Лучшие друзья

      Каждый день. Каждый божий день люди встают рано утром на работу, чтобы зарабатывать деньги и дальше спокойно жить. Сколько на Земле различных возможностей для ненапрасного существования. Их невозможно сосчитать и невозможно перечислить – настолько безграничен сейчас этот мир. Однако только люди могут тратить всё своё время на постоянную работу, и, к несчастью, иногда это происходит не по собственной воле.       Настоящая свобода – она ведь очень мимолётна и содержится в маленьких минутах радости или даже в фееричном миге торжества. Именно тогда люди чувствуют себя по-настоящему живыми, когда готовы кричать от счастья или же не бояться показаться сумасшедшим, а не просто быть рабами навязанной им жизни.       Тем не менее чувство свободы от обязательств и правил, надиктованных обществом, не всегда имеет одно лицо. Взять к удачному и подходящему примеру свадьбу: кто-то видит в ней конец спокойствию и своеволию, а кто-то может наоборот надеется обрести гармонию и снять все цепи и замки со своего сердца. Данное торжество – это не учесть каждого, и порой, чтобы стать единым целым с тем, кого ты любишь и хотел бы любить до конца своих дней, приходится преодолевать множество трудностей, мириться с недопониманием, ну а в случае с будущей семьёй Тао, у которой как раз намечалось данное событие, не оставленное без внимания прессы необходима была ещё и борьба, причём постоянная и зачастую с самой невестой.       Отсчитывать минуты до того часа, когда наконец-таки Юи станет его женой, было, пожалуй, самым трудным занятием для Рена, сидящего у себя в кабинете, возглавляемой им компании. Он смело признавался себе, что этот «бой» был самым трудным из всех проведённых им, однако теперь, когда до финала и безоговорочной победы оставался лишь день, он становился намного серьёзнее и настороженней, зная, что даже в самый последний миг всё может пойти не так.       Его нервы были напряжены до предела, как новые струны скрипки, которую он холил и лелеял, но тем не менее скрыты от чужого взгляда, дабы не развенчать миф о его неуязвимости, и, наверное, именно это напряжение заставило его невольно вздрогнуть, когда в дверь кабинета кто-то постучался и распугал мысли по разным углам, как тараканов.       – Да, – коротко ответил Тао, наспех собрав все разлетевшиеся вместе с мыслями бумаги в одну стопку, после чего снова поднял взгляд на дверь, которая очень медленно приоткрывалась, а из-за неё начала кротко появляться худощавая девушка, будучи в его глазах прекрасной как душой, так и телом. Как говорится: «Любовь слепа».       Что именно главу древней семьи Тао привлекло в этой низкой, лишь недавно начавшей набирать вес и даже не думавшей злоупотреблять богатствами жениха девушке, Рен до сих пор не знал. Из её уст иной раз лилась самая настоящая глупость, но при этом эта непосредственность и делала её столь милой, что любовь становилась ещё и глухой, тупой и вообще – явной мазохисткой.       И вот она входит, вся такая стеснительная и вечно чего-то боящаяся, будто заранее прося извинение за то, что не только посмела прийти на работу к любимому, но и вообще за то, что родилась на свет. Она видела на лице Рена строгость и невозмутимость, особенно в последнее время, и это означало только одно: он злится. А злился он именно из-за её поведения, из-за её затравленности маленькой мышки и главным образом из-за того, что он ничего с этим не мог сделать. Понадобятся годы, чтобы дать ей уверенность в завтрашнем дне и в том, что она на самом деле достойна его любви. Отсюда-то и появляется это беспрерывное колесо недопонимания чувств друг друга.       – Что случилось? – сразу же начав с ноток насмешки и излюбленного сарказма, начал что-то печатать на ноутбуке Рен. – Ты теперь и на мой костюм сок пролила?       Взгляд молодой японки опустился к полу, потому что упрёк жениха опять заставил почувствовать её виноватой за вчерашнее, совершенно случайное происшествие. Джун, эта неугомонная сестра жениха, которая взяла на себя все-все приготовления к свадьбе, попросила в приказном тоне свою невестку надеть свадебное платье, дабы убедиться, что всё идеально. Но Вэй каким-то, а точнее всем известным способом своей неуклюжести сумела пролить на него стакан вишнёвого сока, что и повлекло за собой сегодняшнюю поездку в свадебный салон за новым платьем.       – Мы просто с Джун едем в магазин, но ей надо было заехать по каким-то делам в офис, поэтому пока она решает свои вопросы, я захотела навестить тебя, – закусив губу, чтобы хоть немного смягчить нрав обиженного жениха, видевшего в её неосторожности явный умысел сорвать свадьбу, улыбнулась Юи, присев на широкий, кожаный подлокотник президентского кресла, в котором с восьми до восьми трудился её будущий супруг.       Рен ничего не ответил, лишь сосредоточенно, боясь потерять мысль, дописывал что-то важное, после чего кликнул мышкой, чтобы отправить сообщение, и закрыл крышку ноутбука.       – На самом деле это хорошо, что ты заехала, мне надо кое-что тебе сказать, – Тао немного повернулся на своём кресле, из-за чего девушка не сумела удержаться на скользком покрытии подлокотника и съехал на его колени, где он её и встретил, положив одну руку на спину, а другую на живот. – Завтра на свадьбу мне пришлось пригласить некоторых очень влиятельных в сфере бизнеса людей, – Рен старался избегать излишних подробностей, дабы не перегружать хлопающую ресницами невесту. – Мне, конечно, не очень симпатизирует эта идея использования свадьбы как повода для налаживания отношений, но...       – Рен, – нежно и понимающе перебила его Юи, положив свою ладонь на его плечо, – если тебе так нужно, значит и делай так. Ты же знаешь, что главное для меня – это твоё спокойствие и успех.       – Дело не в этом, – наконец-таки Тао посмотрел на любимую взглядом сожаления и ясности.       – Оу... – сразу же догадалась и опустила глаза Вэй, дабы не показывать ему свой испуг, который он и так видел и чувствовал от прошедшейся по телу дрожи. – Мне нужно будет с ними говорить, да?       Рен лишь тяжело вдохнул, не видя в этой ситуации ничего весёлого и оптимистичного, и устремил свой взгляд за окно, где низко летали птицы, свободные от всех законов людской жизни.       – Я постараюсь, чтобы это общение свелось к минимуму, – пообещал ей Рен, очень удивившись, когда над его ухом раздался смех, а тонкие руки обняли его за шею.       – Не волнуйся, я выдержу: буду просто избегать тем искусства, спорта, политики... эм... – шатенка поняла, что сейчас будет перечислять все возможные темы, – в общем, лучше буду говорить о том, какой ты прекрасный, и что тебе можно доверить не только дело, но и даже жизнь, – Рен лишь улыбнулся, пользуясь моментом, пока его невеста прислонилась своим лбом к его виску и прикрыла глаза, как всегда, живя на преодоление собственных слабостей. – Тем более после новости Джун меня этим не напугать.       – А что случилось с Джун? – резко отстранившись от невесты, нахмурил брови Рен, стараясь понять по лицу девушки, что прошло мимо него.       – А ты разве не в курсе, что она пригласила на свадьбу прессу? Брови Рена не только столкнулись, но и, казалось, практически заехали друг на друга, выражая его неосведомлённость и меж тем ярую возмущённость этим фактом.       Не успел он и слова сказать, как без малейшего стука в кабинет зашла вся такая резвая, энергичная и готовая к любым сложностям жизни Джун, сияя модельной улыбкой и с ходу же получая в лоб возмущение брата.       – Джун, это правда, что ты пригласила прессу на свадьбу? – не то что бы Рен не верил словам любимой, просто хотел услышать это из уст сестры, которая без зазрения совести и с абсолютным спокойствием пожала плечами и ответила:       – Да, а что? – она совершенно не видела в этом ничего ужасного, что и возмущало Рена ещё больше.       – «А что»? – поразился и одновременно возмутился её спокойствию Тао. – Мы не хотели шумихи. Вот что.       – Рен, это не зависит от твоего желания. Хочешь ты или нет, она уже началась. Ты видел последние выпуски газет? Там только и говорят о том, что ты женишься, – разведя руками, загоняла брата в тупик даос.       – Но это же не повод звать их к нам.       – Они так и так попытаются пробраться, – не видела Джун логики в возмущениях Рена. – Так не лучше ли держать их рядом, нежели они будут вынюхивать то, что не нужно. Но я зашла по другому вопросу, – если Йо умел ловко менять тьму на свет, то способность Джун заключалась в её невероятной способности убалтывать и резко, практически мгновенно, менять тему разговора, не давая сопернику опомниться от сокрушительного удара её правоты. – Юи нам пора, я отменила съёмку, а портной нас уже заждался.       – Джун! – вспылил Рен, в то время как Юи едва успела встать, чтобы её жених не скинул её с колен при таком резком и стремительном подъёме на ноги.       – Да-да-да, братик, не благодари меня за то, что я занимаюсь твоей свадьбой, за то, что волнуюсь за твоё счастье больше, чем за своё, так и должны поступать сестры. Ну всё, пóкушки, – и дверь за двумя девушками закрылась в отличие от открытого рта шамана, оставшегося со своим возмущением на пару с недоделанной работой.       Порой шатенка поражалась сестре своего любимого, ведь она была просто невероятной и меж тем единственной, кому Рен так и не научился возражать. Пытался, но каждый раз получилось полнейшее фиаско.       Для Юи Джун была вторым идеалом женщины из семьи Тао, и ей казалось, что такой ей уж никогда не стать. Однако она даже и не догадывалась, что имеет всё для того, чтобы быть достойной Рена, разве что ей не помешало бы стать чуточку уверенней, ну или, как в случае с её идеалом, наглее.

***

      Быть или не быть... женою Рена Тао?       Казалось, все заголовки газет так или иначе сомневались в том, что брак молодого директора развивающейся компании Тао вообще состоится. Многие предпочли бы, если бы он выбрал какую-нибудь девушку из высшего общества под стать ему, подсчитав, что это успешный союз, и наплевав на какую-то там подобную мифу любовь. Но, куда не посмотри, везде было лишь одно: он женится на никому неизвестной девушке, и все гадают, что же за этим кроется.       Слава всевышним духам, что пресса не узнала пока про беременность Юи, а то это стало бы несомненным оправданием глупому, по мнению общества, поступку Рена. В голове шатенки, вот уже несколько минут стоявшей неподвижно в свадебной примерочной, раскинув руки в разные стороны, то и дело мелькали мысли о том, что будет, если репортёры узнают про всё. Это же будет заголовок номер один средь всех газет: «Благородный рыцарь и коварная ведьма» или же «Жертва и хитроумный маньяк». Да-да, что-то в таком роде точно бы написали, даже в еженедельнике «Сад и огород».       – Джун, – повернувшись направо по просьбе портнихи, которая подгоняла её платье, надетое на саму невесту, заметила бывшая дорэи, как элегантно сестра её любимого человека сидит в удобном кожаном кресле, пьёт чай и разглядывает какой-то журнал, пока ожидает конца примерки. Все её незатейливые действия были наполнены утончённостью, женственностью и благородством, что снова и снова заставляло шатенку ютиться в углу своих сомнений.       – Что, милая? – даос всегда была добра с будущей невесткой, что явно слышалось в её голосе. Она оторвала взгляд от проспекта и взглянула на Юи, которая явно хотела у неё что-то спросить, но сейчас выглядела, как затравленный кролик.       – Почему... – и всё же Вэй набралась мужества спросить. – Почему ты не против нашей свадьбы с Реном? Все ведь считают меня недостойной его.       Молодая Тао лишь несколько секунд помолчала, видимо, задумавшись, но тут же совершенно спокойно продолжила листать журнал и как-то даже высокомерно по отношению к миру сказала:       – Мне всё равно на то, что думают другие. Мне важнее то, что я вижу и то, чего я не хочу видеть.       – В смысле? – не совсем поняла её красивые речи шатенка, которую снова попросили повернуться, из-за чего она теперь стояла спиной к Джун.       – В самом что ни на есть прямом, Юи, – позади слышался снова добрый голос Тао, которая явно мило улыбалась. – Я вижу, как Рен смотрит на тебя, и знаю, что он сможет стать счастливым только, если ты будешь рядом с ним.       – Госпожа Джун, я закончила, – как будто и не слушая разговоров девушек, поднялась на ноги портниха и отчиталась за проделанную работу, оборвав беседу, но оставив в сердце шатенки ещё море сомнений.       – Отлично, – сразу же отбросила на столик журнал и хлопнула в ладоши Джун. – Юи, ты пока можешь пойти на улицу... подышать воздухом, – дёрнув бровью и намекнув на то, что она понимает, в каком положении сейчас находится её невестка, постаралась не вызывать даос подозрений к беременности Вэй. – А мне нужно ещё оформить заказ и поговорить о некоторых деталях.       Будущая госпожа Тао спорить не стала, она лишь кивнула головой, согласившись, что ей и впрямь не помешает глоток свежего воздуха, потому что в этом магазине было малость жарко, даже не смотря на работающие кондиционеры. Переодевшись в свои джинсы и тёплую кофту, она вышла на улицу, где её встретили шум проезжающих мимо машин, прохладный осенний воздух и одиночество, в котором всё ещё витали нерешённые вопросы.       Джун явно дала понять, что счастье брата ей превыше всего, и она не станет даже обсуждать его выбор. Однако это не давало ответа на вопрос, считает ли она лично её достойной Рена.       Тяжело выдохнув, Юи повесила голову, понимая, что, скорее всего, к ней всегда будут относиться так все члены семьи Тао, ну разве что кроме Ена, который в последнее время ведёт себя подозрительно тихо, но всё равно кидает на неё презрительные взгляды. В такие моменты Вэй была неимоверно счастлива от того, что их свадьба пройдёт в новом, отдельном доме, купленном Реном и выбранным вместе с ней за городом, где они сразу же и поселяться. Как сказал Асакура: «Совместили два счастливых случая – свадьба и новоселье». Но закончится ли от этого постоянный страх Юи? Что-то ей подсказывало, что все трудности всё ещё впереди.       – Эй! А ну стой! – очень неожиданно прервалась череда размышлений Вэй от того, как кто-то закричал.       Оглядевшись по сторонам, она сразу же заметила, как по пешеходной дороге, ей навстречу, бежит маленький мальчик в потрёпанной одежде, темными волосами и испуганными глазами. Он постоянно оглядывался назад, зажимая в руках явно украдённый кошелёк, и боялся, что ещё достаточно молодой мужчина лет чуть меньше тридцати в строгом костюме и явно не из бедневших людей догонит его и то ли отберёт, то ли сдаст его в полицейский участок.       Для Юи было яснее ясного, что он воровал впервые и что был этим напуган до боли в животе. Когда-то и она была такой, поэтому определить, что это не матёрый вор, для неё было очень легко, особенно когда парниша, не видя, куда бежит, врезался в неё и посмотрел на неё глазами, полными ужаса и одновременной мольбы о помощи.       На доли секунды Юи растерялась, она не знала, что делать, ведь этот призрак её прошлого так неожиданно ворвался в нынешнюю жизнь и сильно полоснул по сердцу огненной плетью. На глазах едва не появились слёзы жалости. Лишь вновь повторившийся голос мужчины вернул её обратно в реальность.       – Держите вора!       Появилась внезапная вспышка злости и обиды, как будто эти слова были адресованы ей лично, и, стиснув зубы, она поторопила мальчика вперёд:       – Беги, я задержу его.       Парниша ничего не ответил, но его опущенный стыдливо взгляд был красноречивее всяких слов благодарности.       – Эй! Почему Вы его отпустили? – устав бежать дальше за воришкой, тем более что его возмутил факт такого великодушия со стороны девушки за его счёт, махнул от отчаяния рукой мужчина, остановившись около Юи. Он выглядел как настоящий бизнесмен или какой-то политик – в общем, личность явно незаурядная, но неизвестная ей.       – Вы вряд ли поймёте, – так нагло ответила Вэй, устремив взгляд на дорогу, по которой носились туда-сюда машины. Мужчина даже и не пытался сдержать удивления и интереса к тому, как всего лишь одной фразой эта девушка смогла выставить его ещё и виноватым.       – Я понимаю лишь то, что он вор. И его нужно сдать в полицию разве не так? – он говорил не с вызовом, не с надменностью, а как простой обыватель, который всего-то хотел докопаться до справедливости.       – А то, что у него, возможно, были мотивы так поступить, Вы не понимаете? – резко посмотрела на него с укором и очередной обидой Юи, после чего поспешила взять себя в руки и отвести взгляд. – Кто знает, может он сирота или у него больна мать. Вы об этом не думали? – она говорила очень вдумчиво и туманно, будто боль парня была знакома и ей. По крайней мере, такое впечатление производилось у вглядывающегося в неё мужчины. – Не мы выбираем то, кем нам родиться. И если он стал тем, кем является сейчас, то уж точно не по своей воле, грусть в его глазах настораживала и интриговала одновременно. – Вот что! – Юи снова резко оживилась и закопошилась в своей сумочке, будто бы сочтя подобную беседу бесполезной. – Не нужно полиции. Скажите, сколько у Вас было в кошельке, и я верну вам деньги, – сначала интеллигентный мужчина европейской внешности даже и не понял умысла, заключающегося в последних словах девушки. Он был настолько поражён её пониманием и защитой вора, которого она и знать-то не знала, что очнулся и даже поспешил отступить от неё на шаг лишь тогда, когда она вытащила из своей сумочки кошелёк.       – Нет, даже не думайте об этом, – принять деньги от девушки, да ещё и как подачку униженному и оскорблённому, незнакомец не мог допустить, поспешив выставить руку вперёд, как бы останавливая её глупость. – Просто... – он задумался над всё ещё отягощающими его душу словами незнакомки. – Извините, я просто не ожидал такого, со мной это впервые.       – Я, конечно, понимаю, что воровство – это плохо, – печально опустила голову Юи. – Но спрос со взрослого намного больше, чем с ребёнка. Он выживает, как может, поймите, и кто знает, какую судьбу он изберёт себе, когда вырастет.       – Возможно, Вы и правы, но всё же, согласитесь, нельзя поощрять это лишь потому, что у него были мотивы.       – Я же говорила... – Юи снова отвела взгляд и тяжело вздохнула, – Вам не понять.       Мужчина явно хотел сказать ей что-то ещё, даже, возможно, продолжить отстаивать свою точку зрения, но набранный в лёгкие воздух лишь тихо вышел, не издавая не звука. Он улыбнулся, и по его заинтересованному взгляду было видно, что он никак не ожидал встретить на своём жизненном пути такую девушку, которая смотрит на жизнь несколько иначе, чем все остальные подобные ей богатеи.       Да, сейчас благодаря деньгам Рена она стала совсем другой, но, к сожалению, только внешне. Её нельзя было принять за простолюдинку с улицы, но и, благодаря своему твёрдому характеру, она не позволила Джун превратить себя в фарфоровую куклу. Она выглядело просто и достойно, как девушка из хорошей семьи, наверное, именно поэтому мужчина и не смог даже увязать её сострадание с её прошлым. Ему лишь казалось, что эта японка совершенно по-другому смотрит на мир.       Рядом, по проезжей части, проехала чёрная иномарка, которую Юи сразу же признала. Она проследила за ней вплоть до того момента, когда она остановилась на парковочном кармане, после чего, увидев вышедшего на улицу Ионгруи, поспешила склониться в традиционном японском поклоне перед неизвестным мужчиной и сказать:       – Извините, мне пора. И, пожалуйста, не заявляйте об этом в полицию.       Европеец даже и слова прощанья не успел сказать, как эта, на его взгляд, невероятно интересная в общении девушка-незнакомка поспешила к машине, где её уже ждал телохранитель семьи Тао. Следом из магазина выбежала довольная и не заметившая мужчину Джун, углядевшая сразу же машину и поспешившая со своей невесткой ещё в одно место, где её должны были подготовить к свадьбе – разумеется, в салон красоты.       Не столь ошеломлённый, сколько поражённый этой японской душой, мужчина так и остался стоять на месте, провожая взглядом машину и перебирая в голове свои мысли. Он жалел лишь об одном: что не спросил имени этой незнакомки, однако судьба часто преподносит нам сюрпризы, и редко, но всё же они бывают счастливыми.       Рядом с ним находился небольшой газетный киоск, он был даже практически незаметен среди всех этих роскошных магазинов, тянущихся вплоть до конца улицы, и именно там, практически с каждой обложки газет виднелись фотографии молодого парня, который был замечен со своей будущей женой, выходя из офиса.       – Интрижка, обернувшаяся свадьбой, – прочитал вслух с удивлением парень, взяв в руки одну из газет и прочитав весьма грязный заголовок.       – Ох, и достанется же его невесте. Бедная девочка, – вставила свой комментарий продавщица, которую парень заметил только, когда она отреагировала на его слова. – И зачем она полезла в эти дебри. Сожрут её эти местные мегеры. Эх... неужели деньги ей дороже собственного здоровья.       – Вы думаете, она выходит замуж не по любви? – улыбнувшись и поинтересовавшись мнением простых обывателей, не мог европеец отвести взгляда от легко узнанной им девушки, с которой он только что обменивался понятиями о жизни.       – Да кто ж их знает этих богатеев. Только вот, что я Вам скажу, – курносая женщина средних лет с ярко рыжими волосами подалась чуть вперёд, осмотревшись по сторонам, будто бы намереваясь раскрыть этому иностранцу страшную тайну. – У моей знакомой есть подруга, которая работает уборщицей в компании этого Рена Тао. И она говорит, что он самый настоящий деспот, ходит с важным видом и на всех смотрит свысока, а эта девушка говорят, что ходит к нему, как на красный ковёр, вся затравленная и такая наивная. Вообще, поговаривают, что эта свадьба – лишь его прихоть и то, что через несколько месяцев их брак развалится. А девочка, бедняжка, так старается, всё ради него делает.       – Например? – заинтересовался этой историей мужчина, который прекрасно знал, что обслуживающий персонал всегда знает больше и раньше всех.       – Как мне сказали, она однажды спасла его от кражи собственной компании. Говорят, она выбила окно в конференц-зале и съела на глазах у всех какую-то там фальшивую бумагу.       – Что? Правда? – не смог сдержать смеха европеец, поражаясь шатенке всё больше и больше.       – Ну да, эту историю знает каждый сотрудник его компании.       – И Вы даже после такого предполагаете, что она вряд ли может его любить? – не понимал парень, какие ещё нужны доказательства тому, что девушка действительно питает к своему избраннику самые глубокие чувства.       – Я ничего не предполагаю, я лишь передаю то, что думают другие. Хотя, если честно, мне кажется, что если она-то его и любит, то он – нет. Так себе у него чувства, поиграет и бросит.       – Зачем же тогда жениться? – не мог уловить логики в её словах мужчина.       – А кто ж его знает, – пожала плечами женщина, вещающая все городские сплетни. – Может, решил покомандовать вне компании.       И всё же, какие же разные существуют люди: кто-то повторяет глупые сплетни и мало того – уподобляется им, кто-то и вовсе создаёт эту порочащую ложь, и лишь немногие могут сопоставить реальность и слухи, увидеть суть вещей в самых незатейливых мелочах, которые убедительнее всех слов, и сделать независимые от чужого мнения выводы.