Тень мирного времен

***

      Глокта покинул здание гильдии спустя несколько минут после разговора с Эрвином. Утро ещё не успело перейти в полдень. Солнце только поднималось над крышами Адуи, постепенно вытесняя прохладу с городских улиц. Утренняя прохлада исчезла так же быстро, как исчезают хорошие новости в жизни наёмника. Камень мостовых нагрелся, воздух стал тяжелее, а улицы окончательно заполнились людьми.       Глокта неспешно шагал по улице, держа курс на северную часть города. Он давно перестал торопиться без необходимости. За годы службы в армии и работы наёмником ему довелось усвоить простую истину: неприятности никуда не исчезают, если идти к ним быстрее. Обычно они и сами терпеливо ждут твоего появления.       Контракт лежал за поясом, прижатый к боку. Обычный лист бумаги с несколькими строчками чернил. Ничего особенного и всё же именно такие листы нередко меняли человеческие судьбы куда сильнее, чем мечи или войны.       Пропавший ученик магической академии. Глокта мысленно повторил условия задания и невольно поморщился. Маги ему никогда не нравились. Слишком много загадок, слишком мало здравого смысла.       Так почему он согласился?       Ответ был простым и до обидного привычным. Деньги. Большинство решений в его жизни в конечном итоге сводились именно к ним или к славе. Он свернул на широкую улицу, ведущую к центральной части города. Здесь Адуя выглядела особенно богатой. Высокие дома из светлого камня поднимались над улицей словно скалы, балконы украшали цветы, в окнах блестело дорогое стекло, а на крышах виднелись медные флюгеры в виде львов, драконов и прочих существ, которыми дворяне любили подчёркивать собственную значимость. Когда-то подобное зрелище вызывало у него восхищение и казались естественными признаками достатка и положения в обществе. Тогда он ещё не задавался вопросом, зачем всё это нужно.       Жизнь успела многое изменить.       Теперь Глокта смотрел на подобные вещи иначе. За годы войны и скитаний он научился ценить не красоту, а надёжность. Если крыша не пропускает дождь — она хорошая. Если меч не ломается в бою — он стоит своих денег. Всё остальное постепенно стало казаться дорогими игрушками для людей, которым не приходилось считать последние монеты.       А ведь раньше он и сам был одним из них. От этой мысли в памяти невольно всплыл отец. Их последний разговор и письмо которое он получил после их ссоры.       «Ты больше не мой сын».       Странно, как несколько строчек способны перечеркнуть целую жизнь. Глокта криво усмехнулся, с годами ему всё чаще казалось, что отец переживал не из-за самого сына, а из-за позора, который тот навлёк на фамилию. Впрочем, среди знати подобное случалось нередко. Многие дворяне любили своих детей ровно до тех пор, пока те оправдывали возложенные на них ожидания.       Возле небольшого фонтана Глокта невольно замедлил шаг. Вода тихо стекала по потемневшему от времени камню, собираясь в круглой чаше у основания. Несколько детей бегали вокруг, не обращая внимания ни на прохожих, ни на сердитые окрики взрослых. Маленькая девочка пыталась поймать ладонями отражение солнца на поверхности воды и каждый раз заливалась смехом, когда оно ускользало от неё. Глокта задержал на ней взгляд. Четыре года назад такие же дети стояли в очередях за хлебом. Четыре года назад многие из них уже знали, как выглядят похоронные процессии и что означает стук солдатских сапог на улице. Некоторые плакали от голода раньше, чем успевали научиться читать. Теперь они смеялись. Империя постепенно забывала и дети забывали быстрее всех, наверное, так и должно быть. Кому-то ведь нужно жить дальше. Глокта отвернулся от фонтана и продолжил путь. В отличие от этих детей, он слишком хорошо помнил, сколько крови понадобилось, чтобы однажды утром они смогли беззаботно играть под мирным небом.       Академия магии находилась на северном холме города. Даже среди дворцов Адуи академия сразу притягивала взгляд. Сначала Глокта увидел башни. Высокие, устремлённые в небо, они больше напоминали каменные иглы, чем часть учебного заведения, их белоснежные шпили возвышались над окружающими зданиями, словно создатели намеренно хотели, чтобы академию было видно из любой части города. По мере приближения становились заметны и остальные детали. Белый камень стен выглядел слишком новым. На нём ещё не было ни тёмных потёков от дождей, ни трещин, ни следов времени, которые неизбежно появляются на старых зданиях. Казалось, строители закончили работу всего несколько месяцев назад. В каком-то смысле так оно и было. Академия появилась вскоре после окончания войны. Империя решила не жалеть денег на магов, и результат возвышался теперь на северном холме Адуи. Оно выглядело слишком большим, слишком дорогим и слишком роскошным для заведения, где, по идее, всего лишь учат молодых магов. Чем ближе подходил Глокта, тем сильнее здание напоминало ему дворец молодого короля, пытающегося доказать своё величие всему миру. Широкие окна блестели на солнце, а вдоль лестницы тянулся ряд каменных постаментов. Некоторые уже были заняты статуями государственных деятелей и военачальников, поддержавших создание академии, другие пока оставались пустыми. Видимо, строители заранее оставили место для будущих героев новой эпохи. К главным воротам вела широкая лестница из светлого гранита. По ней непрерывным потоком поднимались и спускались студенты, большинство были совсем юными. Многие ещё не успели столкнуться ни с настоящими трудностями, ни с настоящей болью. Они громко разговаривали, спорили, смеялись и выглядели так, словно весь мир принадлежал им по праву рождения.       Глокта невольно отметил, что подобная уверенность бывает только у очень молодых людей или у очень богатых. Некоторые студенты носили длинные мантии с серебристой вышивкой, другие предпочитали обычную одежду. Почти у каждого на груди висел серебряный медальон с гербом академии — раскрытой книгой, над которой парило стилизованное пламя. Солнце отражалось от металла, заставляя десятки маленьких огоньков мелькать среди толпы. Глокта остановился у подножия лестницы и ещё раз окинул взглядом академию. Четыре года назад на этом месте, насколько он помнил, был пустырь. Теперь здесь стояло здание, на строительство которого ушло столько денег, что хватило бы содержать небольшой город несколько лет. Похоже, Империя действительно решила сделать ставку на магов.       Глокта поднялся по широкой лестнице и остановился перед воротами. На входе дежурили двое вооружённых охранников в тёмно-синих мундирах академии. Судя по выправке и тому, как они держались, это были не студенты и не городская стража. Бывшие солдаты, возможно, ветераны войны. Такое решение Глокта одобрял, как бы ни развивалась магия, человек с копьём у ворот всё ещё оставался надёжным способом защиты. Когда он приблизился, один из охранников сделал шаг вперёд.             — По какому делу?             — По делу, за которое мне платят.       Стражник окинул его взглядом.             — Очень содержательный ответ.             — Обычно хватает.       Несколько секунд они смотрели друг на друга. Затем Глокта достал свиток и протянул его.       Охранник развернул документ. По мере чтения его лицо становилось всё серьёзнее. Напарник тоже заглянул через плечо.             — Так это ты?             — Зависит от того, что там написано.       Стражник хмыкнул и вернул свиток.             — Ректор предупреждал о вашем прибытии. Административный корпус прямо по центральной дорожке.             — Благодарю.             — Надеюсь, вы найдёте парня.       Это прозвучало неожиданно искренне.       Глокта лишь кивнул и прошёл через ворота, за ними академия выглядела ещё внушительнее. Первое, что бросалось в глаза, — порядок. Всё здесь казалось слишком новым и слишком аккуратным. Каменные дорожки были идеально ровными, белый камень зданий ещё не успел потемнеть, а молодые деревья вдоль аллей явно высадили уже после завершения строительства. Некоторые из них едва поднялись выше второго этажа ближайших корпусов. Другие поддерживали деревянные подпорки, чтобы тонкие стволы не сломал сильный ветер. По обе стороны дорожки тянулись клумбы с цветами и декоративными кустарниками. За ними явно ухаживала целая армия садовников. Всё выглядело настолько ухоженным, словно академия собиралась принимать самого Императора. Несмотря на множество студентов вокруг, внутри царила непривычная тишина. Люди разговаривали, смеялись, обсуждали занятия, но делали это вполголоса. Будто сама атмосфера этого места требовала вести себя сдержаннее. Глокта посмотрел на очередную группу учеников, спешащих куда-то с книгами под мышкой. Четыре года назад здесь был пустырь, теперь на его месте вырос целый дворец из белого камня.       Мимо прошли парень и девушка с книгами под мышкой. Они оживлённо спорили о каком-то заклинании, перебивая друг друга и размахивая руками. Глокта не понял почти ни слова из их разговора. Зато прекрасно понял выражения их лиц, оба выглядели так, словно будущее уже принадлежало им, оставалось лишь немного подождать.Он невольно усмехнулся, в молодости люди вообще любят считать себя особенными. Им кажется, что именно они изменят мир, совершат великое открытие или войдут в историю. Забавно, как быстро подобные мысли исчезают после первой серьёзной ошибки, первого предательства или первого столкновения с реальностью.       Административный корпус оказался самым крупным зданием академии после центральной башни. Чем ближе подходил Глокта, тем сильнее ему казалось, что архитекторам заплатили за каждый лишний кусок камня. Высокие арочные окна, колонны вдоль фасада, искусная резьба над входом — всё это выглядело впечатляюще и одновременно очень дорого. Тяжёлые дубовые двери украшали изображения раскрытых книг, звёзд и замысловатых узоров, смысл которых Глокта не собирался разгадывать. Похоже, люди, отвечавшие за строительство академии, очень хотели произвести впечатление. Впрочем, когда государство выделяет достаточно золота, всегда находятся желающие превратить обычную дверь в произведение искусства. Внутри оказалось неожиданно прохладно. После летней жары улиц это ощущалось особенно приятно. Толстые каменные стены надёжно удерживали прохладу, а высокие потолки делали помещение ещё просторнее. Жизнь здесь не прекращалась ни на минуту, по коридорам сновали студенты с книгами под мышкой, преподаватели в длинных мантиях и слуги, занятые своими делами. Кто-то спорил, кто-то куда-то спешил, кто-то просто стоял у окна, погружённый в чтение. На стенах висели десятки портретов. Большинство изображало влиятельных дворян, учёных и государственных деятелей, приложивших руку к созданию академии. Многие лица были Глокте незнакомы, но объединяло их одно — выражение собственной важности. Некоторые люди, похоже, даже на холсте не могли перестать гордиться собой. Возле лестницы его уже ждал молодой человек в строгом тёмном костюме. Худощавый, аккуратно причёсанный, с круглыми очками на переносице, он выглядел так, будто самым тяжёлым предметом, который ему доводилось поднимать в жизни, была толстая книга. Заметив меч на поясе Глокты, секретарь сразу направился к нему.             — Вы прибыли по поводу расследования исчезновения студента?             — Звучит так, будто выбора у меня уже нет.       Молодой человек моргнул, пытаясь понять, был ли это ответ.             — Ректор ожидает вас. Прошу следовать за мной.       Глокта пожал плечами.             — Раз уж проделал весь этот путь.       Они направились к лестнице. Затем поднялись на второй этаж. Потом на третий. Потом ещё выше. С каждой новой площадкой настроение Глокты становилось всё хуже. Он начинал подозревать, что архитекторы академии считали лестницы лучшим достижением человеческой цивилизации. Когда они наконец добрались до верхних этажей, секретарь остановился перед массивной дверью из тёмного дерева.             — Ректор ждёт вас внутри.       Глокта посмотрел на дверь, потом на лестницу, оставшуюся далеко внизу, если разговор затянется, обратно он будет спускаться уже из чистого упрямства.       Кабинет ректора был весьма обширным. Первое, что бросалось в глаза, — пространство. После тесных трактирных комнат и казарм, в которых Глокта провёл значительную часть жизни, помещение казалось чрезмерно большим. Высокие окна тянулись от пола почти до самого потолка, впуская внутрь потоки солнечного света. За стеклом раскинулся весь город. Отсюда были видны красные крыши Адуи, городские стены и даже извилистая лента реки вдали .Вдоль стен тянулись новые книжные шкафы. Слишком новые. Дерево ещё сохраняло свежий блеск лака, а многие книги выглядели так, будто их поставили на полки совсем недавно. Похоже, библиотека академии росла быстрее, чем успевала стареть. На стенах висели карты Империи, чертежи зданий и несколько аккуратно оформленных схем магических потоков, смысл которых Глокта не понял даже после внимательного взгляда. За широким столом сидел мужчина лет шестидесяти. Седые волосы были аккуратно зачёсаны назад. Лицо покрывали морщины, но взгляд оставался живым и внимательным. В нём не было высокомерия многих дворян или учёных. Скорее усталость человека, который последние годы решал слишком много проблем.       Мужчина поднялся из-за стола и внимательно посмотрел на гостя. Несколько секунд оба молчали.             — Полагаю, вы прибыли по поводу исчезновения Лиона Ардена?             — Полагаю, что да.       Глокта остановился напротив стола.             — Занд дан Глокта.       Он ожидал обычного кивка или формального приветствия. Вместо этого во взгляде ректора мелькнуло узнавание. Совсем ненадолго, но достаточно, чтобы Глокта его заметил.             — Не думал, что гильдия отправит именно вас, — сказал Вальмон, жестом приглашая гостя присесть.             — Разочарованы?       На губах ректора появилась едва заметная улыбка.             — Нисколько, ваше имя я слышал не раз.             — Надеюсь, не от преподавателей истории.             — В основном от людей, которые предпочитают более практические дисциплины.             — Значит, слухи всё ещё живут дольше своих владельцев.             — Некоторые имена тоже.       Несколько секунд они смотрели друг на друга, затем Вальмон негромко усмехнулся и протянул руку.             — Альберт тер Вальмон.       Глокта ответил на рукопожатие. Хватка оказалась неожиданно крепкой для человека, большую часть времени проводящего среди книг и студентов.             — Рад знакомству, мастер Вальмон. Эрвин предупреждал, что академия обеспокоена исчезновением одного из учеников, — сказал Глокта.             — Обеспокоена это мягко сказано.       Вальмон открыл лежавшую перед ним папку.             — Полагаю, основные сведения из контракта вам уже известны.             — Надеюсь, вы позвали меня сюда не для того, чтобы их повторить.             — Разумеется нет.       Ректор перевернул страницу.             — Меня беспокоит не только факт исчезновения, но и то, что за шесть дней мы так и не поняли, что именно произошло.       Глокта слегка прищурился.             — Для начала мне нужно понять одну вещь. Студенты вообще могут покидать академию?             — Разумеется, — ответил Вальмон. — Мы учебное заведение, а не тюрьма.             — То есть Лион мог просто выйти за ворота и отправиться куда угодно?             — Мог.             — Тогда почему вы решили, что он пропал?       Ректор ненадолго замолчал.             — Потому что всё указывает на обратное.             — Например?             — Его вещи остались на месте. Никто из стражи не видел, как он покидал академию. И чем больше людей я опрашивал, тем сильнее складывалось впечатление, что в последние недели с ним происходило что-то странное.       Глокта слегка наклонил голову.             — Что именно?             — Если бы я знал, вас бы здесь не было.       На лице ректора появилась усталая улыбка.             — Каждый разговор добавляет новую деталь, но ни одна не складывается в цельную картину.       Он провёл пальцем по краю папки.             — Создаётся ощущение, будто все смотрели на одного и того же человека, но каждый видел что-то своё.             — Стража занималась этим?             — Да.             — И?             — Они не нашли признаков преступления.             — А вы считаете, что они ошиблись?       Вальмон ненадолго задумался.             — Я считаю, что исчезновение человека заслуживает большего, чем несколько формальных вопросов и запись в отчёте.             — Родители знают?       Лицо ректора сразу стало серьёзнее.             — Да.             — И что они думают?             — То же, что и я. Что их сын не мог просто исчезнуть без причины.       Несколько секунд в кабинете стояла тишина. За окнами академия продолжала жить своей жизнью. Во дворе спешили студенты, кто-то смеялся, кто-то спорил, кто-то торопился на вечерние занятия. Со стороны всё выглядело удивительно обычным.             — Хорошо, — наконец сказал Глокта. — Тогда расскажите мне о самом Лионе.       Вальмон слегка откинулся в кресле.             — Что именно вас интересует?             — Всё, что может объяснить его исчезновение.             — Боюсь, тогда разговор затянется надолго.             — У меня сегодня других планов нет.       На губах ректора появилась едва заметная улыбка.             — Друзей у него было немного. Скорее из тех людей, которые предпочитают книги компаниям.             — Враги?             — Насколько нам известно — нет.             — Девушка?             — Была.             — Уже лучше.             — Почему?             — Потому что люди гораздо чаще исчезают из-за чувств, чем из-за древних тайн и заговоров.       Вальмон негромко усмехнулся.             — Вы явно не слишком высокого мнения о человечестве.             — Двадцать лет наблюдений располагают к определённым выводам.             — Лион и Элиза расстались примерно за месяц до его исчезновения.       Глокта задумчиво кивнул. Это уже было похоже на то, с чего можно начать.             — Понятно.       Вальмон достал из папки ещё один лист.             — Начнёте с его комнаты, — сказал Вальмон, закрывая папку. — После этого сможете поговорить с соседом, несколькими его знакомыми и девушкой, с которой он встречался до недавнего времени. Я распоряжусь, чтобы их собрали вместе.       Глокта поднялся из кресла.             — Бывшая девушка всегда выглядит хорошей зацепкой.       На лице ректора появилась лёгкая улыбка.             — Для расследования или для новых неприятностей?             — Обычно между ними разница невелика.       Вальмон негромко хмыкнул.             — В таком случае желаю вам закончить с первым, чем найти второе.       Ректор поднялся из-за стола и подошёл к двери. Снаружи уже ждал высокий худощавый мужчина лет сорока в тёмно-синей преподавательской мантии. Острые черты лица, слегка растрёпанные каштановые волосы и внимательный взгляд выдавали человека, привыкшего больше наблюдать, чем говорить.             — Мастер Ренар, — обратился к нему Вальмон. — Покажите господину Глокте комнату Лиона и окажите всё необходимое содействие.       Преподаватель коротко кивнул.             — Разумеется.             — Мастер Ренар преподавал Лиону и занимался частью его подготовки, — пояснил ректор уже Глокте. — Если у вас возникнут вопросы о студенте, он сможет ответить лучше многих.       На мгновение на лице Ренара промелькнуло что-то похожее на беспокойство или чувство вины. Глокта не был уверен.             — Тогда постараюсь не задавать слишком сложных вопросов, — сказал он.       Ренар слабо улыбнулся.             — В моём опыте самые сложные вопросы обычно задают именно наёмники.       После этого они покинули административный корпус. Во внутреннем дворе царила совсем иная атмосфера. Суета административного корпуса осталась позади. Здесь никто никуда не бежал с кипой документов, не спорил о финансировании новых кафедр и не дежурил у дверей кабинетов в ожидании начальства. По дорожкам неспешно прогуливались студенты, на скамьях сидели преподаватели, обсуждая что-то вполголоса, а в тени деревьев можно было заметить небольшие группы учеников, готовившихся к занятиям. Это место больше напоминало университетский городок, чем часть огромного учреждения, в котором совсем недавно обсуждали исчезновение человека. Жизнь продолжала идти своим чередом, словно никто никуда не пропадал. В центре двора находился фонтан, не древний памятник ушедшей эпохи, а относительно новое сооружение из светлого камня. Вода стекала по нескольким чашам, переливаясь в лучах заходящего солнца. Судя по состоянию кладки, фонтан построили одновременно с остальными зданиями академии. Вокруг него тянулись клумбы и аккуратные аллеи. Деревья здесь тоже были молодыми. Большинство ещё не успело разрастись как следует, другие едва давали тень. Садовники явно старались изо всех сил, но природе требовалось больше времени, чем строителям. Глокта невольно подумал, что вся академия выглядит примерно так же. Словно кто-то попытался за несколько лет создать историю, которой на самом деле ещё не существовало.             — Комната Лиона находится в восточном жилом корпусе, — сказал Ренар.       Глокта кивнул. Они направились по крытой галерее, соединявшей основные здания комплекса. Пока шли, он внимательно наблюдал за студентами. Привычка, оставшаяся ещё со службы. Люди многое рассказывают о себе, даже когда молчат. Навстречу прошла группа юношей в одинаковых тёмно-синих мантиях. Они оживлённо спорили о чём-то, размахивая руками так активно, будто от этого зависела судьба Империи. Чуть дальше девушка сидела на каменной скамье с раскрытой книгой на коленях. Страницы медленно перелистывались сами по себе, пока она делала записи в тетради. У другого студента над ладонью вспыхивали маленькие голубоватые огоньки. Каждый раз, когда заклинание рассыпалось, парень раздражённо морщился и начинал заново. Глокта проводил его взглядом. Четыре года назад подобное зрелище собрало бы вокруг десяток любопытных зевак. Теперь никто даже не смотрел. Магия постепенно становилась частью повседневной жизни. Эта мысль нравилась ему не больше, чем раньше, не потому, что он боялся магии. За свою жизнь Глокта видел вещи пострашнее, проблема была в другом. Она всё ещё оставалась чем-то новым, даже сами маги толком не понимали пределов собственных возможностей, каждый год появлялись новые заклинания, новые теории, новые способы применения дара. То, что вчера считалось невозможным, сегодня уже преподавали студентам на занятиях. Глокте это было не душе, на войне всё было проще. Гораздо проще. Ты видел человека напротив, видел его оружие. Понимал, на что он способен и знал, от чего можешь погибнуть. С магией такой уверенности не было. Слишком много неизвестного, а неизвестность часто убивает не хуже стали.             — Вы не любите магов? — неожиданно спросил Ренар.       Похоже, он заметил направление его взгляда.             — Я не люблю вещи, которые плохо понимаю.       Преподаватель усмехнулся.             — Тогда вам будет трудно работать в академии.             — Это временно.             — Надеюсь.             — Я тоже.       Ренар усмехнулся.       Через несколько минут они подошли к восточному корпусу. Здание мало отличалось от остальных построек академии. Тот же белый камень, те же высокие окна и те же попытки выглядеть величественнее, чем позволял возраст. Однако здесь чувствовалась совсем другая атмосфера, из открытых окон доносились разговоры. Кто-то смеялся, а кто-то ругался. На одном из подоконников второго этажа сушилась одежда, а на другом стояли цветочные горшки. Следы обычной жизни выглядели гораздо убедительнее всей показной роскоши административных зданий.             — Здесь живут первокурсники и часть второго курса, — пояснил Ренар, когда они вошли внутрь.       Здесь Глокта ощутил небольшое спокойствие. По крайней мере, здесь жили не будущие архимаги и не любимцы преподавателей с последних курсов, уже успевшие поверить в собственную исключительность, а первокурсники. Большинству из них едва исполнилось семнадцать или восемнадцать лет, почти дети. Ещё несколько месяцев назад многие жили в родительских домах, помогали на семейных фермах, работали в мастерских или мечтали о том, как однажды изменят свою жизнь. Теперь они оказались в крупнейшей магической академии Империи, среди новых друзей, новых знаний и новых возможностей. И один из них исчез без свидетелей, следов и хоть какого-либо внятного объяснения. Глокте доводилось искать пропавших людей раньше. Такое случалось в приграничных деревнях, на лесных дорогах или в городских трущобах, где человека могли убить ради пары серебряных монет, но здесь всё обстояло иначе. Академия охранялась, на входах стояли вооружённые люди. Студенты жили под присмотром преподавателей, а сам Лион исчез не где-нибудь на тракте между городами. Он исчез у себя комнате, почти у себя дома. Именно это нравилось Глокте меньше всего.       Внутри корпус оказался гораздо уютнее, чем ожидал Глокта. Вечернее солнце свободно проникало через высокие окна, наполняя коридоры тёплым золотистым светом. Лучи ложились на каменный пол длинными полосами, в которых медленно кружилась пыль. Воздух был пропитан запахом бумаги, дерева, свечного воска и чернил — тем особым запахом, который появляется там, где люди проводят слишком много времени за книгами. Коридор тянулся далеко вперёд. По обе стороны располагались одинаковые двери с медными табличками, за каждой из которых шла своя маленькая жизнь. Откуда-то доносился смех, из соседней комнаты звучал спор на повышенных тонах, а несколькими дверями дальше кто-то без особого успеха пытался играть на флейте. В конце коридора группа студентов в очередной раз увлечённо обсуждала что-то связанное с магией, что едва замечала происходящее вокруг. Всё это выглядело до боли обыденно, обычное общежитие. Место, где спорят, смеются, не спят по ночам перед экзаменами и строят планы на будущее. Именно поэтому исчезновение Лиона казалось ещё более неправильным. Среди всей этой привычной жизни кто-то просто взял и пропал.       Поднявшись на третий этаж, они оказались в заметно более тихой части корпуса. Большинство студентов ещё не вернулись с занятий, а остальные, вероятно, готовились к вечерним лекциям или пропадали в библиотеке. Ренар уверенно повёл Глокту по коридору и вскоре остановился возле одной из дверей. На первый взгляд в ней не было ничего особенного. Обычная деревянная дверь с медной табличкой, ничем не отличавшаяся от десятков соседних. Заходящее солнце отражалось в отполированном металле, а на самом косяке не виднелось ни царапин, ни следов взлома. Даже краска вокруг дверной ручки выглядела нетронутой, словно за последние шесть дней здесь вообще ничего не произошло. Ренар достал связку ключей. Металл негромко звякнул в его руках, и этот звук неожиданно отчётливо разнёсся по притихшему коридору.             — После первого осмотра мы ничего здесь не трогали, — сказал преподаватель. Глокта лишь кивнул, не сводя взгляда с двери. Именно за ней жил Лион Арден — первокурсник, которого уже почти неделю безуспешно искала вся академия. Семнадцатилетний парень просто исчез из собственной комнаты, не оставив после себя ни единого объяснения, если где-то и сохранились ответы, искать их следовало именно здесь.       Глокта вошёл внутрь и остановился на пороге, давая глазам несколько секунд привыкнуть к полумраку комнаты. Она оказалась небольшой и удивительно обычной. Узкая кровать у стены, деревянный шкаф, письменный стол под окном и два стула, никакой роскоши, никаких странностей, ничего, что сразу привлекало бы внимание. Комната выглядела жилой, но при этом какой-то застывшей, словно её хозяин вышел ненадолго и должен был вернуться в любой момент. Глокта медленно двинулся вдоль стены, внимательно осматривая каждый угол. За годы службы он усвоил простую истину: люди всегда оставляют следы. Вопрос лишь в том, умеешь ли ты их замечать. На столе лежали книги и исписанные листы бумаги. Некоторые тома оставались раскрытыми, в одном между страниц была зажата самодельная закладка. Ни пыли, ни признаков запустения. Лион работал здесь вплоть до самого исчезновения.             — Сам Лион был аккуратным человеком? — спросил Глокта, не отрывая взгляда от стола.             Ренар ненадолго задумался.             — Да. Насколько мне известно, весьма аккуратным.       Глокта кивнул и перевёл взгляд на кровать.       Одеяло было сложено ровно, почти по-военному. Не идеально, но достаточно аккуратно, чтобы это бросалось в глаза. Странно, человек может уйти ночью по собственной воле. Может сбежать, еще он может отправиться на тайную встречу, но редко кто перед этим приводит постель в порядок. Затем Глокта открыл шкаф. Внутри висела повседневная одежда, на нижней полке стояли сапоги, рядом лежал запасной плащ и дорожная сумка. Всё необходимое оставалось на месте, если Лион действительно ушёл сам, то сделал это налегке или вовсе не собирался уходить надолго. Подойдя к окну, Глокта посмотрел наружу. С третьего этажа открывался вид на внутренний двор академии и молодой сад за ним. Внизу между деревьями виднелись студенты, спешившие по своим делам. Высота была достаточной, чтобы обычный человек дважды подумал перед тем, как лезть вниз.             — Магия позволила бы безопасно спуститься отсюда? — спросил он.             — Да.             — А Лион был способен на подобное?             — Думаю, да. Не без труда, но способен.       Глокта хмыкнул. Магия снова расширяла круг возможных вариантов. На столе его внимание привлёк небольшой кожаный блокнот. Он открыл его и начал перелистывать страницы. Большую часть занимали учебные записи: формулы, схемы, заметки с лекций и какие-то расчёты, смысл которых оставался для него загадкой. Однако ближе к концу одна страница заметно отличалась от остальных, на ней несколько раз подряд было написано одно и то же. «Старый лес». Одни и те же слова. Снова и снова. Будто их записывали не для памяти, а чтобы не забыть о чём-то важном.             — Что это такое?       Ренар подошёл ближе и посмотрел в блокнот, на мгновение его лицо стало серьёзнее.             — Лес к северу от города.             — И чем он примечателен?       Преподаватель ненадолго замолчал.             — Если верить здравому смыслу — ничем. Если верить студентам, там находится место, где магия ощущается сильнее обычного.             — Очередная легенда?             — Скорее несколько десятков легенд, которые за годы успели перемешаться между собой.             — Молодёжь любит искать тайны там, где их нет.             — Иногда находит.             — Обычно находит неприятности.       Ренар не стал спорить. Через полчаса осмотр был закончен. Ответов стало немного больше, но недостаточно, чтобы понять, куда исчез семнадцатилетний студент из комнаты, которую он, похоже, даже не собирался покидать.       Следующей остановкой стала библиотека. Она заметно отличалась от остальной академии. Не размерами — многие здания здесь были больше, — а тем, насколько сильно её создатели старались придать ей солидности. Высокие окна пропускали внутрь мягкий вечерний свет, который ложился на длинные ряды столов и аккуратные книжные шкафы. Полки были заполнены далеко не полностью. Где-то книги стояли плотными рядами, а где-то между ними оставались целые пустые секции, словно библиотека всё ещё ждала, когда накопит собственную историю. В воздухе стоял запах бумаги, свежих чернил и недавно обработанного дерева. Здесь ещё не было того тяжёлого аромата старых библиотек, который появляется после десятилетий и даже столетий хранения книг. Всё выглядело слишком новым, слишком ухоженным и слишком правильным. Глокта скользнул взглядом по рядам стеллажей. Академии было всего четыре года, и это чувствовалось даже здесь. Руководство явно потратило немало денег, собирая книги со всей Империи, но времени нельзя купить ни за золото, ни за влияние. Для настоящей великой библиотеки недостаточно построить красивое здание и набить его книгами. Такие места рождаются десятилетиями, иногда веками. Однако студентов вокруг это совершенно не заботило. За столами кипела привычная жизнь: шелестели страницы, скрипели перья, звучали приглушённые обсуждения. За одним из дальних столов их уже ждали трое студентов. При появлении Глокты разговор между ними сразу стих. Первой в глаза бросилась молодая девушка со светлыми волосами, собранными в небрежный хвост. Она сидела, скрестив руки на груди, и смотрела на приближающихся гостей без особого энтузиазма. В её взгляде читалось раздражение человека, которого уже несколько раз подряд заставляют отвечать на одни и те же вопросы. Справа от неё расположился высокий худощавый парень с тёмными взъерошенными волосами. Он постоянно менял положение рук, то складывая их на груди, то сцепляя пальцы на столе. Было видно, что происходящее заставляет его нервничать, хотя он изо всех сил старается этого не показывать. Третьей оказалась невысокая рыжеволосая девушка, она выглядела самой младшей из троих и явно чувствовала себя неуютно. Её пальцы то и дело теребили край рукава мантии, а взгляд постоянно перескакивал с Ренара на Глокту и обратно.             — Элиза Морн, Маркус Вейн и Сара Лорен, — представил их Ренар. — Они учились вместе с Лионом и общались с ним чаще остальных.       Глокта окинул студентов внимательным взглядом. Никто из них не выглядел так, будто скрывает страшную тайну. С другой стороны, за свою жизнь он встречал достаточно людей, которые прекрасно умели выглядеть невиновными.             — Чаще остальных и не означает часто, — заметил Маркус.             — Это уже полезная информация, — ответил Глокта, присаживаясь напротив.       Ренар оставил их и отошёл к одному из стеллажей. Некоторое время никто не говорил. Студенты явно чувствовали себя неуютно рядом с человеком, который выглядел так, словно мог сломать стол голыми руками. Глокта решил помочь им.             — Итак, Лион пропал. Я ищу его. Вы хотите, чтобы его нашли. Все заинтересованы в одном и том же. Давайте не будем усложнять друг другу жизнь.       Элиза скрестила руки на груди.             — Мы уже рассказывали всё преподавателям.             — Тогда вам будет легко рассказать ещё раз.       Она явно хотела возразить, но промолчала. Хороший знак.             — Насколько близко вы были знакомы с Лионом? — спросил Глокта.       Маркус пожал плечами.             — Он был... странным.             — Очень полезное описание.             — Для студента академии — нет.       Сара невольно улыбнулась.             — Лион не любил шумные компании, — пояснила она. — Большую часть времени проводил за книгами или где-нибудь один.             — Но друзья у него всё же были?             — Несколько человек, — ответила Элиза. — Не больше.             — Среди которых были вы.             — Были.       Глокта отметил прошедшее время. Расставание явно прошло не лучшим образом.             — Когда вы в последний раз его видели?             — За день до исчезновения, — сказала Сара.             — И?             — Он выглядел уставшим.             — Напуганным?       Девушка задумалась.             — Скорее... напряжённым.       Маркус кивнул.             — Да. Будто постоянно о чём-то думал.             — О чём именно?             — Если бы мы знали, вас бы здесь не было.       Глокта усмехнулся. С этим сложно было спорить.             — Он кому-нибудь рассказывал, чем занимается?       На этот раз ответила Элиза.             — Последние недели он постоянно говорил, что находится на пороге какого-то открытия.             — Какого?             — Не знаю.             — Совсем?             — Совсем.             — И вас это не заинтересовало?             — Заинтересовало.       В её голосе появились раздражённые нотки.             — Но каждый раз он отвечал одинаково.             — И как?             — "Сначала нужно всё проверить".       На несколько секунд за столом повисла тишина. Первое, что напоминало зацепку. Очень слабую, но всё же лучше, чем пустота.             — Что-нибудь ещё изменилось?       Маркус и Сара переглянулись. Словно решали, стоит ли говорить.             — Он начал часто уходить из академии, — наконец произнёс Маркус.             — Куда?             — Не знаю.             — Кто-нибудь пытался проследить?             — Нет.             — Почему?             — Потому что мы его друзья, а не надзиратели.       Ответ прозвучал достаточно искренне, чтобы Глокта ему поверил.             — Он упоминал какие-нибудь места?       Сара ненадолго задумалась.             — Кажется... Старый лес.       Глокта поднял голову. То же название он уже видел в блокноте Лиона.             — Часто о нём говорил?             — Нет, — ответила Элиза. — Скорее наоборот. Если разговор заходил о лесе, он быстро переводил тему.             — Но интересовался им, — добавила Сара. — Постоянно искал что-то в книгах.             — В каких книгах?       Студенты переглянулись.             — Не помню точно, — сказал Маркус. — Что-то из архивных хроник.             — "Северные хроники", — неожиданно вспомнила Элиза. — Кажется, так называлась одна из книг.             — Уверены?             — Почти. Я несколько раз видела её у него. Толстая книга в тёмном переплёте. Он таскал её с собой едва ли не неделю.       Глокта мысленно отметил название.             — И ещё кое-что, — продолжил Маркус после короткой паузы.             — Что именно?             — Профессор Август.       Глокта поднял взгляд.             — Преподаватель исследований магических явлений?             — Да.             — Они были близки?             — Насколько студент может быть близок с преподавателем.             — Лион постоянно пропадал у него после занятий, — сказала Элиза. — Иногда по несколько часов.             — Настолько часто?             — Настолько, что это начали замечать остальные.             — И о чём они говорили?       Элиза пожала плечами.             — Если бы мы знали, вас бы здесь не было.       Разговор со студентами затянулся дольше, чем рассчитывал Глокта. Когда они наконец покинули библиотеку, солнце уже клонилось к горизонту. Золотистый свет проникал через высокие окна академии и окрашивал белый камень в тёплые медные оттенки. Двор постепенно пустел, студенты расходились по общежитиям и аудиториям, преподаватели спешили закончить дела до наступления вечера. Однако день для Глокты ещё не закончился.             — Этот профессор Август сейчас в академии? — спросил он, когда они вышли из библиотеки.       Ренар на мгновение задумался.             — Должен быть. Если, конечно, снова не заперся в архиве.             — Архиве?             — В самом, пожалуй, ценном здании академии. Там хранятся все рукописи, хроники, карты и записи, которые удалось собрать за последние годы. Большую часть привезли из монастырей, дворянских библиотек и государственных хранилищ по всей Империи.             — Уже начинаю понимать, почему студенты считают его странным.       Ренар усмехнулся.             — Поверьте, это далеко не самая странная его особенность.       Они пересекли внутренний двор и направились к одному из самых дальних корпусов академии. Это здание отличалось от остальных. Меньше украшений, окон и даже на вид толстые стены. Словно его строили не для студентов, а для содержимого внутри.             — Судя по виду здания, вы храните здесь императорскую казну.             — Некоторые преподаватели считают знания более ценным сокровищем.             — Обычно так говорят люди, которым никогда не платили жалование золотом.       Ренар рассмеялся. Они вошли внутрь, здесь царила совсем другая атмосфера. Воздух казался неподвижным, по стенам тянулись высокие шкафы, заставленные книгами, свитками и деревянными ящиками. Пахло пылью, старой бумагой и сухой древесиной. В глубине зала горела одинокая лампа, под её светом сидел мужчина. На вид ему было около пятидесяти. Тёмные волосы уже начали седеть на висках. Тонкие пальцы медленно переворачивали страницы раскрытой книги. Он даже не поднял головы, когда они подошли.             — К вам посетители, профессор, — сказал Ренар.       Лишь тогда мужчина оторвался от чтения. Его взгляд оказался удивительно цепким. Таким взглядом обычно смотрят люди, привыкшие замечать детали или люди, привыкшие искать ложь.             — Если это снова отчёт по финансированию кафедры, можете сразу передать его кому-нибудь другому.             — Боюсь, на этот раз всё серьёзнее, — ответил Ренар.       Август посмотрел на Глокту. Задержал взгляд на мече, на старом шраме возле виска, потом на потёртом плаще. Слишком внимательно для случайного знакомства.             — А вы, должно быть, тот самый наёмник, которого прислала гильдия.             — А вы, должно быть, тот самый профессор, о котором мне сегодня рассказывают чаще, чем о пропавшем студенте.       Уголок губ Августа слегка дёрнулся.             — Значит, разговор будет интересным.       Профессор закрыл книгу и положил ладонь на потёртый переплёт. На обложке золотыми буквами было выведено название: «Северные хроники». Глокта задержал взгляд на книге чуть дольше, чем следовало. Это название уже всплывало сегодня. Сначала в разговорах о Лионе, а теперь здесь. Он ничего не сказал, за годы службы Глокта привык не доверять совпадениям. Особенно когда одно и то же название всплывает дважды за один день.             — Вы знали Лиона Ардена? — спросил Глокта.       Несколько секунд профессор молчал. Затем медленно кивнул.             — Да.             — Хорошо знали?             — Лучше, чем многие.       Глокта придвинул ближайший стул и сел напротив. За окнами последние лучи солнца скользнули по стенам архива. Тени между книжных шкафов стали длиннее.             — Тогда расскажите мне о нём, профессор.       Август некоторое время молчал, словно взвешивая, с чего именно начать. За высокими окнами архива солнце медленно опускалось к горизонту, и золотистый свет, проникавший внутрь, ложился на книжные полки длинными полосами. Пылинки лениво кружились в воздухе, а тишину нарушал лишь едва слышный шелест страниц, которые переворачивал ветер где-то в дальних рядах стеллажей.             — Интересно, что именно вам уже успели рассказать о Лионе.             — Не так много.             — Тогда, боюсь, вы пока ищете совсем не того человека.       Глокта откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на профессора.             — Это уже звучит интереснее всего, что я услышал за сегодняшний день.       На лице Августа мелькнула слабая улыбка.             — Не сомневаюсь. Обычно люди запоминают Лиона как тихого способного юношу. Скромного первокурсника, старательного ученика, который предпочитал книги шумным компаниям.             — Примерно так его и описали.             — Всё это правда, но только ее часть.       Профессор поднялся из-за стола и медленно подошёл к одному из шкафов. Некоторое время он разглядывал корешки книг, словно искал среди них нужную мысль.             — Вы служили на войне, господин Глокта?             — Достаточно долго, чтобы больше не хотеть об этом говорить.             — Тогда вы должны понимать одну вещь. Некоторые люди задают вопросы, которые остальные даже не считают нужным задавать.       Глокта ничего не ответил.             — Большинство студентов приходят сюда ради карьеры, положения или денег. Кто-то мечтает служить Империи. Кто-то хочет прославиться. Кто-то просто выполняет волю родителей, а Лион был другим.             — Насколько другим?       Август снял с полки тонкую книгу и положил её на стол.             — Его интересовала не магия.             — Для студента магической академии это звучит необычно.             — Именно.       Профессор провёл пальцами по обложке.             — Магия была для него инструментом. Средством получить ответы.             — На какие вопросы?       Август некоторое время смотрел на книгу.             — На те, которые большинство предпочитает не задавать.       Глокта почувствовал, что начинает уставать от недомолвок.             — Например?             — Например, почему некоторые легенды оказываются старше самой Империи. Почему в старых хрониках встречаются описания мест, которых не существует ни на одной современной карте. Почему отдельные рукописи исчезают из архивов быстрее, чем успевают попасть в каталоги.       На этот раз Глокта действительно заинтересовался.             — И что он нашёл?             — Если бы я знал ответ на этот вопрос, вас бы здесь не было.       Это прозвучало без тени шутки. Некоторое время они молчали. За окном пролетела стая птиц, их тени скользнули по полу и исчезли среди книжных шкафов.             — Вы сказали, что Лион часто приходил к вам.             — Да.             — Зачем?             — За книгами, за советом. Иногда просто поговорить.             — И о чём были эти разговоры?             — О Старом лесе.       Глокта нахмурился.             — Значит, это не просто студенческая легенда.             — Все легенды начинаются с чего-то настоящего.             — Обычно это не делает их правдивыми.       Август усмехнулся.             — Справедливо.       Он вернулся к столу и сел напротив. Теперь его взгляд стал серьёзнее.             — Лион был уверен, что в Старом лесу находится что-то важное.             — Что именно?             — Не знаю.             — И вы позволили семнадцатилетнему мальчишке бегать по лесу в поисках неизвестно чего?             — Думаете, я мог ему запретить?       Глокта задумался. Пожалуй, нет. По собственному опыту он знал, что молодые люди обладают удивительным талантом игнорировать здравый смысл. Особенно когда считают, что находятся на пороге великого открытия.             — Последний раз вы видели его когда?             — За день до исчезновения.             — И?       Август помедлил. Впервые за весь разговор в его голосе появилась неуверенность. Совсем немного, но Глокта её заметил.             — Он выглядел взволнованным.             — Напуганным?             — Нет. Скорее воодушевлённым.             — Разница большая.             — Огромная.       Профессор медленно кивнул собственным мыслям.             — Он сказал, что наконец нашёл подтверждение одной своей теории.             — Какой именно?             — Не успел рассказать.             — И вы не спросили?             — Спросил.       Август посмотрел в окно.             — Он ответил, что сначала хочет убедиться сам.       Глокта невольно усмехнулся.             — Похоже, это была его любимая фраза.             — Да.       В кабинете снова повисла тишина.       Солнце уже почти коснулось горизонта. Свет за окнами постепенно тускнел.             — Есть что-то ещё? — наконец спросил Глокта.       Профессор некоторое время молчал, затем открыл один из ящиков стола. Внутри лежали несколько листов бумаги. Август достал один из них и положил перед наёмником. Почерк оказался знакомым, неровные строчки, торопливые записи. Лион.             — Нашли в его комнате?             — Нет.             — Тогда где?             — Он оставил это мне.       Глокта взял лист. На нём было всего несколько строк. Большую часть занимали названия книг и какие-то заметки, но внизу находилась короткая приписка. Совсем короткая. Настолько короткая, что её легко было не заметить.       "Если всё окажется правдой, академия станет лишь началом."       Глокта перечитал ещё раз.             — Что это значит?             — Не имею ни малейшего представления.             — Не верю.       Август посмотрел ему прямо в глаза.             — Я сказал правду.       И по какой-то причине Глокта действительно поверил. Потому что видел перед собой человека, которого эта история беспокоила не меньше остальных. Возможно, даже больше. Он аккуратно сложил лист и вернул его на стол.             — Завтра я отправлюсь в Старый лес.       Профессор кивнул. Словно ожидал именно такого ответа.             — Тогда советую не задерживаться там после наступления темноты.       — Почему?       На этот раз Август улыбнулся. Улыбка получилась странной. Не весёлой и не доброжелательной. Скорее усталой.             — Потому что именно это я посоветовал Лиону.       Когда Глокта покинул архив, солнце уже скрывалось за дальними холмами. Академия постепенно погружалась в вечерние сумерки. Дворы опустели, окна учебных корпусов загорались одно за другим, а над белыми башнями медленно темнело небо. Он неторопливо пересёк внутренний двор и направился к выходу. В голове крутились обрывки разговоров. Старый лес, северные хроники, пропавший студент. Профессор, который явно рассказал не всё. Картина постепенно складывалась, но пока в ней было больше пустых мест, чем ответов. У ворот академии Глокта остановился. На севере, далеко за городскими крышами, темнела длинная полоса леса. С такого расстояния деревья казались почти чёрными, Слишком тёмными на фоне уходящего дня. Он задержал взгляд на горизонте ещё на несколько секунд. Затем развернулся и направился вниз по дороге. Завтра ему предстояло отправиться туда.

***

      Август ещё долго сидел за своим столом после ухода наёмника. В архиве стало совсем тихо. Последние лучи солнца исчезли за окнами, и помещение погрузилось в мягкий полумрак. Профессор поднялся, подошёл к окну и посмотрел туда же, куда совсем недавно смотрел Глокта. Туда, где за горизонтом скрывался Старый лес. Некоторое время он стоял неподвижно, потом тяжело вздохнул.             — Надеюсь, ты оказался умнее, чем я думаю, мальчик, — тихо произнёс он.       Но ответа, разумеется, не последовало. Лишь вечерний ветер негромко шелестел листвой молодых деревьев во дворе академии.