Осторожно, шкаф!

      Снова очередное утро в отеле. Оно было теплее обычного. Правда, сейчас в зале около кухни творилась суматоха и было совсем не до погоды. Перед запертой дверью столовой толпились монстры и люди, громко возмущаясь. Мята только спустилась на первый этаж и не понимала, что же произошло. Она подошла, как всегда, пьющему коньяк Винсенту. — Что происходит? — поинтересовалась девушка. — Ничего, просто Туф и Мани заперлись прямо в кухне, — ответил Винс, делая ещё глоток из кружки. — А… — Катья хмыкнула.       Видимо, Туф решил отчитать своего сына-брата за то, что Шоколадка увидел, что Мани и Глитч вытворяли в их номере. И, судя по возмущенным крикам по ту сторону двери, все было именно так. Козлёнок тоже присутствовал в толпе, причем находился ближе всех к двери и что-то говорил в замочную скважину. Неожиданно возле Мятой Катьи возник Кросс. Нет, он не телепортировался, лишь тихо подкрался. — Они ещё долго не выйдут, зашли туда полчаса назад, — произнёс страж, потягиваясь.       От неожиданности Цветочная чуть ли не вскрикнула и закрыла себе рот рукой. Подобные появления, которые были её особенными головными болями в отеле, обычно не предвещали ничего хорошего, но в этот раз все было не так уж и плохо. — Глитч к тому времени проснётся? — успокоившись спросила глава Мятной Династии. — Да, скорее всего. Нам желательно утащить его в подвал, а потом уже сообщить Мани, — Кросс кивнул головой, попутно испепеляя хищным взглядом бокал Винсента. Тот в ответ смерил его ледяным взором и отвернулся, залпом опустошая стакан.       Монохромный показал язык, затем схватил Мяту за запястье и поскорей потащил на четвертый этаж. За то время, пока Тумбочка и Шкаф выясняли отношения, Кросс и Катья вполне успешно перетащили спящего Глитча в подвал. Ну, на самом деле не так уж и успешно, пока они спускались, Мята успела нехило так приложить беднягу черепом об ступеньки. На всякий пожарный, стражник решил приковать одну руку друга к стене кандалами, которые появились тут буквально несколько часов назад. Так, чтобы не сбежал, если проснётся до прихода своего нового хозяина. Вернувшись наверх, довольные шипперы заметили, что толпа уже вполне успешно рассосалась и путь на кухню был свободен. А значит время покушать. Напряжённо переглянувшись, оба замерли. Сейчас им надо было выбрать того, кто пойдет выискивать наркомана, а бегать по всему отелю, а если не повезет, то по комнатам и островам, не хотелось обоим. — Иди, скажи всё Мани, я жрать уже хочу! — первым крикнул садист Цветочной и поскорей ретировался на кухню, оставляя ошалевшую девушку в зале с большой кучей вопросов и возмущения. — Как будто я, блять, не хочу! — крикнула в ответ Катья, сжимая в руке ключ и недовольно рыча. Делать все равно было нечего, Кросса мало кто переубедит сделать что-то без его желания. Она поплелась на поиски брата-наркомана, ибо тот уже успел где-то затеряться, видно, он успел поесть пока выслушивал нотации. Слава великому Реду, тот нашёлся очень быстро, на третьем этаже возле двери Туфа и его мальца Шоколадки. — Мани! Мани, Мани, Мани, Мани, — уже издалека затараторила Мята, подлетая к алкоголику и с довольным видом вручая ему ключи от подвала и наручников Глитча. — Твоя псинка ждёт тебя в подвале, а это ключ от его оков. Всё, дальше сам разберёшься, хоть ты и тупой, но разберёшься. Благословляю вас. Ебитесь. — проговорила Мятная и с чувством выполненного долга убежала на кухню искать себе пропитание, пока другие всё не сожрали. А Мани размеренным шагом, на ходу закуривая свои излюбленные сигареты, направился в подвал к своей несносной псинке.       Проснувшись в подвале, Глитч понял, что это уже не его комната. Находился он не в своей кровати, а в холодном помещении. Только было он хотел осмотреться, как осознал, что в тёмной комнате есть ещё кто-то, кто прожигает того хищным взглядом. Кого можно было ожидать ещё, кроме Вышки? Дёрнув рукой, Мелкий наконец понял, что его рука прикована. Мани подошёл ближе, отчего Сбой нахмурился. Вышка сразу же схватил Мелкого за шейные позвонки, прижав к стене и чуть приподнимая. Из-за этого Глюк стоял на носочках. Глитч зарычал, начав пинать Мани. — Отпусти меня, д… — не успел договорить Глитч, как начал шипеть и кряхтеть. Он начал оттягивать свободной рукой от себя ладонь обкуренного, что сжимала его шею всё сильнее и сильнее. Наркоман убрал изо рта сигарету и усмехнулся. — Ты наступаешь на одни и те же грабли, стараясь прятаться или избегать меня. Ты — идиот. — сказал Вышка, потушив сигарету о голову Глитча. Мелкий зашипел.       Ощущение не из приятных, когда тебя использовали как пепельницу, Мята поймет. Сжимая и стараясь оттащить руку Вышки от своей шеи, Сбой нахмурился. — Ты не Достоевский, чтобы называть меня идиотом. Никто из нормальных монстров не вёл бы себя так, как ты, кретин, — грубо проговорил тот, тем самым зля ещё больше Мани. Вышка прикрыл глаз и усмехнулся. Ослабив хватку, тот очень медленно спустил руку с шеи, на плечо, крепко его сжав. — Видимо ты не сделал вывод из всего того, что произошло на днях. Когда до тебя дойдет, что ты мой? Жалкий щенок… игрушка.       Улыбаясь шире, Папайрус схватил с ближайшей тумбочки лиловый ошейник с серебренными шипами. Он быстро закрепил его на шее мелкого и подхватил собачий атрибут пальцами, притягивая к себе Глитча. — Может это даст тебе понять, что ты моя шавка? — Сказал высокий скелет, отпустив ошейник.       Мелкий снова дернул скованной рукой, желая освободиться. Желание было услышано волшебной космической связью и высокий скелет открыл оковы ключами. Сразу же после этого Мани ухватил Сбоя рукой за позвоночник и с глухим рыком, злой улыбкой притянул его к себе. Подняв на руки мелкого, Вышка примкнул к его шее, начав дышать, облизывать, покусывать и оставлять еле видные следы. В данном действие Папайрус не был агрессивным и не глумился над телом своего пса. К удивлению он был нежен… надолго ли? Может эта уловка, чтобы отвлечь и запутать Сбоя, а потом поиздеваться ещё хлеще, чем ранее? Знает только Мани и его обкуренные тараканы в черепушке.       Почти у каждого шея является одним из самых чувствительных эрогенных зон. У этого монстра это не было исключение. Да и изучить эро-зоны у своей собачки будет только на пользу. Глитч же начал вырываться из рук насильника. —МАНИ! ИДИ В ПИЗДУ! — нервно прокричал скелет, руками убирая голову Мани от себя. Вышка лишь усмехнулся. —Это приглашение? — сказал он, смотря на злое и покрывшееся румянцем лицо Глитча. Однако, не смотря на это, наркоман не был доволен действиям Мелкого. Это его мало по-малому бесит уже. Чёртово неподчинение.       Видел Великий Ред, Вышка пытался начать всё хорошо. Мани схватил голову своей игрушки и очень сильно впился зубами в плечо. След явно останется и не слабый. Глюк вскрикнул, зажмурив глаза. Приятного ничего, а вот больно было. Открыв глазницы, мелкий дернулся. Лицо курящего скелета было близко. От такого испуга Сбой вздохнул, что было на пользу Мани. Схватив того за скулы, он затянул Сбоя в страстный поцелуй. От неожиданности Мелкий расширил глаза. Глитч чувствовал себя очень странно. Испуганный и наполненный злостью взгляд смотрел прямо на высокого скелета. Это пугало пса, он хотел оттолкнуть от себя курящего. Вот только это не получится. Поза неудобная. Вышка делал поцелуй очень рваным, то отстраняясь, то углубляя его. Во время поцелуя он держал руки мелкого за его спиной. Вышка сжал чужое бедро, начав его поглаживать. Отстранившись от поцелуя, Мани поглядел на напуганный и озлобленный взгляд, чуть усмехнувшись. Как же наркомана веселили данные моменты в его обкуренной жизни. Разнообразие.       У Мелкого вновь стала бурлить магия, что медленно, но верно начинала образовывать нечёткое, но магическое тело. Поглядев на оставленную метку на шее, Мани усмехнулся и большим пальцем надавил на место укуса, которое вновь стало сильно болеть. Вышку позабавило шипение и дрожь Глитча. Наркоман перестал давить на больное и наклонил голову набок, прожигая взглядом пассивчика. — Мне посчастливилось первым увидеть твою метку… Первому поставить на тебя эту печать, — промурлыкал тот, начав медленно стягивать со Сбоя одежду. —Когда ты прекратишь?! — прокричал Глитч, начиная активно вырываться.       Вышка игнорировал эти возмущения со стороны своего пса, лишь сильнее сжав его запястья. Стянув с того толстовку, Мани улыбнулся, оскалив клыки. Поставив Глитча на пол, Мани прижал того к стене лицом. Вытянув руки мелочи вдоль бетонной стенки, Мани ссутулился, начав покусывать предплечья Сбоя. Перехватив своей большой ладонью сразу обе руки Глюка, Вышка полез прямиком в шорты к Мелкому. Мани начал тереться пахом о Мелкого, выдавая своё нетерпение. Шальные руки Вышки не давали покоя, тазовые кости Сбоя уже все пылали от прикосновений. Противоречивые мысли снова наполнили голову Глитча. Он знал, что Мани только сейчас приносит ему удовольствие, чтобы самому дальше вдоволь наиграться с его телом. Поэтому он упорно не сдавался — магия только зарождалась. Методичные движения в шортах раззадоривали Глюка и его магия становилась всё чётче. Лапанье крестца Мелкого не осталось бесследным и женская магия образовалась полностью. Размышления прервала рука наркомана, которая уже приспустила его шорты. — Мани, тебе не кажется что с меня довольно? Ты мне и так ребро сломал, забрав как трофей, что тебе ещё нужно?! — он был на грани истерии. Самое смешное, что его друг, Кросс, принял в этом участие, это злило его больше. Бедняжка. Мани недолго думал над ответом, поглаживая уже талию Глитча, — Полное подчинение, — сладко протянул Вышка. — Я не остановлюсь, пока полностью не сломлю тебя. —Какими глупостями ты одержим, идиот? — зло проворчал Сбой       Мани резко повернул его лицом к себе и с безумием посмотрел ему прямо в глаза. Сбой разглядел в его глазах не обычное безумие, а очень даже обоснованное. Мани обкурился, его зрачки были очень расширенными и не менялись. Глюк совсем не представлял чего ожидать от Мани в таком состояние. Схватив Глитча за запястья, Мани с грубостью откинул того к столу. Сбой не успел и движения сделать, как высокий скелет приковал Карлика к столешнице, на которой и лежали данные наручники. Возмущению Глитча не было предела. Его оставили в одном свитере, так и ещё приковали, лишив гарантии на побег. Мани обшарил стол и взял оттуда зуммер с пультом управления. Облизнув клыки, Вышка подошёл к Глитчу, раздвинув его ноги. Мелкий прибывал в шоке при виде вибратора в руках насильника. Вырваться не получится, будет только хуже. Да и думать над событиями сейчас не вариант. Не получится сбежать, спастись, избежать всего этого. — Ты не посмеешь, — тихо произнёс Мелкий, качая отрицательно головой.        Посмел. Крайне медленно, в какой-то степени даже нагло измываясь над беднягой из-за его беспомощности, засунув своему псу в киску данную игрушку, он поглядел на пульт и, отойдя к тумбочке, что находилась напротив самого Глюка, скелет сел на неё. Хитро осмотрев пульт управления, Вышка нажал на кнопочку, что заставило Глитча застонать. Мелкий покрылся ярким пунцом, начав выдергивать руки и материться на обкуренного.  — Меньше слов, — командным тоном сказал Вышка и увеличил мощность на зуммере, — больше дела…        Рука Мани скользнула в шорты к своему члену. Слегка коснувшись своего друга, тот почувствовал легкое расслабление и возбуждение, пульсация стоячего члена проходилась по руке. Последовательные, плавные движения руки заставляли его становится больше. С помощью пульта Вышка увеличил мощь эквивалента члена. Глитчу приятно не было и удовольствия от этого он не получал. Скорее ему было больно. Мелкий зажмурил глазницы и сжал ладони в кулаки. Стоны наполняли комнату. Член Мани возбудился до конца. Откинув пульт, скелет слез с тумбы. Наркомана немного качало из-за того, что ранее он накурился. Подойдя к Сбою, что пытался отдышаться, он присел на корточки рядом, всё так же мучительно медленно вытащил игрушку и стал освобождать его кисти от наручников. Не передать словами, насколько сильное у Глитча желание убить Вышку. Когда его руки освободились, Глюк все же осмелился ударить насильника в нос. Папайрус нахмурился. Он не ожидал, что его собачка все же осмелиться дать отпор. Злобно глядя мелочи в глаза, он сменил тон голоса на более грубый. Схватив того за воротник свитера, Мани приблизился. — Смелым себя почувствовал? Ты, глупая шавка, сильно об этом пожалеешь! —пригрозил тот.       Положив мелкого лицом в пол, насильник спустил до конца свои шорты. Мани держал руки Сбоя вытянутыми. Поддерживая таз, высокий скелет резко вошёл в Глитча. Нижний издал протяжный стон, зажмурившись. Грубыми и резкими движениями Мани начал втрахивать Сбоя в стол, не давая ни секунды передышки. Из-за предварительных игр Глитч был достаточно мокрым, поэтому ему было чуть легче, хоть и размер вибратора уступал размерам члена Мани. Последний же не давал синеглазке хоть как-то отодвинуться, сильно держа за талию другой рукой. По всему подвалу начали доноситься шлепки и рванные вздохи, полустоны и вскрики Глитча от более грубых толчков. Тело Сбоя уже очень легко реагировало на движения внутри, хотя нет, он буквально немел от всего этого, полностью окунаясь в пучину безумия. Разум туманился от нежелательного возбуждения, тело полностью обмякло. Мани увидел, что Мелкий уже не сопротивляется и просто стонет, устав бороться, а может и от своего собственного бессилия. Решив поменять позу, Вышка потянул того за руки на себя. Ещё пара толчков в этом положении и они оба кончили. Несмотря на это, Мани не прекращал трахать Сбоя. Делал он это конечно уже не так усердно, но по крайней мере, закончить это всё так быстро Вышка не желал. Перевернув Сбоя, Папайрус закинул одну из его ног на себя и снова вошёл в тело мелкого. Простонав, Глитч закатил глаза. Глюк упёрся в того своей ослабший рученькой, но высокий скелет на это и вида не подал. Мелкий пытался проговорить сквозь стоны просьбу прекратить.       Вытащив свой член из Глитча, Вышка потянул выбившегося из сил за ошейник к себе. — Ну ведь можешь же быть хорошим мальчиком, когда хочешь, а? — с саркастичной насмешкой сказал Мани, отпустив мелочь.       Наркоман поднялся и пошел в сторону своей одежды. Начав одеваться, он не прекращал смотреть на свою жертву. Появилось сильное желание посадить того на цепь. Все также без слов наркоман осмотрел холодную и сырую комнату. Когда Вышка думал, куда привязать Глитча, на глаза попался стол, что уже был полезен ранее. Мани наконец оделся полностью и подошёл к мелкому, что начал устало рычать на насильника. Но тот уже не слушал оскорбления от вымотанного скелета, а лишь потянул его за цепь ошейника. Папайрус крепко завязал цепь у ножки стола так, чтобы не смог развязать. — Теперь это твоё место, — приказным и грубым голосом сказал насильник. — Пошёл ты! — ответил Глитч, за что получил пинок под ребра. Простонав от боли, Сбой стал пытаться снять ошейник. Это рассмешило Вышку.  — Ты не сможешь снять, пока не начнёшь поддаваться дрессировке, — проурчал наркоман, присев на корточки перед полуголым скелетом. Мани погладил того по скуле. У мелкого не хватало сил рыпаться, поэтому он просто обматерил её. — Уёбок, отцепи меня! — скалисто приказал Сбой и был проигнорирован. Вышка поднялся и просто пошёл к выходу. Глитч был ошарашен. —В смысле блять? А меня, блять, освободить?       Он пытался расстегнуть ошейник на шее, попутно подтягивая свои шорты к себе ногой. Мани остановился у самой двери и не поворачиваясь, усмехнулся: — Теперь ты живешь тут, дорогой, — ответил Вышка и покинул комнату. Закрытая дверь, темнота. Глитч продолжил попытку высвободиться из ошейника, за что получил током. Удар был слабым, но тем не менее болезненным. Глитчу осталось надеяться на лучшее. Уставший и замученный монстр смотрел на закрытую дверь, осозновая свою беспомощность.