Ади. У демона была мама, что так искренне, и неприкрыто любила его. Что была с ним не смотря ни на что. А Сэми был полностью одинок… — Не обнимешь родителей? — с упреком в голосе спросила мама Сэми. Чувствуя всю безысходность ситуации, он потопал в сторону родителей, что даже не удосужились открыть своих объятий для него. Со стороны это выглядело просто чудовищно. Они продолжили стоять, не двигая ни одной частью тела, в то время как их сын, старался объять их полностью. Под конец семейных объятий, его мать слегка постучала по его плечу, и с гордо вздернутой головой направилась в глубь комнаты. — Какая из этих кроватей твоя? — с пренебрежительностью спросил отец Сэми. — Та, что слева, — пробубнил Сэми. — Почему я должен прислушиваться к тому, что ты говоришь? — отец Сэми говорил строго, не оставляя даже минимального места непослушанию. — Слева, — значительно громче воскликнул Сэми. — Почему у тебя так грязно? Кровать не заправлена, на тумбе кучей свалены книги, какая-то бутылка… Отчитав сына, женщина подняла бутылку, что валялась у подножия кровати, и понюхала ее. — Алкоголь? Ты пьешь? — мать Сэми сорвалась на крик. — Простите, это мое, — вырвавшись из объятий матери, Ади подошел, и буквально вырвал бутылку из рук матери Сэми. Поправив полы мантии родители Сэми брезгливо уселись на кровать, оставив сына напротив себя. — А почему вы так неожиданно прилетели? И почему ночью? — Захотели узнать как вы на самом деле живете. Только неожиданный, и вечерний приезд может это продемонстрировать, — мать Сэми разговаривала с сыном, будто делая тому одолжение, — и вообще, почему от тебя пахнет алкоголем? Этот рыжик солгал, сказав что это его бутылка? — Нет, я просто… Это лекарство. — Я не люблю, когда ты лжешь мне. — Мама, это правда лекарство. Неожиданный приезд родителей здорово отрезвил парней. И хоть аромат алкоголя по прежнему был слышен, язык, и мысли не путались. — Я верю тебе, Сэми. Но подрывать мое доверие к тебе, — не советую. На другом конце комнаты была не менее напряженная ситуация. Между отцом и сыном все еще чувствовалась многолетняя борьба, а Ади будто излучал обиду, за давно кинутые в его адрес слова. В голове юного демона крутилось все еще ранящие слова: «У меня больше нет сына…» — Ади, ты пьян… — мама Ади говорила с некой грустью. Но не было упреков или отголосков разочарования. Только легкая грусть. — Что ты как маленькая?! У нас взрослый пацан. Ну выпил и выпил. Хорошо хоть мы его одного застали. И застали вообще. Я в свое время в комнате почти не ночевал. — Почему? — в голосе Ади читался искренний интерес. — Больно много привлекательных дьяволиц было. Это тебе, кстати, — отец Ади протянул тому мешок. Не огромный, но «мешочком» назвать его язык не повернулся бы. Он был полностью наполнен шоколадными батончиками. — Я помню какие ты любишь! — мама Ади гордилась тем, что притащила любимое лакомство сына. — Спасибо. До этого, на кровати сидели Ади, и его мама, что обнимала того за плечи. Отец стоял перед ними, боясь сделать первый шаг к примирению. — Пап, иди к нам, — вспоминая характер отца, и разговор родителей в коридоре, Ади решил, что так будет правильно. Он не хотел оставлять новые раны на сердце матери, а потому, решил сглотнуть обиду, и личную гордость. Не пренебрегая предложением Ади, он сел слева от сына, и тоже приобнял того за плечи. — Я так рада, что теперь все хорошо… — эти слова матери, вряд ли услышал и отец. Но слух Ади уловил их, и эти слова разлились приятной негой по душе. «Я правильно поступил…» — Сэмюэль, у тебя есть девушка? «Лучше, мама, лучше. У меня есть парень» — Нет. — Причина? — Меня никто не привлекает. — Это не ответ. Ты ведь помнишь условие? — Помню. — Какое? — До двадцати одного года я сам ищу себе жену, а после, этим занимаетесь вы. — Похвально. Весь разговор матери с сыном проходил максимально сдержанно. Никаких лишних слов, или эмоций. Каменная выдержка, и воистину ангельское терпение. Взгляд Ади поник, а дыхание стало редким и глубоким. Его пугала хрупкость их семьи. Пугало, что лишь одна фраза способна все разрушить. — А вы надолго вообще? — Ади поинтересовался. — Нет. Только вот, взглянуть на вас, — еще ближе прижавшись к сыну, ответила мама Ади. Все, о чем мог думать каждый из парней, это лишь тайные отношения. Ни одного из них не приняли бы родители. И был ли тогда во всем этом смысл? Выпроводив родителей, и захлопнув за ними дверь, парни сразу же накинулись друг на друга с поцелуем. — Это было тяжело… — выпалил Ади. — Очень… И по закону подлости, их вновь застали в компрометирующей позе. И по самому гадкому закону, это были те, кто не должны были это видеть ни при как условиях. — Сэмюэль, потрудись объяснить что происходит! Почему, гадкие клешни этого демона касаются тебя! — крича, проговорила мама Сэми, что влетела в комнату, потому что забыла что-то спросить. — Гадкие клешни здесь только у тебя! — а это уже кричала недалеко отлетевшая мама Ади. — Мы влипли…- одновременно сказали парни. — Я жду! — мама Сэми не сбавляла напора. — Мама, вы не познакомились. Это Ади. Мой парень. Ади взглянул на Сэми глазами «по пять копеек». «Неужели, он все же решился?» — Что?! — мать Сэми подошла к сыну, и обвила кисть того плотным кольцом, — На выход! — она пыталась тащить Сэми, но он не двигался. — Нет. — Что?! — Нет. Ты больше не будешь решать за меня. — Сэмюэль, не глупи. Пойдем, и мы простим тебе эту оплошность, — до этого молчавший отец Сэми заговорил. — Мне не нужно ваше прощение… Есть тот, кому я нужен без условий. — Кому, фальшивому демону? — смеясь в голос, и откровенно издеваясь над сыном, спросила мать Сэми — … — Ты готов променять семью на того, кому не нужен? Они привыкли относиться ко всем как к игрушкам. Ты.его.игрушка! Он, как ребенок, — поиграет тобой и выкинет. В мусорку. К остальным. И неужели ты правда веришь, что он променяет свободу, на тебя, — она не унималась. Она продолжала добивать сына, видя растерянность в его глазах, — Давай. На выход! — Нет! Мне не нужна такая семья. Хорошо. Может он поиграет и бросит. Хорошо. Но это не меняет того факта, что вы мне семья, лишь когда я выполняю ваши указания. Мне это не нужно… Во время этого диалога, родители Ади стояли немного дальше. Но тем не менее, все равно было отчетливо видно, как же зол отец Ади. — Вы закончили? Позволите? — проходя вперед, говорил отец Ади. — … — Ади молчал. — Вот значит как… Твоя мать так красочно описала, что ты одумался… А я идиот поверил! — Хочешь выплеснуть свою злость, — ударь меня. Только не унижай. Я не хочу выслушивать лекцию, — голос Ади дрожал. — Мой ты нежный! — повернувшись к жене, он сказал, — заметь, я пытался. Но это не в какие ворота! Медленно выйдя к мужу, мать Ади посмотрела на сына, глазами в которых была лишь пустота. Она не стала хватать, и тянуть сына. Но все равно протянула руку, и сказала: — Сыночек… Дорогой… Пойдем домой, — ее глаза были полны надежны. Надежды на то, что сын не отвергнет ее. — Прости, — одними лишь губами вымолвил Ади. Рука Ади скользнула по руке Сэми, что привело к тому, что они сплели пальцы в крепкий замок, с вызовом глядя на родителей. — Объявляете войну? — спросила мама Сэми. Они не стали отвечать. — Двинул же меня черт вернуться! — на выдохе вымолвила мама Сэми. — Ади, это был твой последний шанс. Хватит! У тебя больше нет родителей. И в доме нашем тебе больше не рады. — отец Ади говорил громко, и четко. Зная, как сильно зацепят эти слова сына. Ади не решался взглянуть на мать. Но периферическое зрение уловило слезы, что стекали по ее нежному лицу. А слух — тихие всхлипы. Закинув жену на плечо, отец Ади вышел из комнаты. — Никогда не думала, что скажу это… Но видимо придется. Сэми, отныне, и навсегда, ты сирота. У тебя больше нет родителей, — впервые, за многие годы, в голосе матери Сэми читалась грусть. Ей было больно говорить эти слова. Но видимо не на столько, чтобы умолчать. Развернувшись, родители Сэми вышли из комнаты неспешным шагом, оставив парней наедине. — Вот же черт… Я думал так только в фильмах бывает… — прерывающимся, от подступающих слез, голосом, сказал Сэми. — Круто! Хороша компашка! Две сироты… А что? Неплохо! — Ади трясло от глупости сложившейся ситуации. Попались. А главное, как глупо! Сэми вздрогнул из-за громкого звука. Повернувшись туда, откуда тот исходил, он увидел огромную трещину на стене, и окровавленные костяшки пальцев Ади. — Почему они так с нами?! — не скрывая злости говорил Ади. — Я не знаю… Раздался стук в дверь. — Проваливайте! — очень грубо, но зато честно, крикнул Ади. — Это же я. Мими. Сэми отворил дверь. — Ну как прошло… — глянув на Ади, она поняла, что очень не очень. — Мы теперь две сироты! Представляешь! — не постеснявшись подруги сказал Ади. — Что? А ну объясните. Вкратце изложив суть ситуации, они замолчали. И сидели очень долго, не издавая ни звука. — Все образуется. — Шепфа, Мими. Ты у нас прямо ходячая невинность. С чего это ты решила, что можешь раздавать нам советы? А? Тебе не понять нас. С тобой папочка всегда носился. Мими то, Мими сё. Любой каприз. И правду о тебе он тоже, всегда принимал. Образумится! Ты комична! — Ади хотел оскорбить Мими. Передать ей хотя-бы частичку своей боли. — А ты жалок. От тебя отреклись родители, и ты решил оттолкнуть всех остальных… Умно! Ничего не скажешь, — но Мими была готова к такой реакции. — Иди к себе, а. Прошу тебя, Мими. Свали, — немного умерив свой пыл сказал Ади. — Как хотите. Если нужна, вы знаете где меня найти. Она вышла из комнаты, абсолютно спокойно, развязно покачивая бедрами. — Я не верю, что ты все же решился. — Я ведь говорил, что сделаю это. — Одно дело говорить, другое делать. — Давай спать? Меня этот вечер сделал просто выжатым лимоном. — Давай. Сдвинув кровати, они легли. Ади обнял Сэми со спины, и они почти сразу провалились в сон.