Искусство с разбитыми коленками

      Она водит простым графитным карандашом по бумаге, пытаясь выстроить нужную фигуру и детали. Её брови сведены к переносице, а верхнюю губу она постоянно прикусывает от внутреннего напряжения. В комнате слышится только шорох грифеля карандаша о бумагу и тихое дыхание татуированной. Когда что-то не получается она, скрипя зубами, берет ластик и стирает неудачные линии, которые привели её рисунок в беспорядок.       Пока она рисует, её голову посещает тысячи мыслей, за которыми она и сама не успевает толком проследить, понять, о чём они. Всё превращается в цветную, бесформенную, странную кашицу из идей, чувств и рассуждений. Художники-безумцы. Вы наверняка это знаете, если сами рисуете, ну или у вас есть знакомый рисующий. Только этим людям вдохновение, желание рисовать может прийти в три утра, только они стоят возле прилавков канцелярских магазинов и глотают слёзы, потому что не могут позволить себе купить дорогие материалы, которые хотят, только они точно тебе скажут отличие между двумя идентичными цветами от разных производителей. Они похожи на музыкантов и писателей, они все творцы и люди-эмоции. Их мир-это краски, линии и всё, что основывается на чувстве зрения. Они довольно внимательные люди, и видят в обычных вещах необычные образы, а в обычном прохожем они могут увидеть Бога во плоти.       Художники обидчивы. Им хочется показывать свои работы и получить признание других людей, они к этому стремятся. Иногда художники забывают прелесть рисования для себя и простого удовольствия. Им хочется покорить своим творчеством чье-то сердце, но они забывают, что сначала нужно покорить своё.       Но самое главное-художники эмоциональны. И все эти эмоции и чувства они выплескивают в свои работы. Когда вам говорят, что в рисунок вложен кусочек души-это правда. Ведь даже в самый ленивый рисунок вложено настроение автора и какая-то его мысль. Бывают ли бездумные рисунки? Безусловно. Правда, потом они всё равно приобретают смысл, и теперь вы можете описать их как: «да мне просто нечем было заняться» или: «я тестировал новые материалы».       Художники-это пришельцы, которые создают свой собственный мирок. Возможно, им не нравится тот, в котором они живут, а возможно, они просто хотят расширить границы уже существующего, но это не очень-то важно. Важно то, что вас и их разделяет целая вселенная.       Костья считала себя неправильным художником. Её работы не захватывали чьё-то сердце, а про своё она уже давно забыла. Её труд однажды обесценили и это чётким шрамом осталось в сознании. Помните, я говорила, что художники обидчивы? Купер доказательство этому убеждению. Она очень сильно обиделась на свою мать, за все те слова и сейчас вообще не терпит критики в адрес своих работ.       Она не любила свои работы, но если их пытались осудить, она была готова терзать. Никто не смел критиковать работу, кроме её самой. Когда клиенты сталкивались с такой моральной установкой молодой девушки, это всегда заканчивалось громким и неприятным скандалом.       Но это было ещё малой частью. Она ненавидела и любила рисование. Она не понимала, как эти два абсолютно разных чувства сочетаются. В один момент у неё просто опустились руки и дорогой альбом с качественной бумагой был отложен на дальнюю полку. Он лежал там около пяти лет. Каспер не решалась его брать, боялась. Артблок стоял перед ней, как огромная стена, которую было невозможно пробить.       Но сейчас, спустя года и слёзы, ненависть и страх, она взяла тот пустой альбом, который так и не решилась выбросить, и рисовала на кремовой бумаге. Она чувствовала наслаждение вперемешку с напряжением. Купер не знала, что получится в итоге, но её это не особо-то и волновало. Сейчас она, полагаясь на свои чувства и эмоции, хотела показать всё то, что копилось эти несколько лет.       А на бумаге появилось очертание портрета. Но татуированная хотела добавить что-то особенное, что-то непривычное и не особо эстетичное. Она решила отобразить эмоцию боли, горечи и крик. Немой крик. Да, это определенно отображало многие чувства девушки.       Костья сама не заметила, как на листке начали появляться тёмные лужицы от слёз, которые капали с её щёк. Она лишь изредка стирала их рукой и всхлипывала, но продолжала рисовать. Напряжение из рук не пропадало, карандашом она продавливала бумагу, от чего линии были очень жирными.       «Столько лет прошло. Столько ты боролась, нашла какую-то альтернативу, но всё равно вернулась к этому. Ебанутая», — думала Купер.       Она закончила рисунок и откинула от себя карандаш. Девушка откинулась на спинку стула и закрыла руками лицо. А слёзы медленной дорожкой обжигали кожу.

***

      Бэлла буквально через три дня должна уезжать обратно в Новосибирск. Девушка очень не хотела снова туда ехать, окунаться в эти проблемы.       Она ещё с детства привыкла бежать от сложностей, скрываться от них разными способами и не переживать, но Кузнецова понимала, что сейчас не время бежать. Хотя внутренний ребёнок хотел утянуть её в привычную темноту, шкаф, в котором можно переждать все беды, но ей самой уже надоело трястись, как осиновый лист.       Последняя выходка матери и поддержка друзей помогла ей принять важные и сложные решения, которые должны привести к серьёзным действиям. Но к ним она приступит как только вернется в родной город, пока что у неё было немного времени на последние глотки свободы.       Она решила, что за это время точно встретится с Костьей, а также купит девочкам по подарку, и только тогда уедет со спокойной душой.       С Купер они всё также понемногу общались, переписывались. Татуированная была очень часто на работе, занята, поэтому виделись они не так часто, как могли бы. Но в переписке им было даже немного проще. Бэлла делились своими страхами, а Купер давала советы и поддерживала. Кузнецова была удивлена такой открытостью светловолосой, это поражало. Не только младшую, кстати, но и Настю с Никой. Они не понимали, как девочкам удалось довольно быстро подружиться.       Каспер же видела в Кузнецовой маленькую версию себя в прошлом. Хотя может и не совсем в прошлом. Она ведь также пряталась и уходила от проблем, поддаваясь собственному страху, также была погашена обстоятельствами и не видела спокойного детства с нормальными родителями. Это всё было настолько знакомо.       Помимо этого она видела в Бэлле ту маленькую, обиженную девочку, которую хотелось защитить и предупредить об опасности мира. Хотелось её поддержать, ведь у самой Костьи такого человека не было, а сейчас у неё возможность самой стать этим человеком. Это и двигало главные шестеренки их взаимоотношений и дружбы.       Бэлле же было просто очень интересно с Купер. Она считала, что всё, что делает эта девушка-необычно и классно. Её работы, её стиль в одежде, её юмор и поведение. Кузнецовой было интересно наблюдать за этим и изучать. Ей было интересно слушать рассказы Костьи о жизни в Питере и Чебоксарах, до того как она переехала в Москву, было интересно слушать о том, как она рассказывает о своих клиентах и татуировках. Чем больше они общались и переписывались, тем незаметнее время проходило для них.       Настал новый день, новые свершения, новые эмоции. Но утро что-то совсем не задалось. Когда Кузнецова проснулась, у неё резко заболел живот и она слегла обратно в постель, до того момента, пока боль не прошла. Потом Ника и Настя начали ссориться. Правда голубоглазая так и не поняла причину ссоры. Конечно, всё это сопровождалось криками и угрозами от Жуковой.       — Ты заебала, Петрова! Съеду от тебя и не вернусь! Загнешься без меня, — кричала розоволосая.       — Да это ты быстрее сделаешь, чем я. Постоянно только угрожаешь, из-за какой-то хуйни скандал устраиваешь, — отвечала сердито длинноволосая.       — А, тоесть для тебя это так, просто хуйня? Всё, я точно уезжаю.       — Ну и пиздуй, — прорычала Петрова.       Жукова начала собирать какую-то большую, дорожную сумку. Одежду, косметику, всякую мелочь.       «Ох, а потом опять всё обратно потащит», — подумала Кузнецова.       — Ник, ты хоть куда поедешь? Или к кому? Ты телефон при себе держи, чтобы я могла тебе позвонить, — сказала младшая. Всё-таки она переживала в такие моменты за девочек.       — А я к Роме поеду. Он меня давно в гости звал. Телефон с собой, не переживай, — ответила девушка.       Примерно через полчаса сумка с вещами была собрана, а дверь захлопнулась за розоволосой.       Из спальни с грозным видом вышла Настя.       — Куда эта истеричка поехала? Точнее, к кому? — спросила девушка.       — К Роме какому-то, — ответила голубоглазая.       — Твою мать, — тихо прошептала длинноволосая.       Ника встречалась с Ромой на протяжении года, а потом они разошлись. В это время она уже была знакома с Настей, и однажды даже изменила своему парню с ней. Но тогда они были пьяные и почти не помнили ничего.       Через какое-то время парень начал злоупотреблять алкоголем, что совершенно не устраивало Нику. Из-за этого пара начала ссориться, но Жукова поняла, что их отношения уже давно треснули. Так она и бросила его. Позже с Настей они снова встретились и у них началась своя отдельная история отношений.       Но несмотря на всё, Жукова иногда общалась с Ромой. Просто этот парень в один момент заменил ей всех. Абсолютно. И родителей, и друзей. Он был единственным человеком, которого она могла назвать семьёй. Они даже о свадьбе думали, но как вы уже поняли, их планам не суждено было сбыться.       Возможно, именно поэтому они до сих пор не забывали друг друга и если кому-то нужна помощь, второй всегда её окажет и не бросит. Поэтому Жукова без сомнений поехала к парню, заранее зная, что из-за этого Настя будет злиться.       И Петрова действительно злилась. Даже очень. Рома всегда бесил её и бесит до сих пор. Но гордость также не позволяла сразу после ссоры побежать за девушкой. Поэтому Настя, скрипя зубами от гнева и обиды, ушла обратно в комнату.       Кузнецова тяжело вздохнула наблюдая за ссорой любимых подруг, но и вмешиваться считала не правильным.       Примерно через три часа на телефон младшей пришло новое сообщение от Костьи.       Купер: Привет. Слушай, а где Настя?       Бэлла: Она дома, со мной.       Купер: Почему тогда на сообщения мои не отвечает? Что-то случилось?       Бэлла: Она сейчас в комнате заперлась, после ссоры с Никой.       Купер: Ооо. Тогда всё понятно. Жалко, я думала вас всех сегодня позвать куда-нибудь погулять.       Бэлла: Я бы не отказалась, но только с девочками.       Купер: Ну это понятно. Слушай, давай их помирим?       Бэлла: И как ты собираешься это делать?       Купер: Не я одна, ты со мной. В общем, ты скажешь Насте, что Жукова хочет извиниться, а я тоже самое скажу Нике. Подстроим им свидание где-нибудь в ресторане и всё.       Бэлла: Думаешь, сработает?       Купер: Я в этом уверена.       Бэлла: Хорошо, тогда я согласна.       Купер: Вот и отлично. Тогда я сейчас найду подходящее место для их свидания, а ты залей уши Насте.       Бэлла: Хорошо.       Итак, Кузнецова начала свою маленькую операцию по примирению двух дурышек. Она осторожно постучалась в спальню, где сидела Петрова.       — Да? — отозвалась девушка.       — Насть, можно зайти? — спросила голубоглазая.       — Заходи. «О, значит она уже не такая злая. Отходит» — подумала девушка, перед тем как зайти в комнату.       Бэлла постаралась максимально убедить Петрову в том, что Ника хочет помириться с ней и готовит что-то необычное для длинноволосой. Девушка была заинтересована, но всё равно с трудом верила в такую неожиданную новость.       — То есть, мы должны будем с ней где-то встретиться? — спросила девушка.       — Да. Она сказала, что чуть позже сообщит, где вы должны встретиться.       — Это не похоже на Нику.       — Ну хочешь, я с тобой поеду?       — А давай. Если ты меня обманула, я тебе уши надеру, — усмехнулась Петрова.       — Тогда иди в душ и выбирай одежду, — сказала младшая и вышла из комнаты.       После этого она сразу написала Костье.       Бэлла: Шалость удалась. А у тебя как дела? Ты уговорила Жукову?       Купер: Да, с этим проблем не было. Я доведу её до ресторана и уеду.       Бэлла: Мне тоже придется ехать с Настей. Она боится, что я её обману.       Купер: О, так ты тоже приедешь. Ну тогда мы можем вместе прогуляться, пока девочки будут вместе. Можем тоже в ресторане какой-нибудь зайти;)       Бэлла: Я не против.       Купер: Тогда выбирай всё самое красивое и наряжайся. Встретимся вместе с девчонками через полтора часа.       Бэлла: Хорошо.       Потом татуированная в сообщении сказала адрес ресторана. Все они начали собираться. Настя ничего бомбезного не сделала, придерживалась своего строгого стиля, который так нравился Жуковой, Ника же заморочилась над макияжем и нарядом. Хотелось быть перед Петровой в самом лучшем виде мол: «я красивая даже когда мне плохо без тебя». Костья оделась по привычке, но со стилем.       А вот у Кузнецовой выбор был сложнее. Несколько дней назад Жукова всё-таки подарила ей то платье, на которое она заглядывалась в магазине. Это был подарок розоволосой в честь их года знакомства. Бэлле очень хотелось надеть это платье, но страхи и комплексы сильно сжимали это желание и загоняли в чулан. Но, кажется, сегодня именно тот день, когда стоит выйти из зоны комфорта.       Девушка надела платье и распустила волосы. Большего она делать не хотела. Её так сильно смущал псориаз и синяки на коленках, сильно смущала толстая шея и широкие плечи. Хотелось вновь заплакать и одеться в привычную одежду. Младшая так бы и сделала, если бы не Настя, которая вышла из комнаты уже готовая.       — Я уже гото… — девушка запнулась. — Вау… Бэлла, т...ты прекрасна.       Голубоглазая сразу засмущалась и стала обнимать себя за плечи.       — П...правда?       — Я бы тебе не соврала, — ответила Петрова       Кузнецова с благодарностью улыбнулась.       — Ну что, идём?       — Ага, да…       Светловолосая начала надевать куртку, шарф, прихорашиваться возле зеркала. В этот момент Настя немного засмотрелась на подругу. Сегодня Бэлла выглядела как-то особенно. Дело было даже не в платье и распущенных волосах. Но Петрова так и не могла понять, в чём же корень всего этого. В память врезалось резкое воспоминание.       flashback       «Младшая сидит на коленках длинноволосой и хохочет. Она довольно немало выпила, из-за чего Петрова сильно злилась, но, кажется, голубоглазая этого не понимает.       — Настя, какого это, проиграть мне? — спрашивала с насмешкой девочка.       — Не волнуйся, мелочь, это ещё не последние соревнование. У меня ещё есть время отыграться, — усмехнулась длинноволосая.       — Но ты всё равно проиграла мне. А сейчас сидишь здесь, скрывая это от всех тренеров, от своей команды, со мной. Ты ещё и пьёшь. Не стыдно тебе?       — Ты выпила намного больше моего. Это тебе стыдно должно быть, — с улыбкой ответила девушка.       — А мне-то что? Всем на меня наплевать. Всем, кроме тебя, — улыбнулась младшая. — Все считают, что я только и способна пить дешевое вино, да сосаться с бабами.       — А мы с тобой сосались? — спросила Петрова.       — Нет, но это можно исправить, — рассмеялась светловолосая и потянулась к лицу «соперницы», но Настя оттолкнула её.       — Я не хочу становиться очередной монетой в твоей копилке.       — Да ладно тебе. Я вообще ни с кем не целовалась за свои пятнадцать лет жизни.       — Пиздишь…       — Нет, нисколько.       — А докажешь как?       — А сама возьми да проверь, — с вызовом сказала Бэлла.       Настя потянулась к губам подруги и грубовато поцеловала, но младшая не растерялась и также начала отвечать на действия девушки. Петровой безумно нравился вкус дешевого вина на губах этой маленькой бестии, но она знала, что, скорее всего, Бэлла уже завтра ничего не вспомнит. Но сейчас это их первый и единственный такой момент.       End flashback       — Настя! Мы из-за тебя опоздаем. Одевайся быстрее, — нетерпеливо кричала голубоглазая.       Петрова резко дёрнулась и вынырнула из своих воспоминаний и мыслей.       — Да, да, я бегу. Подождите секунду, — сказала длинноволосая и пошла собираться.       Через пять минут они вышли из подъезда и сели в машину. Пока старшая заводила машину, на телефон Кузнецовой пришло новое сообщение. Оно было от Костьи.       Купер: Мы с Никой уже едем, будем ждать вас. Надеюсь, всё пройдет хорошо.       Бэлла: Мы тоже скоро будем на месте.       Купер: Отлично. Сегодня вы украдены на прекрасный вечер, до встречи;)       Младшая улыбнулась и выключила телефон. Они поехали к ресторану…