Убежище / Sanctuary

— Гарри! Гермиона! Когда они покинули пустой класс после своего небольшого путешествия во времени, то увидели Невилла и Рона, бегущих со всех ног, чтобы догнать их… Казалось, Невилл был рад видеть Гарри и Гермиону, спокойно идущих вместе; хотя ему и показалось странным, что они выглядели слегка растрепанными, как будто только что проснулись. Рон был явно удивлен — скорее всего, он не ожидал, что Гарри и Гермиона так быстро помирятся. — Гарри, ты не занят? Нам действительно нужно с тобой поговорить о том, что мы будем делать с Волдемортом, — сказал Невилл. — Ах, да, точно. — Гарри совершенно забыл, что Невилл спрашивал об этом за завтраком… Завтрак был всего три часа назад, но ведь с точки зрения Гарри прошло уже почти пятнадцать часов… — Извини, Невилл, но сегодня, наверное, не получится. Как насчет того… ну… Например, если мы соберемся всем Орденом, когда начнутся летние каникулы? — Быстро вмешалась Гермиона. В конце концов, Гарри почти ничего не знал о текущем положении дел, поэтому ему сложно будет разговаривать с Невиллом… — Да, это разумно, — кивнул Невилл. — Так… Мне нужно поговорить с Чоу, так что еще увидимся, ребята? — сказал Гарри. — Гарри, ничего, если твои часы пока останутся у меня? Я бы хотела изучить их получше, — сказала Гермиона. — Может быть, мне удастся выяснить, есть ли у них какие-нибудь дополнительные функции. Гарри приподнял бровь, затем кивнул и протянул ей Маховик времени. — Увидимся позже. Когда он ушел, Рон одобрительно хлопнул Гермиону по спине. — Умница, девочка; взяла его часы, чтобы у тебя был лишний повод снова встретиться с ним, вернуть их… — Мне не нужен повод, чтобы встретиться с моим лучшим другом, — нахмурилась Гермиона. Рон закатил глаза. — Вчера ты так не считала… Когда Гарри вернулся в свою комнату в башне Рейвенкло, чтобы убрать плащ-невидимку и карту мародера; он был удивлен, обнаружив, что Чоу дремлет на его кровати. Этот другой Гарри определенно был очень удачливым мерзавцем… Это заставило его задуматься, а не будет ли с его стороны эгоистично и трусливо остаться в этом мире и никогда не возвращаться в свой старый мир? Здесь у него бы была замечательная девушка, не нужно было любой ценой победить Волдеморта… — Гарри? — Ой, извини, если я тебя разбудил… — Не беспокойся, — улыбнулась она, осторожно притянув его к себе. Она собиралась поцеловать его, когда он внезапно остановил ее. На лице Чоу промелькнуло встревоженное выражение, а в ее блестящем мозгу рейвенкловки пробежали миллионы различных мыслей. Он разговаривал с Гермионой? Он все-таки предпочел Гермиону? Или это было что-то гораздо более приземленное, например, несвежее утреннее дыхание? — Я обещал рассказать тебе о своем шраме, верно? Чоу облегченно вздохнула и кивнула в ответ. — Когда я рассказал об этом Гермионе, она какое-то время держала меня на кончике своей палочки, так что я надеюсь, что ты не будешь накладывать на меня заклинание или что-то в этом роде, — нервно усмехнулся он. — Хотя, если бы ты это сделала, я бы не стал тебя винить… — О чем ты? — Обеспокоенно спросила она. — Ты знаешь, как у Невилла остался шрам на лбу? Это случилось, когда на него напал Волдеморт, — сказал Гарри, откидывая назад челку и обнажая шрам. — Так вот… У меня точно так же появился мой шрам, когда мне был всего год… Я из параллельного мира, где это именно я — Мальчик-Который-Выжил. Я не твой Гарри. — Ты… Ты же шутишь, да? — Спросила Чоу, неуверенно улыбаясь. — Мне показалось, что твой Гарри никогда не шутит, — криво улыбнулся он. — Ну, по крайней мере, ты не наставляешь на меня свою палочку, это уже успех; похоже я уже научился рассказывать людям свою историю…. Я уже рассказал о том, что со мной случилось, профессору Дамблдору и Гермионе, и они мне поверили… — Так ты… Ты действительно из параллельного мира? Тогда… Что случилось с моим Гарри? — неуверенно спросила она. Он почему-то чувствовал себя виноватым и избегал ее взгляда; похоже, он каким-то образом убил того другого Гарри. — Я не знаю… — И как давно ты здесь? — С тех пор, как ты разбудила меня сегодня утром, — ответил он тихим голосом, надеясь, что она поймет, что он имеет в виду, и ему не придется ей все подробно объяснять… На лице Чоу отразилась гамма самых разных эмоций, от шока до стыда. — Я… мне очень жаль… — Тебе жаль? — у нее буквально отвисла челюсть. — В твоем мире… Твоя Чоу делала для тебя такие вещи? Мне кажется, я как будто что-то у нее украла, занимаясь с тобой сексом… — тихо призналась Чоу. И вот об этом она сейчас беспокоилась? Гарри даже застонал от того, насколько совершенна была эта Чоу Чанг… Ведь даже его собственное воображение не смогло бы придумать более идеальную девушку! — Нет, тебе не о чем беспокоиться… У меня не было девушки в моем прошлом мире. — Ух… Слава богу… — С облегчением вздохнула Чоу. — Но… Но я не твой Гарри. Ты не чувствуешь себя… ну… Оскорбленной, или что-то в этом роде? — Спросил он. Он инстинктивно чувствовал, что эта идеальная девушка никогда не станет его винить, поэтому он должен быть ответственным за свои поступки… — Ну… Я немного волнуюсь, что мой Гарри почувствует, что я ему изменила, — она нервно закусила губу. Гарри почти вышел из себя от того, насколько же идеальна была эта Чоу Чанг! — Твой Гарри… Если он хоть немного похож на меня… Он бы ни за что не стал тебя винить. Ты не знала. Это не твоя вина. Это моя вина, что я не остановил тебя. Чоу немного поколебалась, прежде чем кивнуть. — Спасибо. И тут его осенило. Эта Чоу была уж чересчур идеальна… Он не слишком хорошо знал Чоу из своего прошлого мира, но он был абсолютно уверен, что она не такая. Эта Чоу сильно отличалась от той Чоу, которую он знал… Гермиона была более или менее такой же, Рон был таким же, Полумна все такая же странная; отличия Невилла и другого Гарри тоже были более-менее в пределах разумного, учитывая различия в обстоятельствах их жизни… Чоу была единственным человеком, который продемонстрировал самые радикальные изменения. Он до сих пор не пришел к этому выводу, потому что, по всеобщему признанию, он ничего не знал о Чоу Чанг из его прошлого мира… Возможно, прежняя Чоу Чанг тоже могла бы быть такой; если бы она не пережила смерть Седрика, в которого была безумно влюблена…. Он знал, насколько смерть любимого может изменить человека… Но, вроде бы, эта Чоу Чанг никогда не общалась с Седриком… — Чоу… Ты случайно не знаешь, что такое Маховик времени? — Осторожно спросил Гарри. — Ты когда-нибудь пользовалась им? — Я знаю, что это такое, но никогда его не видела, — она покачала головой. Потом Чоу поняла, почему он спрашивает. — Ты думаешь, что ты здесь потому, что кто-то изменил прошлое? — Возможно… Разговор с профессором Дамблдором и Гермионой ничего не дал, я не приблизился к ответу, — Гарри пожал плечами. Тот факт, что эта Чоу никогда раньше не использовала Маховик времени, вовсе не значит, что Чоу из его прошлого мира могла его использовать…. В конце концов, у нее была бы такая же мотивация, как и у Гарри — вернуться в прошлое, чтобы спасти любимого человека… — Скажи, а ты знаешь, кто в этом мире был самым близким другом Седрика? — Спросил Гарри. — Седрик Диггори? Я не знаю, я с ним не особенно общалась, — она печально покачала головой. — В твоем мире вы с ним были близкими друзьями? — Что лучше — любить и потерять или вообще никогда не любить? Она странно посмотрела на него, но все равно ответила: — Любить и потерять. Почему ты спрашиваешь? — Честно говоря… Чоу Чанг из моего мира — одна из моих подозреваемых…

***

— Классные часы, где Гарри их взял? — Ты разбираешься в часах? — Гермиона приподняла бровь, когда Рон, заглядывая через ее плечо, рассматривал Маховик времени. — Не совсем, но ты же знаешь, как мой отец увлекается маггловскими штучками… Механические часы — это единственное маггловское изобретение, которое уважают волшебники. Ну, ты понимаешь, показатель статуса и все такое, — пожал плечами Рон. — Это часы Vacheron Constantin, раритет… Наверное, середины 1700-х годов, если я не ошибаюсь. Эти рассуждения Рона нагоняли на Гермиону тоску. — Эй, ты же понимаешь, что мои познания о мире не ограничиваются лишь квиддичем, — фыркнул Рон. — Я же не могу так долго не слушать отцовскую болтовню во время обеда… — Почему вообще волшебники ценят маггловские часы? — Заинтересовалась Гермиона. — Использовать палочку для волшебного отображения времени гораздо проще, и результат точнее… — Когда ты в последний раз видела, чтобы чистокровный волшебник использовал логику? — Рон засмеялся, демонстрируя добродушную самоиронию. — Без особых причин мы также носим галстук… Просто, чтобы был галстук, всего лишь для того, чтобы быть мужчиной, девушки этого просто не поймут… Речь Рона, казалось, совершенно не убедила Гермиону. — Кроме того, ты же знаешь, что волшебники ненавидят делать хоть что-то руками. А сложность изготовления механических часов требует такой точности, что палочка никогда не сможет сравниться со стрелкой часов, — пояснил он. — Неужели ты думаешь, что какой-нибудь волшебник будет платить больше галеона за маггловскую вещь, которую можно легко наколдовать с помощью волшебной палочки? Часы ручной работы могут быть очень дорогими, и это позволяет богатым чистокровным волшебникам демонстрировать свой статус. — Волшебники не изготавливают часы сами, но они настраивают их в соответствии со своими вкусами и предпочтениями, добавляя магические функции. Одна из самых популярных магических функций — это магические чары, запускаемые от автоподзавода спиральной пружины. Может и у этих есть какие-то магические функции? Вот же чертов Маховик времени… Какая у тебя магическая функция? — Хмм… Нет, — солгала Гермиона. — А это любопытные часы… Они выглядят как наручные, но по внутреннему устройству они больше похожи на карманные, — отметил он. — Я не очень понимаю, зачем парень, который их купил, захотел добавить корону, хотя… — А как можно настроить время без короны? — спросила она, приподняв бровь. Рон закатил глаза. — Ну, ты вообще-то можешь использовать ключ… Посмотри, задняя крышка открывается, и над заводным механизмом можно увидите прорезь для ключа… — Задняя крышка открывается? — Гермиона, все еще настроенная скептически, попыталась открыть ее, но она не поддавалась… Поэтому она превратила попавшееся под руку птичье перо в иглу, чтобы попытаться открыть ее. И, конечно же, задняя крышка открылась! Глаза Гермионы расширились, когда она увидела, что действительно есть прорезь для ключа. — Тогда… Где ключ?

***

Когда Гарри проснулся на следующее утро, он не мог точно вспомнить, когда он вообще заснул, но и эта мысль сразу отошла на второй план — его снова окружали знакомые красные занавески! Он вновь был гриффиндорцем. — Что за хрень! Я вернулся… Я действительно вернулся! Он отдернул занавески и опустил ноги с кровати, окунувшись в привычную обстановку спальни для пятикурсников Гриффиндора. Вокруг были Рон, Невилл, Симус и Дин; и они находились именно там, где и были раньше. Он чуть не заплакал от счастья. — Я вернулся! — Взволнованно закричал он, выбегая, чтобы получше осмотреть свой прежний мир. Но когда он добрался до столовой, кровь застыла у него в жилах… Вдоль соседней стены над главным камином висел огромный телевизор … Глаза Гарри расширились, а его рот открылся и закрылся; в глазах Гарри застыл немой вопрос: «Какого черта?» Что этот чертов телевизор делает в Хогвартсе? Он осторожно дотянулся до кнопки включения, и нажал ее дрожащим пальцем. На экране сразу же открылся канал BBC, шли новости; рассказывали о терактке Ирландской республиканской армии в Манчестере, произошедшем около недели назад. — Гарри? Он обернулся и увидел, что Гермиона в пижаме спускается по лестнице со стороны спальни девушек. Когда она увидела испуганное и шокированное выражение лица Гарри, и новости, идущие по телевизору, она бросилась к нему и заключила его в самые теплые объятия… — Г-Гермиона? — Я знаю, что ты скучаешь по Сириусу, мне тоже его не хватает… Но если бы он был жив, то он не хотел бы, чтобы ты винил себя, — сказала она в отчаянии. — Это не твоя вина, что он был в это время в Манчестере… Ты не единственный, кто хотел билеты на полуфинал УЕФА, да мы все их хотели! Он с ужасом смотрел на сцены, которые разыгрывались перед ним на экране. Она говорила именно то, о чем он подумал? Сириус погиб из-за взрыва бомбы в Манчестере? Какого черта Сириус вообще делал в Манчестере? Чемпионат Европы по футболу 1996 года проходил в Англии… А Германия и Франция, фавориты турнира, провели матчи на стадионе «Олд Траффорд» в Манчестере. Сириус умер из-за этого кровавого футбольного матча? Гарри был почти в полуобморочном состоянии, когда он безвольно плюхнулся на диван. Что, черт возьми, вообще происходит? Телевидение? Электричество? Сириус умер в результате теракта? Разве магии вокруг него не существует? Что, Хогвартс стал просто совершенно обычной, немагической школой-интернатом? — Гарри? Ты в порядке? Пожалуйста, поговори со мной, — взволнованно воскликнула Гермиона. — Expecto Patronum! — Произнес он, крепко схватив ее за плечи, и в его глазах блеснул какой-то маниакальный блеск… — Эти слова для тебя что-нибудь значат? — О чем ты, Гарри? Ты делаешь мне больно! — Извини… — Он ахнул, когда понял, что она дрожит от страха; Гарри осторожно отпустил ее, и медленно отступил. Затем он плюхнулся на диван и закрыл голову руками. — Черт побери… — Я жду защитника… Это был тихий шепот, но уши Гарри все же успели уловить его, и он резко поднял голову. — Что? — Expecto patronum… Это латынь… Это означает «Я жду защитника»… — тихо объяснила она, все еще немного дрожа. Даже когда магии и вовсе не существовало, Гермиона все также пыталась помочь ему, пыталась ответить на все его вопросы… Ему удалось слабо улыбнуться, он встал и заключил ее в успокаивающие объятия. — Мне жаль, что я сделал тебе больно… Я не хотел… Она просто застенчиво кивнула, наслаждаясь его теплом… — Мне стало интересно, что у вас тут за сыр-бор… Насколько я понимаю, вы, наконец, помирились? — зевнув, спросил Рон, прерывая этот трогательный момент. Гермиона густо покраснела и отскочила от Гарри. — Н-н-нет, ты все не так понял… Это было просто… Просто… — Ладно, у вас тут свои дела, но зачем было меня понапрасну будить, приятель? — проворчал Рон, хлопнув Гарри по спине. — Извини, — вздохнул Гарри. — Эй, а ты не знаешь, директор сейчас у себя? Мне нужно с ним поговорить. — Еще слишком рано, хотя… Профессор Дамблдор встает рано, так что может быть уже и у себя, — пожал плечами Рон. — Хорошо, спасибо. — Гарри было странно, что в немагическом мире директора можно называть Альбусом Персивалем Вулфриком Брайаном Дамблдором… Он наспех умылся и оделся, прежде чем броситься к директору школы. По пути он заметил, что вход в Гриффиндорскую башню представлял собой обычную дверь, а не портрет; в коридорах был электрический свет… А еще не было каменной горгульи, охраняющей кабинет директора. — Доброе утро, мистер Поттер. Что привело вас в мой кабинет в столь ранний час? — удивился Альбус. Но Гарри был удивлен еще больше, увидев директора одетым в самый обычный костюм. Гарри на мгновение замолчал, неожиданно передумав обращаться за помощью к директору… В прошлый раз Дамблдор стал первым, кто ему поверил, так что обратиться к нему было уже само собой разумеющимся; но на этот раз магии и вовсе не существовало… Вряд ли этот Дамблдор ему поверит… — Ну… Вы случайно не являетесь фанатом научной фантастики или фэнтези, сэр? — Осторожно спросил Гарри. — Да, так и есть, — усмехнулся Альбус. — А Вы в это верите, сэр? — Я бы очень хотел, но, увы, не зря это называют фантастикой, мой мальчик, — улыбнулся Альбус. Гарри не смог удержаться и вздохнул. — Спасибо, сэр, извините за беспокойство. Хорошего вам дня. Выйдя из кабинета директора, он вдруг заметил, что у него на руке одеты часы… Это был Маховик времени. Но он ясно помнил, как отдал его Гермионе. Как бы там не было, он был рад, что он оказался у него. В мире, где не существует магии, Маховик времени был его последним шансом, его единственным ключом к разгадке. Осмотревшись, чтобы убедиться, что за ним никто не наблюдает, он проскользнул в пустой класс. Глубоко вздохнув, он перевел часы на час назад. Ничего не произошло. Это был не Маховик времени… Это были просто обычные наручные часы… — Черт возьми… И что мне теперь делать? Черт! В ярости он швырнул часы об стену и рухнул за один из столов. Он просто сидел и недоумевал, что же ему теперь делать… — А может, жить в мире без магии было бы не так уж и плохо… Я мог бы быть просто обычным парнем… С тяжелым вздохом он поплелся туда, где на полу лежали его часы. Подняв их, он заметил, что открылась задняя крышка. Надеясь, что он ничего не сломал, он быстро осмотрел внутренние детали часов и с облегчением заметил, что они все еще нормально работают. Затем он снова закрыл ее; Гарри не обратил внимания на странный паз для ключа за одной из шестеренок… Но, собираясь снова одеть часы на руку, он заметил еще кое что… Сзади была надпись. Раскрой прошлое. Зафиксируй настоящее. Открой дверь в будущее. Я дам тебе ключ к моему сердцу. HJG — HJG… Гермиона? Может быть, это намек? — Совершенно ошеломленный, Гарри не мог даже пошевелиться; он лишь благодарно смотрел на такой знакомый аккуратный почерк Гермионы… Затем, взяв себя в руки, он помчался обратно к Гриффиндорской башне. Ее не было в гостиной. По словам Парвати, в спальне ее тоже не было. Поэтому он побежал в библиотеку, но она даже не открылась, было еще слишком рано… Остается столовая. И там ее тоже нет. Черт возьми, куда же она подевалась? Он уже собирался выбежать на поле для квиддича, которое, как он и предполагал, теперь стало футбольным, когда его окликнул знакомый голос. — Доброе утро, Гарри. Он обернулся и увидел прекрасную улыбку Чоу Чанг. Чоу Чанг. Почему рядом всегда была Чоу Чанг? Неужели она как-то связана со всем этим? Хотя на этот раз она не выглядела его девушкой… — Доброе утро… Эээ… Чоу, — осторожно поприветствовал ее Гарри. — Ты не мог бы вернуть ее Гермионе вместо меня? Скажи ей огромное спасибо, действительно очень интересно, — весело сказала она, протягивая ему невероятно знакомую книгу. История Хогвартса Боже правый. Глаза Гарри широко распахнулись, и он тупо уставился на нее. — Гарри? Придя в себя, он быстро пролистал ее и обнаружил, что в ней есть знакомые мелочи, которые в его старом мире Гермиона всегда знала на отлично. Магия. Основатели. Призраки. Говорящие портреты. Там было все. — Чоу… Это… Что это? — Мне кажется, это довольно забавно, разве нет? — Она засмеялась. — Тот, кто написал эту книгу, был действительно умен; он очень умело использовал реальные факты об этой школе, украсив их фантастическими деталями. — Ну… Да… Ты сказала, что это для Гермионы? — Да, я взяла ее, потому что она выглядела интересной… Тебе стоит попробовать ее прочитать, — предложила она. — Ну, мне пора. Увидимся позже, Гарри. — Э-э, да… Увидимся. Затем он продолжил свои бесплодные поиски Гермионы по замку и на территории Хогвартса, но ее нигде не было… Только когда он уныло вернулся в свою комнату, он неожиданно увидел ее. Она заправляла постель Гарри и складывала его одежду… Очевидно, этой Гермионе нравилось заботиться о нем, или что-то в этом роде… — О, Гарри, извини, — застенчиво пробормотала она, заметив, как он уставился на нее. Было странно видеть, что она так смущается, но, в то же время, он находил это невероятно милым. Наверное, волшебный мир был ее последней отчаянной попыткой наконец-то найти место, куда бы она вписывалась со своим характером; но эта Гермиона была просто невероятно замкнутой. — Гермиона, Чоу просила меня вернуть это тебе, — сказал он, протягивая ей учебник, который так любила Гермиона из его старого мира… — Ей очень понравилось. — Спасибо, — Гермиона улыбнулась, явно довольная тем, что Чоу понравилось. — Что ты думаешь о том, что написано в этой книге? — Осторожно спросил Гарри. — Ну… Как сказать… Иногда мне хочется в это верить, но это глупо, конечно, — нервно призналась она. — Иногда просто хочется пофантазировать, вот и все… — Где ты ее взяла? Она заколебалась. — Это… Как-то связано с детским домом, в котором ты выросла? Увидев, что ее глаза расширились от шока, он понял, что угадал. — Кто тебе ее дал? — Одна из старших девочек в моем детском доме… Она пробыла там всего несколько дней, но она очень хорошо относилась ко мне… Она относилась ко мне как к сестре… Некоторые даже говорили, что мы даже выглядим как сестры, — тихо объяснила она. — Мне было тоскливо, когда ее забрали… Но она дала мне эту книгу перед уходом… Ее звали Джейн. — Джейн? — Гермиона Джейн Грейнджер. Она была такой предсказуемой, и он так любил ее за это! Неужели Гермиона каким-то образом придумала, как отправиться на десятилетие в прошлое, просто чтобы передать книгу этой «младшей Гермионе» в качестве ключа к разгадке? Он был в таком восторге от того, что еще не все потеряно, что просто не мог не обнять ее. — Могу я одолжить ее у тебя? — Да… Конечно… — Она изумленно запнулась и сильно покраснела. — Так, и еще кое-что… Что ты можешь сказать мне об этих часах? — Спросил Гарри, снимая часы с запястья, и протягивая ей. — Насколько я помню, ты сказал мне, что девушка постарше, в которую ты был влюблен, подарила их тебе, когда тебе было десять лет… И ты больше никогда ее не видел… — Тихо сказала она. — А что? Неужели Гермиона вернулась в прошлое и подарила ему эти наручные часы? Десятилетний Гарри был влюблен в шестнадцатилетнюю Гермиону? Странно… — Что ты думаешь об этой надписи с обратной стороны? — Спросил он, поворачивая часы, чтобы показать ей. — Твои инициалы, твой почерк… — Раскрой прошлое… Зафиксируй настоящее… Открой дверь в будущее… Я дам тебе ключ к моему сердцу… — Ее глаза расширились от шока. — Это мой почерк… И мои инициалы… Но… Я этого не писала… Я никогда не видела этого раньше… И ты никогда не упоминал об этом… Что это, Гарри? Что происходит? Видя, насколько она напугана, он заключил ее в успокаивающие объятия и нежно провел рукой по ее волосам. Должно быть, все это похоже на что-то из Сумеречной Зоны, с этими надписями на наручных часах, которые она якобы написала, но не помнит, а затем что-то внезапно всплывает; он пока не хотел открывать ей всей правды. — Я пытаюсь понять, что происходит, и я думаю, что эта книга является ключом к разгадке… Я скажу тебе, когда во всем разберусь, хорошо? Она тихонько кивнула; казалось, ей очень нравится находиться в его объятиях, и ее больше не беспокоит ничего на свете… Неужели и эта Гермиона тоже в него влюблена?

***

Следующие несколько часов Гарри провел, листая «Историю Хогвартса», но, похоже, это был тот самый учебник, который он видел миллион раз до этого… Это был просто учебник, и не более того. Но это должно быть нечто большее… Конечно, там должно быль что-то еще, что — то, до чего он пока не догадался… Когда он размышлял над надписью на обратной стороне наручных часов, он предположил, что первая строчка «раскрой прошлое» относилась к учебнику. В конце концов, ведь это был учебник истории… — Я дам тебе ключ к моему сердцу… Какой ключ? Может быть, это какое-то ключевое слово, спрятанное в учебнике? Но книгу ему дала Чоу, значит, ключ каким-то образом связан с ней? Затем, немного подумав, он вспомнил, что отдал книгу Гермионе, которая сразу же вернула ее ему, когда он попросил ее почитать. Так кто же все-таки? Чоу или Гермиона? — Черт возьми, Гермиона… Почему ты дала мне такой сложный намек? Затем что-то щелкнуло в его мозгу. А что, если она не хочет, чтобы он это понял? Что, если она просто дала ему шанс на нормальную жизнь? Что, если это был ее способ дать ему сделать выбор? В его старом мире Дамблдор и все остальные пытались манипулировать им; так может ли такое быть, что Гермиона действительно дала ему шанс? Либо просто расслабиться и наслаждаться этой новой жизнью, либо попытаться найти ключ, чтобы вернуться в свой старый привычный мир? Но что тогда случилось с его старым миром? Неужели тот Гарри просто перестал существовать? И раз его нет, то некому исполнить пророчество; и, в конце концов, победит Волдеморт? Черт бы побрал это спасение людей! — Гарри? Он поднял глаза и увидел Гермиону, стоящую в дверях его комнаты. — Ты собираешься идти обедать? — Я не голоден, — он покачал головой. — Иди без меня. — Я тоже не хочу… Ты хорошо себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила она, садясь на край его кровати. Он смотрел в ее любящие глаза и задавался вопросом — а не это ли та самая нормальная жизнь, которую он так хотел? В этом мире Гермиона беспокоилась бы только о своих оценках и его благополучии; ей не пришлось бы думать ни о каких проклятых темных лордах… Но теперь беспокоился он. Он беспокоился о том, что где-то там Волдеморт все еще может существовать, и он не в силах его остановить… И может ли эта нормальность, это простое человеческое счастье заставить его забыть об этих заботах? — Гермиона… Ты счастлива? Его вопрос, казалось, застал ее врасплох. Затем она робко кивнула. — Я… Наверное… Наверное, я могла бы быть еще счастливее… Ее слов было достаточно, чтобы Гарри окончательно потерял голову; и он, даже не думая о последствиях, затащил ее в постель и впился в ее губы своими… Сначала она напряглась от шока, но быстро обмякла и простонала от радости, удовольствия и восторга… — Г-Гарри? — Она запнулась, обнаружив, что лежит на кровати с любовью всей своей жизни, он навис над ней сверху; его вес не давил на нее, а наоборот, придавал ей приятное чувство безопасности… — Гермиона… Ты счастлива? — Снова спросил он. Она кивнула, и ее глаза наполнились слезами. — Да.

***

— Привет, приятель, я слышал, Гермионе, наконец, удалось до тебя достучаться, — усмехнулся Рон. — А что насчет тебя? Кому-нибудь вообще удастся до тебя достучаться? — Парировал Гарри. Он действительно задавался вопросом, счастлив ли Рон этого мира. — Ну, вообще-то, я думаю, что сегодня я проведу ночь с Полумной Лавгуд, — самодовольно ответил он. — И поэтому я пытаюсь уговорить Симуса, Дина и Невилла сегодня убраться и спать в другом месте, чтобы дать вам с Гермионой шанс провести ночь вдвоем… Ведь ты не увидишь ее до следующего учебного года! — Но мы с Гермионой… Мы не… — Пробормотал Гарри, слегка покраснев. — Я не говорю тебе ее трахать, приятель. Просто я подумал, что ты мог бы провести с ней как можно больше времени перед летними каникулами, — Рон закатил глаза. — Но если ты все же решишься, просто наслаждайся, хорошо? — Ну-у… Хорошо, спасибо. — Ого, твои часы снова пошли? Отлично, приятель! Как ты их починил? — Спросил Рон, хватая его запястье и осматривая его часы. — Это оригинальные часы Vacheron Constantin, они теперь должны стоить целое состояние после того! — А они были сломаны? — Озадаченно спросил Гарри. — Ты совсем ку-ку? Они сломались почти сразу, как ты их получил в подарок; за последние шесть лет они ни разу не завелись, — приподнял бровь Рон. — Ты носишь их только потому, что это был подарок той первой девушки, в которую ты влюбился… — Ты думаешь, они снова пошли, потому что ты начал встречаться с Гермионой? — Неожиданно спросила Парвати, подслушивающая их разговор. — Это так романтично! — Вздохнула Лаванда Браун. — Ох уж эти девчонки, — закатил глаза Рон. — Любовь не может заставить снова пойти наручные часы. Так, стоп. Любовь. Сила, о которой он не знает. Любовь. Ключ к моему сердцу. Была ли любовь ключом? Несмотря на то, что он находился у всех на виду, он повернул стрелки на час назад, чтобы попробовать вернуться в прошлое. Ничего. — Ну что ж… Я хотя бы попытался… Но он никак не мог перестать думать о том, а зачем он вообще пытался? Разве он не был здесь счастлив?