unforget

      В тот самый момент, когда Каин взял его за руку, Дилюк понял, что важнее этого мягкого, но настойчивого прикосновения ничего не может быть. Он видел в нём Кэйю - и вместе с болью, это пробуждало в нём благоговейный восторг; боль же значения не имела - Рагнвиндр, честно говоря, уже и не мог вспомнить хотя бы один день своей жизни без неё.        Каин распахнул дверь, неспеша заходя в комнату, Дилюк предусмотрительно её придержал.       Аделина действительно постаралась - не было ни осколков на полу, ни трупа в кресле и ни капли крови на зеркале. Можно сказать, что обстановка в комнате оживилась: свет от свечей стал мягче, воздух теплее, а высокие потолки больше не давили грозно на его плечи.       Хотя, может, дело было в Каине рядом. Пока Дилюк заторможено разглядывал углы комнаты в поисках следов от неприятного сюрприза, Каин опрокинул его на кровать, медленно седлая чужие бедра. Горячая ладонь в миг нашла распахнувшийся боковой разрез халата.       Луна подсвечивала длинные локоны, эфемерностью предстающей картинки перед Дилюком выбивая почву из-под его ног.       Каин, видимо, догадался о неостановимом потоке мыслей в голове Рагнвиндра - поэтому лишь внимательно смотрел на чужое лицо, подмечая малейшие изменения.       Дрожащие руки, покрытые шрамами, коснулись чужой кожи, обхватывая ладонями лицо.       Может быть, это его шанс на счастье? Может быть... у них с Каином все получится?       Тот накрывает своими ладонями чужие и наклоняется, слегка изгибаясь в пояснице. Не целует, а лижет - игриво, насмешливо - уголок губ.       Так бы Кэйа целовал его, если бы выжил?       Каин стонет, когда его язык оказывается в плену у Дилюка; тот покусывает, посасывает, выбивая так легко выпорхающие из глотки Каина стоны.       Так бы Кэйа стонал под его руками?       Каин разводит ноги чуть шире, скользит неприкрытой ничем задницей по жёстким брюкам Дилюка, предлагая себя - так, что у Дилюка от возбуждения голова кружится - так зазывающее, открыто, пошло.       Так бы Кэйа ластился под руки Дилюка, предлагал себя, словно ш-       Рагнвиндр в ту же секунду отдергивает от себя Каина, чувствуя подходящую тошноту. Думать так о давно умершем человеке, оскорблять его память, нет, он бы никогда, нет. Они были... не в таких отношениях, когда... У Дилюк нет права на-       Испуг перерастает в раздражение, а вина - на другого. Он чувствует, как огонь вновь пробирается на кончили его пальцев, раззадоривая шквал нарастающих эмоций.       Если бы не этот чёртов отель, постояльцы-безумцы, вся эта чертовщина, Каин, Каин, КАИН-       Дилюк перемещает ладони с лица Каина на шею - сменяя нежность и возбуждение на злость и похоть. Он сжимает ладони, в этот же миг чувствуя запах паленой плоти; зверь внутри урчит одобрительно.       Чужое дыхание прерывается с кротким всхлипом - Дилюк не слышал звука прекраснее. Ногти в впиваются в его руки, пытаясь стряхнуть их - бесполезно. Сильный удар в грудь - тоже. Рагнвиндр упрям и силен.       Глаза Каина начинают слезиться от недостатка воздуха - лазурь разбавляется водянистым маревом; рот пытается бессмысленно глотнуть воздуха, а красивое лицо искажается паникой и страданиями - так он красивее всего.       Во всем вина Каина. Если бы он с ним не встретился, он бы не вспомнил о Кэйе. Он бы не вспомнил о смерти того, по которому горюет спустя 10 лет. Это вина Каина. Насмехается над Дилюком, издевается. Рагнвиндр ненавидит Кэйю. Если бы тот был сильнее, тогда бы ничего не случилось. В отместку он заставит его страдать-        - Дилюк, - в его ушах, мягко, до боли знакомо, как только глаза Каина начинают неуклонно закатываться.       Рагнвиндр дергается, ослабляя свою хватку. Слова резко отрезвляют его, сменяя шторм внутри на штиль. Кто?... Каин не смог бы сказать что-то, пока его душили.       Тот валится на бок, никчёмно закашливаясь. Взгляд Дилюка падает на ожоги в форме кольца рук на изящной шее - и в тот же миг его глаза расширяются от ужаса осознания. Его ладонь еле успевает сдержать подкатившую рвоту; бежит, убегает в ванную, скрываясь от взгляда опечаленных звёзд.       Его рвёт желчью. С непрезентабельным видом стряпни Аделины он и забыл что не ел уже... довольно много времени.       Кажется, постояльцы заразили его своим безумием. Он окунул лицо в ледяную воду, пытаясь хоть немного прийти в себя, согнать всё ещё тлеющее раздражение в сердце.       Дилюк смотрит в зеркало и видит там погасшего умом и телом человека. Там больше не было полного жизнь только-только назначенного капитана кавалерии - и даже не нашлось облегчённого победой над древним падшим королевством вояки. В отражении были блеклые волосы, что потеряли свой ярко-алый оттенок; тусклые глаза и вековая усталость в каждой морщинке и шраме.       Рагнвиндр тяжело вздохнул - у него не было сил даже попытаться понять, откуда взялась эта глубинная ненависть и где она пряталась всё это время. Нужно было извиниться перед Каином, он не заслуживал такого обращения.       Дилюк выходит из уборной и медленно подходит к кровати - там, все также заваленный на бок силуэт лежит недвижимо спиной к нему; наверное, боится лишний раз двинуться.       Он садится на угол кровати и неловко протягивает руку, опуская её на плечо.        - Каин, я... - начинает он, но его речь вмиг обрывается, когда кончики пальцев цепляют что-то липкое между локонами шёлка волос.       Не дыша, Рагнвиндр укладывает Каина спиной на матрац.       Чудовищной глубины разрез рассекает его тело. Бледные губы - в крови, видимо, пострадали лёгкие, что не удивительно при такой ране. Прекрасные остекленевшие глаза смотрят в потолок, будто бы любуясь звездами за слоями дерева и бетона.        - К-каин? - Дилюк дёргает его, отчего локоны разлетаются по белоснежной подушке, размазывая алый крови будто художник кистью, - Каин? Нет-       Тот не отвечает, продолжая бездыханно лежать в его руках.        - Что случилось с тобой?... Почему...       Из него вытекло ужасное количество крови - когда Дилюк отпустил Каина, облокачиваясь локтями об матрац в попытках сдержать истерику, влажная простынь неприятно чавкает.        - Кэйа...       Старый рояль, на котором он учился играть в детстве по наставлению Крепуса, внезапно проигрывает несколько нот, выводя Дилюка из транса. Он дергается, но потом видит отбрасываемую тень маленькой девочки, что спряталась за громоздким инструментом.        - Я напугала тебя? - довольно спрашивает Ли, выглядывая из своего укрытия.        - Да, - выдыхает он в ответ, не желая тратить энергию даже на злость.       Ли спрыгивает с банкетки и подбегает к замершему в середине холла Дилюку. Она внимательно вглядывается в его глаза:        - Ты же здесь для того, чтобы найти братика, да, зануда? Ну, как, нашёл?       Рагнвиндр отрицательно мотает головой.       Девочка начинает покусывать свои ногти из-за чего её речь становится невнятной.        - Он здесь, да? Если знаешь где он - скажи мне! Я устала его искать...       Несмотря на их подорванные отношения, Ли единственная из постояльцев, которой не было все равно на Кэйю.        - Если бы я знал.        - Но ты знаешь! - девочка нахмурилась, будто бы разочарованная в смекалке Дилюка, - могут дать прочитать тебе его письмо, если так станет понятнее.        О чём она?... Неужели про то самое, которое использовала как полотно для рисования?        - Какое ещё письмо?       Ли фыркнула и, порывшись в карманах комбинезона, выудила помятую бумажку.        - Хочешь прочитать? - протянула она её Дилюку.       Тот взял протянутое письмо и медленно развернул, вчитываясь в знакомый почерк:       "Моя дорогая Ли, когда ты получишь это письмо, я покину тебя. Сейчас я далеко, в прекрасном и добром мире. Прости, что не сказал тебе прощай. И... не будь так строга к себе. А ещё, насчёт Дилюка. Я знаю, что ты ненавидишь его, считаешь угрюмым и злым. Но дай ему ещё шанс. Глубоко внутри он добрый человек. Ли, я люблю тебя как собственную дочь. Если бы все сложилось по-иному, я бы хотел усыновить тебя. Не переусердствуй с бомбами. Ах, да! С девятилетием тебя, дорогая! Твой братик, К. "        - Ли? А сколько тебе лет?        - Ммм... - девочка серьезно задумалась над этим вопросом, - мне исполнилось девять на прошлой неделе!        - Значит, Кэйа не мог умереть... десять лет назад? Он-       Дилюк рвано выдохнул, чувствуя как вновь теряет нить логики в веренице событий.        - Он действительно может быть здесь?       Ли пожимает плечами, будто бы они разговаривают о её любимой игрушке, а не о её драгоценном братике.        - Ты сомневаешься, - замечает она, - может быть ты его вовсе не ищешь? Может быть, он тебе надоел - и ты просто решил избавиться от него? Или чем-то не угодил?        - Нет, я... - Дилюк чувствует себя глупо, оправдываясь перед маленькой девочкой, - я уже искал ведь везде.        - Но хотел ли ты его найти?       Ли отворачивается от него и подходит к запотевшему окну - она рисует кривые лилии кончиком пальца.        - Или глубоко в душе наделся остаться с пустыми руками и продолжить жить в забытьи?       Рагнвиндр сглатывает комок в горле. Отчего-то, ему кажется, что ускользающий след Кэйи вот-вот окажется у него в руках - и все путаницы этого отеля подойдут к концу. Фатальность захватывает его, и он понимает - сам недоумевая как - где искать.        - Но разве ты не забыл найти мою ⬛?       И он направляется в единственное место, к которому не посмел подойти за все 10 лет.