Выпивкой ничего не решить

— Они сговорились против меня! — крикнул Малфой. Я встревоженно посмотрела на дверь и наложила заглушающее заклинание. — Пока я в тюрьме, отец контролирует мое личное состояние. Он, вероятно, использовал его, чтобы восстановить свое собственное, — сердито сказал он. Я не ответила, казалось, он проговаривает это, на самом деле не желая моего участия. Я оставила Малфоя наедине с его мыслями, пока пыталась разобраться в этой зловещей машине — проводить десять месяцев в году большую часть своего детства в школе-интернате без каких-либо технологий, более продвинутых, чем смывной туалет, точно не делало меня технически подкованной. — Грейнджер, что ты делаешь? — спросил он, как только освободился от собственного маленького мира. — По-моему, эта штука записывает все. Я пытаюсь получить копию, чтобы у нас были доказательства того, что они сделали, — сказала я. Конечно, мы могли бы просто использовать омут памяти, но любой хороший адвокат может заявить, что воспоминания подделаны. Мы могли бы настоять на применении Веритасерума, но это зелье отвратительно и также может не дать результата, если человек действительно верит в ложь, которую он произносит. — И что мы будем делать с этим доказательством? — спросил он. Казалось, он беспокоился, что я собираюсь сдать его. Такое недоверие немного коробило. Я так долго имела дело с его раздражающим присутствием, зачем мне избавляться от него сейчас, когда он почти очищен и я могу избавиться от него без сделки с глупой совестью, изводящей меня за то, что я бросила его, когда он нуждался в помощи. Я не ответила на его вопрос. На самом деле было лучше, чтобы он не знал заранее — это избавило бы меня от головной боли. Адская машина, наконец, выплюнула диск с видео как раз в тот момент, когда задребезжала дверная ручка. Я сняла заклинание тишины. — Там все в порядке? — спросили из-за двери. Черт. Должно быть, они услышали эмоциональную вспышку Малфоя перед тем, как я применила заглушающее. Я схватила Малфоя и диск, и мы аппарировали. — Мы снова в доме Поттера! — прошипел Малфой, как будто охваченный каким-то паническим приступом. — Гарри! — крикнула я, с удивлением наблюдая, как Малфой пытается спрятаться за занавеской. — Тебе не нужно прятаться, — сказала я, когда Гарри ворвался в комнату и обнял меня. — Гермиона! С тобой все в порядке? Что с тобой происходит? — требовательно спросил он, взяв меня за плечи и держа на расстоянии вытянутой руки, как будто я собиралась убежать или что-то в этом роде. — Гарри, мне нужно, чтобы ты выслушал меня и не волновался. Ты можешь это сделать? — если он заколдует Малфоя в ту же секунду, как увидит, мне придется выслушивать жалобы Малфоя до конца жизни. Гарри странно посмотрел на меня и медленно кивнул — он был таким хорошим другом, всегда готовым довериться, даже если обычно что-то плохое случается после того, как кто-то говорит тебе не волноваться. — Кто там за занавеской? — с любопытством спросил Гарри, заметив торчащие ноги. — Это часть того, из-за чего ты не волнуешься, — сказала я, надеясь, что он вспомнит, что только что дал обещание. — Гермиона, там кто-то прячется за занавесками, — повторил он медленно, как будто я не услышала его в первый раз. — Я знаю Гарри, не обращай на него внимания и сядь, ты должен кое-что увидеть, — попросила я, направляя его к дивану перед телевизором. С минуту я возилась с пультом, пока не разобралась, а потом вставила в проигрыватель DVD-диск. Я обернулась и увидела, что Гарри даже не смотрел на то, что я делаю, поскольку был занят Малфоем. — Гермиона, мне бы очень хотелось знать, кто прячется за занавесками, — сказал Гарри. Я закатила глаза. Он явно не понимал важности того, что я пыталась ему показать. — Гарри, просто посмотри видео! — рявкнула я, нажимая кнопку воспроизведения. Он бросил последний взгляд на занавески и неохотно повернулся к телевизору. — Гермиона, — обеспокоенно сказал он, когда короткое видео было закончено, — откуда у тебя эта запись? — «Земля магглов», — ответила я, не сумев скрыть отвращения к этому месту. Из-за занавесок послышалось тихое хихиканье, несмотря на деликатную ситуацию, в которой сейчас находился обитатель тех самых занавесок. Брови Гарри исчезли в волосах. — Люциус Малфой был в месте под названием «Земля магглов»? — недоверчиво спросил он. — Не в этом дело! — рявкнула я. Если говорить о Гарри, Роне и Малфое, складывалось ощущение, словно я имела дело с кучей пятилеток! — Нам нужно сосредоточиться на том факте, что Люциус Малфой и Перси Уизли брали деньги в Министерстве и перекладывали вину на Драко! Это дело, над которым я работала как невыразимец, но на практике я не могу производить аресты, для этого мне нужен аврор. Гарри переключился в профессиональный режим и перемотал запись к началу, чтобы пересмотреть ее сначала теперь, когда знал о происходящем. Наконец-то я общаюсь со взрослым человеком! — Я не юрист, но не уверен, что маггловские технологии пройдут в волшебном суде, — неохотно сказал Гарри, заработав стон от занавесок. — Гермиона, — нерешительно начал Гарри, не уверенный, что ответ ему понравится. — Кто. Стоит. За. Занавесками? — требовательно спросил он. — Драко Малфой, — честно призналась я. Было так много возможностей уклониться от темы, пока он продолжал расшаркиваться в самом очевидном укрытии. Я свирепо посмотрела в сторону Малфоя, ему стоило вести себя как скрытный слизеринец, так что же там происходит? Гарри застыл в шоке, а Малфой нерешительно выглянул из своего укрытия. — Лучше бы тебе не арестовывать меня, Поттер, я невиновен, — объявил Малфой, драматично отдергивая занавеску. Гарри выхватил палочку, направил ее на Малфоя и повернулся ко мне. — Ты привела Малфоя в мой дом? — сердито спросил он. — Вообще-то я здесь уже второй раз. Должен сказать, мне очень не нравится то, что ты сделал с этим местом. Если ты собираешься расхаживать с важным видом, называя себя спасителем волшебного мира, то должен, по крайней мере, иметь возможность позволить себе приличного дизайнера, — усмехнулся Малфой. Я бросила в него заклинание тишины и впилась злобным взглядом. — Ты! Не! Помогаешь! — зашипела я. Где же его чувство самосохранения? Вероятно, оно скрылось под его язвительностью и гигантским эго. Действительно чудо, что он прожил так долго. Хотя, возможно, было что-то в Гарри, что пробудило в Малфое непреодолимое желание смерти. Гарри сделал глубокий вдох, прежде чем снова заговорить: — Я не собираюсь спрашивать, почему он появился в моем доме в первый раз, думаю, что для всех нас будет лучше, если я просто притворюсь, что не слышал этого. Но я очень хочу знать, почему он здесь сейчас, — Гарри, явно сдерживался, чтобы не покалечить своего неожиданного гостя. Прежде чем я успела ответить, он повернулся к Малфою: — Несмотря на отсутствие у тебя такта, Малфой, я не собираюсь тебя арестовывать. Я собираюсь помочь разобраться в этой неразберихе, потому что, похоже, Гермиона питает к тебе какую-то необъяснимую слабость… Я прервала его, бормоча: — О чем, черт возьми, он говорит? Нет у меня никакой слабости к Драко Малфою... — Не смотри на меня так, Гермиона, минуту назад он вел себя как последняя задница, и все, что ты сделала, это заставила его замолчать, — сказал Гарри. Я еще что-то пробормотала, но спорить не стала… Малфой вел себя как последняя задница. — А теперь, как я уже говорил, давайте поймаем настоящих преступников. — И как мы это сделаем? — спросила я. Мы оба посмотрели на Малфоя, который размахивал руками и указывал на свое горло. — Думаю, у него может быть идея, — сказал Гарри, как будто я еще не поняла этого. Настоящий вопрос заключался в том, сможет ли он рассказать нам план, не подвергнувшись аресту или... какому-нибудь заклятью из-за оскорблений, без которых он не обойдется. На данном этапе я вполне могу его проклясть, и если в данный момент он задумал что-то идиотское, то это будет полностью его вина, поэтому я сняла с Малфоя заклинание, и мы выжидающе посмотрели на него. Казалось, он наслаждался вниманием, которое мы ему оказывали — после стольких лет одиночества на острове, да еще в компании со мной, аудиенция из двух человек была крупным событием. Он театрально откашлялся. Мне это быстро надоело, и я жестом попросила его поторопиться. — Мы устроим ловушку, — гордо заявил он, свирепо глядя на меня за то, что я испортила драматическую паузу, к которой он так стремился.