Лучшие друзья

      Закону подлости и жуткой несправедливости все преграды не помеха. Каким бы прекрасным человеком ты ни был, какими бы чудесными качествами ни обладал, этот злой рок судьбы настигнет тебя везде и всегда, а особенно в самый неподходящий момент, ведь судьба и удача настолько редкие вещи – особенно во время турнира для наших героев.       Казалось бы, вот он – день, когда все могут набраться сил, после таких сложных и очень мучительных моментов жизни. Однако нет, всё в жизни развивается по спирали, и только прошедший всё: огонь, воду и медные трубы – сможет в итоге достигнуть большего.       Ещё и не подозревая о том, что готовит им судьба-злодейка, две молодые девушки, которые были абсолютно разными по характеру, но вопреки всему доказывали, что дружба между ними возможна, сейчас подошли к общежитию, где проживали не только они, но и все шаманы и их команды поддержки (у простых зрителей и выбывших команд было другое общежитие в центре деревни).       Девушки вели простую, ничем не выделявшуюся беседу о том, каков результат их совместного похода по магазинам. А итог был таковым: два пакета у шатенки и три у блондинки. Много это или мало сказать нельзя, пока вы не увидите содержимое, а туда лучше не заглядывать, иначе можно схватить денежный инфаркт.       – Что ни говори, Юи, а свой первый, честно заработанный аванс я бы истратила сразу – это ведь своего рода правило, – рассуждала Сели на тему, почему Вэй всё же не купила себе что-то из косметики, пожалев хоть и малый, но всё же аванс за работу.       – Вот, когда мне дадут расчёт, тогда я и истрачу его, – это был, пожалуй, первый бытовой конфликтик, даже можно сказать, расхождение во мнениях между двумя подругами, – а пока я сэкономлю, – Юи знала, что такое деньги, и насколько их трудно добывать, поэтому понятное дело, что златовласка не могла её понять в полной мере.       Поднявшись по порожкам подъезда, девушки не успели даже руки протянуть, как дверь сама уже решила их встретить радостными «объятиями». Им навстречу выбежала радостная и нетерпеливая девушка, которая лишь на первый взгляд была совершенно обычной.       – О, девчонки, привет! – чуть не налетев на двух подруг, радостно поприветствовала их своими горящими глазами девушка, имеющая огненный цвет волос.       Эту девушку, которая на самом деле была парнем, наши герои и, в частности, Сели и Юи знали не понаслышке – звали её/его Рей. Для Рио это был, пожалуй, самый большой удар, когда он узнал о её «маленьком» секрете, с тех пор многое что изменилось: как у одного, так и у другого. И как раз сейчас происходило явно подтверждение этим словам.       – Привет, Рей, – без всплесков радости, но всё же приветливо поздоровалась Сели, которая просто заставляла себя через силу жить той жизнью, которая у неё была прежде.       – Какая ты сегодня красивая! – а вот у шатенки мимиметр впечатлений зашкаливал с ужасной силой, хоть и немного искусственно.       Конечно, сказать то, что излишки макияжа выглядят на её лице слишком вызывающе, девушки просто не осмеливались, зная то, как она хочет стать полноценной женщиной.       – Правда? – немного смутилась Рей, проговорив своим немного грубоватым и сильным голосом. – У меня сегодня свидание, – снова разлила она свою радость. – Как думаете, это подойдёт для встречи? – покрутившись в синем сарафане, который сильно оголял её широкие, мужские плечи, поставила девушка двух подруг в тупик.       Ни Юи, ни Сели не хотели говорить ей чисто женскую правду, беря во внимание то, что этот наряд смотрелся бы идеально, если бы она была действительно девушкой, именно поэтому обе подруги изобразили неопределённую реакцию, помотав головой. В конце концов, если нашёлся парень, который принял её со всеми её «секретами», значит, такие погрешности имеют место быть.       – Как ребята? Рио? – не дала им уйти спокойно девушка, задав ещё один, очень интересующий её вопрос.       – Ну, мы надеемся, что им сейчас весело, – не без просвета смешка ответила Юи, пожав плечами и намекнув на то, что всё у них более или менее налаживается. Но по растерянному лицу Рей Сели поняла, что ей не совсем понятны такие намёки подруги.       – Они сейчас у арабского шейха в гостях, там праздник проходит, – а вот после этой сказанной блондинкой новостью лицо пламенной девушки изменилось к оттенкам изумления.       – И вы их так просто отпустили? – переводя взгляд с Сели на Юи, просто не могла Рей понять девушек, которые повели себя очень смело, проявив такое доверие.       – А что такого? – немного обеспокоившись и заразив тем же самым чувством златовласку, сдвинула брови на переносице Вэй, понимающая то, что Рей знает что-то чего не знают они.       – Обычно шейхов и их гостей развлекает гарем, вот я и подумала, что ваше решение – отпустить парней на такого рода мероприятие – весьма смелое, – девушка быстро взглянула на наручные белые часики, которые кричали ей о том, что она опаздывает, а поэтому Рей встрепенулась, от осознания того, что она заболталась. – Ой, девчонки, всё – я побежала.       След яркой девушки, имеющей мужские слова, испарился так быстро, как капризный ветер. Однако, говоря о следах, нужно подметить, что не только в мыслях, но и в душах оставшихся на пороге общежития подруг, Рей так наследила, что теперь Сели и Юи стояли с замершими взглядами, направленными куда-то в небытие, и тяжёлым осознанием того, что только что достигло их понимания.

***

      Манящая, привлекательная, ласкающая, обворожительная, дурманящая – всё это не о еде, так любимой северянином, а о музыке востока, которая была живой во всех смыслах и проявлениях. В четырёх углах большого зала играли музыканты, из-за чего создавалось ощущение, будто по всей комнате развешаны современные, музыкальные, высокочувствительные колонки. По всему залу танцевало множество до безумия красивых девушек в откровенных, восточных нарядах, и они будто сливались с музыкой, являясь тем самым дурманом, который опутывал магическими чарами и подчинял своей власти многих шаманов, не привыкших к такой жизни.       В самом роскошном углу, где всё, что окружало, стоило целое состояние, вольготно и, даже можно сказать, надменно наслаждался праздником сам шейх – Мурат Джилани, который общался только со своим окружением, смеясь и аппетитно поедая собственные изыски кухни. Сразу было понятно, что он звал гостей не для того, чтобы с ними знакомиться (до такого его гордость не опустится), а для того, чтобы, возможно, похвастаться, а, возможно, чтобы создать атмосферу праздника, которого пожелала его самоуверенная и напыщенная душа.       И только один парень из всех присутствующих здесь мужчин так упорно, можно даже сказать капризно, и вопреки всему закрывал лицо своими широкими ладонями, лишь бы не смотреть на то, что его душе было неугодно.       – Юсуи, прекрати вести себя, как идиот, – пережёвывая кусочек тягучего, но очень приятного на вкус лукума, буркнул налево Тао, где и сидел его друг-северянин, который ни в кое случае не хотел смотреть на эти женские обольщения.       – У меня есть жена, – словно поставив крест перед вампиром, да ещё и пропитав его чесноком верности, пробубнил из-под ладоней Юсуи, из-за чего глаза Рена закатились к куполообразному потолку.       – То, что ты смотришь, как танцуют девушки, не считается изменой, – сказал человек, который и сам тупил взгляд в пол – он же Рио.       – А мне всё равно, – упорно говорил скрытый ото всех северянин, – я даже смотреть на это не собираюсь, – ну да, полуголые девицы вряд ли могли оставить равнодушными мужчин.       – В какой-то степени Трей прав, – осматривая не зрелищное представление, а лишь выискивая пути отступления, которых как выяснилось нет, по крайней мере тайных, сказал Йо, не сдаваясь в своих поисках. – У меня тоже нет желания так развлекаться, а посему нужно выбираться отсюда.       – У тебя есть предложение? – усмехнулся Рен, которого это ситуация отнюдь не смешила, а наоборот доводила до абсурда.       – Давайте просто уйдём отсюда, – резко открыв лицо и шикнув на трёх друзей справа (Рена, Лайсерга и Йо), вставил своё предложение Юсуи, после чего снова зарылся в ладони.       – Просто так нам никто уйти не даст, – с задумчивыми паузами высказал своё наблюдение Дител, тоже неустанно ища выход из ситуации. – Нас обязательно спросят: почему мы уходим. И, боюсь, шейх воспримет это как оскорбление.       – У меня жена есть, вот почему! Он что, дурак что ли?! – снова шикнул из своего убежища с негативной экспрессией Трей, после чего просто прикрыл глаза рукой.       – А у него их целых семь, – опять растянул блуждающий взглядом Лайсерг, давая понять своими словами, что это не поможет, даже если они все скажут, что у них есть жёны.       – Лайсерг, ну не убьёт же он нас за это, – утвердительно сказал Умемия, не понимая, почему парни раздувают из мухи слона. Однако это байкер не совсем чётко представлял обстоятельство дел.       – Это как сказать, Рио, – наконец-то, бросив свои безрезультатные поиски выхода, сказал даузер, посмотрев прямым взглядом на Умемию. – Деревня Добби не принадлежит, по крайней мере пока, ни к одному государству человеческого мира. В ней нет законов и правил, а значит...       – А значит, нам снесут голову за неуважение к шейху, – закончил с тяжёлым выдохом и обречённым смыканием глаз Асакура, просто не веря, что они могли попасть в такую абсурдную ситуацию.       – Рен, а что ты скажешь? – обратил Рио не только своё внимание, но и внимание своих друзей к Тао, который сидел по центру между Треем и, как ни странно, Лайсергом и выглядел весьма расслабленным.       – Я скажу то, что вы раздуваете большую проблему. Нам нужно не рыпаться и сделать так, как того требуют его правила, – он кивнул в сторону шейха, который ел из рук одной своей наложницы виноград и который был одет в белый кафтан с золотыми орнаментами, а на голове у него была белая куфия.       – Ты что, больной?! – едва сдержал своё громкое возмущение Трей, которого за шкирку придержал Рио, не давая напасть на сморозившего глупость соседа.       – Ну да, – усмехнулся с сарказмом Лайсерг, глядя сначала куда-то вниз к себе на колени, а потом подняв голову и произнеся такие едкие слова: – Тебе же не привыкать развлекаться с подобными девушками.       – Дител, а я смотрю, ты смелый, раз в своём положении, – Тао кивнул на ничтожно малое расстояние между ними, – не боишься острить. А ещё говорят, у англичан плоский юмор.       – Парни, прошу, не начинайте, – пытался Рио через Юсуи оттянуть взгляд Тао на себя. – Нам ваших разборок ещё не хватало.       – Успокойтесь все, – скомандовал серьёзным и таким непривычно-холодным голосом Йо, которому уже стало совершенно не до смеха или несерьёзности. – Рен, что ты имел в виду? – ни у кого даже не возникло мысли о том, что Тао пытается сказать совершенно иное, нежели это прозвучало. И только Асакура прекрасно понимал, что если Рен и выкинет какую-нибудь глупость, то точно не измену Юи (пусть они даже и не встречаются).       – Я имел в виду, – глядя пристально и надменно в глаза даузера, отвечал Тао, видя, как и до Дитела, наконец-то, дошло то, что его слова имели другой смысл, – что нам нужно просто выбрать девушку, а вот, что с ней делать, мне кажется, каждому из нас самому решать.       – Ну да, не будут же они над нами свечку держать, – согласился рассудительный Йо, который кивнул, а точнее указал взглядом, на охрану шейха, которые имели большие и острые сабли.       – Да не собираюсь я никого выбирать, даже не всерьёз, – снова полез в свою упрямую и глухую бочку Трей, в голове которого поселилась лишь одна мысль о том, что он не собирается изменять жене.       – Трей...       – Чёрт возьми, тогда оставайся тут и пусть тебе голову снесут, всё равно в ней ноль логики и мозгов! – перебил с остервенением байкера Рен, который уже устал от редкостного тупизма друга.       – Прекратите! – шикнул на них сквозь зубы Асакура, который начал осматриваться по сторонам: не привлекли ли они ненужного внимания.

***

      Весь прекрасный «дворец» шейха, как будто светился изнутри ярким и тёплым светом, а музыка отчётливо слышалась на прилежавшей территории и перпендикулярно лежащей дороге ко всем трём резиденциям спонсоров.       Две обеспокоенные девушки-подруги, которые выглядывали из-за угла ниже располагавшихся домов деревни, сейчас устремляли свои нервные и суетившиеся взгляды только на центральный «дворец», на который они теперь взглянули абсолютно по-другому.       Для них он теперь стал обителью зла и дворцом аморальности, и в это злосчастное место попали очень дорогие, близкие и любимые им люди.       – Юи, – пропищала имя подруги златовласка, прижавшаяся спиной к стене и не желавшая смотреть туда, где она боялась увидеть самое страшное в жизни, – а что если Трей... – но договорить девушка не смогла не только из-за страха и срывающихся слёз, которые теперь шли по каждому поводу, но из-за того, что Вэй резко развернулась к ней, оставив свой пост по наблюдению за резиденцией, и посмотрела на подругу жёстким, приводящим в чувство взглядом.       – Сели, прекрати! – не криком, но всё же грозно процедила шатенка. – Ты ведь знаешь, что Трей никогда тебе не изменит, – сказав это, Юи снова выглянула из-за угла, пытаясь придумать, как вытащить оттуда парней.       – Я знаю, но... – одёргивая саму себя и мысленно давая себе пощёчину, говорила с безнадёжностью златовласка. – Всё равно во мне что-то щёлкает, – и это что-то называется «собственничество». Да-да, не только мужчинам свойственно это чувство, но и некоторым до жути влюбленным девушкам. – Мы должны поскорее вытащить их оттуда, – с небывалой ранее решительностью выглянула из-за угла златовласка, готовая хоть сейчас пойти в бой с голыми руками.       – У тебя есть предложение? – спустя пару секунд пристального, но безрезультатного осмотра территории, спросила на выдохе шатенка, но неожиданно...       – У меня есть, – послышался позади третий сильный и властный голос, который девушки никогда ещё не слышали ранее, однако, развернувшись и увидев этого человека, они испытали самое настоящее удивление, заставившее их коротко переглянуться между собой.

***

      – Ну что? – с усмешкой спросил владелец глаз вольного ястреба. – Кто какую возьмёт? – перед всеми его друзьями и одним противником в личной жизни сейчас танцевало очень много девушек, на которых прошипевший в ответ Юсуи так и не осмелился взглянуть, упирая взгляд в пол.       Да уж, подойдя к самой реализации плана, который всё же (после долгой перепалки) заключался в том, чтобы выбрать девушку, а потом просто переждать какое-то время, чтобы спокойно уйти, у Рена начал пробирать нервный смех и фонтанировать не нужный сейчас юмор.       Как оказалось, даже неправдивый выбор сделать было не так-то просто, и вот только теперь Тао сам понял чувства Юсуи, ведь сделать выбор – это всё равно, что признать, что какая-то девушка является более или менее привлекательной для тебя лично.       На этот стоявший ребром вопрос парни ничего не ответили лишь опять замялись, кто-то потирая шею, а кто-то разглаживая морщины на лбу.       А танец, безостановочное веселье и манящие к себе девушки лишь перешли в фазу «атаки». Всё свелось уже к личностному танцу, и если какая-то девушка заинтересует готового на её предложение себя парня, то ему достаточно лишь бросить ей платок выбора.       Такая традиция, которую сохранил Мурат Джилани, брала своё начало ещё с Османской империи во времена султанов. Однако сейчас она была немного дикой, тем более для людей других национальностей, менталитетов и образов жизни.       Понимая, что нужно как-то, пусть и не самым приятным путём, но выбираться из этого логова «разврата», Юсуи просто ломал себя изнутри, чтобы понять взгляд на уже успевших их взять в блокадное кольцо девушек. Однако стоило ему лишь приоткрыть с жутким скрипом души один глаз, как в ту же секунду его всего содрогнуло то, что уверенно можно назвать неожиданностью.       Кто-то незаметно и бесшумно подкрался к нему со спины и, сначала опалив горячим дыханием шею, поцеловал тёплыми и нежными губами мочку его уха.       – Чёрт! – уже хотел побежать прочь северянин, привлекая внимание почему-то тут же опешивших друзей, которые, тоже дёрнувшись с ним, увидели «личного маньяка» Трея. Однако убежать Юсуи не дали нежные и изящные руки, которые обхватили его сзади, а на ухо ему было послано такое грозящее, но всё равно игривое предупреждение.       – Тихо.       От услышанного голоса, от знакомого прикосновения рук Трей открыл рот из-за посетившего его изумления, после чего поднял голову на плавно обошедшую его девушку в восточном костюме, которая теперь слилась в общем потоке танцовщиц.       Её лицо, хоть и скрытое тонкой прозрачной вуалью, её яркие глаза цвета небесное лазури, волосы цвета солнца – всё это его и только его.       – Сел...! – очнувшись от неземного шока, вдруг вздрогнул Юсуи и уже хотел радостно закричать имя своей жены, но резко и одновременно ударившие его по лбу и рту ладони Рена и Рио не только, в прямом смысле, отбили его глупость, но и предотвратили ненужное привлечение внимания.       Схватившись за жгущие от ударов участки лица руками, Трей и сам понял то, что ему нужно сдерживаться, однако то, что он видел и во что не мог поверить, настолько взбудоражило его кровь в жилах, что теперь парень неотрывно следил за своей красавицей женой. Возможно, в другое время и место он бы и возмутился откровенному наряду жены, у которого легче сказать, что он прикрывал, чем оголял, но сейчас был совершенно иной случай.       Спустив с северянина недовольный взгляд, Рен плавно вернулся тем же взглядом вперёд, собираясь посмотреть на как-то пробравшуюся сюда Сели, однако стоило ему лишь поднять глаза, как тут же всё его нутро сделало пятерное сальто, при чём вперёд – навстречу той, которая плавно подплыла к златовласке в танце.       Теперь уже Тао пришлось зажимать себе рот, едва он смог отмереть от шока, однако не из-за подобной тупости северянина, а из-за того, что из него просто мечтал вырваться смех. Смех, который не имел ничего общего с весельем.       Это было поразительно. Абсолютно все парни сидели с едва сдерживаемыми смешка, то отводя взгляды, то возвращая их подругам (ну для кого-то любимым), и, честно говоря, их смех был каким-то нервным, рождённым из непонимания того, как же девушкам удалось пробраться сюда. Вопросом, как они вообще узнали о том, что им нужна помощь, парни и вовсе боялись задаваться.       Но даже шуткам и смеху когда-нибудь приходит конец, и тогда настаёт время потрясения...       Глубокие, сильные, до невероятной силы заставляющие потеряться в абстрактном мире своих чувств – все эти душевные состояния неминуемо настали буквально через минуту после появления Юи и Сели, когда к ним плавно, гибко и незаметно присоединилась ещё одна девушка в чёрном восточном костюме.       Хоть и её лицо было зарыто полупрозрачной вуалью, но она без замедления была узнана с первого же взгляда самым известным шаманом деревни, а также сидящим слева от него соседом с малахитовым взором.       Дёрнувшийся и расширившийся взгляд даузера мог с лёгкостью перекричать роту солдат своей паникой и испугом. Он не понимал, что происходит, не понимал, как Анна не просто попала сюда, но и ещё додумалась придти, подвергнув абсолютно всех и вся риску.       Аккуратно посмотрев налево, детектив заметил то, что Трей и Рио вообще даже не смотрят не то, что в сторону Анны, но даже в сторону Вэй. Рен хоть и заметил давно не появляющуюся в их компании блондинку, чему, несомненно, был удивлён, но всё же вернулся взглядом к той, которая его лично больше интересовала.       Однако Йо...       Едва Дител перевёл на него едва заметный косой взгляд, то небеса его души разверзлись громом и молнией, а сердце забарабанило свои ритмы страха.       У Асакуры на лице не было ни одной эмоции, хотя нет... что-то холодное, расчётливое и очень пугающее было в его глазах. На лице было потрясающе стойкое спокойствие, а всё тот же взгляд буквально следовал за танцующей и будто бы специально, даже старательно не смотрящей на него блондинкой.       Эмоции парней в той или иной мере были понятны, однако со стороны девушек это выглядело совершенно в другом свете. Треугольник Трей, Сели и Рио не поддавался обсуждениям, потому что там всё было вполне логично. Но вот с остальными творилось что-то явно неладное.       Лабиринтные нити чувств, взглядов и эмоций переплелись здесь и сейчас под сумасводящие ритмы востока. Ни Юи, ни Сели не знали, почему Анна, которая случайно услышала их разговор, прогуливаясь по деревни Добби, решила им помочь, однако желания и времени, чтобы это выяснять, у них не было.       Пустив всё на самотёк и приняв план медиума, который заключался в том, чтобы пробраться на праздник, как одни из наложниц гарема, все три девушки не без труда, но всё же проникли внутрь, решив разделиться.       Сели тут же взяла на себя своего мужа и Рио, Юи, разумеется, Лайсерга и Рена, а вот Анне, увы, достался человек, с которым она и вовсе предпочла бы не встречаться, даже вопреки своим желаниям эмоций.       Однако что-то пошло не по плану. Плавно танцуя что-то более или менее похожее на восточный танец, который содержал в себе язык жестов, Юи была совершенно сбита с толку, видя, что Дител ни на секунду даже взгляда на неё не кинул, зато на Анну смотрел, хоть и не открыто, но не отрываясь.       Да, Юи его не любит. Да, она его в какой-то мере использует. Но он-то с ней, а значит, он должен смотреть на неё. Что-то непонятное щёлкало в Вэй, вызывая в ней редкие фырканья потрясения – возможно, это всего лишь женская логика, неподдающаяся объяснению.       Потихоньку пора было заканчивать этот маскарад, а посему первой, так сказать, на выход отправилась Сели, ловко уводя за руки Умемию и мужа, словно завлекая их за собой.       Продолжая танцевать и только спустя несколько секунд заметив, что её подруга уже «уволокла» свою «добычу» за собой, Юи очнулась от своих раздумий, но теперь перед ней стал более серьёзный вопрос. Она должна была сейчас взять Рена и Лайсерга под ручки и спокойненько, не привлекая внимания удалиться с ними, но...       Впервые, по отношению к Дителу у неё зародилась обида, впервые её зубы стиснулись так крепко, чтобы не выпустить из себя недовольство, и, возможно, она и совершит сейчас ошибку, но всё же, после плавного поворота она упала перед Тао, у которого резко сошлись брови на переносице.       Он был готов к тому, что она выберет не его, да что там... он был уверен. Однако, посмотрев направо косым взглядом, Рен увидел то, что Лайсерг даже не заметил этого выбора шатенки, смотря всё также с небольшим волнением на Анну.       – Км... – донеслось до слуха Тао, возвращая его к девушке, которая не поднимала головы, но уже намекала на то, что им пора уходить.       Он был бы полным дураком, если бы не пошёл с ней, даже не смотря на то, что Юи сделала такой выбор явно назло Дителу. Пускай так, но всё же первое семя раздора было проронено в их отношениях, а посему, не медля, обладатель янтарных глаз ещё раз коротко взглянул на Дитела и в ту же секунду схватил за руку Вэй, делая вместо неё спасительную миссию.       Осталось трое, и Анна считала секунды до того момента, когда девчонки, наконец-то, начнут двигаться к выходу: во-первых, она сильно рисковала, и ей нужно было поскорее вернуться в особняк, пока Генрих не объявил её в розыск, а, во-вторых... Вы хоть представляете, каких усилий стоило блондинке решиться на это, не говоря уже о том, что она впервые танцевала не только подобного рода, но и вообще танец?       Решив, что пора бы уходить, и прекрасно понимая, почему остался Дител, за что она была ему безмерно благодарна, Анна начала, стоя спиной к парням, прогибаться назад, делая волновые движения руками, но тут-то и случилось то, что случилось.       Её глаза невольно открылись и встретились с таким прямым и настолько проницательным взглядом любимого шатена, и именно он заставил почувствовать то, как её тело содрогнул такой редкий, но такой сильный испуг, заставивший её потерять равновесие и упасть на спину, после чего быстро перевернуться и снова встретиться с этим пугающим её взглядом «неизвестного» ей человека. В какой-то момент Йо своей манерой величественности и пристально-мыслящего взгляда напомнил Анне Генриха, и в этот момент она просто не смогла держать на лице маску контроля.       – Йо, давай уходить, – подтолкнул тихонько Лайсерг, который понимал, что он мало того, что третий лишний, так ещё и обстановка явно накалялась.       Но Асакура не отвечал. Он по-прежнему смотрел, причём неотрывно, в испуганные глаза девушки с глазами чернее ночи, и, поверьте, это было на самом деле страшно, ведь Йо ещё никогда так себя не вёл. Даже Дител испытывал беспокойство и панику, так что говорить о том, что испытывала Анна, находящаяся под давление и одновременно чарами каких-то уже не родных и чужих глаз, говорить не имеет смысла.       Спустя несколько секунд Йо тяжело выдохнул и всё же отвёл пугающий взгляд, переведя его на красный атласный платок в руке. Повертев его в руках и мыслях, Асакура снова кинул взгляд на так и полулежавшую на ковре блондинку, которая выглядело совершенно растерянной. Ещё немного поразмыслив, последовал ещё один, но на сей раз последний выдох, больше походящий на горькую усмешку, а за ним то, что буквально заставило сердце Анны сжаться как пружина, а затем разлететься на миллионы кусков.       Йо убрал, не кинул платок – называйте, как хотите, но итог один: он не сделал выбор в пользу Анны, а лишь встал со своего места и спокойно пошёл к выходу неспешным шагом.       Проводив друга взглядом полным облегчения, что хотя бы так, но всё закончилось, Лайсерг быстро спустился с пуфика к Анне, которая сейчас смотрела в пол пустым, практически мёртвым взглядом.       – Его не отпустят одного, пошли скорее, – пытался поднять девушку на ноги Дител, который понимал, что он сейчас для блондинки абсолютно пустое место.       Она знала, что всё это значило – он её никогда не простит, и уместнее употребить не «даже», а «тем более» если узнает правду. И это было так больно, что если бы Анна не была настолько сильной, то это сломало бы её в секунду. Но она ещё поборется, ведь она всё ещё та самая Анна, чёрт возьми.       Откинув все плохие и мрачные мысли прочь, блондинка поднялась на ноги, чувствуя то, как её поддерживает со спины... друг. Он ведь и правда стал ей единственным близким в плане светлой дружбы человеком. И когда-нибудь... возможно... она скажет ему спасибо.

***

      Выйдя за калитку резиденции арабского шейха Мурата Джилани, все трое последних, кто покинул зал искушения, увидели то, что неподалёку раздаётся смех ребят, которые не могли спокойно смотреть на то, как Трей оправдывается перед Сели, а та с наигранно-надутым лицом отворачивается от него и называет его «изменщиком».       Оставаться рядом с Йо и Анной Лайсерг уже не представлял себе возможным, иначе бы это смотрелось, как ни крути, ну очень странным. А посему Дител решил вести своё наблюдение, стоя ближе к ребятам и озираясь на дом Шварца, который был неподалёку и пока не подавал признаков активной жизни.       Видя то, что Асакура загадочным взглядом смотрит в небо, словно разговаривая с ним на известном только им языке, Анна захотела воспользоваться моментом и тихонько уйти, чтобы избежать разговоров, однако...       – Зачем ты пришла? – донёсся до её слуха такой обычный голос снова ставшего самим собой Йо. Медленно повернувшись назад, девушка увидела то, что парень смотрит на неё полубоком, но уже немного тёплым и где-то даже лукавым взглядом.       – Я услышала от ваших подруг, что у вас неприятности, и вот... – на последнем слове она пожала коротко плечами, считая, что договаривать не имеет смыла, итак всё понятно – она не могла не помочь.       – Хм... – как-то по-детски надул задумчиво губы Йо, уставившись куда-то вниз, – значит, ты пришла ради ребят? – короткая пауза.       – И не только, – хоть она и произнесла это стойко, практически отмахнувшись, как должна была это сказать, всё же в мыслях она хотела кричать о том, что она пришла только ради него. Услышав такой лёгкий, но понятый им намёк, Асакура приподнял изумлённо брови, не отводя взгляда от камешка на земле, и это непроизвольно вызвало в Анне бурю эмоций. – Йо, я хочу, чтобы ты понял, – звук контроля в голове блондинки снова щёлкнул, заставив её сделать секундную паузу и сглотнуть, – мы не расставались с тобой врагами.       – Но и друзьями нас назвать язык не повернётся, – неожиданно кинул Йо на неё смеющийся от иронии взгляд. – Так за кем ты пришла? За призраком прошлого? Я ведь умер для тебя, не так ли? – о, этот шквал загоняющих в тупик вопросов – он был так силён, что Анна даже начала нервничать и метаться по пространству рассеянным взглядом. Единственное, что ей оставалось, это контратаковать.       – Что с тобой происходит, Йо? Ты сам на себя не похож, – говоря об этом, блондинка имела в виду абсолютно всё: манеру сдержанности, загадочность и туманность, и даже можно подметить то, что Йо больше не носил свои любимые рыжие наушники, которые она так часто у него отбирала, чтобы он не пинал балду.       – Ты о чём? – выразил своё непонимание Йо.       – Хотя бы о том, что только что произошло, – ей было действительно интересно, что за игру он с ней ведёт. Его перемена настроений была, как ветер, и это было, пожалуй, самым страшным... потому что непонятным.       – А, ты об этом, – немного поразмыслив и изображая то, что он пытается вспомнить, что же произошло только что, снова как-то по-своему, по-асакуровски, усмехнулся Йо, до конца загоняя девушку в тупик её понимания. – Понимаешь, я просто хотел понять, что ты чувствуешь, когда он, – шаман кивнул на позади стоящий особняк Шварца, намекая на его владельца, – смотрит на тебя так, – нокаут логики блондинки: безоговорочный и чистый. – Ты его боишься?       После этого вопроса повисла тишина, и только два, как смола или недра пустоты, взгляда сошлись в сумеречном противостоянии, пытаясь увидеть и заглянуть в души друг другу.       – Я испугалась тебя, – серьёзным голосом спустя секунды ответила Анна, зная, что она не может согласиться с этим вопросом. – Ты ещё никогда не смотрел на меня так.       – Извини, я переборщил, – снова заулыбался Йо, потирая затылок.       «Да что с ним такое?» – мысленно в страхе произнесла Анна, не понимая того, что является причиной таких резких перемен настроения в парне.       Он то становился холодным и неродным, то снова возвращался к себе обычному – к тому, кто был любим. И эта биполярность – она действительно заставляла мысли девушки путаться.       – Что ж, спасибо, что помогла, – снова от чистого сердца и абсолютно правдиво поблагодарил её Йо, давая ей шанс закончить их разговор. На это медиум лишь кивнула, опустив взгляд, и развернулась, чтобы уйти, но почему-то не к особняку, а к главной аллее, которая вела с холма в саму деревню, однако... Стоило сделать шаг, всего лишь крошечный шаг, как сзади послышалось: – Анна, – этот любимый голос теперь был пропитан каким-то сумраком воспоминаний и даже, можно сказать, болью, – я любил тебя.       И снова сердце девушки сжалось, как тугая пружина, которая на сей раз не спешила распрямляться. Она благодарила духов, что сейчас стоит к нему спиной, и он не может видеть её резко дрогнувшего взгляда и появившейся сырости на глазах. В горле стоял такой тяжёлый и горький ком, что казалось, она не сможет произнести и слова, а осознание то, что он сказал эти слова в прошедшем времени, били настолько сильно, что начали передаваться физически через дрожь по всему телу. (Музыка: "Лучшие друзья" – Тема Анны и Йо. От Автора: есть только вконтакте)       – Зачем ты мне это сейчас говоришь? – не осознавая собственных слов, спросила дрогнувшим голосом медиум, даже не подозревая, что позади неё не было той боли, которая ей послышалась. Йо стоял спокойно и очень пристально следил за каждым её движение, за каждой ноткой её дрогнувшего голоса.       – Просто ты написала в письме, что тебе казалось, что я не испытывал к тебе таких же чувств, как раньше. Вот я и решил ответить.       Это было правдой. Йо знал её последнее, прощальное письмо наизусть, и понимание того, что он неоднократно читал и читал его и, скорее всего, не мог просто поверить в него, будто под прессом сжимало всё, что только осталось от внутреннего мира Анны.       Она писала его впопыхах, пытаясь сделать так, чтобы он никогда не захотел её искать, однако девушка никогда не думала, что оно аукнется ей в той форме.       – А сейчас? – после довольно долгого молчания спросила Анна набравшимся сдержанности и стойкости голосом. – Сейчас ты меня любишь? – произносить это было безумством, но она хотела знать – хотела и мечтала услышать в ответ то, что заставит её снова обрести надежду, однако это было слишком опрометчиво с её стороны.       – А тебе не всё ли равно?       Зрачки сузились до микроскопической точки, а пружина сжавшегося сердца выстрелила с огромной силой по разуму, который просто одурачили.       Он специально. Специально нагнал туману, ослабил её бдительность, подводя всё к этому вопросу, от которого ей не увернуться. И здесь было два пути: либо здесь и сейчас покончить с ложью, либо своими собственными губами произнести то, что сожжёт за собой все мосты.       Сглотнув горький ком желаний сердца, Анна стиснула зубы, после чего буквально выплюнула лишь одно слово:       – Абсолютно.       Она не могла всё испортить, иначе бы могла лишиться намного большего. И только призрачный след и быстрый уход ознаменовали её проигрыш в этом поединке.       Странная вещь – любовь, и особенно способы её проверки, но всё равно с уходом девушки губы смотрящего ей вслед до последнего момента Йо впервые за последний год тронула счастливая улыбка от того, в чём он был абсолютно уверен несмотря ни на какие упорные слова Анны.