Охотничья жена

      …От макияжа Ирия всё же отказалась. Нет, глаза пришлось подвести, и губы накрасить, но вот от хищно оскалившейся Августины с палитрой теней и пудры получилось отбиться.       И одежду пришлось сменить. Всё же мокрое полотенце оставило пятна на жилетке и манжетах рубашки.       Августина проигрышу с макияжем расстроилась, и в отместку навертела Ирии на голове какие-то странные косы, что шли от самого лба. Ещё и шпильками с камушками украсила.       …Как ей это удалось, оставалось загадкой. Нет, Ирия отращивала волосы, но пока их длины обычно хватало только на хвостики на затылке.       Но получилось… Непривычно, пожалуй. И, наверное, даже неплохо.       Всё же Августина в моде разбиралась гораздо лучше. Да и выглядела она всегда достаточно изысканно и изящно, что Ирия иногда нет-нет да и ощущала уколы зависти к первому младшему советнику. Она ведь была идеальной…       …И определённо, не попала бы в столь глупую ситуацию.       «Их крылачества» располагались на третьем этаже Сапфирового дома, заняв три гостевых номера высшего класса.       А Ирия почему-то подумала, что пернатый был один, так что не стала уточнять у администратора, какой именно номер ей нужен. Да и имя то ли не спросила, то ли позабыла сразу же как услышала…       …Какой стыд.       Спускаться вниз, к администратору, было сродни признанию этого позора и собственной непростительной некомпетентности. Да и не факт, что благородный тэр Аурит вообще в курсе, кто из пернатых гостей заключил с Шер Ам Теосом контракт.       Да и…       Ирия зажмурилась, и очень тихо постучалась в центральную из трёх дверей, борясь с желанием прижаться к ней ухом.       …Или стремглав рвануть к парадной лестнице, что вела вниз, к спасительной свободе.       Никаких звуков из комнаты не донеслось, и Ирия стукнула ещё раз, не зная — радоваться тому, что в номере никого нет, или расстраиваться.       А если это номер пернатого, что её купил, но его сейчас тут нет? И где Ирия должна будет его искать?       Замок тихо щёлкнул, и другая дверь беззвучно приоткрылась.       Ирия только и успела, что спрятать руки за спину и отойти на шаг.       — Я… Простите, я тут… Я не специально, я просто ищу… — Глядя на огромного, высокого крылатого, который макушкой едва-едва не доставал до дверного косяка, залопотала Ирия.       Мужчина.       Большой.       Растрёпанный, со светлыми-светлыми влажными вьющимися волосами, с длинной прядью, что перечёркивала лицо, словно шрам. С очень внимательным взглядом полупрозрачных каких-то глаз.       С огромными крыльями, перья на которых словно были отлиты из металла. Если он таким взмахнёт — Ирию сдует.       Тишина затягивалась удавкой на шее и красными пятнами на лице. Кажется, Ирия почти минуту стояла и что-то силилась сказать, но общий (хотя, конечно, общим он был в других мирах) язык вдруг выветрился из головы, собираясь лишь в какие-то куцые уродливые конструкции.       А потом серокрылый моргнул, разрывая зрительный контакт.       — Вам нужен Карамель? — Голос у него оказался вдруг бархатным, очень мягким. И совсем-совсем не опасным.       Обманчивое чувство.       — Я не уверена… — Промямлила Ирия, сгорая одновременно и от стыда, и от ужаса.       …Определённо, не этот крылатый говорил с хозяином.       — Мальчики сейчас внизу. — Задумавшись на секунду, мужчина продолжил. — Возле воды. Я Вас проведу к ним.       Нет, Ирия и сама бы могла найти — всё же обозначение «у воды» давало не так уж много вариантов. Но отказаться от помощи она не успела, потому что крылатый как-то разом оказался сначала в коридоре, а через секунду — уже возле лестницы.       Огромный, он двигался с невероятной лёгкостью, и каждое его движение отзывалось у Ирии где-то в желудке новой волной ужаса.       …Обычные что люди, что эали так ходить не умели. Их шаги всегда сопровождались пусть тихим, но шелестом. Или едва заметным шуршанием одежды. Стуком каблуков. Едва различимым дыханием.       А тут ничего этого не было.       Пернатый шёл босиком, и Ирия спешила следом, в состоянии расслышать лишь оглушительный стук собственного сердца.       …Во внутреннем дворике крылатый мужчина безошибочно (словно ходил тут не один раз и выучил все витки дорожек) прошёл к маленькому бассейну, что скрывался от чужих глаз за оградой из зелёных кустов.       Там же прятались и плетёные лежаки, два из которых сейчас были заняты.       …Августина рассказывала недавно Сулим, что десять лет назад, до предыдущего капитального ремонта, этот бассейн причислялся к Жемчужному дому, и девочки из него несколько раз устраивали ночные купания голышом. На спор, дабы развлечь кого-то из посетителей.       …Правда, тогда другие посетители подобного развлечения не оценили, и кто-то даже пожаловался Шер Ам Теосу на испорченный сон. Якобы, кому-то от таких развлечений снились исключительно непотребные сны, и хозяин Сапфирового Дома просто обязан разобраться с подобным «ужасным сервисом».       Сейчас же на лежаках, развалившись, находились двое пернатых, растопырив до невозможности крылья. У того, что был справа, перья казались какими-то пятнистыми, будто грязными. Тот же, что оказался слева, обладал белоснежным цветом оперения.       …У них что, как у птиц, оперение может быть разного цвета?       Пятнистый, увидев сопроводившего Ирию крылатого, приподнялся на локте и что-то спросил у того. Кажется, спросил.       Серокрылый ответил длинной фразой, вот только ни слова Ирия не разобрала. Язык был скорее похож… Да ни на что не был похож. Мелодичный разве что, и даже интонации разобрать невозможно.       …Если это тот самый, знаменитый древний язык, то Ирии очень повезло его услышать.       До этого спокойно лежащий белокрылый вдруг встрепенулся и резко сел.       Ирия только и успела, что провести взглядом маленькое пёрышко, что выпало из его оперения и приземлилось на водную гладь бассейна, не потревожив её.       …А если крылатых в Сапфировом доме не трое, а четверо, и тот самый, кто Ирию купил, вообще с этими тремя не знаком? Вот стыд-то будет!       Плетёный лежак заскрипел, когда белокрылый поднялся с него. И Ирия вдруг подумала, что если сейчас развернётся и побежит — неважно, куда, главное, что изо всех сил, то крылатые её не догонят. Она ведь знает и весь этот дворик, и лабиринты дорожек, и всё-всё знает. И тут достаточно укромных уголков, куда можно забиться и спрятаться.       Пятнистый что-то произнёс недовольно, на что белокрылый лишь вздохнул и эти самые крылья поджал.       Как воробушек, что отряхивается от песка.       Если бывают воробушки ростом под два метра и весом больше сотни килограмм. А белокрылый был пошире того пернатого, с серым оперением. И, кажется, даже выше.       …У Шер Ам Теоса точно был крылатый с белыми перьями. Ирия не смотрела на лицо, но не увидеть всего остального было проблематично. Он же был огромным, что даже кабинет хозяина слегка утратил свою необъятность. И коса у него была раза в три толще, чем у многих эалей — хвост…       Вот только все трое были длинноволосыми. Это мода у них такая, что ли?       Пятнистый крылатый снова что-то проворчал, и раздражённо почесал шею. Его что, комар укусил?       …Так ведь только неделю назад весь сад опрыскивали. Неужели садовник поленился всё сделать качественно?       Белокрылый остановился напротив и, помедлив, протянул ладонь.       Ирия как можно более незаметно постаралась вытереть вспотевшие пальцы о ткань собственной рубашки и, переборов собственные эмоции, очень осторожно коснулась чужой руки своей.       …Мужчины любят, когда играют по их правилам. А гости-мужчины тем более. Лучше пожать руку тому, кто её протягивает, и поклониться иному. Есть типы гостей, для которых женщине стоит опуститься на колени.       Сколько миров — столько и правил приличия в обществе.       …Когда муж возвращался домой, Ирия пряталась на кухоньке, иногда забиваясь под стол. Вторая же супруга выходила ему навстречу с улыбкой на лице, и получала ответную. Объятия, полные нежности.       …А крылатый мужчина был слаб. Нет, физически он был невероятно силён, но вот жизни в нём почти не оставалось. И ладонь была холодной.       …Аквариум с трещиной, через которую вытекла вся вода.       И этого короткого прикосновения хватило, чтобы понять — если Ирия ничего не сделает, то он зачахнет.       Не будет даже постепенного ухудшения состояния. Очень резко откажут сначала почки, потом поджелудочная вместе с лёгкими. Сердце. Центральная нервная система. И мужчина угаснет.       …Шер Ам Теос попросил позаботиться. Значит, если Ирия поможет, то крылатый останется должен хозяину. И таким образом она сможет отплатить за всё то добро, что сделал Шер Ам для неё самой.       — Надеюсь, я смогу быть полезной для Вас, господин. — Почти искренне произнесла Ирия, и всё же чуть склонила голову.       Мужчины любят, когда перед ними пресмыкаются.       Крылатый же чуть сдвинул брови, словно желал нахмуриться.       И почему-то покраснел.       Ирия Иглори пахла апельсинами. Мятой. Чем-то отдалённо похожим на эвкалипт.       Её волосы были заплетены в две косицы, что шли от самого лба до затылка, и почему-то это напоминало о его, Мирослава, младшей сестре.       Беаль тоже носила подобные причёски, пока не случилось… Пока то событие не произошло. Разве что она не украшала их шпильками с камушками.       …Аметисты. И пара аквамаринов. Сам же металл шпилек — серебро.       И теперь Мирослав не мог отделаться от ощущения, что из чужой причёски на него посматривают крошечные змеиные глаза. Словно выжидают, чтобы укусить.       …Он со своей работой определённо устал, раз начало мерещиться такое.       Ещё и Дарелин смотрел ему в затылок так, вопросительно. И от этого чужого взгляда становилось очень неуютно.       Нужно будет потом ему всё объяснить, чтобы не возникло недопонимания. Хотя оно уже появилось…       — Желаете чаю? — Положение внезапно спасла сама Ирия Иглори, которой наверняка тоже было несколько неприятно стоять в столь напряжённой атмосфере.       Хотя да. Если она из Охотников, наверняка ей не слишком приятно находиться в обществе трёх пернатых. Как-никак, они друг другу враги.       И Мирослав с облегчением согласился, что да, от чая он не откажется. Лучше уж опять попить кипятка, чем продолжать стоять, мучительно пытаясь придумать фразу для поддержания диалога.       — Только за территорию гостиницы не уходи, ты наш любитель экзотики. — Вдогонку буркнул на языке лае Карм, и наверняка заухмылялся.       Мир же вспыхнул, судорожно поджав крылья. Вот же ссскотина!       …Чай вновь был обжигающим. Эали определённо извращенцы, раз пьют эту лавоподобную бурду. Нет, он всё же был вкусным. Но слишком горячим.       А молока не подали. На столе гордо стояли лишь мисочки с замороженными круглыми ягодами, да всякие сладости, политые мёдом.       Определённо мёдом.       Мир обречённо пригубил кипяток, вновь умудрившись обжечь язык.       — Что-то не так? — Ирия Иглори сидела напротив, едва касаясь кончиками пальцев своей чашки, потупив взгляд.       — Да нет, всё так… Только вот чай горячий очень. — Не удержавшись, пожаловался Мир, и уставился на свою чашку.       Девушка-золотце шевельнулась, и передвинула мисочку с ягодками поближе к нему.       — Вы их добавьте в чай. И подождите, пока они растают.       Поколебавшись, Мирослав щипчиками подцепил одну из ягод и бросил в чашку.       Пар, исходящий от чая, исчез. Ягодка же всплыла и вправду принялась быстро таять.       …Так это что, просто цветной лёд в форме ягоды?       — Я как-то не подумал над таким вариантом применения. — Пробормотал Мирослав, испытывая стыд за свои прошлые чаепития. Он, дурень пернатый, кипяток пил, списывая это на традиции местных жителей, а они вот что придумали.       …Наверняка ещё и потешались над недалёкими туристами!       — Это одна из традиций этого мира, которую господин Шер Ам Теос хочет сохранить. — Негромко произнесла девушка.       — А твой господин… Он хорошо к тебе относится?       — Да. Он лучший хозяин, что живёт в этом мире. — Мир перьями почуял, как старательно девушка подбирает слова.       — В этом?       Ирия моргнула, опустив взгляд.       — Считается неприличным говорить новому хозяину, что предыдущий был в чём-то лучше его.       Мирослав открыл рот. И закрыл, пристыженно поджав крылья.       …А он успел выкинуть из головы мысль, что на эти пять дней является как раз хозяином. Новым хозяином.       Неудобно получилось.       Журчала вода в Изумрудном доме, где, кроме них двоих, кажется, не было больше посетителей. И Мир буквально слышал, как крошечные рыбки в искусственных водоёмах-перегородках открывают рты, потешаясь над пернатым болваном.       Как-то резко заболела голова.       — Прости, я не подумал. И… Извини. Я не знал о том, что ты… В общем… Я не знал всей ситуации, и предложил твоему хозяину то, что могло бы тебе навредить.       — Всё в порядке. — Ровно ответила Ирия. Только вот голос у неё чуть дрогнул.       …Охотники идеально управляют своим телом и эмоциями. Тут же…       Мирослав отметил и чуть подрагивающие кончики пальцев, и излишне прямую спину, да и напряжение выказывалось учащённым сердцебиением.       — А твой супруг. Он правда Охотник?       — Да. Но он в лавке работает… Работал.       Не то чтобы Мирослав знал много про их культуру, но вот почему-то казалось, что Охотники предпочитают строить отношения лишь со своими, считая людей слишком слабыми. Да и с появлением златокрылого почти вся верхушка власти Охотников была уничтожена, а выжившие теперь нападали гораздо реже.       …Вот даже, оказывается, живут в этом мире. Безранговых судить не за что — они не убивали крылатых, а обвинять их в поступках, что совершили их предки — слишком предвзято.       Но Охотники же. Мирослав вдруг вспомнил, как отходил после того случая, когда его подстрелили и закопали в мусорной куче…       — Я вот что спросить хотел. Та девушка, которую нашли в трудовом лагере. Это ведь ты попросила прислать кого-то из нас?       Ирия кивнула, признаваясь.       — Почему именно нас?       Девушка-золотце замялась. Даже руки от своей чашки убрала, спрятав их под низкий столик.       — Она… У неё ведь ребёнок будет. Крылатый… Я подумала, что если ребёнок, то её мужчина её не обидит. Она ведь… — Ирия поникла, и совсем тихо добавила. Мирослав не разобрал. — …сёт.       — Что?       — Счастье принесёт. — Обречённо повторила девушка, и повернула голову, рассматривая то ли цветной витраж, то ли небо за ним.       …Она боялась. Не за себя, но и за себя в том числе. За последствия своих действий. За судьбу чужого по сути ей человека.       Ладно, не человека, но Охотника.       Мирослав щипчиками бросил ещё один ледяной шарик в чашку, и дождался, пока тот растает.       — Принесёт. Мой брат за неё крылья отдаст. Он… Знаешь, Джар думал, что она умерла. Траур носил. И чудо, что Гера нашлась. Ещё одно — что ты попросила прислать крылатых. И я, и брат, да и остальные — мы тебе очень сильно благодарны.       Ирия вздрогнула. Закусила губу, уверенная, что делает это незаметно. Вцепилась пальцами в складки собственной одежды.       — Это моя работа. — И с голосом ей совладать не удалось. И с эмоциями.       Мирослав услышал и радость, и облегчение, и затаённую боль.       …Да в ней нет ни капли Охотничьей крови.