Лучшие друзья

      Лондон – это очень оживлённый город, в нём с самого утра начинается жизнь, которая бурлит, летит и постоянно куда-то спешит, не останавливаясь. На улицах можно увидеть самый разнообразный транспорт. Это и красные двухэтажные автобусы, которые, кстати, являются чуть ли не символом этого города, и элитные машины, которые могут позволить себе лишь богатые и состоятельные люди, и разумеется простые авто зарубежного и отечественного автопрома.       И среди этого разнообразия сейчас очень ярко выделялось два чёрных лимузина, стоящих на обочине перед Британским музеем. Сразу был виден и понятен статус человека, который был их владельцами. Он был видным вельможей, а точнее заместителем премьер-министра Англии и, конечно же, членом верхней палаты лордов.       Кстати, сам он, Себастьян Вайтвуд, сейчас стоял около двери первого лимузина, разговаривая и давая какие-то указания красивой тёмноволосой девушке, которой было от силы восемнадцать лет. Её серые, как сталь, глаза постоянно упирались в асфальт тротуара, думая о чём-то своём и практически не слушая мужчину, который был её отцом.       Даже спиной брюнетка ощущала, как только что вышедший из музея малахитовый парень, с коим ей придётся провести сегодняшний день, не спускает с неё лукавого взгляда и хитрющей улыбки, ожидая момента, когда мистер Вайтвуд уедет на своё заседание, а его любимая доченька достанется ему на издёвочные растерзания.       Девушка даже немного начала подумывать насчёт того, что может быть лучше поехать домой, а на фестиваль через год пойти, лишь бы не оставаться с этим странным и непредсказуемым парнем, который постоянно смотрел на неё так, будто она вкусный бифштекс. Но с другой стороны, если она сейчас так отступится, то даст много поводов для расспроса со стороны отца, которого она слёзно умоляла отпустить её на праздник, а также это даст Дителу уверенность в своей победе над ней. Именно поэтому, нутром чувствуя, что это не последняя их встреча, ведь парень, словно мираж, то исчезал из её жизни, то появлялся, Сара решила держаться стойко, высоко подняв голову и не сдаваясь под его «искромётным» юмором.       – До пяти часов я на собрании, так что звони, если что, Томасу, – вспоминая, все ли инструкции им прочитаны, говорил в напутствие Себастьян, возводя глаза к небу и заставляя дочь в очередной раз устало выдохнуть.       – Пап, я поняла, не волнуйся и поезжай, – не поднимая на отца прямого взгляда, кивнула головой девушка, пытаясь изобразить на своём лице улыбку.       Издав внутриутробное сопение, выражавшее беспокойство и задумчивость, а правильно ли он поступает, мистер Вайтвуд поднял взгляд поверх головы дочери на парня, который приближался к ним спокойным и размеренным шагом, и которому он доверил самое ценное сокровище – свою дочь.       – Не отходи от мистера Дитела, поняла? – когда Лайсерг встал у них за спиной, всё ещё кидая взгляд с дочери на детектива, сказал Вайтвуд, получив незамедлительный ответ, но не от того, кого хотел услышать.       – Не волнуйтесь, мистер Вайтвуд, я сам лично не отойду от неё ни на шаг, – заверил лорда в своей ответственности Лайсерг, но вот стоящая перед ним девушка, которая даже не развернулась, услышав его голос, а лишь отделалась лёгким испугом, восприняла его слова, как вызов, который она, несомненно, принимает.       На сердце мужчины было очень неспокойно, но он понимал, что не сможет, да и это очень жестоко по отношению к своей кровинушке, держать её в неволи безопасности. Кивнув самому себе и убеждая, что всё будет хорошо, Себастьян, не медля больше ни секунды, сел в лимузин, сопровождённый охраной, а водитель легко и плавно нажал на педаль газа, увозя мужчину по дороге к Вестминстерскому дворцу.       – Км… что ж, – на веселе, засунув руки в карманы брюк, начал то, что неизбежно, Лайсерг, не видя, как девушка сцепила зубы от его голоса, – пойдём на фестиваль или подождём Леонардо? – говоря это, Дителу хотелось смеяться во весь голос, подозревая, что брюнетка сейчас злится на него, судя по пару исходящему у неё из ушей.       – Слушай меня, – резко развернувшись, выставила указательный палец Сара, с самым воинственным и решительным взглядом уничтожая ухмылку парня, – держи свои комментарии при себе, ясно? – её угрожающий вид был похож на то, как злятся хомячки, ведь её щёки также то надувались, то сдувались. – Ты сопроводишь меня на фестиваль, вернёшь домой и уедешь по своим делам. В конце концов, – она поджала губы, выпятив обиженно подбородок, – для тебя ведь это только работа.       – А Вас это задело и волнует, – приподняв одну бровь, уловил Дител мгновенно данную мысль, которую он сам сказал отцу Сары в музее, – что я сопровождал Вас только из-за работы?       – Пф… вот ещё, – усмехнувшись, закатила пафосно глаза к небу брюнетка, тем самым, говоря, что она в жизни не слышала ничего абсурднее и глупее. – Мне, знаешь ли, есть о ком волноваться, – решила спустить парня с небес на землю Вайтвуд, показывая ему его место.       – Ах, да-да, – схватившись наигранно и задумчиво за подбородок, призадумался Дител, – как поживает Ваш вымышленный парень?       Девушку аж всю затрясло от злости, ведь то, как она попалась, было так унизительно и стыдно, что хотелось треснуть Лайсерга по голове да посильнее.       Зачем она соврала ему, что у неё есть парень? Сара думала, что знала. Она хотела отгородиться от него, так было задумано изначально. Но теперь, после того, как даузер задал вопрос насчёт того, волнует ли её тот факт, что он в тот день выполнял всего лишь свою работу, её начали терзать сомнения по поводу своих подсознательных мотивов такого поступка.       Брюнетка хотела, чтобы он ревновал, тем более, что он так беспрецедентно её в тот раз поцеловал, а теперь ещё и выяснилось, что не из-за симпатии, а просто так.       Может быть, он хотел её в себя влюбить, чтобы через неё продвинуться по карьерной лестнице? Да, именно так Сара теперь и будет думать, чтобы не ломать голову, ведь всё же он просто возмутительный субъект.       – К твоему сведению, – резко развернувшись на каблуках, пошла по дороге вперёд девушка, гордо вздёрнув нос и даже не зная, правильно ли она следует к фестивалю, – я могу заполучить любого мужчину.       – Я в этом даже не сомневаюсь, – поспевая за ней, сзади говорил Лайсерг за версту чувствующимся сарказмом, – ведь в Ваших фантазиях мужчина может быть, мало того, что любым, так ещё и Вашим, – получив в ответ резкий разворор и лишь разъярённые глаза, которые так и говорили о том, сколько же можно об этом унижении напоминать, Лайсерг едва не налетел на брюнетку, сразу же подняв капитулирующее руки.       Но неожиданно её гнев стал сменяться затейливостью и лукавством, что, в свою очередь, заставляло и Дитела подаваться метаморфозам в своём лице, делась настороженным, ведь он никогда не знал, что выкинет эта нерациональная девушка.       – Смотри и учись, – дёрнув бровями, растянула самодовольно и самолюбиво слова брюнетка, в ту же секунду развернувшись лицом к фасаду музея.       Её взгляд совсем недолго скользил по порожкам здания, где было много людей: кто-то проходил мимо, кто-то входил или выходил из музея, а вот кто-то, и именно он привлёк внимание девушки, стоял на нижней ступеньке, посматривая на часы и ожидая кого-то.       Указав на тёмноволосого парня указательным пальцем и, улыбнувшись, кивнув, что давало посерьезневшему Лайсергу представление о цели девушки, которая собиралась доказать ему то, что она, и правда, может заполучить любого мужчину, Сара лёгкой и вертлявой походкой пошла прямой походкой к объекту доказательства.       Сцепив зубы, Лайсерг не громко выругался на себя за то, что перегнул палку, ведь, зная её упрямство, он мог понять, что она выкинет нечто подобное.       Ну, уж нет, он её и с мысленным парнем-то не хотел делить, а уж с настоящим тем более, поэтому, прошипев сквозь зубы, он резко двинулся быстрым шагом за девушкой. Он не знал, что сделает, не знал, что скажет, но одно знал точно, он не подпустит её к потенциальной угрозе в виде парня, который, несомненно, заинтересуется такой красавицей.       Однако зря Лайсерг так думал, ведь, и не ступив пару шагов, он резко остановился вместе с остановившейся и вставшей, как вкопанной, девушкой впереди него, увидев, что к тому черноволосому парню уже подбежал тот, кого он ожидал, и был им явно не девушка.       Светловолосый парень буквально наскочил на брюнета со спины и поцеловал его в щёчку, громко хихикая и вызывая у Дитела, смотрящего на них, смех.       Лайсерг едва успел закрыть рот рукой, сдерживая мощные, просто истерические позывы смеха, однако его хрюканье, а именно на это было похоже его сдерживание, Сара прекрасно чувствовала и слышала, снова трясясь от злости на свою неудачливую судьбу.       Ну, почему её взгляд пал именно на парня гея? Почему каждый раз, когда она хочет победить в чём-то у этого «зелёного поросёнка», она постоянно не просто проигрывает, но и попадает в ужасную и просто до безумия стыдную ситуацию, слушая его хрюканья за спиной?       – Похоже, мужчина Вашей мечты, так и останется в мечтах, – посмеиваясь, шмыгнул носом Дител, пытаясь, наконец-то, перестать смеяться, однако самое хорошее средство, чтобы перестать веселиться, прозвучало в виде визга девушки, которая так сильно долбила кулаками воздух, что, казалось, она представляет именно даузера, которого она лично долбит головой обо что-то тяжёлое.       Похоже, он всё-таки довёл её до истерики, ведь в следующую секунду девушка снова резко повернулась к нему лицом и затараторила, подобно выпускаемым пулям из автомата.       – Ты можешь замолчать?! Почему ты постоянно всё комментируешь?! У тебя, вообще, рот закрывается?! – она говорила это не со злобой, а с бессилием от того, что она не способна справиться с этим напыщенным индюком, который строил из себя незнамо кого.       Выслушивая череду вопросов и видя, как её руки готовы вцепиться ему горло и задушить на месте, Лайсерг лишь усмехнулся, снова засунув руки в карманы и, беззаботно выдохнув, легко и непринуждённо ответил:       – Вообще-то, единственный, кто из нас больше всего болтает сейчас, это Вы, – пожал плечами и проконстатировал факт Лайсерг, мотая головой и невинно вздыхая. – Вы меня сами провоцируете.       – Ах, это я тебя провоцирую?! – её гнев и раздражение не знали границ, ведь он опять смог сделать её виноватой. – Тогда я, вообще, замолчу и больше не скажу тебе ни слова.       – Не сможете, – предчувствуя потеху и улыбаясь, подметил Дител тот факт, что Сара на одно слово говорит двадцать, и ей слово «промолчать» неизвестно.       – Спорим?! – с вызовом и решительностью выпалила Вайтвуд, в ту же секунду вздрогнув душой, когда увидела, как в малахитовых глазах сверкнул загадочный, лукавый и очень опасный огонёк.       Он мочал буквально пару секунд, однако для девушки это ожидание было безумно долгим и страшным, ведь она даже не знала, что сейчас скажет или сделает парень.       – Спорим, – за эти мгновения уже успев подсчитать все выгоды и потери, согласился Дител, наклонив голову набок и ожидая, что же будет дальше. – Давайте так: если Вы проговоритесь до первого залпа фейерверка, а это у нас, – он кинул взгляд на наручные часы, – в одиннадцать часов вечера, то я признаю, что Вы выиграли.       – И ты исчезнешь из моей жизни, – быстро дополнила список требований за свою победу Сара, услышав в ответ незамедлительный ответ.       – Согласен, – небрежно и совершенно спокойно пожав плечами, сказал Дител, вгоняя брюнетку в ступор и шок одновременно.       – Ты согласен? – изумлению девушки не было предела, ведь она была на сто процентов уверена, что парень от неё так легко не отстанет.       – Вы не хотите, чтобы я исчез из Вашей жизни? – приподняв одну бровь и уловив тонко прослеживающееся, потаённое желание брюнетки, лукаво задал вопрос Дител, из-за чего Сара вспыхнула, как свечка.       – Разумеется, хочу! – её взгляд был хоть и грозным, но совершенно неестественным, что говорило Лайсергу, что особой паники для беспокойства нет, даже если он проиграет, в чём он очень сомневался, даузер ни за что не отступится от неё. – Ну, и отлично… – расплывись в улыбки, которая уже предчувствовала свою собственную победу, хотела закончить на этом Вайтвуд и преступить к спору, однако Дител её прервал.       – А Вы не хотите услышать мои условия? – на секунду девушка даже не поняла, о чём толкует парень, ведь она даже не принимала во внимание то, что она может проиграть ему, но, как правило, у контракта должно быть не менее двух сторон, а значит и обоюдные условия.       – Валяй, мне всё равно, что ты там пожелаешь, ведь выиграю всё равно я, – самоуверенно, делая вид, что ей всё равно, отмахнулась Сара, чтобы он уже выставил свои условия.       – Вы меня поцелуете, – коротко и быстро, словно ждал этих слов, ответил Лайсерг, видя, как глаза девушки мгновенно расширились.       – Ни за что! – её возмущение, которое сопровождалось вскриком и резким шагом назад, начало уже привлекать внимание прохожих, но ни её, ни парня, который сделал к ней ответный шаг навстречу, это не волновало.       – Вы же уверены, что победите, так какая Вам разница, что я пожелаю? – решил поймать её на собственной уверенности даузер, провоцируя и играя на нервах девушки, которая лихорадочно металась взглядом по пространству.       – Ладно, – прошипев сквозь зубы, согласилась Вайтвуд, – пускай будет так.       – Значит, до первого залпа фейерверка, так? – ещё раз оговорил парень время и место, где окончится их спор.       – Да, и ты обещаешь, что исчезнешь из моей жизни, – потребовала брюнетка чуть ли ни клятвы на крови и уголовном кодексе от детектива, который усмехнулся, смотря в небо.       – Разумеется, если Вы выиграете, – подметил ещё раз условия спора Лайсерг.       – Выиграю, – чётко и жёстко заверила парня в своей решительности девушка, увидев в ответ снова вспыхнувший огонёк в его глазах, который говорил о многом и затейливом.       – Ну, тогда, – он сделал к ней ещё один шаг, подойдя совсем вплотную, склонившись над её ухом и заставив девушку застыть на месте, как столб, – раз, два, три, ротик замолчи, – его голос был таким сладким, нежным и будоражащим, что девушка почувствовала, как в горле всё пересохло, а сердце начало издавать испуганные и взволнованные стуки, которые она была не в силах прекратить.       Медленно разогнув спину и смотря в серые глаза девушки, которая не может теперь и писка подать, Лайсерг улыбнулся своей уже маленькой победе, которую он плавно добивался, подбивая девушку на спор. Он знал, что будет после того, как она замолчит, и теперь-то даузер был готов рассказать брюнетке о её недальновидности.       – К счастью, я-то могу говорить, и Вам придётся слушать меня тихо и очень внимательно, – услышав то, во что она так легко попалась, Сара уже набрала в лёгкие воздуха, открывая рот, чтобы возмутиться, но Дител быстро приложил указательный палец к её губам, предотвращая её слова. – Тш… не проигрывайте так быстро, мисс Вайтвуд, иначе мне будет совсем не интересно, – её щёки стали красного цвета, но отнюдь не от смущения, а злости, а ноздри раздувались так, словно разъярённый бык вышел на арену биться с матадором. Она явно сейчас сорвётся от того, как легко Лайсерг её одурачил, именно поэтому Дител не смог сдержать короткого, но искреннего смешка. – Вот видите, я же сказал, что Вы не сможете долго молчать.       И снова этот вызов в его словах слышала девушка, заставляя себя остыть и руководствоваться целью победить этого напыщенного павлина в этой битве, тем более, что на карту она поставила очень неприятную для неё самой вещь. Выдавив из себя улыбку, чтобы хоть так заставить этого индюка понять то, что она не собирается сдаваться, и то, что, хоть как он её ни злил бы, она не проиграет ему, Сара развернулась на каблуках и решила поскорее пойти дальше по дороге, услышав за спиной усмешку и снова этот полный издёвки голос:       – Не в ту сторону, – парень не знал, что будет в течение этого дня, сможет ли она промолчать всё это время, однако то, что она от него не сбежит, он себе обеспечил, ведь как между ними теперь спор, который Сара должна выиграть, во что бы то ни стало.       Одарив парня резким и презрительным взглядом, ведь она уже и до спора шла не в ту сторону и после, Сара так и хотела сказать ему, что неужели нельзя было раньше об этом сообщить. И это так чётко прослеживалось в её взгляде, что Дител снова не сумел сдержать комментария.       – Вы что-то хотите мне сказать? – но на сей вопрос девушка лишь сцепила крепко зубы и выдохнула через нос, сжимая плотно губы, чтобы из них случайно не вырвало всё, что она о нём думала, и дело здесь было вовсе не в воспитанности.       Пройдя мимо парня в другую сторону, брюнетка чуть не смела даузера с пути своим быстрым и сердитым шагом, отправляясь на фестиваль, на который она так хотела, но, увы, не знала, как добраться, ведь Лондона брюнетка практически не знала.       Но перебороть свою гордость и упрямство ей было намного тяжелее, поэтому Сара шла, куда глаза глядят, не обращая внимания на идущего позади неё Дитела, который не сводил с неё глаз, в первую очередь, чтобы она не открыла свой рот. Ну, а если это всё же случится, то заметить данный проигрыш сразу же.       На его карте стояло намного больше, чем на её, в случае выигрыша брюнетки, а Лайсерг просто не мог не допускать об этом мысли, он потерпит не только поражение, но и придётся на какое-то время исчезнуть из её жизни, а ведь это для него просто немыслимо. Он с трудом вытерпел эту тяжёлую и долгую неделю без неё, не в силах даже нормально работать, постоянно думая о том, как же с ней встретиться. Именно поэтому даузер, посмотрев на спину всё быстрее и быстрее уходящей вперёд девушки, решил, что нужно заставить её проговориться и как можно быстрее.       Что заставляет нас сдерживаться? Ясный ум и спокойная атмосфера. При наличии хотя бы одной составляющей, мы можем контролировать себя и помнить обо всех обязательствах и целях, однако стоит обоим факторам исчезнуть, как появляется паника, а значит, человек ведёт себя непредсказуемо, полагаясь только на инстинкты.       В данном случае Лайсерг мог гарантировать неспокойную атмосферу для брюнетки, каждый раз воспламеняя её внутреннее состояние после его очередной шутки, но вот ясный ум, который твёрдо и чётко знал, чего она хочет, Дител был не в силах разрушить. Значит, и даузер усмехнулся своему плану, нужно создать такие условия, где её мысли и разум сведутся к несостоятельности своей деятельности.       Пока малахитовый принц придумывал то, как разговорить девушку, Сара шла быстрым шагом, куда глаза глядят, и мысленно ворчала:       «Не проиграю, ни за что, – она сжимала зубы от злости, но, вопреки догадкам детектива, ею правили не неприязнь к нему, а ужасное чувство обиды. – Для него со мной маяться – это ведь только работа. Ну, вот и пусть за мной побегает, а когда я выиграю, он уберётся из моей жизни… навсегда», – на последнем слове, которое отозвалось лёгкой грустью, Сара и сама не понимала, почему она жалеет об этом.       После того, как Дител поцеловал её, она всю неделю хоть и злилась, но постоянно думала о нём. Он просто не мог уйти из её мыслей. Хоть детектив был просто невыносимым, она не могла не отметить его красоты, безграничного ума и обаяния, а также того, что во время прогулки по Лондону, ей было с ним весело и комфортно.       В какие-то моменты, когда она не отталкивала его и не строила из себя неприступную крепость, он менялся, становясь простым и смешным парнем, который мило улыбается и умеет вести интересные разговоры. И таким он нравился ей и даже очень. Сара всю неделю думала, что сама виновата в том, что они поначалу постоянно перебранивались, хотя парень ни разу не повысил на неё голоса, что значило о том, что он хорошо себя сдерживал или просто мог спокойно воспринимать её выкидоны.       Однако стоило ей услышать то, что он делал это всё исключительно ради работы, брюнетка аж уронила все вещи в руках, вместе с этим разбивая свои иллюзии. Она даже не допустила мысли о том, что Лайсерг просто не мог сказать иначе при её отце, поэтому сразу же возникшая обида перекрывало всё её трезвое мышление.       Теперь она во всех его действиях прежних и нынешних видела фальшь ради работы, но тогда…       «Зачем он отвёз меня в Лондон, когда у него был явный приказ не спускать с меня глаз на фестивале? Хотел выслужиться? Хм… наверное», – так думать было легче, хоть и обиднее, но легче, нежели истязать себя наивными надеждами.       Заметив то, что её больше не освещает яркое в этот ясный день солнце, Сара заморгала быстро ресницами, понимая, что из-за своих размышлений она забрела неизвестно куда.       Это был обычный переулок, который соединял между собой две параллельные улицы, отделённые домами, однако кирпичные стены были сильно разрисованы из баллончиков с красками, и к ужасу девушки не содержали в себе позитива.       Понимая, что это место ей абсолютно не нравится, а впереди около горящей бочки сидели совершенно необеспеченные люди без постоянного местожительства, Сара нервно сглотнула, решив развернуться и уйти с Лайсергом отсюда подальше. Однако Дитела-то как раз и не было ни за спиной, ни рядом.       Он исчез, как воздух, не прячась нигде за углом и не посмеиваясь над ней, и это заставило тело девушки покрыться стадом пробежавших вдоль спины мурашек, заставляющих сердце биться, как птица в клетке, а дыхание участиться, жадно хватая воздух носом.       – Эй, – прозвучал басистый и очень хриплый голос, и брюнетка почувствовала, как кто-то пытался взять её за локоть.       Почему пытался? Потому что в ту же секунду Сара взвизгнула от испуга, который отдавался дрожью по всему телу, отскочив от неизвестного человека, коим оказался один из тех людей, что сидели в грязных и рваных обносках найденной ими одежды перед костром и грелись.       Этот грязный и чумазый мужчина что-то ей говорил, на каком-то странном и непонятном девушке языке, в котором прослеживались какие-то английские слова, но только часть.       Вайтвуд даже не хотела понимать, что говорит ей мужчина, единственное, что ей хотелось, это бежать, как можно дальше и быстрее. Она даже хотела воспользоваться своими шаманскими способностями – стать невидимой, но этот мужчина схватил её за запястье, хоть и не крепко, но всё же тянув девушку к таким же, как и он сам, а также давая понять, что ей с ним просто не справиться.       – Лайсерг! Лайсерг! – с появляющимися на глазах слезами, начала верещать и упираться девушка, вырывая руку и даже не замечая, что болтавший на странно английском языке мужчина вопросительно на неё посмотрел, не понимая, что её так напугало.       – Всё в порядке, она со мной, – послышался точно такой же ломанный английский, но по голосу Сара поняла, что это Дител, подбежавший к ней со спины и говоря с мужчиной на его языке.       – Оу, хорошо, – отпустив запястье девушки, чему-то улыбался мужчина, говоря на том, чего Вайтвуд понять практически не могла. – Я думал, что она заблудилась, хотел погреться у костра предложить.       – Да, она заблудилось, но теперь нашлась, спасибо, – радушно отвечал Лайсерг, делая брюнетку ещё более изумлённой из-за непонимания, почему он любезничает с этим, по её версии, насильником.       Чему-то смеясь и отвечая на корявом языке Дителу, мужчина развернулся и просто вернулся к своим товарищам, которые грелись у костра и, кажется, готовили еду.       – Что это за язык, и почему ты с ним любезничал после того, как он меня чуть не изнасиловал?! – ударив парня по груди, прибывала в бесконечной ярости брюнетка, готовая растерзать малахитового принца.       – Он хотел Вам предложить погреться у костра, – посмеиваясь, ответил Лайсерг, прикрывая глаза рукой. – Неужели Вы не знаете Кокни? – хоть и понимая, что брюнетке просто негде и не от кого было выучить английский диалект, на котором говорят многие люди в Лондоне, разумеется, не имея аристократических корней, но всё же не желая упустить момента, чтобы в чём-то задеть самолюбие девушки, наигранно изумился даузер. – Да и, кстати, – как бы невзначай, но на самом же деле уже ожидая именно этого момента, обратил её внимание на одну важную вещь Лайсерг, – Вы проговорились.       – Что?! – возмущению брюнетки не было предела, потому что она не понимала, как можно думать о каком-то споре, когда жизни может грозить опасность. Но именно с этой целью Дител и отстал от неё, давая заблудиться и до ужаса напугаться, чтобы проговориться, тем самым проиграв спор. Однако Дител обжёгся о собственный план и серьёзно так обжёгся. – Да как ты можешь? – поджимая губы и чувствуя, как слёзы подступают из-за страха, который она испытала, негромко проговорила девушка, заставляя парня становиться серьёзным и чувствовать огромные неприятности. – Я что должна была молчать, когда меня убивать будут?! – она всё-таки сорвалась на крик, закрыв глаза, опустив голову и не имея сил сдерживать слёзы.       Убивать? Для Лайсерга такое чрезмерное преувеличение и категоричный взгляд на всех окружающих её людей оставалось очень непонятным явлением, однако её слёзы так сильно били в область сердца и вызывали сильнейшее чувство вины, что он не мог нормально мыслить, постоянно сглатывая противный комок своего собственного эгоизма. Ведь парень не подумал о чувствах девушки, которой придётся столкнуться с абсолютно новыми ощущениями в её всегда безопасной жизни, а думал лишь о собственной победе.       Он стоял перед ней растерянный и полностью сбитый с толку её слезами, отчаянно ища причину такого поведения брюнетки, и, к счастью, он её нашёл.       «Матушка Сары погибла от рук бандитов, напавших на неё среди белого дня, когда погибшая мисс Вайтвуд делала покупки в Лондоне», – эти слова кормилицы девушки, плачущей перед ним, ярким воспоминанием отразились на сознании парня, который в ту же секунду обругал себя всеми неприличными словами за свою бестактность, прикрыв удручённо глаза.       Дрожь и не прекращающийся страх, даже несмотря на отсутствие опасности, продолжали сотрясать тело девушки вместе со слезами. Она никогда не контактировала вот с такими простыми людьми, тем более, низкого класса, которые думают не о чести и нравственности, а о том, как бы им выжить. И их можно понять.       Утирая ненужные и абсолютно раздражающие её слёзы слабости, Вайтвуд думала, что Дител, как всегда, стоит и смотрит на неё насмехающимся взглядом, однако сразу же после таких её мыслей она почувствовала, как её обняли сильные руки парня, приложившего свою щёку к её макушке.       Она вздрогнула так сильно, что готова была оттолкнуть нахального парня, который решил воспользоваться её слабостью, однако даузер не выпускал её, заботливо гладя по стройной и прямой спине.       – Тш… – немного покачивая девушку из стороны в сторону, словно убаюкивая взволнованное дитя, прижимал Дител её к себе всё крепче и крепче, – простите меня, мисс Вайтвуд, – его голос был таким мягким и искренне сожалеющем, что Сара невольно начинала оттаивать, не понимая, почему она без раздумий готова его простить и молить, чтобы он больше никогда её не покидал.       Она не хотела чувствовать тепло, которое исходило от него и согревало, давая гарантию безопасности в его объятиях, не хотела быть обманутой, ведь парень, наверняка, делал это, чтобы заслужить прощения ради собственной выгоды. Но, услышав и почувствовав то, как прерывисто и сильно билось его сердце, говорящее ей о своей искренности, Сара проглотила последний комок слёз и против воли своего разума закрыла глаза, чувствуя голос только своего сердца.       Обнимая девушку, словно желая впитать в себя её страх и унять дрожь, Лайсерг чувствовал, как ему в нос бил приятный запах фруктового шампуня, которым она, скорее всего, утром мыла голову. И этот запах, который он не мог ощутить в их предыдущую встречу, заставлял его прикрывать блаженно глаза и не желать отпускать её из своих объятий.       – Я не проиграла, ясно? Это не считается, – резко оттолкнув от себя прильнувшего детектива, который начал позволять себе слишком многое, ведь его руки непроизвольно начали скользить по её спине вниз, прервала эти лобызания девушка, видя, как из заботливого, милого и доброго парня он снова становится самоуверенным индюком, который только и умеет, что насмехаться над ней.       – Да-да, – согласился малахитовый принц, закатив глаза к небу и осознавая, что он, и правда, поступил с девушкой нечестно. Что ж придётся вытаскивать из неё слова другим способом.       – И не смей меня больше одну оставлять! – пытаясь выглядеть грозно, но вместо этого ощущая, как волнение и возбуждение от его ласк и заботы бьёт по голове в область висков, не могла взглянуть в глаза парню Сара, что, в свою очередь, заставило Дитела лукаво прищурить взгляд.       – Как скажите, мисс Вайтвуд, – решил Лайсерг лишний раз не злить девушку своими комментариями, по крайней мере, сейчас. Но её ответ, которого и в принципе не должно было быть, заставил даузера нахмурить в непонимании брови.       – Хватит, – она произнесла одно слово такое смущённое и отстранённое, делая паузу и видя, что парень не понимает, что ему надо перестать делать. – Хватит называть меня на «Вы», просто Сара, – устало выдохнув из-за неохоты распинаться перед парнем, бросила коротко брюнетка, не смотря в глаза детективу, ибо она увидела бы там крайнюю степень изумления.       – Хм… – и снова он вернулся к себе лукавому, так и до раздвоения личности недалеко, – прослеживается явное повышение в отношениях, – этот очевидный для него факт и такое смущающее её заявление заставили брюнетку яро на него взглянуть и резко провести прижатыми друг к другу пальцами вдоль губ, что говорило парню о том, что они возвращаются к спору. Но на самом деле это был лишь предлог, чтобы ничего не ответить на правду, которую так тонко и, как всегда, быстро подметил даузер, заставляя щёки девушки гореть от смущения.