Проект «Сириус»

Казалось, лето едва ли началось, а на календаре уже конец июля. Кастиэль вернулась только вчера из своего двухмесячного путешествия. После экзаменов девушка начала придумывать план на лето, пока не наткнулась на заметки в собственном дневнике. Драко как-то говорил ей, что японские волшебники на самом деле прекрасные зельевары, и Кастиэль есть чему у них поучиться. Нарцисса была не против отпустить ее в такое далекое путешествие, но Люциуса пришлось уговаривать почти пять дней. В итоге он сдался. В тот же вечер Кастиэль собрала вещи и отправилась в страну Восходящего солнца. Сейчас же вся семья сидела в гостиной за чашкой чая с душистой веткой мяты и дикой смородиной с пирожными и слушала рассказы о приключениях мисс Вейсс. — Так значит, три великих храма Кумано? — задумался Драко, пытаясь вспомнить, где он это уже мог слышать. — Не страшно было бродить в местах, где собираются души умерших? — О, вовсе нет! Там, скорее, чувствуешь трепет, потому что те места священны. — И сколько же ты прошла? — спросила Нарцисса, поставив чашку на блюдце. — Около 170 километров, — ответила Кастиэль, выбирая десерт. — Там много горных перевалов, но есть и дорога вдоль побережья. Пару раз я оставалась там на ночлег, чтобы застать рассвет. Словно отшельник или паломник. Хотя так и есть! Но больше всего мне запомнились высокие кипарисы, леса и статуи Дзидзо-сама. Еще Кастиэль рассказала о пещерах, скалах и храмах, облики которых навсегда останутся в ее сердце, хоть она и сделала множество фотографий, камера не может передать то, что видели глазаа. На весь путь у нее ушло чуть больше недели, а оставшееся время она училась у мастеров, которые согласились взять ее к себе. Поначалу было сложно, ведь их уровень заметно отличается от ее собственного, но Кастиэль упорно трудилась и с особой осторожностью перенимала их знания, а те в знак благодарности подарили ей редкие травы и настойки. Профессор Снейп теперь точно должен ею гордиться. Люциус похвалил Кастиэль за совершенствование своих способностей, но он еще не знал, что за время поездки Вейсс примкнула к боевой магии и выучила сложные техники разрушения. Она намеренно промолчал об этом. В свободное время Кастиэль служила при храме и занималась кюдо, уж очень ее впечатлило это древнее искусство стрельбы из лука. Каждый день был интереснее предыдущего, отчего захватывало дух и просто не хотелось уезжать. — А разве июнь не сезон дождей? — Люциус все еще был в недоумении, как это может нравиться — спать в палатке в дикой природе. Он с легким презрением относился к увлечениям Вейсс, потому что не понимал, что в этом такого особенного, но он не переставал восхищаться ее выносливости и стремлении. — Это так, — кивнула она. — Именно поэтому я и поехала туда в такое время. Люблю дождь, люблю пасмурную погоду, да и управлять стихией намного легче в таких условиях. — Когда живешь в ней? — ухмыльнулся Драко. — Тогда что же насчет огня? — Это не смешно, — Кастиэль кинула в него подушку с дивана, а потом они оба засмеялись. — Ладно-ладно, извини, я же все понимаю. Япония восхитительна, и Кастиэль могла говорить о ней часами. Она показала всем фотографии из своего дневника: водопад Нати-но-таки, святилище Кумано Тайся, мощеная дорога посреди леса, львиная гора вершины, с которых открывается восхитительный вид, и небольшое кафе, куда Кастиэль смогла попасть на обратном пути. Поначалу ей было тяжело, и она совсем не понимала, для чего все это затеяла. Нет, ей не хотелось побыть одной, но хотелось быть далеко от этого места, открыть что-то новое в себе. Истощение тела исцеляется чувством достигнутой цели, после которой можно отправиться в другой путь. — И ты пробыла там два месяца? — Драко не унимался. — В начале июля я получила письмо от Полумны. Она позвала меня в Ирландию, чтобы пройти Западный путь. Ну я и согласилась, — Кастиэль пожала плечами. — Могла бы и домой на пару дней вернуться, — прошептал Малфой. Она пропустила день рождения Драко, но не забыла прислать ему подарок. Это было кимоно. Может, не из чистого шелка, потому что это было ей не по карману, но зато подарок был от души. Также Кастиэль положила к посылке письмо и пару фотографий. Драко уже успел сказать ей за это «спасибо». Вейсс только сейчас вспомнила, что не видела ни Снейпа, ни мадам Лестрейндж. Люциус объяснил ей, что профессор уехал домой и приедет только в сентябре, а Беллатриса сейчас в Министерстве. Может, это и беспокоило Кастиэль, но она была так увлечена рассказами, что уже успела забыть о тех двоих. Изумрудные луга, где пасутся стада овец и лошадей, поросшие вереском скалы, о которые бьются волны, и свобода. Полумна никогда не ходила в такие большие походы, но решилась на это только вместе с Кастиэль. Девушки закупались едой в городах и деревнях, что попадались на пути, спали в палатке, а если повезет, то кто-нибудь и пустит на ночлег, а с утра пораньше снова шли туда, где заходит солнце. Природа настолько удивительна, что путешествуя по одной стране можно увидеть самые разные пейзажи. Поля с одиноким домиком, где горит свет, закат в горах, полумесяц над озером и восход над морем. Кастиэль не хотелось возвращаться в Уилтшир. Из-за Драко. Теперь ведь ничего не будет как прежде. — Во время звездопада мы смогли собрать звездную пыль на пляже и сделали из нее кольцо в форме двух цветков. Белого и синего, — поделилась Кастиэль, пытаясь придать воде тот самый вид. В этот раз все получилось очень быстро и легко. — Символично, однако, — подметила Нарцисса. — И ты оставила его мисс Лавгуд? — Конечно. Пусть это будет для нее памятью о нашем лете. В теплый вечер дом был залит светом золотого заката, и повсюду стояли живые цветы. Ничего особо не изменилось, но что-то было не так. Тягость обещания и возложенная ответственность начинали давить на хрупкие плечи, отчего внутри закипала кровь. Только фотографии и могли успокоить Кастиэль, ведь это е просто картинки, а застывшие мгновения, в которых запечатлены свежесть и сожаление о быстротечности времени. Наш мир похож на реку, что состоит из бесчисленных капель воды, которые находятся в постоянном движении, а мир — из бесконечного повторения жизненного цикла. Каждый из нас обладает своим сознанием и внутренним миром. Человеческие жизнь и смерть поддерживают наш мир как явление. Может, это и грустно, но радуга дарит нам цвет и показывает, насколько этот мир прекрасен. Как бы то ни было, Кастиэль знала, что это лето точно станет для нее яркой фотопленкой вечных странствий, снимки которой проносятся в голове.

***

Фадж сидел в своем кабинете, подписывая документы и проверяя планы на неделю. Одни судебные разбирательства чего стоят, а к ним еще нужно успеть подготовиться. Он и так был не в восторге от навалившихся дел, так еще и потерял свою шляпу. Купить новую не составит никакого проблемы, но это было бы уже не то, поэтому министр топил свое горе в янтаре элитного виски. На днях Корнелиус получил известия из школы. Его порадовали результаты экзаменов выпускников, ведь многие из них придут работать в Министерство, но не количество маглорожденных волшебников. Чего нельзя сказать об Артуре. По этому поводу у них всегда были разногласия, но ни один из спор так и не приходил к какому-либо согласию. Они часто вели разговоры о будущем магов и о роли магии в этом мире, только вот никак не могли понять, что времена меняются, а вместе с ними и мир. — Я разнесу тут все, если ты мне не скажешь, какого черты тут происходит?! — в кабинет ворвалась Беллатриса и приставила палочку к шее Фаджа. Он был очень напуган, но страшнее все же было мистеру Уизли, который знал жестокие черты этой благородной дамы. — Почему мой кузен знал об этом?! — Прошу, мадам Лестрейндж, я могу все объяснить, — пролепетал министр. — Отмени проект, пока еще не поздно. — Боюсь, это невозможно. — Почему? — возмутился Артур. — Не вижу никаких причин для этого. — Я не позволю тебе убить ее, — прошипела Беллатриса министру на ухо. Она была в ярости. Ни Фадж, ни Артур никогда не видели ее такой, но Уизли понял, что письмо дошло, а Лестрейндж начала предпринимать меры. — Он попытается помешать нам, его необходимо было устранить. Только этот выродок из дома Блэков выжил, — она все же отпустила Корнелиуса, и тот продолжил: — Не веришь мне, спроси у Люциуса. Он точно расскажет тебе больше. — Я не стану останавливать Регулуса, если он вернется, — Беллатриса приподняла голову. — А он вернется. — Тогда я позабочусь о том, чтобы его снова упекли в Азкабан. Фадж окончательно вывел ее из себя, и она ушла, взорвав полкабинета. Артур не мог ничего сказать, вряд ли сейчас министр ему поверил, как и не мог принять чью-либо сторону. Слишком уж сложный выбор между тем, что должно быть, и тем, что правильно.