Читай, Выпивай, Люби

      День Рождения Антона наступил неожиданно быстро, и он сам об этом забыл. Время и не думало замедлять ход, оно стремительно неслось вперед, меняя в календаре дни, недели, месяцы. Казалось, только недавно наступили первые дни весны, а вот уже и апрель шёл к своему завершению.       Шастун же редко обращал внимание на числа или дни недели. С его графиком работы этого и не требовалось. Он знал наверняка: если обслуживал столы два дня подряд, значит, у него впереди два дня, чтобы убраться, что-нибудь приготовить съестного, отлежать бока и почитать полкнижки или совершить длинную прогулку по Питеру, выпить чего-то алкогольного и громко простонать под страстным Ваней. Если же он отпахал только один день, значит, завтра нужно будет опять встать с утра и снова потопать в заведение. А если отдохнул лишь первый день, то значит, впереди ещё один день свободы. Всё проще простого.       Не то чтобы Антон не помнил дату собственного рождения, но совсем не придавал этому значения. Поздравлять его всё равно, кроме матери, некому, и какой тогда смысл отслеживать его приближение? Вот он и не знал, что этот день настал.       Утром прозвучал уже настолько привычный трезвон будильника, что он даже не думал менять на другой звук. Шастун наощупь отыскал телефон, выключил сигнал, только потом потянулся всем телом, открыл глаза и обнаружил яркие лучи солнца, бьющие в окно. Он тут же вскочил и припал к немытому стеклу, дневной свет это сильнее подчёркивал. Голубое небо, редкие лёгкие белые облака неспешно пыли по нему и жёлтое солнце. Невероятное явление — в Санкт-Петербурге солнечно.       Настроение, естественно, подскочило вверх, и факт того, что впереди было два дня работы, никак не удручал ситуацию. Легко поднявшись с тёплой постели, Антон летящей походкой отправился в ванную комнату, чтобы там принять душ, почистить зубы и побриться. Давненько он не чувствовал такой подъём силы и энергии, хотелось даже совершить что-то необычное для самого себя.       На кухне снова находились последствия попоек Попов, но это никак не расстроило его. Подумаешь, какой пустяк, ведь на улице солнце!       Шастун поставил чайник на плиту, а пока тот неспешно закипал, успел быстренько прибраться, вымыть посуду и решить, сколько яиц пустить на завтрак. Сытно и плотно позавтракав, Антон полностью проигнорировал закрытую дверь, что вела в комнату хозяина квартиры, быстро собрался и отправился на работу.       На улице пахло весной. Даже убитая временем и всеми забытая детская площадка преобразилось и заиграла новыми красками под тёплыми лучами. Влажный асфальт высыхал, птицы мило щебетали, почки на деревьях и кустах начали набухать, а прохожие улыбались в ответ. Потрясающее влияние солнца на окружающую среду. Антон так засмотрелся по сторонам, что чуть не опоздал к открытию, но всё же явился вовремя.       — Вот и он! — воскликнула Полина и подскочила со ступеньки, как только Шастун перешагнул за порог.       Макар тут же обернулся, а из комнаты отдыха выскочила Кузнецова с фразой:       — Боже, а я уж подумала, что опоздаешь в такой-то день!       — Ещё пятнадцать минут, — кивнул Антон, посмотрев на часы и не успев подумать, о каком таком дне она говорила.       — С днём рождения! — радостно прокричали все трое коллег, а он застыл с удивленным лицом.       — У нас есть для тебя подарки, — добавила Ира, доставая торт из-под барной стойки.       — А какое сегодня число? — тихо спросил Шастун, глядя на них, не моргая.       — Ты забыл о своём ДР? — искреннее недоумевала Полина.       — Девятнадцатое апреля, — хмыкнул Илья и достал свой телефон, чтобы доказать.       — Быть не может, — прошептал Антон, посмотрев в экран на дату. — Действительно, девятнадцатое апреля, и я, правда, забыл, — под конец фразы он нервно улыбнулся. — А откуда вы узнали?       — Так пару недель назад на тусовке говорили про гороскоп и все стали называть, когда у кого ДР, — немного равнодушно пожала плечами Ира. — Вот я и запомнила.       — А я совсем этого не помню, — выдохнул Шастун.       — Ну, с кем не бывает, — пожал плечами Макар и достал небольшой подарок в ярко-синей упаковке. — С днём рождения.       — Что это? — Антон пытался раскрыть подарок, не разрывая бумагу, но не вышло. — Кружка с нарисованным Гоголем и фразой «Люблю зажигать»? — смеясь, спросил Антон и, получив в ответ негромкое «ага», добавил: — Огонь!       — Теперь от меня! — Полина подскочила и оказалась рядом. — Протяни руку, — Шастун тут же подчинился, и на его запястье опустился самодельный браслет. — Я видела, что у тебя куча всего, но фенечек у тебя не было, и решила сама сплести. Правда, вспоминать, как это делать, пришлось долго. Последний раз я их плела в седьмом классе, надеюсь, тебе понравиться!       — Это выглядит клёво, и тут моё имя, — улыбнулся Антон, погладив пальцами плетения.       — А я решила быть не очень оригинальной, — с забавой сказала Ира, положив перед ним книгу. — Надеюсь, ты её не читал. Взяла самую свежую!       — Такую ещё не читал, — покачал головой Шастун и сразу же перевернул, чтобы изучить аннотацию. — Ух, фэнтези про вампиров. Даёшь новые горизонты! — они вместе засмеялись.       — Торт съедим после смены! — сказала Полина, подхватив его. — Пока отнесу в холодильник.       — Иди уже переодевайся. Пора работать, пусть ты и именинник, — хмыкнул Илья, вернувшись к натиранию бокалов.       Кузнецова похлопала его по плечу и пошла наверх, проверять достаточно ли там салфеток и всё ли готово к принятию гостей, а Антон поспешил скрыться в комнате отдыха, чтобы поменять куртку на фартук и не забыть про бейдж.       В целом день проходил хорошо, несмотря на то, что сегодня воскресенье и народу было много. Видимо, из-за хорошей погоды петербуржцы и гости столицы решили вылезти из своих берлог, дабы прогуляться, пройтись по улочкам и насладиться солнышком, а потом, естественно, принялись искать место, где утолить голод. Всё логично. Шастун в отличном настроении носился между столиками, впервые за многие месяцы не натянуто улыбался и иногда мысленно задавался вопросом, а поздравит ли его Ваня.       Если они действительно встречались, как он сам думал, то Иван должен был поздравить его хотя бы простым сообщением из трёх слов. Не тех слов. Правда, пока позвонила только мама, которую Антон тоже не забыл поздравить, когда она закончила перечислять все пожелания. А вот если между ними не было тех отношений, которые подразумевает регулярный секс, то поздравлений ожидать не стоит. И к тому же у Шастуна появятся новые поводы на долгие размышления. Но пока он просто продолжал работать.       Поздним вечером, когда до конца смены оставалось два с половиной часа, явился тот, что занимал чаще всего его мысли — Ваня. Антон как раз закончил убирать со стола и вышел на лестницу, когда в дверях появился он. Улыбка на лице возникла сама по себе.       — Антош, тут к тебе пришли, — довольным тоном проговорила Кузнецова, что облокотилась на перила лестницы внизу.       — Да, я вижу, — хмыкнул Шастун и всучил ей поднос с посудой, а сам в три шага подошёл к парню, чтобы слегка смущённо сказать: — Привет.       — Привет! С днём рождения! — широко улыбнулся Иван. В его руке находился праздничный пакет, но он не спешил вручать его имениннику. — Ты сейчас сильно занят?       — Да, нет, — покачал головой Антон. — Все заказы отданы, и в ближайшие двадцать минут вряд ли кто-то попросит счет.       — Если что, мы закроем, — Полина подняла голову от своего телефона.       — Отлично! — воскликнул Ваня и, схватив его чуть выше запястья, потащил в комнату отдыха.       Шастун, не сопротивляясь, поспешил за ним. Только стоило двери закрыться, а замку щёлкнуть, как вопрос выскочил сам по себе:       — Что ты делаешь?       — Собираюсь вручить тебе подарок, — негромко, с загадочными нотками произнёс Ваня и втянул его в поцелуй раньше, чем Антон успел бы что-то сказать.       Целовали сразу страстно, с напором, так, что не ответить было нельзя. Шастун зарылся пальцами в мягкие коричневые волосы парня на затылке и сдавленно простонал, когда почувствовал наглый язык у себя во рту. Ловкие руки Ивана тем временем избавили его от фартука, а потом расстегнули пуговицу и молнию на джинсах.       — Прямо здесь? — на выходе произнёс Антон, когда тот резко отстранился.       — Почти, — хмыкнул Ваня и властно посадил его на диванчик. — Расслабься и получай удовольствие.       — Я попробую, но ничего не могу обещать, — негромко сказал Шастун, тут же получив в ответ улыбку и новый поцелуй.       Теперь целовали его легко, ласково и совсем не спешили углублять. Антон расслабился, откинулся назад и почему-то подумал, что Иван сейчас усядется рядом или залезет на него сверху. Но тот снова вдруг прервал поцелуй, широко улыбнулся и опустился на колени. Шастун застыл с удивленным лицом, а Ваня чуть приспустил его штаны и обхватил холодной рукой плоть. Член Антона сразу же заинтересовано дернулся, и достаточно было медленно провести по нему несколько раз, чтобы тот окончательно встал.       — Отлично, — довольно произнёс Иван, большим пальцем поглаживая головку.       — Ты собираешься... — медленно начал догадываться Шастун, но договорить не успел, потому что парень опустился вниз и взял головку в рот. — Блять! — вскрикнул он от неожиданности.       Таких ощущений он раньше не испытывал. Ему и девушки-то не хотели делать минет, не то чтобы парни, тем более такие красивые, талантливые и популярные.       Влажный, горячий язык и рот Вани творили что-то невероятное. Антон вцепился пальцами в подлокотник и, откинув голову назад, застонал в голос, когда тот вобрал член целиком. Иван, без отрыва от основного занятия, нашарил его свободную руку и переместил себе за голову, как бы намекая на управление. Шастун уже ничего не соображал от узости горла, от жара и напора, так ещё и Ваня начал пускать вибрации, заставляя сходить его с ума.       И как тут можно перехватить главенство? Антон лишь сжимал его волосы, протяжно стонал и слегка поддавался бёдрами вперёд, всё остальное делал его любовник. Ваня ритмично двигал головой, заглатывал член целиком, потом с пошлым звуком выпускал его почти полностью и снова насаживался. В очередной раз он всё же отпустил член и, пережав у основания, посмотрел на Шастуна с похабным взглядом.       — Ну, как ты? — сияя, как начищенная монета, спросил Иван, специально удерживая член у своего лица.       — Боже, — устало вздохнул Шастун, опуская плечи. — Ты издеваешься?       — Ага, — закивал Ваня и начал медленно надрачивать ему. — Можешь звать меня Боже или Господи! — радостно воскликнул он и снова обхватил головку губами.       Антону не потребовалось много, чтобы обильно кончить — всего минута активной работы рукой и вакуум во рту. Ваня поглотил всё до единой капли, а потом уже отпустил член и уселся рядом.       — С днём рождения, — негромко хмыкнул Иван, прикрыв глаза и сжав свой член через ткань джинс.       — Спасибо, — улыбнулся Шастун, поспешив застегнуть свои. — Тебе помочь?       — О, не стоит, — покачал головой Ваня. — Само пройдет. Тебе хоть понравилось?       — Ещё бы! — воскликнул Антон. — Это был первый и лучший минет в моей жизни!       — Я рад, кстати, но это ещё не всё, — быстро проговорил Ваня и схватил тот самый праздничный пакет с пола. — Признаюсь честно, я долго искал эту книгу.       — Заинтриговал, — растянулся в улыбке Шастун, взяв пакет в руки, и тут же залез туда. — Ух ты, Ремарк!       — Приют Грёз, — кивнул Ваня и постучал пальцем по твёрдой обложке.       — Тот, о котором мы говорили в вашу первую тусовку?! — удивился Антон и, получив в ответ уверенный кивок, добавил: — Сто лет её не читал, спасибо!       — Кажется, книге ты обрадовался больше, чем минету, — ухмыльнулся Иван и рывком встал. — Но я рад, — он подошёл к зеркалу и кинул взгляд на своё отражение. — А пьянка будет?       — Сегодня только чай и торт после смены, — ответил Антон, даже не поднимая головы от книги. — Может быть, в выходные. Останешься?       — На тортик? — улыбнулся Ваня, повернувшись к нему лицом. — С удовольствием. Поторчу пока в баре у Ильи.       Так и вышло. Иван развлекал Макара рассказами, байками и даже анекдотами, пока Шастун с девчонками обслуживали последних посетителей и прибирались в зале. До закрытия оставалось всего двадцать минут, а чайник уже кипел, кружки стояли готовыми и на торт выгружались свечи. Конечно, инициатива исходила от Полины с Ирой.       — Это так обязательно? — спросил Антон, сидя на барном стуле рядом с Ваней.       — Конечно! — тут же воскликнула Кузнецова. — Кстати, сколько тебе стукнуло?       — Двадцать пять, — тяжело вздохнул Шастун.       — Блин, свечей всего двадцать в упаковке, — разочарованно сказала Полина.       — Надо было раньше думать! Тебе сегодня двадцать, — заключила Ира, вставляя последние свечи.       — Как скажешь, — пожал плечами Антон.       Чай быстро заварился в кружках, но пить его горячим никто не поспешил. Илья зажёг все двадцать свечей, и Шастун потратил целую минуту на выдумывание желания. Только кроме банального о том, чтобы всё было хорошо, придумать он так ничего и не смог. А потом они наконец-то попробовали этот вишневый торт, каждый из своего куска, конечно.       — Вау, какой нежный, — блаженно сказала Полина, продолжая наслаждаться сладостью.       — Ты про своего нового парня? — ухмыльнулся Макар.       — Про торт! — тут же крикнула Полина.       — У тебя появился парень? — одновременно с ней спросила Ира.       — Нет, — возмущенно вздохнула Полина. — Я жду, когда ты наиграешься с Пашей, и снова будешь флиртовать со мной.       — Я не знала, что ты так скучаешь, — слегка улыбнулась Кузнецова.       — Слишком много радужных флюидов, — прошептал Илья в свою бороду, но все услышали и засмеялись.       — Антон, с днём рождения! — снова сказал Ваня и поднял свою кружку с чаем.       — Да, будь счастлив! — подхватила Ира.       — Спасибо, — ярко улыбнулся Шастун, и они вместе чокнулись кружками.       — Жаль, что нет алкоголя, — разочарованно вздохнул Иван, сделав глоток чая.       — Завтра нам снова работать, — покачал головой Антон.       — В целом, я могу тебе налить, — кивнул Макар, показав на бутылки с алкоголем за спиной.       — Воздержусь, — махнул рукой Ваня. — Хоть раз во взрослой жизни я должен побывать на трезвом дне рождении.       — Лучше так, чем не помнить, как закончился вечер, — немного грустно хмыкнул Шастун, продолжая есть торт.       Они ещё немного посидели, пока не допили чай и не доели десерт. Естественно, поболтали не о чем, и Антон получил ещё несколько поздравлений, пусть и классических, но приятных. А потом каждый из них отправился к себе домой.       Шастун, правда, не спешил. Усталость присутствовала, но возвращаться в квартиру Попова не очень хотелось. Он увязался проводить Ваню до трамвая.       Ночь стояла тихая и спокойная, даже не было ветра. Они не спеша шагали по сухому асфальту, прижимаясь плечами друг к другу, и тихо переговаривались о наступившей весне. В руке у Антона приятно оттягивал пакет с подарками. Он то и дело кидал взгляд на небо, но звёзд там не находил.       На остановке, к которой они так быстро пришли, немного криво висело расписание.       — Последний должен скоро прийти, — вздохнул Ваня, глянув на время в телефоне.       — Подождём, — прошептал Шастун, доставая помятую пачку сигарет.       Парни целую минуту стояли в уютной тишине, куря на двоих последнюю сигарету. А потом вдруг зазвенел трамвай на бегу и они синхронно уставились на приближающейся транспорт.       — Надо же, и правда пришёл, — тихо хмыкнул Ваня.       — Спасибо, это был хороший день рождения, — неожиданно даже для себя вздохнул Антон.       — Да не за что, — слегка пожал плечами Иван и, хлопнув его по плечу, запрыгнул в вагон.       Ваня уехал на звенящем трамвае, а Шастун остался один в тишине и темноте ночи.       День Рождения и правда выдался хорошим, поэтому с лёгкой улыбкой он зашагал в сторону дома. Перед новым рабочим днём выспаться не помешало бы, но было не суждено…

***

      Входная дверь оказалась не запертой, он только зря вставлял ключ. Стоило её толкнуть, как Антон сразу же увидел лежащего на полу Попова, что блевал чем-то тёмным и густым. Он тут же подорвался вперёд и тревожно вскрикнул:       — Арс, что с тобой?!       Арсений не ответил, лишь выставил руку вперёд, когда Шастун попытался подхватить его. Теперь с ближнего расстояния в нос ударил противный, но знакомый горький запах. Попова снова вырвало желчью. Кажется, в его желудке совсем ничего не осталось.       — Я не дошёл… до ванной, — с трудом проговорил Арсений. Его снова скрутил спазм, но уже ничего не выходило.       — Давай, я помогу тебе, — устало вздохнул Антон, и мужчина больше не попытался сопротивляться.       Шастун кинул пакет с подарками на пол, ухватился за его руку и рывком поднял на ноги, чтобы потом оттащить в комнату и уложить на диван. Попова крупно трясло, он пытался кутаться в свой любимый халат, но получалось плохо. Антон заботливо укрыл его пледом, что валялся на полу, и прикоснулся к горячему лбу.       — У тебя температура, — озвучил очевидное Шастун. — Ты что, простудился? Или отравился?       — Позвони по номеру, — почти не шевеля губами, сказал Арсений, и Антон тут же догадался, о чём тот.       Шастун рванул обратно в коридор, доставая по пути телефон. На стене всё ещё был написан номер, словно всё происходящее в его жизни не имело значения. Будто ружьё, что должно было выстрелить...       Он судорожно стал вбивать цифры, кусая губы, а потом ещё целую минуту смотрел на набранный номер и думал, правильно ли хотел поступить. Может быть, разумней вызвать скорую? Из комнаты раздался стон, и Антон тут же нажал на кнопку дозвона.       «На вашем телефоне недостаточно средств». — прозвучал металлический голос, и Шастун выругался. Пришлось искать новый телефон Попова, а сам хозяин и не думал помогать. Отыскав гаджет в свалке на журнальном столике, он поблагодарил всех богов за неразряженную батарею и вернулся обратно в коридор, чтобы набрать номер снова.       Гудки тянулись бесконечно долго, а на том конце никто не стремился брать трубку. Антон кинул взгляд на часы и осознал, что время почти три часа ночи. Тут он подумал, что, наверное, никто и не ответит в таком часу, и правильнее всё же позвонить в скорую. И именно в этот момент послышалось долгожданное сонное:       — Да.       — Стас? — негромко спросил Шастун, глядя прямо на имя со стены.       — Да, — снова ответили, а потом прозвучал логичный вопрос: — А кто это?       — Меня зовут Антон, я живу у Попова и ему плохо... — сбивчиво начал объясняться Антон, но его тут же перебили:       — Ясно, через полчаса буду, — загадочный Стас моментально отключился.       «Надеюсь. Не хочется отвечать на вопросы полиции о трупе хозяина квартиры». — устало подумал Шастун, глядя на погасший экран телефона. А потом пришла другая мысль, уже с нотками досады: — «Вот тебе и день рождения! Хеппи безды тую, блять!»