Солнце сгорает дотла

Антон проснулся рано, только начинало светать. Потребности в этом не было, ведь была суббота, но такой ранний подъём вошёл в привычку. Пары в техникуме начинались слишком рано для него, поэтому приходилось просыпаться ни свет ни заря, чтоб прийти в себя до начала занятий. Он приподнялся на локтях и посмотрел на часы, было только шесть утра, но как бы Антон не пытался заснуть ничего не получалось. Он встал со скрипящей кровати и ,надев халат, побрёл на кухню в полусонном состоянии. Антон сидел в тесной кухоньке и наблюдал за тем, как солнце медленно заливало спящую улицу. С красноватого неба исчезали последние звёзды. Антон не очень разбирался в пейзажах, особенно в городских, но этот ему определённо нравился. Антон потянувшись к противоположному краю стола подцепил пальцами пачку сигарет. Он немного посидел, рассматривая орлов на старой зажигалке «zippo». Но выйдя из ступора он чиркнул колёсиком кремня и подкурил сигарету, вдыхая горьковатый дым. Антон вспомнил, как мама говорила ему о вреде курения и просила не брать сигарет в руки и грустно улыбнулся. Бросать тольку не было. Антон затушил окурок о пепельницу и посмотрел в окно: солнце уже полностью взошло над линией горизонта. Антон вздохнул и пошёл на балкон. Балкон был его рабочим местом. Там мало места и буквально нет где развернуться, но было уютно, хоть и грязно. Антон включил маленькую настольную лампу и сел перед мольбертом. Перед ним стоял холст с эскизом, на котором была та самая набережная, которая станет последним местом, которое он увидит перед смертью. Антон взял в руку кисть и стал творить. Сначала картина выглядела невнятно, как простое пятно, но потом всё начало обретать форму и ясность. Осенняя листва летела с деревьев, горели фонари вдоль моста, луна бросала свои отблески на реку— всё было как настоящим. Казалось, через холст можно пройти и оказаться там, посидеть на скамье холодным октябрьским вечером, читая книгу под мигающим фонарём. Антон положил кисть и выглянул в окно: было уже совсем светло, на улице уже вовсю ходили люди, спеша кто куда. Выбравшись кое как из-за рабочего места, пошёл в комнату. Антон надел белую рубашку, предварительно застегнув на все пуговицы и вспомнил нежный голос мамы, который каждый раз говорил ему: "пуговка не жмёт?". Но расстёгивать он её не стал, на его взгляд это выглядело весьма элегантно. Он надел брюки и пошёл в прихожую. Обув тёмные туфли и надев весеннее пальто на распашку и покинул душную квартиру. Антон медленно спускался по ступеням и вёл рукой по стене. Ему не хотелось сидеть с картинами. Антон хотел отдохнуть в этот день, поэтому было принято решение просто прогуляться по городу. Антон вышел на улицу. Было тепло, этот день отличался от остальных и явно в лучшую сторону. Антон невольно заулыбался, будто он снова стал маленьким мальчишкой и сейчас его позовут играть в футбол, а он сядет на лавочке и станет читать книжку, которую дедушка принёс из библиотеки прошлым вечером. Антон шёл по тротуару вдоль проспекта, солнце било в глаза ярким светом. На улице было много людей: прогуливались пары влюблённых, компании друзей и просто люди, которые шли одни, как и Антон. Улыбка не сходила с его лица, будто он был в предчувствии чего-то хорошего. Правда, он не совсем понимал, чего именно такого хорошего нужно ждать, но он ждал, хоть и не был уверен, что с ним может произойти что-то действительно хорошее. Антон вышел в парк и присел на скамье возле небольшого озера, наблюдая за лебедями. Такие величественные птицы. Невероятно утончённые птицы, говорят, когда они выбирают партнёра, то выбирают на всю жизнь. Это поражало Антона, скорее всего, потому что ему такую любовь иметь не суждено. Антон услышал музыку. Это была гитара и явно не самая дешёвая. Он повернул голову, в бесяти метрах сидел парень с гитарой и пел. Его голос был невероятным, как и мастерство игры. Антон быстро достал блокнот и начал водить карандашом по бумаге, выводя на бумагу очертания лица прекрасного музыканта. Вся улица отлично слышала слова песни. —Перемен! Требуют наши сердца!*¹— во весь голос пел юноша на соседней лавке. —Перемен, требуют наши глаза. — совсем тихо подпевал музыканту Антон, продолжая делать зарисовки одна за одной. Так вот это самое хорошее, что должно было произойти. Этого было мало, чтоб покрыть все плохие моменты жизни Антона, но его это всё равно радовало. Он время от времени смотрел на гитариста, но тотчас отводил взгляд. Было боязно долго смотреть на него, вдруг заметит. Антон был не самым общительным человеком, до шести лет у него друзей почти и не было. В их доме жили только старики и работники, которых можно было заметить только рано утром и поздно вечером. Поэтому Антон почти всегда сидел дома за книжками или рисованием. Ещё Антон очень любил ходить со своим дедом в библиотеку, где тот работал. Он до сих пор помнит, как все те добродушные тётушки из библиотеки называли его ласково Тошенькой и угощали чаем со свежими баранками. Антон и сейчас ходит туда, чтоб взять на прочтение пару книг и поболтать с Маргаритой Михайловной. Такие вещи было грустно вспоминать, почти всё, связанное с его детством медленно исчезает, или исчезло совсем. Казалось, Антон сейчас готов заплакать из-за этого. Но он держался, ведь всю жизнь ему твердили, что мужчина никогда не плачет. Антон понимал, что он никак не подходит под этот образ "настоящего мужика", но изо всех сил пытался ему подражать. Антон закрыл блокнот и положил в карман, продолжая наблюдать за гитаристом. Ужастно не хотелось отпускать этот момент, он всё пытался собраться с силами, чтоб подойти к юноше и позднакомиться. Руки не давали ему покоя, то и дело гладя шов на джинсах или скребя ногтём рисунок на зажигалке. В чехол от гитары, лежащий у ног музыканта, то и знай падали монеты. Девушки проходили мимо и кокетливо хихикали, восхищаясь талантом гитариста. Антон завидовал белой завистью, ему хотелось тоже иметь внимание, чтоб его картины вызывали такой же восторг, как и музыка этого парня. Вместо этого, он получал критику от каждого второго прохожего: "Размазня, да за такие деньги!" Уже вечерело. Солнце медленно опускалось над линией горизонта, освещая парк последними,розоватыми лучами. Людей становилось меньше, улица становилась тише. Деревья отбрасывали на дорожках тонкие трещины теней, что медленно покачивались на ветру. Уличный музыкант аккуратно поставил гитару, обперев на лавку возле себя. Он собрал заработанные за сегодня деньги и сложил их в монетницу*². Юноша постоянно смахивал с лица тёмные кудри, что выглядело весьма забавно со стороны, особенно учитывая то, что пряди предательски возвращались на место и поправлять волосы приходилось чуть-ли не каждые пять минут. Антон опустил взгляд, разсматривая носки своих лакированых туфель. Как бы ему не хотелось отпускать этот момент, он прошёл. Было уже холодно, Антон запахнул пальто и скрестил руки на груди. Он смотрел на озеро, пытаясь случайно не пересечься с гитаристом взглядами. Печально, что прекрасный образ музыканта останется только на вырваных страницах блокнота. Пока Антон сидел, наблюдая за гладью озера, к нему подошёл парень с гитарой и сел рядом. —Хороший сегодня вечер,— Антон вздрогнул от неожиданости— не правда ли? —Да, отличный.— тихо, в пол голоса, ответил Антон. Повисла тишина. Прохожих стало совсем мало, улица медленно погружалась в сон. Темноволосый юноша обпёрся об гитару, поставив на неё подбородок. —Меня Руслан зовут,—прервав тишину, начал разговор музыкант.— а к тебе как обращаться? —Антон,—тихо сказал он, остановившись, не зная, как продолжить фразу.—Давыдов. Руслан посмеялся и сказал: —Ну, тогда я Цветаев. Приятно познакомиться.— Руслан протянул руку. "Знакомая фамилия, только не припомню, когда я успел её услышать."— задумался Антон, протянув руку в ответ. Опять повисла неловкая тишина. Хотелось продолжить разговор, но он никак не шёл, постоянно прерываясь через несколько фраз. Антон решил попробовать снова начать диалог: —Часто сюда ходишь? —Да, каждый день после пар, если погода позволяет. Я ещё часто мимо художников с картинами хожу. Я плохо разбираюсь в таком искусстве, но, вроде бы, картины надо разсматривать на растоянии.— Руслан замолчал опять.— Мне нравится наблюдать за работой профессионалов. Уже совсем стемнело, ночь пеленала улицу в чёрное одеяло. Руслан поднялся и обернувшись сказал: —Тебе в какую сторону?— спросил он, поправляя свои непослушные кудри. Его голос был лёгким шёлковым полотном, стелящимся по всей округе, окутаной вечерней тишиной. —На остановку— всё также тихо, будто чего-то боясь, сказал Антон. —Нам по пути. Идёшь? Антон кивнул и встал с лавочки, следуя за Русланом. Они молчали, молчало и всё вокруг. Это был центр парка, поэтому не было слышно даже шума дорог. Руслан шёл впереди, тихо напевая какую-то песню, по мотиву напоминавшее "стаканы"*³. Музыкант вдруг перестал напевать что-то невнятное и повернулся к Антону: —Ты чего такой молчаливый?— с неким удивлением спросил Руслан.— Стесняешься что-ли? —Да нет,— будто оправдываясь ответил Антон,— просто не знаю, про что поговорить. —Чудик ты, — с улыбкойсказал Руслан,— целый день в парке один просидел. Всё под ноги смотрел. —Я рисовал.— невнятно пробормотал Антон. Руслан приоткрыл рот от удивления, но тут же заулыбался. Они шли минут пять просто молча, даже не пытаясь начать разговор. Потом музыкант стал задавать вопросы про рисование, историю искусств и много чего. Чутьё явно не подвело Антона. Он не верил в мистику и предсказания будущего, но его предположения точно было правдивым. Антон радовался новому знакомству, у него давно не было таких приятных и интересных собеседников. Возможно, они даже будут друзьями, а не просто знакомыми. Только вот, надолго-ли... Юноши сели на остановке, ожидая каждый свой троллейбус. Небо было ясным, без единой тучи. Было даже видно звёзды, от чего вечер становился ещё красивее. Руслан и Антон сидели молча, темы для диалога были исчерпаны. Они просто сидели и наблюдали за звёздами. Уже не хотелось думать ни о чём, просто сидеть, глядя на звёзды. Было шумно, мимо проезжали машины. Музыкант вновь поправил волосы и повернулся к Антону: —Слушай, а дашь свой номер?— спросил Руслан, хотя на вопрос это было не похоже, скорее, утверждение— Может на выходных созвонимся, или ещё когда. Ты хороший собеседник. Антон протянул клочок бумаги с номером, получив такой же обрывок в ответ. Ему редко звонят, хорошо, что хотя бы вспомнил номер. Может, теперь всё изменится? Вдруг теперь он сможет также как и другие сидеть ночью на кухне, филосовствуя с другом. Звучит глупо, особенно с его ближайшими планами, но звучало заманчиво. Подъехал троллейбус и Руслан, сорвавшись с места, хлопнул Антона по плечу и забежал в транспорт. Антон лишь услышал напоследок "Adios amigo" сквозь закрывающиеся двери троллейбуса. Теперь Антон сидит на остановке, в одиночестве разсматривая созвездия.