Еиналеж

— Пак Чимин~щи, как много вы помните? — Еще некоторое время назад я не помнил даже своего имени.

❦❦❦

      Хосок придирчиво оглядывает Чимина, сидящего на постели. Он улыбается и с интересом разглядывает принесенные мамой фотоальбомы, пока Хосок, припирая собой стену, стоит напротив. — Милый, может быть тебе что-нибудь купить? — мама Чимина заботливо перебирает его темные локоны, пока он добровольно подставляется под ее ласки. Хосок весь передергивается, пока наблюдает за парочкой, а стоит ему словить на себе взгляд Чимина, поспешно отворачивается. — Все в порядке, не стоит, — шепчет в ответ Чимин. Он перехватывает женскую руку и обхватывает меж своих ладоней, любовно прижимая к груди. — Возвращайся домой, со мной все будет хорошо.       Женщина улыбается, незаметно сглатывая горький ком в горле и кивает. Как только Чимин попал в больницу, ее сразу же оповестил Джин. Только она работала в ночную смену и не могла позволить себе уйти с работы, попросив Кима приглядеть за ее сыном до ее возвращения. И как только ее отпустили с работы, она тут же понеслась к Чимину, отсиживая подле него уже пятый час. Стоит ли говорить, о том, как биение ее сердце остановилось в тот же момент, как она услышала взволнованный голос Джина по ту сторону трубки? Ее сердце было сродни раскаленному камню, обжигающему грудь в страхе за сына. Ее мешки под глазами явно выдавали всю усталость, и Чимин не мог смотреть на собственную мать, пытающуюся за улыбкой скрыть свое изнеможенное состояние. Он взволнованно оглядел ее хрупкий силуэт и провел ладонью по ее щеке. — Не оставляй Саран одну, — он улыбнулся на не верящий взгляд мамы и оставил аккуратный поцелуй на тыльной стороне ее ладони. Он перевел взгляд на колени, где лежал фотоальбом и еще раз осмотрел маленькую девчушку с фото, которая крепко обнимала его самого. В груди неприятно защемило, Чимин сжал губы, пытаясь отдаться ощущениям в груди. Он старался почувствовать хоть что-то, увидеть хотя бы одно воспоминание о когда-то любимой сестре, но видел лишь пустоту и это фото в альбоме.       Спустя еще несколько минут ему все же удалось заставить маму вернуться домой. Женщина пообещала прийти вечером, но Хосок заверил ее, что нет смысла так беспокоиться, ведь они с Джином обязательно присмотрят за Чимином. Она согласно закивала, но что-то подсказывало Паку, что даже это не остановит ее от вечернего визита. Только дверь палаты закрылась за женщиной, как Хосок кинул еще один придирчивый взгляд в сторону Чимина. — Тебя что-то беспокоит? — Пак удобнее уселся на постели, не сводя глаз со старшего. — Теперь ты другой. — И поэтому ты уже который час боишься подойти ко мне ближе, чем на метр? — Чимин отпускает легкий смешок, но Хосок остается все также серьезен. И на это Чимин может отпустить только нервное «оу». — Я всегда держусь подальше от незнакомых людей, — Чимин на его слова удивленно моргает глазами, а после радостно улыбается. — О, так ты намекаешь на знакомство со мной, — он игриво подыгрывает бровями. — Что ж, я согласен. Только боюсь теперь тебе придется рассказывать не только о себе, но и обо мне… — Хосок замечает грустный огонек в глазах Чимина, который в следующую секунду разгорается новым пламенем, скрывая потухший блеск его зрачков. — Ну так что?       Хосок только вздыхает, но позволяет себе заметно расслабиться под ребяческим взглядом Чимина. Сейчас он был не лучше маленького ребенка, нашедшего себе интересную игрушку. Чон усмехнулся собственному сравнению и, уже не беспокоясь ни о чем, сел рядом с Чимином, получая в ответ новую порцию радостной улыбки и случайных прикосновений. Этот Чимин доставлял больше проблем, чем прошлый, но тем не менее, Хосок пусть и скрывал, но был счастлив, что теперь Чимин не чувствует прошлых страданий. Только насколько долго это сможет продлиться?

❦❦❦

— Чимин~щи, скажите, кто эта женщина на фото? — Наверно, моя мать. — Наверно? Вы не уверены? — Я теперь ни в чем не уверен.

❦❦❦

      Джин с улыбкой наблюдает за тем, как Чимин, уткнувшись своим маленьким носиком в больничную подушку, посапывал, иногда издавая непонятные звуки вперемешку с вялым причмокиванием его губ. Пусть Чимин никогда не жаловался на бессонницу, пока не потерял память, но Джин отчетливо помнит чужие глубоко залегшие под глазами синяки и болезненный цвет кожи. И теперь, когда Чимин вот так спокойно за долю секунду мог заснуть, Джин не был способен скрыть радости за младшего.       Джин осторожно вышел из палаты, стараясь не издавать ни звука. Он в последний раз кинул взгляд на спящего Чимина и прикрыл за собой дверь. Хосок сидел неподалёку, на диванчиках и смотрел какое-то ток-шоу на своём телефоне. Не то, чтобы ему, и правда, это было интересно, просто последние часа два занять себя было нечем.       За время нахождения в больнице, он не раз задавался вопросом, почему не ушёл домой, как только узнал, что Чимин серьезно не пострадал. Почему, несмотря на возмущения Джина, продолжал ожидать пробуждение Чимина? И почему не сделал вид, что они не знакомы, когда оказалось, что младший потерял память?       Хосок, и правда, не в состоянии ответить на эти вопросы. Возможно, это чувство вины, съедающее его с того самого момента, как он увидел его избитое лицо, а может быть простое желание находиться рядом. Они с Чимином не друзья и даже не приятели, но отчего-то он не смел сомкнуть глаз, наблюдая за спящим Паком. У них разные проблемы, разные взгляды и не совместимые жизни, но Хосок слышал свой внутренний страх, когда увидел себя в глазах Чимина незнакомцем. Хосок не знает, может ему просто интересно, что будет дальше, а может он действительно привязался. Единственное, в чем он уверен, он не хочет делать вид, что они не знакомы, потому что не готов стереть из своей жизни Чимина. — И как он? — Хосок откладывает телефон в сторону и смотрит на Джина. — Что врач говорит?       Ким был рад тому, что благодаря бизнесу его отца, у его семьи были хорошие связи, а лечащий врач Чимина, как раз оказался хорошим другом их семьи. Джин садится рядом с Хосоком и припоминает свой сегодняшний разговор с мистером Чоном. — Я не все понял, — начал он. — Но, вроде бы, потеря памяти вызвана не ударом. — А в чем тогда дело?       Джин нервно прикусывает губу, обдумывая свои дальнейшие слова. — Чимин просто захотел все забыть…

❦❦❦

      Тэхен бьет кулаком об стену, когда узнает о том, что Чимин попал в больницу. Перед глазами его улыбчиво лицо в следующую секунду окрашивающееся кровью и ссадинами. Собственные руки пусть и тысячный раз вымытые, сейчас будто в крови. Стыд и вина сжирают изнутри. Он слышит эти звуки причмокивания и валится на пол, когда живот скручивает в ужасных спазмах. Он не мог найти должного оправдания своему грязному поступку. Поступил как последний трус, избив родного Чимина и оставив валяться на улице. Ищет ли он себе прощения? Ждет ли понимания? Нет, потому что оправдания этому нет, прощать такое нельзя, а понимание заслуживает лишь тот, кто способен понимать. А Тэхен не захотел понимать и принимать Чимина, он предпочел сравнять его с грязью, бросив на пыльную землю. Тэхен самый настоящий монстр, превративший жизнь самого дорогого ему человека в ад.       За стенкой как обычно ругаются родители, он слышит звуки ударов и крики матери. Он слышит ее тихий плачь и проклятья отца, ненавидящего их всей своей душой. Они никогда не любили Тэхена, довели его старшего брата до побега в другую страну, а сами считают себя образцовой семьей. Они не любят Тэхена, а Чимин любит. Только Тэхен готов найти тысячи оправданий своим родителям и не может найти ни одного для Чимина. Тэхен ненавидит своих родителей, а Чимина…

❦❦❦

      Проходит несколько дней, прежде чем Тэхен решает вернуться в универ. Он не знает, выписали ли Чимина и насколько ужасно его состояние. Он не хочет думать, что навредил Паку, заставил его оказаться в больнице, он желает забыть эти ужасные дни, оказавшиеся куда тяжелее, чем вся его жизнь.       Тэхен заходит в здание серой неприметной мышью, хочет слиться с толпой и заставить всех забыть о себе. Он, правда, готов раствориться в воздухе, но стоит ему увидеть хрупкую спину Чимина, шедшего впереди, и Тэхен невольно застывает, оглядывая чужой силуэт, по которому он ужасно соскучился. Вина вновь дает о себе знать, когда бьет диким звоном в ушах. Он сомневается всего пару секунд, а после решительно идет к Чимину, окликая его и заставляя обратить на себя внимание.       Чимин тут же поворачивает голову, ловя на себя взгляд не только Тэхена, но и остальных студентов. И он без понятия, почему они все с таким осуждением смотрят на него. — Я слышал, ты попал в больницу, — Тэхен неловко тупит взгляд в пол, не в силах смотреть на Чимина. Пусть и прошло несколько дней, а на щеке Пака все также красовался огромный синяк, пока рассеченная бровь была скрыта за розовым пластырем с поросятами. Определенно Джин постарался. — И… как ты себя… чувствуешь?       В горле неприятно чешется ком, Тэхен все также не смеет поднять взгляд, но не сдерживается, когда слышит добрую усмешку напротив: — О, не беспокойся, уже все в порядке, — Чимин улыбается и нервно чешет затылок. Он ощущает чувство стыда, пробирающее до самых костей, оттого что даже не может вспомнить человека перед собой. Были ли они близки? Насколько он был важен для Чимина? — У тебя, надеюсь, тоже все хорошо…       Тэхен удивленно вскидывает брови, когда слышит подобное от Чимина, но, несмотря на это, кивает. Он не понимает, почему Чимин сейчас так спокойно стоит и спрашивает, в порядке ли Тэхен, когда сам попал в больницу из-за него. Осознание вины все больше давит на легкие, дышать становится трудней, и Тэхен понимает, что если не извинится сейчас, то эта вина отберет последний кислород, сжав его легкие в тиски, до последнего хриплого вздоха. — Я хотел извиниться за… то, что произошло, — едва слышно шепчет Тэхен, с опаской заглядывая в глаза Чимину. Он ждет чужого удивления, злости или даже ненависти, но никак не ожидает увидеть недоумение на дне глаз напротив.       Чимин в непонимании дует губы, а после вновь спешит улыбнуться. — Ох, прости, а ты сделал что-то плохое? — он вновь чешет затылок, чувствуя нарастающую неловкость.       Тэхен совсем ничего не понимает. Он смотрит на растерянное лицо Чимина, на его по-детски выпученные сейчас глаза и милый тон голоса. Тэхен совершенно без понятия, какую игру ведет Чимин и для чего сейчас так смотрит на него. — Что ты хочешь этим добиться? — раздражение в голосе выдается до того, как Тэхен успевает среагировать. Чужое поведение ужасно давит на нервы, парень не знает, куда себя деть и как вести. Он не знает, чего стоит ожидать от такого Чимина.       Чимин замечает злой взгляд напротив и невольно сглатывает. Сердце отчего-то начинает неистово биться в груди, пока легкие горят, находясь в раскаленном пламени неожиданно возникших чувств. На душу огромным камнем наваливается необъяснимый страх, а горло режет от стоящего там кома. Он не знает почему, но смотря в глаза напротив, хочет плакать и кричать мольбы о чем-то непонятном. — Чимин, хватит притворяться! — Тэхен не замечает, как повышает голос и хватает парня за руку, не забыв хорошенько встряхнуть. Пак испуганно вскрикивает, и пытается вырваться из хватки незнакомца. — С-слушай… отпусти меня, ладно?.. — голос подрагивает, ладони потеют от страха, а чужая рука, крепче сомкнувшееся на его запястье, заставляет шипеть от боли. Только Тэхен не собирается отступать. Чужое хрупкое запястье издает легкий хруст, Чимин не сдерживается от нового крика и до боли прикусывает губу, только бы не разреветься от неожиданно накатившего страха.       Джин, вовремя заметивший парочку, подбегает к ним, тут же перехватывая руку Тэхена и заставляя отпустить уже побледневшего от боли и страха Чимина. — Ты что творишь, придурок? — шипит Джин, отпихивая Кима подальше от Чимина. Джин тут же обращает свое внимание на Пака, прижимающего покрасневшее запястье к своей груди, в попытке успокоить взволнованное сердце. Джин взволнованно оглядывает его и треплет по голове. — Чимин~и, иди, пожалуйста, прямо по коридору к лестницам, там тебя ждет Хосок. Он проведет тебя к твоему кабинету.       Чимин медленно кивает, все никак не придя в чувства, от испытанного минутой ранее страха. Он последний раз кидает на Тэхена взгляд, ловит его недоумение, но только шепчет тихое «до встречи» и идет в указанном направлении. — Ким Тэхен, ты совсем бесстрашный? Кто тебе позволил приближаться к Чимину? — начинает Джин, как только Чимин исчезает из поля зрения. Он хватает Кима за ворот свитера и встряхивает. Тэхен, все еще прибывающий в шоке, не сразу реагирует, но минутой позднее в ответ хватает Джина за грудки. — А кто мне может запретить? — он усмехается, а стоит ему заметить чужой, занесенный над головой кулак, смеется во весь голос. — У-у, нервы совсем ни к черту. — Закрой свой рот, — Джин пихает парня к ближайшей стенке, тут же придавливая своим весом и не позволяя двинуться. — Сейчас я буду говорить, а ты внимательно слушать, — Тэхен вновь смеется, а Джин едва заметно бьет локтем меж его ребер. — Слушать, Тэхен~и. Слушать и запоминать. Ты совершил огромную ошибку, когда решил поднять руку на Чимина. И то, что ты еще живой, а на мне нет уголовного, заслуга далеко не твоя. Наверно, я тебя сейчас обрадую, но благодаря твоим стараниям Чимин потерял память, — Джин усмехается, когда видит растерянность на лице напротив. — Ох, так ты не рад? — Ты сейчас шутишь? — Тэхен не может поверить в услышанное. В голове всплывает его разговор с Чимином, произошедший пару мгновений ранее, он вспоминает этот недоуменный взгляд и испуганный голос и самостоятельно складывает паззлы в голове, отвечая на свой же вопрос. Сердце, словно летевшее с огромной пропасти, сейчас, кажется, разбилось о холодную землю. Из-за него, из-за его неконтролируемой агрессии, Чимин потерял память. И что же? Кто же он теперь для Чимина?       Тэхен пытается выбраться из хватки Джина и сорваться к Чимину, найти его и все выяснить. Что это значит? Они так долго были вместе, они пережили столько всего, они стали друг другу самыми дорогими и единственными, а Чимин вот так запросто все забыл? А главное — он забыл, что любил Тэхена. Из-за этой глупой любви они почти разрушили все, что имели, практически предали свою дружбу, почти стали друг другу никем, а сейчас Чимин спокойно может смотреть на него, и вовсе не помня ни одного своего слова об этой любви.       Тэхен злится, пихает Джина и недовольно стонет, когда тот все также крепко держит его, позволяя только безнадежно смотреть в сторону коридора, куда ушел Чимин. — Прекрати это, — Джин еще раз встряхивает Тэхена, а тот уже и не сопротивляется, только едва сжимает рукава на пиджаке старшего. — Теперь оставь его в покое. Он не помнит ничего, ни тебя, ни своей влюбленности. Он больше не будет тебя доставать, и ты перестань это делать. Ты потерял его еще тогда, а сейчас не пытайся вернуть все назад, — Джин видит чужие слезы, скопившиеся в уголках глаз, но продолжает. — Чимин ведь тебе совсем не нужен. Он же только для того, чтобы потешить твое эго, — Тэхен мотает головой из стороны в сторону и прячет неожиданно хлынувшие из глаз слезы за дрожащими ладонями. Чимин ему очень нужен. Наверно, даже больше, чем воздух. — Найди себе другого дурачка, а его оставь в покое, потому что такой подонок как ты ему тоже не нужен, — Тэхен кусает губы, не смея издать ни звука. Он не хочет верить в то, что теперь это точно конец. Теперь он никто для Чимина, пока тот является всем для придурка Тэхена.       Сердце болезненно колет, Тэхен сжимается в комок, пытаясь остановить поток слез и прижимается лбом к плечу Джина. И плевать, что он ненавидит его всей душой и готов убить каждую секунду. Ведь все, что он способен делать сейчас, это вот так беспомощно обнимать ненавистного Джина и пускать слезы в его пиджак.       Джин понимает, насколько сейчас дерьмово себя чувствует Тэхен, а потому не отталкивает, прижимаясь в ответ и позволяя себе на несколько секунд стать спасительной жилеткой для давно утонувшего в своей боли Тэхена. Джин ненавидит Кима, но так же, как и младший не верит в чувства Чимина. Он понимает Тэхена, оправдывает каждую пророненную им сейчас слезинку и осознает, насколько ему жалко их обоих, оказавшихся на этом перепутье. Для Чимина Тэхен был жизнью и даже больше, как и он для Тэхена. Только сейчас Чимин смотря на Тэхена, видит странного незнакомца, а Тэхен умирает в вихре тех чувств, ураган которых когда-то создал Чимин.       Джин едва заметно поглаживает младшего по голове и в этот момент ненавидит только себя, потому что понимает, что не может помочь ни одному из них. Он тоже сейчас беспомощен, как и Тэхен и слеп в воспоминаниях как Чимин.