Охотничья жена

      — Как прошло? — Полюбопытствовал Карм, успевший с комфортом распластаться на лежаке, закинув ноги на подушку. Крылья он расправил и вытянул в стороны, и теперь они свисали с обеих сторон.       Мирослав промычал что-то невнятное, плюхнувшись на соседний лежак.       …Внутренний сад при гостинице оказался больше, чем показалось поначалу. Там хватило места не только на десяток видов кустов и деревьев вдоль узеньких дорожек, но даже нашёлся небольшой бассейн, выложенный голубой плиткой, а также несколько плетёных лежаков, сокрытых от посторонних взглядов.       — А Дар где?       — Отдыхает в номере. — На секунду нахмурившись, Карамель пробормотал. — Надо было его на отдых раньше взять…       — Надо было. — Эхом отозвался Мирослав, заложив руки за голову и вперившись взглядом в листву, что закрывала голубое небо без единого облачка. — Мне кажется, что меня надули. Эаль определённо странный.       — А я предлагал сходить с тобой. — Ворчливо заметил Карм.       Да, теперь Мир понимал, что тот прав. И осознание это добавляло горечи.       …Определённо, нужно было идти на встречу вдвоём. Хвостатые скользкие, что змеи, и бесплатно делиться что информацией, что вещами не станут.       …Тот же контракт, по которому Мирослав временно «приобретает» одну из рабынь Шер Ам Теоса, влетел в копеечку. В копеечку такую крупную, что от количества цифр у Мира немного зарябило в глазах и запершило в горле.       С другой стороны — младший советник эаля, который является одним из самых крупных хвостов этого мира, не может стоить дёшево. И уж тем более, если этот советник — Охотник.       Если точнее — жена Охотника.       Золотце.       Не удержавшись, Мирослав хмыкнул. Золотая рабыня и в самом деле получается.       …За эти деньги она на эти пять суток полностью переходила под его крыло, и Мирослав мог делать всё, что разрешено законами.       Звучало ужасно. Нет, у Мира и в мыслях не было кому-либо вредить, но другого варианта, чтобы поговорить с этой девушкой, попросту не было. Эаль всё правильно понял, и вполне логично заломил такую цену.       …Чтобы не допустить скандала. Как же!       Возмущаться не было сил.       — Какие планы на вечер? — Голос сопровождающего оперативника выдернул из ленивых мыслей. — Администратор сказал, что можно сходить в Жемчужный дом — у них сегодня какое-то представление с местными танцами. Я глянул отзывы — пишут, что вполне неплохо.       — Можно… Я рабыню на пять дней купил. — Не выдержав, поделился Мир.       Карм отреагировал… никак.       — Поздравляю. — Абсолютно равнодушно произнёс он. Или же сделал вид. — Хвостатую?       — Ну… Почти. Человека.       — Да ты с ума сошёл! — Карм взвился со своего лежака, как выстрелившая пружина. Хорошо ещё перья во все стороны не посыпались. — Что на тебя нашло?!       — Она не совсем человек… — Мирослав нахмурился, не зная, стоит ли подобное сообщать. По всему выходило, что данные были необязательными. — У неё муж вроде как Охотник. Безранговый, если что, и ни в чём не замечен.       — Это пока. — Угрожающе-предостерегающе буркнул крылатый. — Никого другого не нашёл?       — Я вообще с ней только пообщаться хочу. Без присутствия её хозяина. По-другому никак не выходило.       Карамель мученически вздохнул, и откинулся обратно на лежак, который недовольно скрипнул.       — Ну, хоть не чистокровный человек. — Наконец вынес он вердикт, и почесал плечо. — Хотя бы я на это надеюсь…       Мирослав улыбнулся. Нелюбовь Карма к людям, видать, была столь сильной, что даже кто-то с кровью Охотника для него был предпочтительней.       …Может, по возвращении в Отдел ему стоит попить что-нибудь от аллергии? Хотя скорее это психосоматика, а её одними таблетками не вылечить.       Но лёгкое успокоительное лишним не будет.       Ножницы сухо щёлкнули.       — Трое.       Щёлк.       — Один точно из богов, второй неправильный.       Щёлк.       И ещё одна прядь падает на пол.       — Третий скоро сдохнет.       Тайлис закрыла глаза, позволяя себе на миг расслабиться. Замереть в этом мире, полном движения.       В огромном механизме не может быть неподвижных деталей.       …Тай скоро остановится. Немного осталось.       Но всё, что осталось — её по праву.       — Ты тоже скоро сдохнешь. — Ивер вздохнула, безмолвно сетуя на упёртость собственной заклятой подруги.       …Почти что названной сестры.       — Хотя я ещё могу поспорить, кто из нас двоих быстрее отойдёт к предкам. — С привычным (хотя к подобному Тайлис давно привыкла) скептицизмом протянула Ивер, и снова щёлкнула ножницами, ровняя пряди возле правого уха. — Почему ты не забрала девчонку себе?       Тайлис вздохнула.       — Она не как я. И не Охотник. Жестоко было бы тащить её в любую из этих сторон.       — А сейчас пернатые нарекут её убийцей и прикончат. — Ивер не страдала избытком галантности.       …Она ничем не страдала. Наслаждалась, что ругательствами, что сладостями, что покоем.       Что войной.       — Этого не произойдёт.       — Но тем не менее, если это случится (или лучше будет сказать — когда), именно мне придётся примерить на себя роль этой твоей… Как её… Ирии Иглори. — Ивер отложила ножницы, и придирчиво осмотрела собственное отражение в зеркале. Вздохнула тоскливо. — Дерьмо. Я десять лет волосы отращивала… Или пятнадцать?       — Двенадцать. — Подсказала Тайлис, прижав ладони к вискам. Головная боль усиливалась.       — Да, точно. Я же двенадцать лет назад вдовой стала. — Равнодушно протянула Ивер. Пропустила сквозь пальцы пару отрезанных прядок.       …Она появилась на пороге именно тогда. Мокрая что от дождя, что от крови. Своей ли, чужой — Тайлис не присматривалась. Только сигнализацию, что взвыла, реагируя на нарушителя, отключила.       И Шера, что ворвался в её комнату, выставила. Тайлис и с парой Охотников справится, а тут был лишь один. Одна.       …Злая. Полная что ненависти, что ярости, что разрушала сильное прежде тело. Боли.       И боль эта бежала по крови, отчасти заменяя эту самую кровь.       Только на этой смеси Ивер и дошла. Дотянула что до чужого города, что до незнакомого дома, что до врага…       Вот вроде бы были они почти врагами чуть ли не всю жизнь, а в итоге Ивер пришла именно к Тайлис.       …Оказалось, что враг был ближе, чем друзья и семья, перед которой Ивер стелилась всю жизнь.       Враг дал убежище. Кров. Еду. Защиту, о которой даже было боязно подумать.       — А может, я просто прикончу этого пернатого? — Голос Ивер вывел из дремоты. — Всё равно я настоящий Охотник, в отличие от твоей девочки…       Она растопыренной ладонью зачесала волосы назад, продолжая изучать себя в зеркале. Вздохнула.       — Хотя нет, ты меня за это сама грохнешь… Да и потом крылатики набегут. Ищеек пустят. Братцу твоему хвост прищемят…       В ней иногда просыпалось вот это, позабытая почти жажда убийства. Правда, Ивер была слишком благоразумной, чтобы поддаваться собственным эмоциям.       …Она однажды уже сделала это, и теперь, даже спустя двенадцать лет, её продолжали искать.       Не пернатые и не эали, и на этом хорошо.       Но Тайлис понимала, что если Ивер покинет нижние уровни дома, в котором в добровольном заточении находилась столько лет, то её семья найдёт её.       Ивер это тоже понимала.       — А эаль с прищемлённым хвостом — худший враг. Он и из дохлой меня всю душу вытрясет…       — Раньше ты говорила, что я твой худший враг.       — Так это раньше было. Сейчас ты мой самый лучший враг. Самый близкий и настоящий… — Ивер прикрыла глаза. — Знаешь, а мне вот смешно. Я всю жизнь хотела тебя убить, а в итоге ты мне шкуру спасла… Мне даже неудобно, ведь я такого не заслужила.       Она взяла в руки коробку с краской. Повертела, надрывая упаковку.       — И в итоге, чтобы расплатиться с тобой, я буду спасать какую-то девчонку… Может, она этого и не заслужила, но и я тоже на подобное не рассчитывала. Особенно от тебя, Грех.       Тайлис устало фыркнула на своё старое прозвище.       — Ты будешь её спасать, если всё пойдёт не так… Я надеюсь, что пернатый всё же не станет столь предосудительно относиться к Ирии из-за её статуса.       Ивер вытащила из коробки тюбик с перекисью. Вскрыв, поднесла к носу. Сморщилась — определённо, краска не пахла розами.       …Она выйдет из своего убежища только в крайнем случае. Когда не останется другого варианта. Ведь в противном случае Ивер сама подставится под удар.       Если не крылатых, то других Охотников.