Искусство с разбитыми коленками

      Бэлле снился хороший сон. Там не было матери, которая оскорбляет её и унижает, там не было воспоминаний о детском доме, там не было всех ужасов жизни Кузнецовой. Главное, чтобы прекрасный сон не сменялся кошмаром.       Девушка видела во сне бабушку и сестру. Они были счастливы, вместе. Это было похоже на детский рисунок, на котором вас просят нарисовать вашу счастливую семью.       Прекрасную пелену сна прерывают звонки из коридора и сутки в дверь.

***

      Костья на всей скорости, которую только может себе позволить, бежит до дома, где Бэлла сейчас одна. Сознание Купер охватило непонимание и волнение.       Дом Петровой и Жуковой находился недалеко от салона, где работала татуированная, буквально две остановки на автобусе проехать. Но Каспер забывает обо всех видах транспорта и бежит на своих двух ногах на помощь мелкой.       После слов о том, что может сделать с собой Кузнецова в состоянии алкогольного опьянения, Костья поняла, что нужно обязательно поговорить об этом с ней. Кто как не Купер знает о селфхарме и его последствиях? Девушка была очень тесно связанная с этим явлением. Но об этом мы поговорим позже, сейчас главное-спасение девочки из Новосибирска.       Старшая добегает до нужного подъезда, благо там выходили какие-то люди, и девушка без проблем зашла в дом. С дверью было хуже, у Купер не было ключей. Зато старый звонок ещё работал, чем татуированная и воспользовалась. Она начала стучать в дверь и одновременно нажимала на кнопку. Глубоко в сердце был страх того, что Бэлла ей не откроет, ведь с ней уже что-то случилось. Кузнецова и вправду долго не подходила.       — Ну же, мелкая, открой! — начала кричать девушка, надеясь на то, что её услышат.       Вдруг за стенами что-то слышится и светловолосая замирает. Дверь открывается, а на пороге стоит Бэлла. Красные глаза и опухшее лицо выдавало то, что девушка ещё недавно плакала. Растрёпанный пучок светлых волос и мятое, красное худи дополняло образ.       — Костья?... — с удивлением спрашивает голубоглазая.       Каспер без лишних слов заталкивает мелкую в даль коридора, а сама перешагивает через порог и закрывает за собой дверь. Она хватает девушку за обе щёки и приближает к себе.       — Что ты делала? Ты пьяная? Почему на звонки не отвечала? У тебя глаза красные, ты плакала? — начала Каспер обсыпать вопросами мелкую .       — Кузнецова была готова спорить на деньги, что от такого давления со стороны девушки её голова взорвалась бы, если бы такая функция была.       — Костья успокойся. Я просто спала, ничего особого не делала, не переживай. Да, я выпила шампанского, — со стыдом ответила голубоглазая. Ей было стыдно за своё состояние даже сейчас, после сна.       Болела голова, была небольшая сухость в горле, но она поспала слишком мало, чтобы алкоголь полностью выветрился из её организма. Блондинка до сих пор стояла на ватных ногах, а щёки будто огнём горели.       Купер поняла, что у Кузнецовой явно был повод выпить, но спрашивать об этом сейчас так прямо было бы не очень корректно и правильно.       — Давай я зайду, мы найдём тебе таблетку, чтобы тебе стало лучше и поговорим, если захочешь. Хорошо? — спросила татуированная.       — Хорошо, — кивнула головой Бэлла.       Каспер снимает свою куртку и обувь. Они вместе заходят в гостиную, а старшая принимается искать в аптечке нужную таблетку для светловолосой.       — Я ведь тебе даже про своё самочувствие не сказала, а ты уже лекарство ищешь, — сказала младшая, сидя на диване и прижимая к груди колени.       Бэллу очень удивила тактичность и проницательность девушки. Кажется, что она поняла голубоглазую без лишних слов. Так и было.       — Иногда слова совсем не нужны, чтобы понять человека. Достаточно посмотреть ему в глаза, — с улыбкой ответила Купер, перебирая лекарства.       — Но так получается далеко не у всех людей. Не все могут понять только по глазам.       — Значит, у нас особая связь, — Костья усмехнулась и подмигнула блондинке.       Бэлла не сдержала улыбки.       — Держи, запей водой и забудь про головную боль, — зеленоглазая протянула девушке пластинку с таблетками.       Кузнецова послушно выполнила поручение Костьи и выпила лекарство. Теперь ей точно станет лучше. Она откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. Боль начала униматься. Но душевная всё также давила на внутренности девочки. Она только вспомнила разговор с сестрой и сон, который навряд ли станет правдой. Захотелось снова плакать, но она не могла себе позволить этого, пока рядом была Купер.       — Бэлл… — позвала девушку старшая.       — Да, что такое? Я тебя слушаю.       — Может всё-таки поговоришь со мной? Возможно, это будет сложно для тебя, но думаю, это лучше, чем держать всё в себе. Я готова выслушать тебя, — сказала Купер и села на диван рядом с девочкой.       — Я просто не хочу окунать тебя в омут дерьма моего прошлого, понимаешь? Да и это сложно, ведь мы знакомы с тобой очень мало. Мне кажется, что такими откровениями я только оттолкну, — сказала Кузнецова, нервно хрустя костяшками пальцев.       — Знаешь, я уверена в том, что иногда свои секреты проще доверить незнакомцу, чем человеку, который знает тебя лет десять. Я здесь для того, чтобы помочь тебе, так прими же мою помощь. Я тоже многое повидала, Бэлл, возможно, я смогу понять тебя. Но я не смогу помочь, если ты сама мне этого не позволишь.       Слова татуированной сильно задели блондинку. Она увидела в Костье человека, который действительно хочет помочь, без какого-либо подвоха. Это было удивительно осознавать, что тебе хочет помочь человек, который знает тебя очень мало.       Бэлла распахнула глаза и повернула голову в сторону Купер. Ей хотелось посмотреть в её глаза. В этот момент она поняла всё. Абсолютно.       — Мне жаль, что тебе тоже было плохо. Я рада, что у меня есть человек, который может мне помочь, — Кузнецова слабо улыбнулась.       Каспер сначала совсем не поняла слов младшей, но потом улыбка озарила её лицо. Да, им действительно не особо-то и нужны слова, хватает лишь только посмотреть друг другу в глаза.       — Сегодня переписывалась с младшей сестрёнкой, она рассказала о матери, которая вновь пьяная пришла домой. Бабушку расстроила, до Алинки хоть не докопалась. Но сам факт того, что она до сих пор так делает, меня уничтожает. Я так заебалась от этого. Мне больно знать о слезах и боли своих близких. Я хотела найти в Москве квартиру и переехать туда с ними, чтобы мать отстала от нас, но Алина сейчас против этой идеи. Она хочет остаться в родном городе. Я её понимаю, ведь я и сама не хотела переезжать, да и за бабушку волнение есть. Она не привыкла к большим городам, поэтому переезд бы сложно перенесла. Но я просто не вижу другого выхода и это вгоняет меня в тупик. Я не знаю, что делать, как, блять, поступить! Я ничего не понимаю! Я устала! Я чувствую себя такой жалкой! — на последних предложениях Кузнецова сорвалась на крик и слёзы.       Купер всё это время внимательно слушала, не задавая лишних вопросов. Когда Бэлла начала плакать, она быстро притянула её ближе к себе и обняла.       — Ну-ну, тише, я рядом, — шептала на ухо татуированная, — ты не одна, малая, я здесь, я готова тебя поддержать. Ты не жалкая, понимаешь? Ты справилась со многим дерьмом, я уверена, но это не значит, что с этим не справишься. Ты очень сильная девочка. Если ты не видишь выхода, это не значит, что его нет. Возможно, на это просто нужно немного времени, чтобы найти ту дверь, которая окажется выходом.       — Так сложно верить в то, что выход есть, когда ты уже полностью отчаялась, — сказала сквозь слёзы блондинка, прижимаясь ближе к Купер.       — Бэлл, шаг назад — это не всегда шаг в бездну. Шаг назад может быть совершен для разгона. И твой разгон приведёт к побегу в лучшую жизнь.       — Ты проходила какие-то курсы по поддержке близких и родных? — с иронией спросила голубоглазая.       Купер взглянула на Кузнецову и рассмеялась.       — А ты уже мне в близкие и родные записалась?       Младшей стало немного неловко. Купер встала фактором отвлечения, слёзы прекратились. Потихоньку она начала успокаиваться, за это надо, конечно, сказать спасибо Каспер. Кажется, впервые за долгое время девушке помогает отвлечься от плохого не алкоголь и вечеринки, а человек, его тёплые слова и объятия.       Костья сразу заметила эту неловкость и подумала, что лишнее ляпнула.       — Прости, я просто пошутить пыталась, — виновато говорит татуированная. — А вообще, что-то подобное мне говорили другие люди, когда хотели поддержать.       Кузнецова смотрит на неё удивленно.       — Тебе не за что извиняться, Купер. Спасибо тебе. Если бы не ты, я бы допила то шампанское, — девочка указала на бутылку. — И снова бы билась в истерике. С тобой всё гораздо проще, — Бэлла улыбнулась.       Старшая также не могла сдержать улыбки на своём лице.       — Знаешь, думаю, тебе стоит ещё немного поспать. После всего стресса организму нужен отдых.       — Но я не хочу, чтобы ты уходила. Ты могла бы со мной дождаться Настю и Нику?        «Ну вот и как её с ребёнком не сравнивать? Это что-то невозможное.»— подумала Купер и улыбнулась.       — Ложись, я останусь здесь и подожду девочек. Я должна отчитаться за твою личность перед Настей, — усмехнулась Костья. — Это ведь она меня в срочном порядке отправила к тебе. Она сказала о том, что ты можешь сделать с собой ужасные вещи, но об этом мы поговорим потом, если захочешь.       Бэлла даже ничего возразить не могла, да и не хотела. Костья будто старшая сестра, окружила девочку заботой, теплом и поддержкой. Кузнецова никак не ожидала этого от девушки, но это было безумно приятно.       Она снова улеглась на диван и начала наблюдать за действиями старшей.       Зеленоглазая в это время убрала бутылку, вылила из неё остатки алкоголя и выкинула, а также поставила на плиту чайник.       Бэлла в который раз подмечает внимательность и заботу девушки. Но вскоре, забыв обо всём на свете, девочка просто засыпает.       Костья заботливо накрывает блондинку пледом и ждёт приезда парочки.       Буквально через пять минут в квартиру врываются Настя с Жуковой. Петрова злая и взволнованная, а розоволосая пытается её успокоить, хотя переживает не меньше. Они, не снимая курток, заходят в зал и встают в ступоре.       — Они спит? — шепотом спрашивает Ника, указывая на Кузнецову.       Костья, которая сидела рядом улыбнулась и утвердительно кивнула.       — Пойдёмте на кухню, я чайник поставила. Сейчас всё вам расскажу.       Девочки тихо, чтобы не разбудить Бэллу, сняли куртки, переоделись в домашнюю одежду и ушли с Купер на кухню.       — Давай, заводи шарманку, мы готовы слушать, — сказала Настя, садясь за стол.       Костья хотела для начала налить чай и кофе девочкам, но Вероника аккуратно оттолкнула татуированную.       — Садись, я сама здесь всё сделаю, — сказала розоволосая, доставая кружки.       — А жучок всё пытается быть хорошей хозяюшкой, — засмеялась Петрова.       — Эй, я и так хорошая хозяюшка! Или хочешь обратное сказать? — начала злиться Ника.       — Жучок, я пошутила, не кричи, — Настя обняла девушку со спины и чмокнула в щёку.       — Ты плохо шутишь, Насть, —сказала Жукова и поцеловала девушку в губы.       Девушки немного забылись, а их поцелуй углубился. Костья шумно прокашлялась, наблюдая за этой картиной.       — Девочки, я, конечно, всё понимаю, но не при мне же, — усмехнулась татуированная.       Настя немного сердитая села обратно за стол.       — Я очень люблю и ценю Бэллу, но при ней личная жизнь вообще не продвигается.       — Хватит ворчать, солнце, — сказала Ника.       — Как не ворчать, когда секса нормального почти неделю не было, — тихо бурчала длинноволосая.       Жукова рассмеялась с поведения девушки и чмокнула её в макушку. Она поставила перед Костьей и Настей кружки, сама также села за стол.       — Кас, так что же случилось? — спросила Настя.       — Вообщем, когда я пришла сюда, оказалось, что она спала, а я её разбудила. Она просто напилась и легла спать, ничего более, — начала рассказывать старшая.       Потом Каспер рассказала из-за чего Бэлла напилась, как она её успокаивала. Настроение Петровой и Ники явно ухудшилось, слушая весь этот рассказ.       — Её мать — это пиздец какой-то, а не человек, — сказала со злобой длинноволосая.       — Согласна, но это не самое главное. Как нам бельчонку-то помочь? — спросила Жукова.       — А как вы вообще можете ей помочь? Это вообще возможно? — спросила Купер.       — Бэлла хочет переехать в Москву, а её бабушка и сестра — нет. Скорее всего, они останутся в Новосибирске, а она переедет сюда. Мы поможем ей с переездом, — ответила Настя.       — Что? Насть, она не станет бросать своих родных, да ещё и с матерью.       — Естественно, Кость. Я Кузнецовой давно говорю, что нужно мать лишить родительских прав. Если она подключит силы бабушки, то лишение прав на Алину ей обеспечено, а если она захочет с ней видеться, то для встреч будут выделены специальные часы. Бабушка станет опекуном Алины, ну или сама Бэлла, так как она совершеннолетняя.       — Но почему они не сделали этого раньше?       — Бэлла только в этом году исполнилось восемнадцать, теперь у неё больше возможностей на опекунство. А вообще ей было жалко свою мать. Она её продолжает любить, хотя это чувство больше похоже на привязанность к ней. Уверена, она до сих пор хочет простить её. Вообщем, сложно там всё, — со вздохом сказала Петрова.       Костья тоже поникла, услышав всё это. Как будто тяжелый груз на плечи свалился и давит.       — Мы поможем ей и всё будет хорошо. Уверена, — попыталась хоть как-то разрядить обстановку Вероника.       — Я не буду ей помогать. Я могу лишь подтолкнуть её к решению проблем. Она должна со всем сама справиться, я не собираюсь становится костылями. Уже проходила с ней это ранее, — сказала Настя.       — Ладно, ты права. Мы подтолкнём её, и если нужно будет, окажем поддержку, — согласилась розоволосая.       — Иногда у меня такое чувство возникает, что вы, девчонки, страдаете синдромом спасателя, — усмехнулась Петрова.       Наверное, от части так и есть, — кивнула Купер.       — С синдромами вы разберётесь потом. Кстати, солнце, сегодня твоя очередь мыть посуду, — Ника злорадно улыбнулась       Петрова закатила глаза. Ей было очень лень что-то сегодня делать, но разве ослушаешься свою розоволосую принцессу, которая и так очень часто остаётся за главную хозяйку дома.       — Хорошо, жучок, — улыбнулась Петрова, снова обнимая девушку.       — Ну раз уж сейчас всё устаканилось, то я пойду. Сегодня отменю сеансы и домой поеду. После всего, что случилось я сильно устала и вымоталась, — сказала татуированная, вставая из-за стола, — Ника, спасибо за кофе, как всегда прекрасно.       Жукова кивнула Купер и улыбнулась.       — Правильно, Кас. Отдохни сегодня, ты заслужила. И спасибо тебе огромное за то, что пришла на помощь Бэлле и не оставила её, — сказала Настя.       — Всегда рада помочь, Петруха, — с улыбкой ответила зеленоглазая.       Девушки проводили Каспер и начали заниматься домашними делами, ожидая, когда проснётся младшая.       Костья поехала домой. Она не знала, пришла ли Ася или до сих пор была на своих тусовках, но сейчас это её не особо волновало. Татуированной уже надоедало заботиться о эмоциональном состоянии других, но очень часто забывать о себе и своих чувствах. Это явно надо как-то решать, это не очень хорошо. Но это всё она отложит на потом, когда вернётся в любимую квартирку.

***

      Ася снова танцует, многие снова наблюдают за ней и ей это нравится. Рядом танцуют менее яркие подруги, которые давно оставили попытки затмить Асю и привлечь внимание на себя. Девушка выпила, но не так много, как могла. Всё-таки слова Купер не были услышаны. Она поняла, что даже с небольшим количеством алкоголя в крови ей довольно весело. Она обернулась к своей подруге Ане.       — А почему нас так мало? Вроде ещё человек пять с нами должно было быть, — сказала девушка, пытаясь перекричать музыку.       — Скоро должны приехать, не переживай.       И вправду, через десять минут новые знакомые начали подключаться в тусовку. И тут Митронина увидела человека, с которым давно хотела увидеться. Это была Алина.       Девушки переписывались после той случайной встречи в клубе. Алине блондинка явно приглянулась, а вот Ася не испытывала чего-то больше интереса в общении. Но всё же у девушек было много общего и им было интересно разговаривать, а точнее переписываться. И вот они снова встретились в жизни.       — Ну привет, — улыбнулась Горб. — Рада видеть тебя снова.       — Взаимно, — мило улыбнулась Митронина.       Пообщаться в клубе они навряд ли смогут, но потанцевать девушки тоже были не против. Они провели вместе несколько часов и блондинка чувствовала себя очень легко рядом с новой подругой. Алина отличалась от остальных привычных подружек. О ней хотелось больше узнать, а сама она была как назло загадочной. Это подливало масло в огонь интереса Аси.       Уже поздняя ночь, в клубе разгар вечеринки, но Митронина уже знатно устала. Ноги и голова болели, жутко хотелось пить и лечь спать. Она решает сходить в туалет и вызвать такси до дома.       Сделав все дела и выйдя из кабинки, девушка помыли руки. Она посмотрела на себя в зеркало и попыталась привести волосы и макияж в порядок. Несмотря ни на что, выглядела она ещё довольно неплохо. Она уже собирается выходить, как её кто-то останавливает. Это Горб.       — Ася, подожди, — говорит коротковолосая, держа блондинку за руку.       Митронина вопросительно на неё смотрит и ждёт, когда она отпустит её руку, но вместо этого Алина притягивает девушку к себе и целует. Поцелуй был нежным, но довольно напористым. Ася, сама того не ожидая, начинает отвечать. Через минуту она отстраняется.       Горб облизнула верхнюю губу и улыбнулась.       — До скорой встречи, принцесса.       С этими словами она вышла из женского туалета, а Митронина ещё минуту стояла в ступоре.       Потом она всё же вызвала себе такси. Когда она приехала домой, то Купер уже сладко сопела в кровати и видела десятый сон.       Ася переоделась, смыла косметику и легла рядом с татуированной. Теперь её мучала совесть перед Купер. Она чувствовала себя виноватой и это чувство подкреплялось тем, что поцелуй с Алиной ей понравился. Когда мысль о последнем посетила её, то сердце пропустило глухой удар.       — Блять... — шепотом выругалась блондинка.       Возможно, эта загадочная Алина оказалась не просто интересным человеком, не просто новой, классной подругой… но и человеком, который хранит в себе много разных тайн.