Искусство с разбитыми коленками

      Костья стояла рядом с Жуковой и каждые две минуты проверяла время. Она нервничала не меньше Ники, которая не могла успокоиться и постоянно бурчала себе что-то под нос.       Бэлла и Настя опаздывали минут на десять, что вроде немного и немало.       Вероника уже начала жалеть, что вырядилась, как на показ мод, сделала макияж, причёску, а Купер начала переживать за подруг. В голову невольно пошли неприятные мысли о возможных несчастных случаях.       Вскоре они обо всём забыли, ведь к ним подъехала машина Петровой. Девушки выходят из неё и шагают к Нике с Каспер. Жукова принимает вид обиженки, как и Настя, а вот татуированная, забыв стеснение, рассматривает Кузнецову.       Младшей стало очень неловко от столь внимательного взгляда Купер. Их гляделки прервал разговор Ники и Насти.       — Я жду твоих извинений, — сказала розоволосая, задирая подбородок.       — Это вообще-то я их жду с страстными объятиями, — с раздражением ответила длинноволосая.       Тут их резко прервала Купер.       — Так, не позорьтесь, пожалуйста, мы ведь на улице. Прекратите. Идите в ресторан и там нормально поговорите. Столик я вам уже заказала.       Петрова удивленно уставилась на татуированную.       — Купер, так это ты всё подстроила? — спросила длинноволосая.       — Ну как тебе сказать...м...м. Я была не одна, — Костья повернулась к Кузнецовой и подмигнула.       — Да вы совсем охренели? — начала злиться Петрова.       Вероника всё это время молча наблюдала за непонятной сценой, а потом просто схватила Настю за руку и повела в ресторан. Обычно розоволосая не проявляет ициативу в примирениях, но сейчас ей хотелось это изменить. Петрова хотела выдернуть руку, но разве она могла сопротивляться действиям розовой принцессы? Конечно, нет. Поэтому девочки ушли кушать и разговаривать, а младшая и Каспер остались одни на улице.       — Я уж подумала, что Настя сорвётся и просто уйдет, — тихо проговорила голубоглазая.       — А я сразу знала, что так и будет. Мы просто ускорили процесс примирения в несколько дней, — усмехнулась Купер.       — Для них это очень хорошо, — улыбнулась девушка.       — Для нас, в общем-то, тоже. Ну что, идём гулять?       — Да, конечно, — кивнула младшая.       Старшая повела Бэллу по всем интересным и красивым местам на её взгляд. Множество улиц с граффити, чудесные парки и площади. Купер не только показывала достопримечательности, но и рассказывала о них какие-то факты, а иногда и целую историю происхождения.       — Откуда ты так много знаешь? — с удивлением спросила светловолосая, когда они остановились присесть на лавку.       — В детстве много книг разных читала. У отца целый шкаф был. Книги со стихами, книги про города, художественная литература, фантастика и тому подобное. Иногда папа сам мне что-то читал из своей домашней библиотеки, а иногда я сама что-то брала, — рассказала татуированная.       — Это очень здорово. Не с каждым экскурсоводом так интересно, как с тобой.       Костья лишь усмехнулась на слова младшей.       Вероника и Настя в это время сидели в ресторане и пытались нормально поговорить.       — Ты была у Ромы? — с отвращением в голосе спросила длинноволосая.       — Нет, я была у подруги.       — Не ври мне! — Настя уже хотела ударить кулаком по столу, но вовремя одумалась. — Не ври. Бэлла мне сказала, что ты к нему уехала.       — Я специально так ей сказала, потому что знала, что ты спросишь её, — спокойно ответила девушка.       — То есть тебе весело от моего гнева, да? Тебе нравится мне кровь сворачивать? Нравится, что я ревную? — злобно тараторила Петрова, крепко сжимая вилку в руках.       — Если честно…да, мне нравится, — с улыбкой ответила розоволосая.       Длинноволосая опешила от такого ответа, хотела уже встать из-за стола и уйти к чертям, но Жукова схватила её за руку и приблизилась к уху.       — Мне нравится, когда ты злишься. Это заводит, — прошептала Ника.       Петрова сглотнула и нахмурилась. Знает ведь, на что давить, чёрт капризный. Но сдаваться настолько быстро ей не хотелось.       — Я не поведусь на твою удочку, Жукова, — девушка постаралась сохранить максимально равнодушное выражение лица.       — Не будь букой. Хотя к Вам нужно обращаться более официально, так ведь? Тебе же это нравится, да, Анастасия Егоровна? — спросила Вероника, выпивая вина из бокала.       Настя молчит. Она даже не знает, что ответить этой бестии, которая знает все больные места и слишком ловко ведёт и так очень опасную игру.       — Сдавайся, Петрова. В этой войне тебе точно не победить, — с усмешкой сказала девушка.       — Слишком много о себе возомнила, Ника.       — Правда?       Розоволосая тихо посмеялась и с неким умилением посмотрела на длинноволосую. Она решила, что слов достаточно, можно переходить к тяжелой артиллерии. Она провела ступней по ноге девушки, поднимаясь к внутренней стороне бедра. Глаза Насти округлились от удивления, а щёки даже слегка покраснели. Вероника усмехнулась и продолжила нагло флиртовать со своей же девушкой.       Петрова поняла, что в очередной раз не сдержится и поддастся искушению этой розоволосой чертовки. Она попросила счёт у официанта и заплатила за кофе, которое они успели с Никой выпить до того, как начали разговаривать о произошедшем. После она подхватила Жуковка под руку и они вышли из ресторана, а позже сели в машину. Дома их ждёт примирение.       Бэлла с Костьей в это время сидели в небольшом кафе, кушали и болтали. Купер рассказывала про свои студенческие годы, как тогда она отжигала, как жила весело в общаге со своими друзьями. Кузнецова внимательно её слушала, иногда смеялась и не могла оторвать взгляд от харизматичной татуировщицы.       — Мне кажется, что я так много о себе болтаю, кошмар. Может ты тоже о себе что-нибудь расскажешь? — спрашивает Купер.       Бэлла боялась именно этого вопроса. Не очень хотелось вновь вспоминать детский дом, ссоры с матерью. Тем более рассказывать, как она в тринадцать лет начала пить и курить. Это были явно не лучшие истории, их вспоминать вообще не хотелось…       — Ну я даже не знаю, что тебе рассказать. Я самый обычный человек, ничего такого, — пыталась выкрутиться из ситуации младшая.       — Расскажи мне хотя бы, как ты с Петрухой познакомилась.Настя никогда мне про тебя не рассказывала, а оказалось, что вы не первый год знакомы. Мне было бы интересно узнать удивительную историю знакомства, — усмехнулась татуированная.       Голубоглазая и на этот вопрос отвечать не особо хотела, ведь эта история довольно интимная. Но как ей показалось, будет проще рассказать общую историю, не вдаваясь в детали, чем говорить о своём детстве и рассказывать про свою жизнь.       — Петрова с тренером и своей командой к нам в Новосибирск на соревнования приехали. Моя команда и я, соответственно, тоже принимали там участие. Там на самом деле много команд из разных городов было, но это не так важно. Настя тогда ещё боксом занималась, это потом ушла в MMA. Я дальше городских соревнований не пошла, — рассказывала девочка, вспоминая всё это время. — Как только мы с ней встретились, сразу поняли, что мы враги друг другу. Хотя мне казалось, что она видит во мне не больше, чем побитого ребёнка. Мой тренер был убежден в том, что Петрова выиграет меня. Да и я, если честно, тоже так думала. Потом поняла, что я и другие себя просто недооценивала, — при этой фразе Кузнецова улыбнулась.       Купер всё это время слушала свою спутницу с лёгкой улыбкой на лице.       — Я победила её. Тогда это был шок для всех, в том числе и для меня. Настя будто была главным боссом в игре и я его победила. Ты просто не понимаешь, насколько она сильная и я смогла её одолеть. Я вообще редко выигрывала, но посылать на соревнования было особо некого. Я тогда очень долго готовилась и тренировалась. Не очень-то хотелось ударить лицом в грязь. Думаю, правильно сделала, что руки не опустила. Тогда я гордилась собой. Да и не только я. Но самое главное и неожиданное это то, что Петрова была рада за меня. Конечно, я видела в её глазах злость, но она была больше направлена на саму себя. И знаешь, я поняла, что это чуть ли не единственный человек, который не испытывает ко мне ненависти даже тогда, когда для неё есть причина. Она наоборот начала со мной общаться после этого. Возможно, в нас просто есть схожие черты, из-за которых нам комфортно друг с другом. Она поверила в меня, изменила. Она многое для меня сделала, — Бэлла была готова расплакаться от нахлынувших воспоминаний. — А потом она уехала обратно в Питер и мы общались по интернету. Иногда она приезжала ко мне в гости на несколько дней и лишь несколько раз к ней приезжала я, но это было ещё давно, — закончила свой рассказ девушка.       — Теперь мне ещё более интересно, почему я узнала о тебе только недавно. Для меня это загадка ещё с первой нашей встречи. Я знаю всех друзей Насти, почти всех знакомых, но о тебе никогда не слышала и не знала. Это странно, — сказала чуть нахмурившись Костья.       — Я предполагаю причину, из-за которой Петрова не говорила обо мне, но думаю, она сама тебе скажет, если захочет, конечно.       — Ну ладно…       Старшую немного насторожили слова Кузнецовой. Будто старая подруга и мелочь скрывают какой-то секрет, который вторая выдавать не хочет и всё валит на Настю. Но Купер решила больше не спрашивать про это, а потом всё узнать у самой Петровой.       Они ещё какое-то время сидели в уютном кафе, а потом, рассчитавшись за еду, снова пошли гулять по прекрасным улицам Москвы.       — Скоро закат, он здесь всегда безумно красивый, — говорит Каспер, указывая в небо.       — Как романтично, — усмехнулась младшая       — Согласна. Прогулка, Москва, красивая девушка в платье, закат. На свидание похоже, — улыбнулась татуированная.       Бэлла заметно засмущалась, всё-таки не каждый день она слышала такие слова в свой адрес. Это было даже похоже на флирт.       «Господи, какой ещё флирт? У неё же девушка, с которой она в крепких отношениях. Это просто шутка, а я всё близко к сердцу принимаю, дура.» — говорила про себя Бэлла.       Костья же всё это время просто любовалась смущением и ступором девчонки, которая недавно ещё представлялась, как грубая пацанка. На самом же деле это просто ребёнок в теле девушки, вот и всё.       — Наверное, я должна сказать спасибо за «красивая девушка в платье»? Или это была шутка, а не комплимент?       — Я бы не стала так шутить. Это абсолютно серьёзно, я считаю, что ты красивая, правда.       Бэлла и не думала, что обычные слова способны настолько согревать хрупкое сердце. И что с ней творит эта девушка?       — Спасибо, Костья, — тихо отзывается голубоглазая.       Старшая вновь одаривает её тёплой улыбкой и начинает наблюдать за небом. Сама того не замечая, она погружается в какие-то бесформенные мысли, забывая обо всём. Её состояние было похоже на транс, а перед глазами образ недавнего рисунка и Кузнецова, с её восхитительными, длинными ногами. Из мыслей её выводит сама виновница мыслей.       — Купер, может девочкам позвоним, узнаем, как всё прошло? Помирились они или нет? — спрашивает младшая, дёргая Костью за плечо.       — Не, думаю не стоит. Они сами разберутся, не маленькие. Мы сделали всё, что было в наших силах. Тем более, что-то мне подсказывает, что примирение у них пройдет на ура, как это всегда бывает, — усмехнулась девушка       Голубоглазая с пониманием вздыхает. Теперь понятно, что дома её никто не ждёт и девочки заняты исключительно друг другом. Это значит, что ей нужно помататься где-то ещё часик или два.       — Слушай, тебе лучше домой пока что не ехать. Может в мой салон пойдем? — как будто прочитав мысли младшей, спрашивает Каспер.       — Пошли, я не против.       Они вместе направились к салону, где работала Костья. Дорога заняла у них минут тридцать.       — У меня для тебя небольшой сюрприз.-сказала татуированная, открывая зал и включая свет в помещении.       — Какой?       — Помнишь, ты хотела, чтобы я сделала тебе тату, а я поставила условия? Одно из них ты выполнила сегодня, — сказала девушка оглядывая Кузнецову с ног до головы. — Теперь я должна выполнить своё обещание. Какое тату Вы хотите, мадам?