Еиналеж

      Кап. Кап. Кап.       Чимин слышит за спиной капли, которые одна за другой стекают по непроглядно темной стене. Он хмурится и прикрывает уши руками. Этот звук никак не хочет оставлять его в покое. За спиной противные хлюпающие звуки и голоса. Миллионы голосов. Они зовут и о чем-то просят. Чимин устал их слушать, он просто устал дышать. Отдохнуть. Он просто хочет лечь и не просыпаться. Он жмурит глаза, старается исчезнуть из этой своей реальности, но все также продолжает сидеть и мокнуть под соленым дождем. Как долго это продлиться? Сколько еще ему придется мучиться? — Почему так громко? — шепчет и пытается спрятаться за собственными руками. Этот шум такой противный. Эти реки слез из дождя, эти стонущие голоса, — его персональный ад. Он вздрагивает, когда новая капля закатывается за ворот и слышит звонкий лязг стали. Перед глазами собственные ноги, скованные цепями. Неужели он застрял тут навсегда?

❦❦❦

— Чимин? — Хосок взволнованно оглядывает задремавшего паренька, и трясет за плечо. — Мм? — Чимин хмурится и едва приоткрывает один глаз. Они сидели в столовой на перемене между второй и третьей парой.       С тех пор как он потерял память, рядом с ним всегда был либо Хосок, либо Джин. Последний наотрез отказывался оставлять Чимина с Хосоком, продолжая обвинять его в произошедшем. Чону особо все равно, что там говорит Джин, но когда в очередной их перепалке Чимин заступился за Хосока, старшему это определенно польстило.       Чимин не знает почему, но ему намного комфортней находиться рядом с Хосоком, нежели с Джином. Могло ли в его прошлой жизни что-то повлиять на новые чувства? Был ли Хосок изначально ближе Паку, чем Джин? — Я уснул? — Ага, не высыпаешься что ли? — Хосок заботливо поправляет выбившие из прически Чимина пряди.       За это время он еще больше успел привязаться к младшему. С того момента, как Чимин вернулся в университет, не было ни дня, чтобы на него странно не косились или не пытались подойти. Хосок всегда находился рядом, чтобы вовремя отшить нежеланных собеседников. Чимин не помнит ничего, для него косые взгляды в свою сторону кажутся ненормальными и пугающими. Он вздрагивает каждый раз, когда за спиной кто-то противно тянет его имя и с благодарностью улыбается Хосоку, который тут же оказывается рядом и одним своим взглядом заставляет всех замолчать. — Устаю сильно, — Чимин подтягивается. — Я никогда не был выносливым? — он смотрит на Хосока, а тот тут же отводит свой взгляд. После всего того, что успел пережить Чимин, Хосок вряд ли может его назвать невыносливым. Только эту правду он обязан скрыть так же, как и все остальное.       Джин сказал, что все прошлое Чимина должно быть забыто. Он был потерян, разбит и никому не нужен. Он был мертв. Новый Чимин должен жить, должен быть свободен и не должен ничего помнить. Врач ему выписал таблетки, которые Джин в тот же вечер сменил на обычные витамины. Ящик со всем больным прошлым Чимина был закрыт, а ключ припрятан у Кима под подушкой. Он пообещал себе стереть весь ужас, которым жил Чимин до потери памяти. Он обещал помочь ему и взял с Хосока обещание молчать. Он сделает, что угодно, но не позволит Чимину узнать и грамм своей прошлой жизни. — Выносливость это не твое… — врет Хосок и, не зная, куда деть взгляд, утыкается в телефон. Сначала Чимину такое поведение казалось странным, но за прошедшие недели он успел к этому привыкнуть.       Он жмет плечами и оглядывает столовую. Здесь столько людей. Со сколькими из них он был знаком? Скольким помогал? Скольким испортил жизнь? Вопросы бесконечным потоком носятся в голове, а он только обхватывает губами трубочку из-под сока и делает глоток. Вокруг него жизнь идет сплошным ходом, а у него ощущение, что он застрял еще на полпути. Он не знает что делать, как себя вести, о чем думать. У него нет прошлого, в его воспоминаниях огромная дыра, он чувствует себя потерянным. Ему не за что зацепиться, не к чему привязаться, он словно воздушный шарик, случайно выскочивший из рук. И нет ни одной ветки, способной его поймать и остановить. Он просто летит и не знает, чем это закончится.       На глаза попадается макушка его соседа, и Чимин не сдерживается от улыбки. Тэхен сидит за столиком неподалеку и обедает вместе с Чонгуком. Младший до сих пор вызывал у Чимина странные ощущения, но его милая улыбка явно спасала его от нелюбви Чимина.       Он говорит Хосоку, что сходит купить еще один сок, а сам незаметно забирает свою сумку, явно не намереваясь возвращаться. Чон, видимо, заинтересованный чем-то в телефоне, только кивает и совсем не подозревает об обмане. Чимин радостно хихикает и сбегает, пока его не раскрыли. Он крепче хватает свою сумку и идет в сторону знакомых. — Привет, — тянет он.       Тэхен вздрагивает, чуть не роняет телефон из рук и поворачивается в сторону говорившего. По спине разом пробегается толпа мурашек, смешной россыпью оседая на коже. Он удивленно разглядывает Чимина и на приветствие только кивает головой. — О, хен! — Чонгук тут же подрывается с места и подходит к старшему. Он, словно маленький ребенок, обхватывает руку Чимина, повисая на ней. — Я соскучился!       Чимин смеется и треплет Чонгука по волосам, а Тэхен теперь с недоумением разглядывает их обоих. — Вы разве знакомы? — обращается он к Чонгуку. Тот улыбается и кивает головой. — Еще как, мы вообще лучшие друзья! — Не то, чтобы… — тут же прерывает его Чимин. — Но мы постепенно к этому идем, да?       Чонгук вновь кивает и ластится ближе к Чимину, когда он начинает сминать в своих руках его мягкие щечки. Чонгук напоминал Чимину маленького ребенка, ровесника Саран, с которым хотелось постоянно обниматься и о ком хотелось заботиться.       Чонгук утягивает его вместе с собой на сидения и тут же протягивает нетронутый шоколадный батончик: — Держи, — Чимин благодарно улыбается, а Чонгук отворачивается, принимаясь за свой недоеденный обед.       Пак мельком глядит на Тэхена, но тот словно не замечая его, продолжает есть. Не то, что это было обидным, но Чимин почувствовал, как сердце в груди неприятно кольнуло. Ему, конечно, нравится Чонгук, но пришел он сюда не из-за него. — Как дела? — Чимин смотрит на Тэхена в упор, однако тот все также не отрывается от своей тарелки. Чимин бы поверил, что парень, и правда, занят своим обедом, если бы не чужой взгляд, мельком пойманный секундой ранее. Тэхен знает, что Чимин обращается к нему, только намеренно продолжает игнорировать. Чимин ощущает еще один неприятный укол сердца. — Я тебя чем-то обидел? — Конечно, — вместо Тэхена отвечает Чонгук. — Он же твой парень, а ты забыл об этом. — Чонгук! — Тэхен, секундой ранее подавившийся лапшой, сейчас готов был убить друга своим взглядом. Чимин же удивленно смотрел на них обоих, о чем-то раздумывая. Тэхен точно уверен, Чимин озадачен, ведь в таких случаях он всегда ровно, как и сейчас надувает губы, полностью отдаваясь размышлением. — Так вот почему ты мне сразу понравился! — несколькими минутами позднее восклицает Чимин, чем заставляет Тэхена подавиться во второй раз. Пак радостно улыбается, пока Чонгук старается сдержаться, чтобы не засмеяться во весь голос. — Это просто дурацкая шутка, — придя в себя, говорит Тэхен. Чимин понимающе кивает головой, но Ким замечает, каким поникшим становится его взгляд. Что бы это могло значить?       Чимин не сдается и с надеждой глядит на Чонгука, но тот только пожимает плечами и подтверждает слова старшего.  — Действительно дурацкая шутка… — усмехается Чимин, вздрагивая от нового неприятного укола в груди. Почему он расстроен? На что он вообще надеялся?       На душе смешанные чувства, словно его старая боль, застывшая под корочкой льда, дала трещину. Он чувствует горький ком в горле, но не понимает, почему так реагирует на чужие слова. Ведь это было очевидно, как они могли встречаться? Тогда почему у него ощущение, словно ему плюнули прямо в лицо, а все его чувства втоптали в землю? Неужели такое уже случалось? Кто же Тэхен для него на самом деле?       Он разглядывает профиль парня перед собой, только больше удивляясь его красоте. Тэхен такой прекрасный, словно нарисованный масляными красками: с острыми скулами, густыми пушистыми ресницами и красивой формой губ. Его бронз кожи притягивает взгляд, длинные пальцы завораживают, а глаза, сейчас смотрящие прямо в глаза Чимину, ужасно тоскуют. Почему Чимину кажется, что они блестят, едва сдерживая в себе слезы?       Его размышления прерываются подошедшим Хосоком. Он только несколько минут назад обнаружил пропажу в виде Чимина. Картинка Пака, сидящего вместе с Тэхеном, сыграла, словно красная мантия перед глазами быка. Он берет Чимина за запястье, ловя в ответ его удивленный взгляд: — Хоби, ты чего? — Пойдем отсюда, — цедит сквозь зубы Хосок, утягивая Чимина в свою сторону. Тот не сопротивляется, позволяя старшему поднять себя из-за стола. Только стоит Хосоку двинуться в сторону выхода, Чимин словно прирастает к полу, отказываясь куда-либо уходить. — Чимин, нам нужно идти. — Почему? — он ничего не понимает. Почему Хосок такой злой? Почему взгляд Тэхена расстроенный? Почему сердце от боли готово вырваться наружу? Он видит, как Тэхен в напряжении сжимает в руках палочки, и сглатывает. В голове непонятные картинки, всплывают одна за другой, рисуя образ грустного Тэхена. Только там его волосы не черные и не завиваются милыми кудрями, они светлые и жесткие. Его взгляд игрив, а губы дергаются в беззвучном смехе. Это Тэхен, только не тот, который сейчас сидит напротив. Это старый Тэхен, из прошлого Чимина. В голове лишь силуэт подростка Тэхена, пушистый снег, хлопьями ложащийся на его осветленные пряди и опухшие губы.       «Твои глупые фильмы…» — слышится в голове голос Тэхена. — Они не глупые… — словно в бреду шепчет Чимин. Он прикрывает уши, когда слышит шум миллионов голосов в голове. Тех самых, которые еще недавно преследовали его в ночном кошмаре.       «Если бы мы и были способны любить, думаю, я смог бы любить тебя…» — Любить…       «Я точно знаю, что любил бы именно тебя…» — и лишь размытая квадратная улыбка. — Меня?.. — Чимин ошарашенно поднимает взгляд на Тэхена. Тот взволнованно оглядывает его, не понимая, что происходит. — Чимин, ты в порядке? — Хосок обеспокоенно хватает парня за руки, встряхивая. Чимин нехотя отводит взгляд от Тэхена и смотрит на Хосока. Теперь и его глаза глядели на Чимина с испугом. — Хен, — тут же подает голос Чонгук. — У тебя что-то болит? Почему ты плачешь?       Чимин не понимает, что происходит, почему они все так странно на него смотрят. Он вырывает свои руки из захвата Хосока и тут же приставляет к лицу. Капля за каплей слезы стекают из глаз, напарываясь на его холодные пальцы и оседая прозрачной солью на губах. Он плачет… Но почему? — Минни… — испуганно шепчет Тэхен. Чимин всхлипывает, когда слышит свое имя из уст парня и оседает на полу, продолжая давиться противными горячими слезами. Его имя, обрамленное бархатом голоса Тэхена, разливается в груди приятным теплом. Только оно неприятно играет на струнах его души, задевая самые высокие ноты, доводя его сознание до истерики непонятными картинками прошлого.       «— Минни… — шепчет Тэхен. Он обхватывает своими длинными аккуратными пальцами маленькие пухленькие пальчики Чимина, которые легко вмещаются в его ладонь. Он стройным рядом поцелуев рисует на его руках многочисленные узоры, упиваясь тому, насколько сладка и нежна его кожа, после душа. Чимин смущается и крепче прижимается к груди Тэхена, стараясь спрятать свои красные щеки. Приятная нега жаром обдает его тело, и он не сдерживается от томного всхлипа.       Тэхен улыбается и обхватывает пухлые щечки Чимина пальцами, любуясь их милой розовой окраской. И пусть Чимин не раз злился из-за своей природной пухлости, Тэхен сходил с ума, от его мягких щек и полных губ. Для него Чимин идеален, без единого изъяна, словно фарфоровая кукла из его личной коллекция, особенная и единственная в своей природе. Тэхен облизывает свои опухшие от бесконечных поцелуев губы и вновь припадает к губам напротив. Он стонет, когда ощущает кожей, насколько они полные и обхватывает одну из них зубами, чуть прикусывая.       Чимин недовольно мычит, но вовсе не отталкивает, крепче обхватывая своими руками шею парня. Тэхен всегда кусал его губы до крови и никогда не давал им зажить, постоянно ровно, как и сейчас прокусывая клыками подсохшую ранку и обсасывая истекающую кровью губу. До ушей Чимина едва доходят причмокивающие звуки, пока он стонет, изгибаясь в руках Тэхена. И ему становится все равно на ужасно ноющую губу, на синяки на бедрах, потому что он любит, когда Тэхен собственнически смыкает свои руки на его бедрах, сжимая и едва заметно царапая ногтями. Он любит, когда Тэхен своим языком слизывают каждую капельку крови с искусанных губ Чимина и молит прощение, в душе ликуя от своей очередной порции сладости. Он просто любит Тэхена и готов позволять ему все…»       Чимин всхлипывает и глотает противные слезы вместе с новым комом. Это воспоминание было лучшим, что произошло с Чимином за все две недели. Он уверен, та ночь была самой лучшей, за всю его жизнь. Только непонятная тяжесть оседает на душе. Огромный нож впивается в его сердце, рваными движениями распарывая его старые шрамы. Он до сих пор не знает, где ключ от его ящика в комнате, но только что обнаружил ключ от своих забытых чувств. Этот замок, сплетенный из миллиона цепей, сейчас так легко отворяется, все больше заставляя Чимина тонуть в вихре чувств, пережитых в ту ночь. В его любимую ночь из всех.       Он до сих пор ничего не помнит и не знает, но он уверен — он любил Тэхена тогда и любит его сейчас. И дело не в прошлых чувствах, а в Тэхене все также взволнованно оглядывающем Чимина. Не важно, как много забудет Чимин, сколько раз еще потеряет память, его мертвое сердце издает свое биение каждый раз, когда видит Тэхена, потому что бьется только для него одного.       Сейчас оно истошно вопит и молит о помощи, а Чимин только сжимает в ладонях свою кофту. Он хочет снова почувствовать губы Тэхена на своих, он хочет снова ощущать под пальцами его мягкие волосы. Он хочет снова любить его как прежде. — Чимин? — Хосок пытается помочь парню встать, а тот словно тряпичная кукла, позволяет делать с собой все, что угодно. Сил говорить нет, каждое движение удается с трудом, а глаза все еще неприятно щиплют от соленых слез. Он понимает, что сейчас Хосок уведет его отсюда, но все равно бросает свой взгляд на Тэхена. И одинокая слеза крупной каплей скатывается по его щеке. — Не трогай его, — Тэхен встает из-за стола. Он не понимает, зачем это делает, но знает, что так правильно. Хосок удивленно смотрит на Кима, а тот уже берет Чимина за руку и утягивает в свою сторону. Чимин снова плачет, но все равно улыбается и прижимается к груди Тэхена, обнимая и пряча мокрый нос в вороте его свитера. Тэхен обвивает руки на талии парня и обнимает в ответ, наконец, за долгое время вновь ощущая Чимина так близко. Сердце в груди бьется в сумасшествии, и Тэхен уверен, Чимин его слышит. Ведь не зря же на его лице расцветает еще более широкая улыбка. Тэхен и сам не сдерживается от улыбки, когда зарывается носом в ворох темных волос на макушке Чимина. Все тот же гель для душа. Любимый запах Тэхена на Паке.       У них в отношениях так много проблем. Они так много испортили и разрушили, но сейчас Тэхен стоит здесь, и держит самое дорогое, что когда-либо имел в своей жизни. Без Чимина было слишком тяжело дышать, а сейчас он огромными глотками съедает весь воздух, пропитанный запахом Пака. Это мгновение, словно оживило их обоих от долгой спячки, дало на пару минут ощутить счастье и свободу.       Чимин прикрывает глаза, наслаждаясь этим моментом и не обращая внимания на сердце, которое все также истошное воет. Но почему? Он ведь счастлив, так почему оно неспокойно?..