Лучшие друзья

      Звуки противно кричащих сирен, а также красно-синие огни полицейских машин окружили здание библиотеки в центре Лондона. Около самого здания толпились люди, кутающиеся в тёплые пледы, предоставленные подоспевшими на вызов медиками, и с трудом старавшиеся убедить себя, что всё плохое позади, и их жизням ничего не угрожает.       Банду грабителей, которые тоже стали жертвой хитрости предводителя, оставившего их на произвол неминуемой судьбы с невесёлой решетчатой перспективой, пришлось по одному выводить и заталкивать в полицейские машины через черный ход, так как доблестные сотрудники полиции опасались, что разъярённая толпа может кинуться на них и покалечить. Несмотря на то, что они преступники, полиция вынуждена даже их охранять от самопроизвольного суда, и в этом-то и заключается сложность данной профессии: защищать всех, даже если кажется, что кто-то этого не заслуживает.       – Спасибо за помощь, Дител, – поправив свой чёрный шлем, который в ходе драки был сбит на бок, поблагодарил старший полицейский небезызвестного ему детектива, с которым он и сам когда-то учился. – Рад, что мы подоспели вовремя.       – Да уж, – усмехнувшись, произнёс Лайсерг, после чего покосился на сидящих, потрёпанных, но всё ещё полных энергии друзей.       Промокший до последней нитки своей одежды Йо потирал окровавленную шею, вежливо улыбаясь молодой девушке-врачу, которая обрабатывала его раны. Однако это ранение он получил больше по собственной глупости, нежели в ходе проявления героизма, ведь зевать по сторонам и призывать всех к миру, когда идёт ожесточённая битва, опасно для здоровья. Но Асакура не боялся ни за свою жизнь, ни проповедовать идею о мирном сосуществовании, из-за чего и полетел на стол, где стояли хрустальной горкой бокалы с шампанским.       Рен сидел на самом краю лавки и пытался размять своё плечо, которое он потянул, когда прыгнул на Юсуи, чтобы сбить его с ног и не подставить при этом ни его, ни себя под пулю. Поступок был, разумеется, героическим, не говоря уже о том, что дружеский, однако по нынешнему взгляду шамана можно было понять, что он не слишком-то спешил им гордиться, скорее сам хотел надавать Юсуи тумаков, что, в конечном счёте, и произошло. Трей сидел посередине лавки и потирал свой затылок, по которому ему прилетело книгой от Тао в знак бескрайнего недовольства его невнимательностью, когда шла разборка.       – Чем ты меня ударил? – рассматривая довольно увесистую книгу, не мог хоть как-то не возмутиться Трей, на что Рен злобно на него покосился и пробубнил:       – Идиота – идиотом.       После этого Юсуи слишком долго понимал игру слов своего друга, спасшего ему жизнь, что было совершенно неудивительно, но весьма обременительно для его гордости. И именно поэтому Тао так и не дождался благодарности, а северянин лишь задрал нос и уткнулся в книгу, в которой он не понимал ни слова.       В очередной раз умилившись тому, какие же прекрасные и необычные у него друзья, Лайсерг случайно скользнул взглядом дальше и наткнулся на ещё одного, можно сказать, лучшего друга, который всё же в конце омрачённого вечера получил свою заслуженную и долгожданную награду.       – Да, это было проще простого. Я вообще каждый день так борюсь с преступностью, – уперевшись локтём на стену и скрестив ноги, из-за чего его тело было чуть под наклонном, рисовался перед ещё одной молоденькой медсестрой Стэн, стараясь показаться перед ней самым настоящим суперменом, что в принципе получалось, судя по смущённо опущенным глазам девушки.       – Кстати, – опомнился Дител и снова вернулся к разговору с полицейским, который следил за действиями своих подчинённых, – что со Скоттом?       – Он не успеет выехать из страны, так что рано или поздно, но мы его поймаем, – ответил парень, резко свистнув в свисток и махнув рукой в знак того, чтобы все сворачивались и садились по машинам. – Ну что ж, Дител, ещё раз спасибо за помощь. Слышал, ты завтра женишься. Поздравляю.       – Спасибо, – поблагодарив полицейского, даузер ещё долго стоял на месте, провожая его и уезжающие машины взглядом, однако в глазах его виделась не печаль от осознания того, что такая жизнь, полная приключений, загадок и опасностей наконец закончилась, а нарастающая паника, заставляющая левый глаз дёргаться, а нервные прерывистые смешки показывать то, что до него медленно доходит очень важная вещь.       – Дител, ты там что? Свихнулся? – подойдя к детективу со спины, насторожился Рен, нахмурив брови.       – Сара меня убьёт, – то ли смеясь, то ли плача, медленно развернулся к Тао детектив, под глазом которого начал медленно проявляться большой синяк, а на щеке красовался кровоподтек от не глубокого, но длинного пореза, уходящего куда-то за ухо.

***

      Ночь. За городом лежит непроглядная темнота, и только в одном «доме» до сих пор горят уличные огни, освещающие каменные стены. Они защищают особняк Вайтвуд от всех опасностей, но в эту тихую ночь, в районе третьего часа, по ним очень быстро проскользнуло четыре тени, которые, не приглядываясь, можно расценивать как врагов. Они крались, как мышки, скрываясь то в тени кустов, то за большими каменными вазами с цветами.       Центральный фонтан уже давно был выключен, именно поэтому единственным, что разрушало тишину пока ещё спокойной ночи, были звуки светлячков, которые не могли даже сравниться с ярким светом, который горел над большой парадной дверью.       – Вы дураки, если думаете, что незаметно пробравшись в дом, они ничего утром не заметят, – не понимая, почему он должен от кого-то прятаться, прошипел Тао, когда он вместе с остальными на корточках пробежали под окнами и оказались у чёрного входа в дом.       – Главное – привести себя в божеский вид, а там можно будет выкрутиться, – прошептал Лайсерг, пытаясь как можно тише открыть дверь, но она, как на зло, скрипела чуть ли не на весь коридор, соединяющий задний двор и парадный холл.       – Ага, особенно тебе с Асакурой, – одарил его план насмешкой Тао, потому что у Йо была перебинтована вся шея и от него жутко разило алкоголем, в котором он успел искупаться, а у Лайсерга под глазом красовался большой синяк, что само по себе не могло быть незамеченным. Даже если вымыться, сменить одежду и улыбаться, как не в чём ни бывало, это вряд ли им поможет избежать расспросов и последующих за ними нравоучений.       – Тш... заткнись и топай вперёд, – подтолкнул его в спину Трей, однако, несмотря на то, что была кромешная темнота, в которой раздавались возмущённый шёпот друзей, Тао тут же развернулся и схватил Юсуи за уже порванную в ходе драки рубашку.       – Ты мне рот не затыкай! – и всё равно даже ругаться друг с другом Тао и Юсуи предпочли шёпотом.       – Да ты мне на ногу наступил!       – Да тут, куда не ступи, везде твои большие «лыжи»!       – Что ты сказал?!       – Прекратите.       – Успокойтесь.       И тут длинный коридор озарился ярким светом, и четверо парней застыли в той позе, в какой и были секунду назад. Лайсерг оттаскивал Рена от Трея, успев случайно получить по носу локтём от занесённой для удара руки шамана, а Йо держал северянина, чувствуя, как Юсуи, видимо, решив в отместку потоптаться на ногах Тао, перепутал их и отдавил ему все большие пальцы.       Вот так вот с перекошенными лицами, нелепыми стойками, они предстали перед тремя жутко злыми девушками, как сбившиеся в кучу сурикаты.       – Эм... привет, Анна, – не найдя других слов и натянув улыбку до предела, тем самым надеясь, что она покорит беременную жену, постарался изобразить естественность Асакура. Он надеялся, что она не станет пускать в бой ни кулаки, ни сковородки, однако медиум, стоящая справа от Сары, не менее сурово сверлящей взглядом своего будущего мужа, даже не подала признака теплоты в её сердце.       – Потрудитесь объяснить, где вы были, и почему вернулись чёрт знает когда в таком виде? – уперев сжатые кулаки в бока, постаралась не срываться на крик Сели, специально не обращая на мужа никакого внимания. – Рен, ты хоть понимаешь, каких усилий нам стоило уложить Юи спать? Она же места себе не находила? Ты должен это понимать.       – Не понял! – тут же возмутился Трей, уперев свой взгляд в Сели, ведущую нравоучительную беседу с Тао, которого она отчитывала, как школьника. – А типа что я пришёл весь такой побитый, тебя не волнует, да?       – После сегодняшнего утра меня вообще не волнует судьба некоторых, – гордо и обиженно подняв нос кверху, где над ними возвышалась лестница, ведущая на второй этаж, заявила, не глядя на мужа, Сели. – Сара, – не обращая внимания на вечные перепалки семьи Юсуи, которых быстро и безразлично покинул Рен, ведь участвовать в их продолжении ссоры не было никакого желания, увидел Дител в глазах любимой невесты разочарование тем, что он опять попал в неприятности. – Я тебе всё объясню, но поверь мне, это произошло случайно.       – Анна, – тоже параллельно с Дителом, который начал объяснять англичанке причины своего помятого вида, постарался начать оправдываться Йо, сделав шаг навстречу своей жене, но тут же остановившись, когда она резко сделала три шага назад и выставила вперёд одну руку, а другой закрыла свой нос.       – Асакура, пока ты не примешь ванну, я с тобой даже говорить не хочу, – чувствуя запах концентрированного на его одежде алкоголя и меж тем, как к её горлу подступила противная тошнота, сразу же пресекла его попытку подойти ближе Анна, претерпевающая разные капризы своего организма.       Пока бедные, провинившиеся перед своими жёнами друзья оправдывались и пытались убедить их, что всё произошло по чистой случайности, один из участников этого мальчишника по-английски поднялся на второй этаж и подошёл к комнате, располагавшейся в правом крыле особняка и отведённой лично ему и его невесте.       Он лишь на мгновение остановился перед дверью, которая не только разделяла их, но и служила щитом для его истинных чувств, перебирающихся от плотно сжатых губ к уведённому в сторону виноватому взгляду. Ухватившись за ручку, он тихонечко толкнул её и медленным шагом прошёл внутрь, стараясь не сильно шуметь в умиротворённой тишине, которая с трудом, но всё же усыпила девушку.       Она спала с правой стороны большой кровати, потому что прекрасно знала, что он может заснуть только на левой. Её руки покоились поверх одеяла, а ладони накрывали живот, будто бы охраняя то, что теперь станет дороже жизни им обоим. Но на её спящем лице всё ещё виднелась тревога, говорящая он сне, который одержал победу лишь над телом, но не над душой или сердцем.       Тихонечко присев на край кровати рядом с шатенкой, Рен посмотрел на неё и аккуратно убрал с лица завитый локон, который защекотал её нос. Её чувства сразу же обострились, но, всё же не проснувшись, лицо наоборот приобрело спокойствие и умиротворение. После слабой улыбки и какого-то странного звука, похожего на хрюканье поросенка, она даже от малейшего его прикосновения смогла почувствовать себя в безопасности.       Не желая даже сдерживать улыбку, Рен подавил в себе смех, рвущийся наружу, и, отведя взгляд в сторону, наткнулся взглядом на красивое нежно-фиолетовое платье, которое было настолько лёгким и нежным, что оно могло сделать девушку похожей на красивую бабочку. Оно было идеально отглажено и висело на стуле так, будто бы ждало, когда его наконец-таки наденут.       Видимо, шатенка и правда очень ждала своего жениха, чтобы похвастаться покупкой, но он, как всегда, стал заложником своих друзей, из-за чего он ни в коем случае не сожалел, но всё же... и не был рад.       Что ж, по крайней мере, ему единственному удастся скрыть от любимой правду о сегодняшнем мальчишнике хотя бы до утра, чтобы не навредить... чтобы не потревожить её – самое ценное и дорогое в его жизни.

***

На следующий день...

      Пробки улиц Лондона разрастались, как сорняки, с небывалой силой, и если спозаранку можно было ещё успеть на работу, то к полудню количество гудящих, шумящих и действующих на нервы машин стало куда больше, чем даже в обычные дни.       Конечно, опоздать на работу – это нехорошо, но вот опоздать на собственную свадьбу – просто ужасно!       Именно эта мысль не давала покоя сидящей в душном лимузине брюнетке в свадебном платье нежно-розового цвета, державшейся за голову рукам, из-за чего чёлка принимала неестественный вид и портила красивую причёску.       – Не волнуйся, Сара, – положив ладонь на открытую спину согнувшейся и уронившей лицо на ладони англичанке, постаралась успокоить невесту Юи, хотя и сама выглядела, разумеется, прелестной в этом воздушном, нежно-фиолетовом платье, но весьма и весьма обеспокоенной, ведь они стояли в пробке уже злых полчаса. – Лайсерг и ребята уже там, так что они подержат там очередь.       – Подержат очередь? – приподняла изумлённо бровь Асакура, которая удостоила бы свою фигуру каким-нибудь маленьким чёрным платьем, но, увы, из-за выпирающего животика пришлось облачиться в тёмно-синего цвета платье, подол которого едва не касался земли, а на груди переплетались широкие ленты. – Вэй, ты как будто об очереди в магазин говоришь.       – Но Юи всё равно права, – вступилась за подругу Сели, одетая в голубое платье с ассиметричным подолом и красивым бантиком на талии. – Мальчики что-нибудь придумают. Уж мой-то точно всегда найдет способ вывернуться, – последнее предложение златовласка пробубнила с недовольством, видимо, не забыв о своих взаимоотношениях с мужем за последний месяц.

А в это время...

      Улицу, на которой стоял священный храм, оглушил громкий чих северянина, даже не успевшего закрыть нос руками, из-за чего теперь стоявший с плотно сжатыми и уже скрипящими зубами Рен был готов его убить, если бы они не стояли рядом с местом покаяния и соединения сердец влюблённых.       – Тебя нос вообще учили прикрывать? – хоть Тао и не был орошён настолько, как казалось по его злому лицу, сам факт того, что северянин сделал это в его присутствии и в его сторону, заставлял шамана сжимать кулаки.       – А я знал, что так произойдёт? – не видел своей вины северянин.       – Да ты вообще ничего по этой жизни не знаешь, – сразу же воспламенился и наплевал на то, что они находятся около большой и красивой церкви, выполненной в готическом стиле, приготовился Рен к столкновению с Юсуи в прямом смысле этого слова.       – Да уж не глупее некоторых, – той же готовностью к драке ответил Трей, намереваясь столкнуться с другом, но вдруг...       – Ребя.. та! – послышался придавленный голос Асакуры, которого буквально смяли, как гармошку, даже и глазом не моргнув, когда он попытался встать между ними. – Давайте... сегодня... без драк... – сползая на землю, всё ещё пытался убедить их прийти к перемирию Йо, надеясь, что хрустнули под пиджаком печенья, а не его кости.       – Совсем дурак, что ли?       – Я? Да это ты своей толстой тушей его смял!       Наблюдать за тем, как эти двое всё равно не могут прийти к согласию, было крайне увлекательно, тем более тому, кто плохо их знал.       – Весёлые у тебя друзья, Лайсерг, – сложив руки на груди, подметил Стэн, который чувствовал себя малость некомфортно в этом, как он выражался, пингвиньем смокинге. – Эй, ты чего? – когда его взгляд упал на подопечного, неотрывно и весьма серьёзно смотревшего на проезжую часть, вглядываясь буквально в каждую машину, заразился его серьёзностью Коуз, толкнув даузера в бок локтём, чтобы тот очнулся.       – Она должна была уже приехать, – в глазах Дитела и правда разливалась тревога, отравляя его выдержку и здравомыслие.       – Ну мало ли... Смотри, какие пробки.       – Нет. Дело не в этом, – сказал, как отрубил, детектив, даже не желая уверовать в успокаивающие его слова шафера. – Мне кажется, она передумала.

***

      – Господи! Я так больше не могу! – сдвинувшись всего лишь на каких-то полметра за пятнадцать минут, хлопнула себя по коленям Сара, подобрала свой пышный подол, откинула назад фату и, открыв дверь длинного, серебристого лимузина, вышла на мостовую.       – Сара!       – Сара!       За ней дружной моральной силой выбежали Юи и Сели, после чего практически выползла Анна, решившая больше подышать свежим воздухом, нежели идти и успокаивать психующую невесту.       – Сара, не волнуйся. Всё будет хорошо, – просеменила на носочках, чтобы каблуки не провались в водосток, закрытый решёткой, поспешила за ней шатенка.       – Да не будет ничего хорошо, Юи! – резко огрызнулась из-за переизбытка волнения Вайтвуд, со злостью снова откинув назад пытающуюся вызвать у неё смех от щекотки фату. Она расхаживала по мостовой взад-вперёд и теребила в руках маленький букет невесты, из-за чего он был уже похож на хозяйственный веник. – Сама судьба не хочет, чтобы мы были вместе, – а вот это в девушке уже заговорила откровенная паника.       Но её слова не остались незамеченными лишь потому, что были несерьёзными. Златовласка резко схватила её за плечи, встряхнув её и практически убив на повал серьёзным и никогда ранее не будучи таким рассерженным взглядом, после чего грозно и твёрдо произнесла:       – Значит, надо идти против судьбы!       Трясущийся взгляд, подрагивающие губы и осознание того, что подруга права заставили англичанку прекратить истерику и опустить ресницы, однако Сели, не давая ей даже шанса на уныние, снова встряхнула её и продолжила атаковать призывами к действию.       – Нет ничего невозможного, когда люди хотя быть вместе! Да, бывают на пути трудности, но вы уже через многое прошли и заслужили быть вместе. Так не проигрывай на финише никому! Ты меня слышишь, Сара?!       – Угу, – заплакав от того, как же легко она была готова сдаться перед такой пустяковой проблемой, проскулила девушка, кивая головой и благодаря всех духов за то, что она сейчас не одна.       – Сейчас мы все побежим в церковь, и ты всё равно выйдешь замуж. Поняла? – всё ещё вбивала Юсуи в сердце англичанки уверенность, не отпуская её плечи, но услышав за спиной такое тихое и аккуратное покашливание шатенки.       – Эм... Сели, – Юи, конечно, тоже прониклась уверенностью златовласки, но всё же была очень большая брешь в её плане. – Я не могу бежать, да и Анна тоже, – положив руки на живот, тем самым указав на причину несостоятельности плана, с сожалением произнесла шатенка, однако резко вернувшая взглядом к невесте златовласка, увидевшая, как с трудом вселённая в неё уверенность начала угасать, не остановилась на этом.       – Значит, туда побежим только мы с тобой, а Анна и Юи, подъедут позже.       – Отличный план. Вперёд и с песней, – махнув рукой в знак одобрения, направилась обратно к машине медиум с таким величественным и безразличным видом, будто ей было вообще плевать, посетит она эту свадьбу или нет.       – Вперёд, Сара! – потянув девушку за руку, кинулась бежать Сели так быстро, насколько позволяли ей каблуки.       – Удачи, девчонки! – кричала им вслед Юи, в то время как Анна подошла к двери машины и ухватилась за ручку, чему-то презрительно фыркнув, но краем глаза заметив то, что было уже несвоевременно.

И снова в церкви, а точнее перед ней.

      – Так! Тут срочно нужно успокоительное. И лучше лошадиную дозу!       – А может лучше подзатыльник?       – Прекратите, Лайсерг ведь правда переживает!       – Переживать будет, когда она детей захочет!       За спиной даузера разворачивалось самое настоящее комедийное шоу, где только Йо мог не смеяться над его тревогами, легко читаемыми на лице. Остальные же фразы за спиной принадлежали Стэну, Рену и, разумеется, Трею, который делился ещё и собственным жизненным опытом.       – Всё! Хватит! – взъелся на судьбу Лайсерг. – Почему они так долго? – он развернулся к друзьям, но не мог посмотреть ни на одного из них, так как его взгляд не находил себе места.       Он со спокойствием выполнил бы ещё тысячу опасных заданий, нежели проходить через такую нервотрёпку. И кто бы мог подумать, что свадьба до такой степени волнительное событие, от которого сносит даже самую разумную голову.       – Лайс, да расслабься, – положив свою ладонь на плечо друга, постарался его успокоить Йо. – Ты же знаешь наших девчонок, то у них ноготь сломался и надо заново делать маникюр, то туфли разнятся цветом с платья.       – Да не в этом дело, Йо, – снова сжал кулаки Дител, но не смог дальше продолжить свою мысль, из-за чего вопросительный взгляд Асакуры достался Стэну, который тяжело выдохнул и пояснил:       – Лайсергу кажется, что Сара передумала за него выходить.       – Да ладно?!       – Что за бред?!       – Да ты истеричка, Дител.       И снова в унисон на мысли даузера посыпались неодобрения друзей. Возможно, они были и правы, и Лайсерг действительно думал о глупых вещах, однако он не мог отделаться от прошлого, где им самим было причинено столько боли его любимой, что на её месте Лайсерг бы и сам не дал себе второй шанс.       Однако внезапно тревоги даузера пока отошли на задний план, его глаза расширились, а последние слова Тао получили свой уместный ответ:       – Похоже, истеричкой сейчас станешь ты, Рен.       С первых слов шаману не понравилось резкое изменение в даузере – это в совокупности со словами не предвещало ничему хорошему. Именно поэтому не только он, но и остальные любопытные друзья проследили за удивлённо расширенными глазами Дитела и, в конечном счёте, по размеру раскрытого рта вырвались в несомненные лидеры Рен и Йо.       Прямо к входу церкви, заставляя простых людей шарахаться от самого их вида, медленно, можно даже отметить, что очень медленно, подъехала целая колонна байкеров, на больших и ревущих на всю округу мотоциклах. Однако тем, что буквально парализовало ребят в отличие от остальных людей, было именно то, что на самых первых байках вместе с большими, косматыми мужчинами сидели две небезызвестные им девушки, добравшиеся до нужного пункта совсем уж неординарным способом.       – Надеюсь, я достаточно медленно ехал, бейби? – приспустив круглые чёрные очки, то ли попытался ухлестнуть, то ли превратившись, как и все, кто знал Анну, в её раба, поинтересовался результатом своего труда байкер.       – Да. Можно было бы и побыстрее, – даже лукаво улыбнувшись ему, выразила медиум своё удовлетворение поездкой, в то время как стоящий рядом Асакура лишь шевелил губами, как рыба, и от него доносились какие-то нечленораздельные звуки. – Что, Асакура? Ты что-то хочешь мне сказать? – наблюдая за тем, как взволнованно и возмущённо он осматривает то её, то мотоцикл, хмыкнула Анна.       – Ну... в общем-то...       – Вот и молчи, – избавила медиум его от тумаков за дерзость и себя от потрясений его смелостью.       В то же время со второго байка слазила, кряхтя и пыхтя от недовольства и неудобства, молодая шатенка, ещё даже не зная, какая молчаливо ужасная буря надвигается на неё, словно нарастающая от солнца тень.       – Можно было бы и немного помедленнее, – поправляя платье, которое во время поездки помялось, пробубнила Юи, застыв на месте, когда наконец-таки заметила налетавшую и поглотившую её тень. Резко разогнувшись в спине, она встретилась с неимоверно холодным и молчаливо убивающим с особой жестокостью взглядом своего, кажется, теперь уже бывшего жениха. – Это она придумала! – резко указав пальцем на медиума, переложила всю свою вину Вэй, которая ещё чуть-чуть и готова была разорваться на куски от паники и страха, ибо Тао, чем молчаливее, тем злее. А сейчас от него слышался разве что скрежет зубом.       – Юи! Анна! Как вы...? – не мог подобрать подходящих слов Лайсерг, на что шатенка с особым рвением отбежала от своего злого, но любимого жениха, но прекрасно зная, что наказание ей ещё воздастся.       – Машина стоит в пробке, поэтому нам пришлось искать альтернативный способ передвижения.       – Слишком уж альтернативный, – всё ещё удивлённо рассматривая уезжающие дальше мотоциклы и байкеров, произнёс Трей, пока даже и не замечая, что Сели нет рядом с ними.       – Допустим, но где Сара? – развёл руки Лайсерг, не понимая, куда делись остальные две девушки, включая его невесту.       – Прежде чем мы нашли альтернативу, Сели и Сара решили бежать до церкви, ну и, в общем... мы не смогли их найти. Но уверю тебя, они скоро будут здесь! – увидев на лице даузера страх, сразу же замотала руками Юи, однако это совершенно не помогло, так как малахитовый принц, выругался по-английски, и уже намеревался броситься навстречу невесте, как вдруг его перехватил его же шафер и друг – Стэн.       – Погоди! Подумай: если вы разминётесь, то где мы будем вас обоих искать?       – Стэн, пропусти! Ты прекрасно знаешь, что она плохо ориентируется в Лондоне!       – Но язык-то у неё есть?! – одёрнув вырывающегося друга и приведя его в чувства, практически приказал ему не истерить Стэн. – Ничего с ними не случится. У людей спросят и придут.       Почему-то эти слова не развеяли опасений Лайсерга, однако малая доля рациональности, которая всё ещё осталась в нём, заставила тяжело выдохнуть и смириться со словами друга, по крайней мере, на какое-то время.

***

      – Сара? – раздался в тишине пустых дворов голос златовласки. – Мы что потерялись?       Вот уже несколько минут как девушки свернули не туда, надеясь, что этот путь короче, и ориентируясь на большое колесо обозрения, где, как говорила брюнетка, и должна была неподалёку находиться церковь.       Они шли тихонечко, практически на цыпочках, но звуки тонких каблучков всё равно выдавали их присутствие. Их окружали невысокие пятиэтажные здания, нижние этажи которых были разрисованы непонятно что отображающими граффити. Над головой сияло чистое голубое небо, заставляющее сожалеть, что нельзя, как птицы, взлететь ввысь. Место было не совсем приятное и явно странное, учитывая то, что это был исторический центр города, и такого здесь априори не должно было бы быть. Найти подобный закоулок нужно было либо постараться, либо иметь талант к поискам «приключений», и, судя по всему, у девушек он был врождённым.       – Я забыла тебя предупредить. Я очень плохо ориентируюсь в городе, – поёжилась англичанка от вида парней, которые пинали между собой камушки и громко над чем-то хохотали. Они стояли на их пути в арку, которая соединяла оживлённую улицу Лондона и этот странный закоулок, поэтому пройти незамеченными было трудно.       На секунду они обе остановились, не решаясь прямо попасть на глаза компании с пугающим видом, распивающей алкогольные напитки средь белого дня и пока что ещё не приметившей двух красивых и беззащитных девушек. Переглянувшись между собой, при этом молчаливо выразив безвыходность и, даже можно сказать, незавидность положения, им оставалось лишь молиться, что они смогут пройти мимо без проблем и добраться наконец-таки до церкви в целости и сохранности. Но при данных обстоятельствах, а также наличии короткого платья у златовласки и роскошно-венчального – у англичанки сама эта надежда была лишь насмешкой, заставляющей увядать веру в некую высшую защиту.       Так всё и произошло: судьба не стала скитаться в сомнениях и жалости, тем более что от неё тут мало что зависело. Она лишь отошла в сторонку, тем более что такой неприятный свист мог отпугнуть кого угодно.       Даже после того, как девушки начали испытывать на себе неприкрытые, пугающие и неприятные взгляды парней, они старались вести себя спокойно, не допуская резких движений и не показывая паники.       – Ух ты, какие к нам принцессы тут забрели! – высказался один из пяти парней, у которого на голове была надета шапка, несмотря на ужасную жару, а между зубов перекатывалась какая-то палочка, которую с трудом можно назвать зубочисткой.       – Да уж скорее королевы, – поправил его другой парень, на что все остальные отвратительно и мерзко рассмеялись, так и продолжив исследовать своими хищными взглядами девушек, опасно решивших просто игнорировать их.       – Э! Принцесски! Вы чего такие неразговорчивые? – снова раздался этот не противный, но явно пугающий голос за их спинами, как только подруги молчаливо прошли мимо, уже было подумав, что парни от них отстанут.       Однако, не только отрезав им путь к отступлению, но и преградив дорогу впереди, чтобы «барышни» не смогли больше игнорировать их, парни не ослабили своего внимания к красавицам, забредшим на их территорию. Они наоборот были ещё больше спровоцированы девичьим молчанием.       – А как насчёт угостить телефончиком? – поинтересовался молчавший до сих пор рыжеволосый юноша, взгляд которого как-то даже отличался от остальных своих «друзей», в нём чувствовались расчётливость и хитрость, не беря во внимание то, что, как и в других, в нём присутствовали неблагочестивые мысли.       – Сара, скажи им, что мой муж самый сильный шаман, и они отстанут, – пыталась Сели, несмотря на то, что говор был японским, шевелить губами не так явно, надеясь, что её план сработает.       – Они же не знаю про шаманов, Сели, – ответила ей в той же скрытной манере Вайтвуд, на что златовласка нервно сглотнула, не имея больше идей.       – Эй, парни! Да они по-нашему не калякают! – сделал преждевременные выводы парень с зубочисткой в зубках.       – Да ладно, невеста-то явно наша, – продемонстрировал своё отличие от других в сообразительности рыжеволосый парень, ведь догадаться, что девушка, выходящая замуж в Лондоне с европейской внешностью, очень редко когда может быть иностранкой, было абсолютно не трудно. – Чего молчишь-то? – упёрся он прямым взглядом в брюнетку. – Может, хоть расскажешь, кому так посчастливилось-то?       – Ещё шаг, и я тебя с ним даже познакомлю, – пригрозив ему тем, что Лайсерг от него мокрого места не оставит, достаточно грубо и серьёзно ответила Сара, отступив вместе с Сели назад, когда он захотел коснуться её волос. Однако позади, словно шакалы, ждущие сигнала вожака, им преграждали путь его шестёрки, из-за чего, несмотря на все смелые слова, всё же голос, как и всё тело, охватывала дрожь.       – О! Да ты ещё и зубки умеешь скалить. Прекрасно. Может, ты ещё что-то умеешь? – лишь посмеялся над её угрозами парень, давая остальным своим друзьям повод разделить его радость и оценить совершенно неостроумную шутку.       – Сели, – перейдя на японский, нервно сглотнула брюнетка, обратившись к подруге, которая и без знания английского языка понимала, что дело худо. Однако несмотря на то, что ситуация была, мягко говоря, опасная, голос англичанки как-то неожиданно изменился: в нём не было страха или дрожи, в нём была лишь решительность, выраженная в словах. – Ты была права, когда сказала, что нужно идти против судьбы, – Сели даже толком и не поняла, почему в такой момент Сара вернулась к этой теме. – И я действительно никому не должна уступать, когда до счастья осталось совсем чуть-чуть.       – Эй! Хватит там сговариваться! – резко схватив англичанку за руку, из-за чего она сжала зубы от неприятного ощущения, заподозрил неладное главарь.       – Сара! А ну пусти её! Ай! – импульсивно воскликнула от испуга Сели, но быстро пришла в себя и кинулась к подруге на выручку, чтобы оттолкнуть своими слабыми ручками этого хитрого лиса. Однако сама эта попытка была по своей природе смешна и обречена на провал, ведь как только девушка ринулась вперёд, её руки перехватили и больно сжали парни, уже уставшие выжидать, когда их «жертвы» начнут трепыхаться в сетях.       – Сели! – воскликнула англичанка, однако не так испуганно, как её подруга, а словно она была недовольна её паническим поведением и поспешила одёрнуть её. В итоге же получилось так, что не только златовласка, но и сами парни не ожидали подобного, на миг застыв и притаившись в ожидании дальнейших слов. – Беги…       Лишь одно короткое и понятное слово перевернуло всё с ног на голову. Пускай у Сары и не было прежних сил, ведь фурёку иногда имеет свойство угасать, особенно у девушек, если они пережили в жизни немыслимую боль, но она была готова совершить невозможное ради того, чтобы наконец-таки быть с тем, кого так сильно не одобряла судьба.       Сумев применить силу фурёку и стать невидимой лишь на какие-то доли минуты, Саре этого хватило, чтобы до смерти перепугать банду, которая резко воскликнула и попятилась назад, а златовласке со всей своей злости и желания вырваться заехать острыми каблуками по ногам своих захватчиков и вырваться из их цепких и грязных рук.       Всё перемешалось воедино: испуг, растерянность и боль, ведь Вайтвуд тоже не упустила возможности ударить рыжеволосого парня, который задрожал, как осиновый лист.       То ли не заметив от желания как можно скорее убежать, то ли одновременно подумав об одном и том же, девушки, словно Золушки, скинули разлетевшиеся в разные стороны туфли, не дающие развить скорость. Они наплевали на то, как будут выглядеть, и помчались по горячему асфальту с босыми ногами что было сил, пока эта банда хулиганов не очухалась.       Не спрашивая дороги, не видя преград, Сара бежала вперёд, ведомая только одной мыслью – лишь бы Лайсерг её дождался. Ей уже не было дела до той банды, она практически не замечала, как тяжело бежала её запыхавшаяся подруга, для неё было всё неважно, кроме собственной свадьбы. Наверное, столь долгое ожидание (и вовсе не по времени, а по перенесённым тяжбам) давало о себе знать в самых безумных и самых отчаянных поступках.       – Сара!!! – сжавшись от ужаса, когда на невесту чуть не налетела машина, по которой брюнетка лупанула ладонями, пронзительно завизжала Сели, с опаской выглядывая из-за ладоней, которые закрыли её лицо.       – Вы что с ума сошли, девушка?! – буквально вылетел от испуга из машины мужчина средних лет, не зная что ему в первую очередь осматривать то ли чуть не попавшую под его колеса невесту, то ли собственную машину, по которой нешуточно ударили ладонями.       – Как... – из-под опущенной головы англичанки начали доноситься первые слова. Её руки так и покоились на капоте машины, а сбитое напрочь дыхание не давало ей говорить плавно и спокойно. – Как добраться до Саутварского собора? Сказать, что автомобилист был в шоке, это значит не упомянуть о том, что и Сели, и прохожие очевидцы тоже остолбенели от ужаса. Видимо, девушка, не зная, куда ей бежать, решила спросить дорогу, ну а то, что она чуть не попала под машину, это всё мелочи...       Пф… Подумаешь. Она и мир спасти в одиночку сможет, пока на кону стояла её свадьба.

***

      Постукивая костяшками пальцев по зубам, а второй рукой обхватив свой живот, который стягивало от неприятной боли, одинокий жених, вознамерившийся наконец-таки обрести счастье, чувствовал, как все его надежды летят к чертям.       Говорят, что рядом со священным местом невзгоды и тяготы обходят людей стороной, но только не в случае с детективом, к которому тёмные силы так и липли, несмотря ни на что.       Его терпению и вере приходил конец, а беспрерывно успокаивающие его друзья лишь подливали масло в огонь своим состраданием и утешением.       – Молодой человек, – вышел на улицы священник в белом одеянии, который, видимо, устал ждать и выслушивать жалобы других счастливцев, которые тоже хотели обвенчаться в этом столетии. – Вы жениться сегодня будете? – он говорил мягко, стараясь не обидеть, судя по всему, брошенного жениха, однако даузер выдохнул так тяжело, что преподобному оставалось лишь только опустить голову и посочувствовать.       – Так, тигр, не дрейфь! – встряхнул его Стэн, чувствуя, что дело плохо, и его друг готов уже сказать, что свадьба отменяется.       – Никуда она не денется. Придёт. С ней ведь моя жена, а Сели не позволит ей сбежать, – Трей не мог даже схохмить на пару с Реном, испытывая к детективу лишь жалость.       – Лайс, Трей прав, – согласился с северянином Асакура, положив свою ладонь на плечо малахитового жениха. – Вы через столько всего прошли, и я думаю, Сара просто не смогла бы взять и передумать.       – Да! Тем более она могла просто не сориентироваться в городе, как ты и предполагал, – уже и не знал Стэн, как развеять сомнения детектива.       – Но, как ты и сказал, – тут же ответил Лайсерг, делая акцент на таких уверенных обещаниях Коуза, – у неё есть язык, и спросить дорогу она могла. Нет, дело не в том, что она заблудилась. Она просто не придёт, потому что...       – Эм, Лайсерг, ты прав, – внезапно перебила его слова Юи, смотря куда-то вдаль по дороге. – Она не придёт... Она прибежит!       На лице шатенки было столько разнообразных эмоций – и восторг, и удивление, и радость, – что заставило всех и, в первую очередь, Лайсерга резко развернуться лицом к дороге, по которой, словно тяжёлое облако, стремительно летела молодая англичанка с маячившей на заднем фоне подругой. Сара спотыкалась о собственные ноги, которые практически не держали её, пыталась схватиться руками за воздух, платье снизу было грязным и местами порванным, но всё это уже не казалось даузер столь важным, ведь это всё равно была она – его Сара, – и она прибежала, даже не думая его бросать.       – Сели! – воскликнул Трей, когда его жена буквально налетела на него, как коса на камень, и сцепила свои руки на его шее. – Что... Что произошло? – Юсуи осмотрел сначала свою босоногую златовласку, а после и Вайтвуд, которая была не в лучшем состоянии и пыталась отдышаться на руках любимого. Однако Сели на вопрос мужа лишь замахала руками, видимо, стараясь сказать, что это уже неважно. И ведь действительно то, что произошло, было уже не столь существенно, чем то, что они здесь и все снова вместе.       – Прости меня, – отойдя от шока и потрясения появлением любимой, произнёс Лайсерг, сомкнув свои руки за спиной англичанки и щекой примяв её растрёпанные волосы. – Я подумал, что ты не придёшь.       – Лайсерг... – обрывистым голосом наконец выдавила из себя слова Сара, полностью навалившись на любимого, потому как ноги стали ватными от усталости,– ты слишком много думаешь.       Как ни странно, но в тот момент Лайсерг вообще не мог думать ни о чём: ни о друзьях, окруживших Сели и пытавшихся выведать у неё, что случилось, ни о священнике, снова старавшемся тактично узнать, когда же он может приступать к венчанью, ни об остальном мире, который, казалось бы, вечно будет в опасности и ждать его помощи.       В тот день они оба наконец-таки испытали заслуженное счастье, вопреки судьбе и всем трудностям на их пути, и им было абсолютно неважно, что перед алтарём он стоял с синяками и ссадинами, а она в грязном, порванном платье и с вороньим гнездом на голове. Как сказала Анна, они стоили друг друга в тот день, и в первый раз её сарказм был послан от чистого сердца и радости, а это уже что-то да значило.