Скажи это вслух

"Почему ты не говоришь, что происходит?" "Хён, я пытаюсь спасти наши задницы из больших проблем, просто дай мне позаботиться обо всем" "Один так уже позаботился" - Может, хватит сверлить так друг друга глазами? - не выдержал Тэхен, взмахнув своими возмутительно музыкальными руками. Чимин резко отвернулся к окну, смутившись того, что смотрел на Юнги слишком пристально. Мин тяжело вздохнул, включая музыку в машине, чтобы убить мучительно тянущееся время и забить голову чем-то, кроме того, что Чимин собирается делать нечто небезопасное. Из-за позднего часа на улицах было пустовато, только из ресторана выходили редкие гости, тут же прячась от все еще падающего снега в объятьях такси. Пак напряженно молчал, выводя на окне причудливые закорючки и мыслями возвращаясь в свое видение. Хосок ни секунды не колебался, когда был на мысе, словно прыгать с подобной высоты - привычная вещь для обычно боящегося высоты Чона. Жаль, что теперь записи о рунах Чимина уничтожены, и он сам никогда не сможет узнать, какими еще свойствами обладает его татуировка. "...из-за них люди не могут оставаться равнодушными к тебе..." Что, если сломав артефакт, Чимин сломает и его с Юнги связь? Что будет тогда? Они вернутся в день их знакомства, когда Пак злился на чужое молчание, а Юнги принципиально игнорировал его? Отразится ли это на их договоре? Наверное, он слишком много думает для человека, которому предстоит встретиться с невольным антагонистом этой истории. Как они вообще влезли в такое? Хосок пару раз упоминал, что подрабатывал в исследовательском центре, которым нужны были более-менее точные прогнозы, но тогда юный маг еще не задумывался над тем, что Чон вообще-то будущее видел хаотично и необязательно с участием знакомых. - Давай просто пойдем туда, я больше не могу, - Ким долго смотрел на собственные сцепленные в замок пальцы, прежде чем все же высказал свое желание. Встреча с Чонгуком его нервировала своей непредсказуемостью, к тому же сам Тэ выступал главным рычагом давления на Чона. Похоже, он не отвечал не по своей воле, это дарило мало-мальское облегчение. Пловец еще раз посмотрел на Юнги, после чего медленно кивнул. Первым из машины вылез Тэхен, поежившийся от холодного воздуха, он едва успел заметить, как Мин задержал Чимина за рукав. Прижавшись лбами, они закрыли глаза и, кажется, что-то сказали друг другу, но Ким - маг воздуха, и мысли читать не умел. Впрочем, лезть в чужую жизнь, где, кажется, слова и вовсе были лишними, ему не хотелось. Прошло полночи с их встречи, и можно с уверенностью сказать, что Чимин оживился, вернувшись домой не один. Правда, никто не обещал, что они сегодня вообще куда-либо вернутся. Выйдя из машины, Чимин взял мерзнущего Тэ за руку и слабо улыбнулся другу, пытаясь разрядить обстановку. В воздухе стояла напряжённая недосказанность, которую Пак пока сломать не мог. Или не хотел, опасаясь, что Чонгук расскажет ему больше. План был не так уж и сложен. Всего-то заставить Чона выйти откуда-то, где его стали контролировать вплоть до переписок и встреч, надавив тем, что тут Тэхен, которого он больше мог и не увидеть. Иллюзионист в этом варился больше Чимина, который прозревать стал буквально сегодня вечером, и мог сказать о реальной угрозе проекта "Соулмейт", о том, как это связано с рунами, и, в конце концов, мог хотя бы намекнуть, где Паку искать артефакт, благодаря которому ученые и смогли связывать магов разных категорий. Если их достояние уничтожить, они больше не смогут вмешиваться в чужие жизни, и, вероятно, отстанут от Чонгука, который в это все попал только из-за спонсорства отца в проект. Единственное, что смущало: совет Хоби усилить свою магию для уничтожения артефакта. "Тебе останется только сломать артефакт, который и заварил всю эту кашу, но для этого понадобится твой огонь и мужество. Не сомневайся ни секунды, когда найдешь его, если избавишься от артефакта, "Соулмейт" станет бессилен. Он — последнее, что у них осталось, кроме безумия" Чимин с детства только своим мужеством и упорством жил, поэтому бояться просто не догадался. После всего, что ему судьба сунула в руки - страх в принципе становится ненужной функцией. Он подписал себе пожизненное согласие на роль домохозяйки у эмоционального телепата, с которым уже успел и подраться, и поцеловаться, и жизнью понаслаждаться. Он сохранил у себя дома редчайшее существо его времени, он ради него тапки менял каждый раз. И гибель друга пережил, и новых нашел, есть ли вообще что-то, что могло заставить его хотя бы волноваться? Только мысли Юнги:" Я скучал по тебе еще до того, как мы встретились. Не позволю себе скучать дольше" - которые он быстро передал ему перед уходом из машины. Поэтому Чимин чувствовал прилив сил, уверенности и вел Тэхена прямиком в ресторан "Магнат", где буквально через пару минут они встретятся с самим Чонгуком. Ким сжал маленькую ладошку друга в ответ, находя умилительным, что более низкий Чимин ведет его за собой так уверенно, словно защитит от любых угроз, когда реальная опасность грозила скорее ему. К такой храбрости огненного мага, занимающегося плаванием, он действительно стремился. В ресторане было пустовато, несмотря на, казалось бы, золотой для него час. Посетители сидели за столиками, тихо разговаривая и косясь на совершенно неподходяще одетых парней, занявших места на втором этаже, где людей оказалось еще меньше. Чимин снял куртку, но остался в шарфе, начиная постепенно смущаться такого внимания к следам от Юнги. Тэхен честно старался не пялиться, но выходило так плохо, что Паку все было ясно еще с самого его ухода из кафе. Тэ оделся более формально, поэтому остался только в свитере, видавшем многое и даже больше. Официант, предложивший им меню, косился на специфичных гостей, вероятно, подозревая, что они ошиблись заведением. Парни пытались играть непринужденность, но перевернутое меню в руках Чимина выдало его волнение и без уточнений. Чонгук появился тихо и незаметно, словно из ниоткуда выплыв высокой тенью. До этого хмурое лицо просветлело, стоило ему заметить родные темные кудряшки и сложенные в замок длинные загорелые пальцы. Тэхен почувствовал, что блондин смотрел за его спину, и обернулся. Чимин поклялся бы остатками тапков, что телепатия возникла между этими двумя гораздо быстрее, чем между ним и Юнги, но Чон взял себя в руки, отведя взгляд от Кима, и теперь направляясь четко к пловцу. От такого напора элементала несколько вжало в стул, потому что Чонгук все же интеллектуал и ауру имеет... своеобразную. Давящую. - Спасибо, что пришел, - улыбнулся Пак, чуть сдвигаясь от Тэхена и позволяя Чону сесть между ними. Брюнет молча рассматривал непривычно серьезного Чонгука, который даже волосы ничем не прикрывал, радуя весь белый свет своими вьющимися вихрами. Тэ хотел зарыться в них пальцами, перебрать каждую прядку, обнять его за шею и остаться так навсегда, пока они не состарятся эдакими сиамскими близнецами. - Не могу сказать, что рад тебя видеть, - Чон сразу же скрестил руки на груди, не показывая ни капли открытости к разговору. - Особенно в таких обстоятельствах. - Сам знаешь, рано или поздно, мы бы пришли к этому. Принести письма тебя попросил хён? Парень кивнул. - Ты знал, что он собирался бежать? Что "Соулмейт" мог сделать с ним? - Чимин не стал церемониться, сразу перейдя в атаку. Если они будут сидеть и молчать, то потеряют драгоценное время, и их милый разговор превратится в магический мордобой между учеными и студентами. И одним почти взрослым мужиком. - Я не знал точно, но предполагал. Было много случаев, когда Хосок-хён просил их остановиться, но со временем они стали пренебрегать его советами. Потом вообще решили отстранить его от руководящего состава, потому что он и сам был частью эксперимента и очень сильно давил тем, что вас связали в слишком раннем возрасте. Узел получился непредсказуемым. - Узел - мои руны? Зачем им вообще было заниматься таким? Чонгук поморщился на очередные вопросы, кинув быстрый взгляд на молчаливого Тэхена. - Узлами всегда были договоры, ими связывали только магов одной категории. Ты никогда не задумывался, почему? - шатен наклонился к Чимину, глядя теперь в глаза старшего. - Почему они запрещены для связи интеллектуала и элементала? Почему маги, ушедшие в отшельничество, теряют магию? Почему с каждым годом маги все хуже владеют своими способностями? Воздушник, боящийся высоты, огневик, который не использует огонь, иллюзионист, не создающий иллюзии без надобности... Мы все живем в рамках, но узлы их ломают. Когда маг первой категории и маг второй категории заключают союз, они подпитывают друг друга, и их сила стабилизируется. Это то, почему в обществе все еще нет межклассовой войны, почему мы все живем, учимся и работаем совместно, ведь даже присутствие играет роль. Интеллектуал тянется к простому и понятному. Элементал ищет познания и загадки. Единственное, что мешает этой гармонии - страх людей перед теми, кто уже вышел за свои рамки. - Если они хотели мира во всем мире, то зачем связывали случайных людей незаконно? - подал голос Тэхен, до этого внимательно слушавший совершенно новую для себя информацию. Такому их не учили в Академии, наоборот, говорили о том, как пагубны договора, и что произошедшее с их студентом Пак Чимином - страшная трагедия, сломавшая ему жизнь. Теперь становилось понятно, почему его друг не выглядел таким уж несчастным весь семестр. - Я не знаю, - просто ответил маг, сунув руки в карманы и расставив ноги, - может, глупость, может у кого-то личные мотивы. В проекте много людей, каждый понимает смысл связей по-своему. И твоя, хён, связь им не по душе настолько, что они готовы на крайние меры. Чимин сжал губы в тонкую белеющую полоску. - И какие же? - Либо доказать юридически, что ваш договор - незаконный и добиться рассторжения путем сложных магических формул в суде, либо избавиться от твоего партнёра. Им нужно, чтобы ты был связан с кем-то, выбранным ими, и ради последнего испытуемого они далеко зайдут. - Да черта с два я позволю им решать все за меня! Я даже в лицо этих людей никогда не видел! - Видел, просто не обращал внимания. - Даже так. Я пришел сюда не ради них. Где артефакт? Тэхен смотрел на перепалку как через экран телевизора, не понимая половины и не воспринимая всю остальную часть. Он просто хотел учиться, дружить с Чимином и встречаться с Чонгуком. Почему сейчас он сидит в каком-то ресторане посреди ночи, слушает, как два близких ему человека спорят о каких-то страшных вещах, и думает, что ему тут не место? Чонгук даже не поздоровался с ним и занят только объяснением Паку каких-то непонятных истин. - Давайте мы просто сломаем ту штуку и решим проблему? - робко предложил маг воздуха, аккуратно вклиниваясь в накалившуюся обстановку. Парни удивленно посмотрели на него, словно только заметили, что их за столом вообще-то трое. Чонгук криво усмехнулся. - Вы так уверенно говорите, что сломаете его, даже не зная, что это. Чимин-хён, я не принес тебе ничего, - парень вывернул карманы толстовки и брюк, являя пустоту. - У меня его нет. И у Хосок-хёна не было. И у проекта нет. Ты - тот, кто обладает им всю жизнь. Напряги свой спортивный мозг и не проси у меня невозможного. - Чего? У меня ничего не— Чимин замолк, испугавшись осознания. - Ты шутишь, - дрожащим голосом сообщил он свое предположение. Все лучше того, о чем он подумал. - Я иллюзионист, а не комик. Артефакт - не предмет... - А человек. Они сделали его из меня с помощью татуировки, - Пак смотрел на собственные ладони пустым взглядом, не видя ни рук, ни удивлённого Кима, ни вновь потерявшего запал Чонгука. Стало тошно от мысли, что все это время он был тем самым объектом, помогавшим проекту существовать. Они следили за ним, контролировали Хосока, и это все потому, что у Чимина эти чертовы руны, испортившие ему жизнь. Привычная картина мира ломалась с ужасающей скоростью. Чимин не был популярен среди девушек - из-за рун они чувствовали к нему невольную симпатию. Хосок не покончил с жизнью из-за финансовых трудностей, как сказали в участке. Юнги не— - Надеюсь, теперь ты прекратишь этот балаган и успокоишься. Прийти сюда было ошибкой, Чимин-хён, - Чонгук указал взглядом на двух высоких парней, вставших у выхода из кафе. Юноша побледнел, неверяще взглянул на Чона, надеясь, что это все - один злой розыгрыш. Его скрутят тут и поведут менять "соулмейта" на более симпатичного ученым? И Чон просто останется смотреть на это? - Ты не лжец, Чонгук, а просто трус, - блондин резко встал со стула, увидев, что те двое двинулись в их сторону. - Я не успокоюсь, потому что мне, как и Хосоку, есть за что бороться. И тебе есть, просто ты боишься признаться в этом! Схватив Тэхена за руку, он рванул вглубь ресторана, едва не уронив друга, зацепившего стул. Шатен даже не стал их останавливать, удивленно провожая взглядом магов и посланных за ними ищеек. Как только Чимин попадет в руки "Соулмейта" напрямую, это будет жирной точкой в истории. Они найдут способ стереть ему память, куда-нибудь денут Юнги и загребут себе Тэхена, чтобы и дальше использовать Чонгука. Такой исход его устроит? - Чтоб тебя, Пак Чимин! - выругавшись, Чон ударил кулаком по столу, понимая, что огневик прав. Он трус. И уступать своего парня сумасшедшим маразматикам он совершенно трусливо не намерен.

***

Отпускать Чимина на что-то опаснее спортивных тренировок оказалось нелегко. Буквально пару часов назад они были дома и переживали только о собственном сексуальном напряжении, естественном для пар, а теперь Юнги сидел в машине, сжимая руль так, что скоро превратит его в два полукруга, и пытался прощупать пространство ресторана. Он хотел бы и дальше быть дома, спать в обнимку со своим мужем, но какие-то сволочи ему это сделать не давали. Ярче всего он чувствовал ауру Пака, который полыхал раздражением, стрессом и какой-то нездоровой смелостью. Ощущать его было физически обжигающе, так что Юнги чуть ослабил свой обзор, чтобы от горящего зада мужа не перегреться самому. Кроме ресторана можно было прощупать и возвышавшийся этажами выше отель, принадлежавший все так же отцу Чонгука, но зачем, когда яркой искрой там светится его супруг? Он настолько зол на Чонгука, что скоро самовоспламенится? Насколько ему помнилось, Чимин поехал сюда вообще-то спасать его, а не делать из него отбивную, которой пахло даже на расстоянии от заведения. Волнение за парня не давало скуке и усталости свалить Юнги, но все же поздний час и перенасыщенный событиями день брали свое, заставляя мага постепенно склоняться к рулю, упираясь в матовую поверхность лбом. Хотелось спать, но нельзя, он должен быть готов помочь, если что-то случится... Окружение накрыло волной чьей-то магии, и произошло это настолько резко и сильно, что телепат инстинктивно распахнул дверь автомобиля, выпрыгивая из салона и не понимая, что заставило его это сделать. Секунду спустя машину скрутило напополам, отчего Юнги отступил, матерясь, что его ласточка только недавно покинула ремонт, но долго его возмущение не длилось. Вероятно, думая, что псионик все еще внутри, в то время, как он стоял под кроной деревьев вдоль дороги, ему подожгли масло в остатках бака. "До копейки вернёте все, блядины" - успел подумать Юнги, закрывая лицо рукавами пальто и отлетая спиной в газетный ларек. Фанерные стенки затрещали, стекла у всех ближайших магазинов полопались, а телепат потерял сознание, сильно ударившись затылком об полки. Взрыв было хорошо видно с верхних этажей отеля, куда уже успел подняться по лестнице Чимин на пару с задыхающимся от бега Тэхеном. Услышав грохот, блондин прижался к стеклу, молясь, чтобы все его опасения не подтвердились. Но реальность была такова: машина была превращена в гору черного металлолома, горящего сейчас сильнее любого костра, по всей улице валялись разбитые стекла и несколько поваленных деревьев с фонарными столбами, тоже начавшими опасно искриться. Чимин взвыл не своим голосом, распахивая глаза и стуча по стеклу так, словно оно сейчас поменяет все на его глазах, соберёт машину, и сделает так, чтобы Юнги в ней не было. Мин дал бы знак, если бы успел выбраться, однако вокруг было пусто, только люди из ресторана выбегали проверить свои машины и начинали толпиться вокруг разгорающегося пламени, которое сжигало сейчас все внутри Чимина. - О боже, нет...Он должен был выйти...- Ким встал рядом с Паком, осторожно кладя руку на вздрагивающее плечо. Вот что имел в виду Чонгук, когда говорил, что ученые далеко зайдут. Убийство Юнги - было самое страшное, что они могли сделать. Парень не видел больше ни улицы, ни огней города, только пелену слез, которыми он давился, кашляя и задыхаясь от боли. Тэхен испугался, когда Чимин сполз вниз, сжимая светлые волосы и тихо подвывая. Бежать вниз не было смысла, они забрались достаточно высоко, легче было дойти до крыши и прыгнуть вниз. Они бы все равно не успели. С лестницы послышался топот тяжелых ботинок и теперь уже Тэхен потянул друга в сторону подъема, не зная, как он сейчас может помочь Чимину, кроме как дотащить его до крыши. Но Пак и сам услышал, что их догоняют, встал, быстро утерев покрасневшее лицо, и взглянул на проем между этажами. Ковер на лестнице начал дымиться, но не загорелся. - Блять. Идем, нельзя дать им схватить нас обоих, - хрипло сказал Чимин, вытаскивая из куртки какую-то баночку и торопливо заглатывая несколько пилюль. Задавать вопросы времени не было, так что Ким устремился следом за ускорившимся пловцом, превосходившим его по выносливости в несколько раз. Ради чего они теперь бежали на самый верх - непонятно, в какой-то момент Тэхен вспомнил, что он уже три года как имеет профсертификат воздушного мага, и начал ронять ветром все предметы после них, которые могли бы затормозить тех стремных мужиков с короткими стрижками. Чимин спустя время тоже начал помогать, поджигая шторы, ковры и мусорки возле лифтов. Но преследователи не отставали, словно все попытки помешать пройти и не существовали вовсе, а этажи угрожающе заканчивались. Толкнув тяжелую железную дверцу, Чимин оказался на просторной крыше, которую использовали как склад для декораций и заборчиков. - Куда теперь? - из-за ветра Кима было плохо слышно, но Пак услышал и велел Тэхену отойти за будку выхода на крышу, чтобы его не увидели сразу. Сам Чимин встал поближе к краю, заставляя темные кудри друга зашевелиться и обзавестись парочкой серебряных прядей. Выпитое средство постепенно заставляло его температуру подниматься, что чувствовалось через сжимавшую его руку ладонь. К тому же, Пак сильно покраснел и скинул куртку, оставаясь в темной толстовке и тонких спортивных штанах, в которых, кажется, обычно был дома. - Тэхен-а, я сломаю артефакт! - вдруг крикнул блондин, повернувшись в сторону таящегося за дверью парня. - Что?! Дверь распахнулась и на крышу ввалились двое амбалов, и, судя по мокрым рукам, один был магом воды, тушившим все выходки Чимина. Вслед за ними выбежал и Чонгук, в отличие от других заметивший Тэ за дверью и кинувшийся к парню. Ким не поверил в происходящее, потому что буквально минут двадцать назад Чонгук делал вид, что его не существует, а теперь его обняли так крепко, что вся былая нежность и трепет вернулись с удвоенной силой. - Тэхен-а! - Чимин словно не видел, как к нему быстро приближались приспешники "Соулмейта". Маг болезненно улыбнулся и достал еще одну банку другого цвета, проглатывая таблетки прямо на глазах у своих преследователей. Чонгук, кажется, увидел, что Пак выпил, потому что попятился к выходу и потащил за собой совершенно растерянного Тэ. - Сегодня твоя очередь быть спасателем! Прыгай, когда я скажу! - Он выпил быстродействующие провокаторы магии, - едва слышно прошептал Чон, меняя направление к противоположному краю крыши. Чимин попытался ударить одного из мужчин в живот, но сам получил в поддых, падая на колени. - Почему мы ему не помогаем?! - истерично вскрикнул Тэхен, увидев, как его друга скрутили, словно преступника, и дали затрещину, от которой светлая голова сильно дернулась. Чонгуку стоило немалых усилий сдержать брюнета, готового бежать к Чимину, но Чон видел, как загораются пустые после взрыва машины глаза мага, и времени оставалось катастрофически мало. - Прыгайте! - Чимин поднял лицо к небу, вскрикнув. Пленители, видимо, почувствовали, что Пак буквально начал гореть, и отпустили его, размахивая руками, как после горячего. Чонгук заметил, что сквозь черную толстовку проступают руны, а ткань начинает загораться, и понял, что медлить больше нельзя. Обняв Тэхена за талию, он пересек край крыши, утягивая истошно кричащего парня за собой. Второй взрыв раздался на крыше спустя пару мгновений. - Нет, - Юнги распахнул глаза, очнувшись после грохота. Все было ожидаемо: голова болела, спину и руки саднило, было очень неприятно лежать в сломанном газетном киоске, но куда страшнее оказалось то чувство, которое он испытал два года назад. Он не чувствовал Чимина. Нигде.