Девушка за кулисами.

Элла проснулась и тут же запаниковала. — О, боже, — Она только что переспала с самой большой поп-звездой в мире. Или, по крайней мере, Элла так думала — беда была в том, что она не могла вспомнить. И это было прекрасно. Пэйта рядом не было, поэтому Элла просто одевалась, шла в гостиную и завтракала, как обычно. Джейден всегда вставал рано, а это означало, что скоро он. Элла замерла. Джейден. Она плюхнулась на кровать и уставилась в потолок. О боже, брат собирается убить ее. Но сначала он собирался убить Пэйтона. Они могли быть лучшими друзьями, но если Джейден узнает, что они с Пэйтоном спали вместе, Элла была уверена, что Джей разорвет его на мелкие кусочки и разбросает по улицам Эль-Пасо. Она почувствовала, как в груди нарастает паника. Это было плохо. Хуже, чем в тот раз, когда они с Софией напились клубничного мартини и взорвали целый многоквартирный дом в Торонто. Хуже, чем в тот раз, когда Элла не поняла, что означает «маленькая смерть» по-французски. Элла застонала. Спать с Пэйтоном было чудовищно плохой идеей. Если бы это случилось, то так оно и было. А может, и нет. С другой стороны, Элла тоже была голой и одета только в белую футболку Макса и кружевное нижнее белье. Так что все выглядело не очень хорошо. Элла осторожно поднялась на ноги. Она быстро переоделась в джинсы и синий свитер, наугад натянув носки. Затем, прежде чем она успела передумать, Элла схватила телефон и убежала в ванную. Надежно укрывшись в просторной мраморной комнате, Элла набрала знакомый номер и поднесла трубку к уху. София сняла трубку после первого же гудка. — Алло? — Я сделала кое-что плохое, — выпалила Элла. — О, хорошо, — весело сказала София. — Я так долго ждала этого дня, — Элла услышала, как хлопнула дверь. — Ударь меня им. Элла так и сделала. Она пересказала события ночи, начиная с поцелуя в клубе и заканчивая пробуждением в пустой постели. Элла держала некоторые подробности при себе — в конце концов, ей так много хотелось рассказать, — но к тому времени, как она закончила, у нее перехватило дыхание. — Ну и что? — Спросила Элла. — А ты как думаешь? — Ты с ним не спала. — Я—что? — Ну, ты же этого не сделала, — повторила София, явно забавляясь. — Во-первых, я видела Макса в купальнике. Этот человек собирает вещи, а ты сегодня даже не сможешь ходить. — София! — Прошипела Элла. — А во-вторых, — невозмутимо продолжала София, — ты не стала бы снова надевать нижнее белье после секса. В этом нет никакого смысла. Элла вынуждена была признать, что это было справедливо. — Но что же мне делать? — Элла застонала, сползая обратно в ванну. — Что мне сказать Пэйту? Он мне очень нравится, Софи. — О нет, — встревоженно ответила другая девушка. — Нет, нет. Я не занимаюсь чувствами, помнишь? Для этого у тебя есть Райли. — Но я не могу позвонить Райли! — А почему бы и нет? — Это ее брат, — Элла прикрыла глаза рукой. — И вообще, я, — Она замолчала, — потому что ее телефон завибрировал. — О, подожди. Мне сейчас звонят. — Райли? — Нет, — нахмурилась Элла. — Это неизвестный номер. Она позволила им перейти прямо к голосовой почте, болтая с Софией о Пэйтоне (запутанно), погоде в Эль-Пасо (жарко) и о том, действительно ли американцы заваривают чай в микроволновке, а не кипятят чайник (присяжные все еще отсутствовали). Только через десять минут Элла повесила трубку и нажала кнопку голосовой почты. Скорее всего, это был телемаркетинг. Или одно из этих раздражающих автоматических сообщений. Если Элле придется еще раз услышать о том, как она может получить выгоду от страхования жизни. — Привет, Элла, — произнес чей-то голос. — Это Расс из «биг сити Рекордс». Элла чуть не выронила телефон. Она слушала с отвисшей челюстью, как Расс продолжал рассказывать ей, что видел ее на сцене в тот вечер, что он любит ее работу, и будет ли она заинтересована приехать в Лос-Анджелес на встречу, чтобы обсудить контракт? Элла побледнела. Затем она снова прослушала сообщение. Срань господня. Это было реально. Это уже происходило. Все ее тело тряслось. Элла медленно подошла к раковине, прижимая влажное полотенце к раскрасневшемуся лицу. Гелиевый шар расширялся в ее груди, хлопая в такт сердцебиению. Расс из «биг сити Рекордс» хотел встретиться с ней. Расс Акерман. Расса знали все. Расс представлял Вену. Он представлял ту новую тайскую звезду, которая только что выиграла American Idol. Черт возьми, Расс представлял половину музыкальной индустрии. И он хотел представлять ее интересы. Тяжело дыша, Элла отложила тряпку. Ей нужно было позвонить Райли. Она знала бы, что делать. Ну и черт с ним, она расскажет Ри и о Максе тоже. Элла усмехнулась и потянулась к телефону, уже просматривая свои контакты. Дверь со щелчком открылась. Внезапно в комнату влетела Элла. — Пэй! — она закрыла за собой дверь ванной. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Я… — Сначала я. Элла помолчала. Нахмурившись, она смотрела, как Макс аккуратно ставит на стол тарелку с круассанами и дыней. Его рот был сжат в мрачную линию. — Элла, — сказал он. — Мне очень жаль. Сердце Эллы упало. Она медленно опустилась на кровать, стараясь не думать о худшем. Но она знала Макса. И она знала этот взгляд. — Извини за что? — спросила она. — Я… — Макс провел рукой по копне темных кудрей. — Послушай, вчера вечером я был не в своем уме. И я тоже не думаю, что ты был таким. Элла почувствовала эти слова как пощечину. Она была пьяна прошлой ночью, но все еще хотела Мурмаера; она всегда хотела его. Выпивка ничего не изменила. — Что ты хочешь этим сказать? Пэйтон отвернулся. Она видела, как напряглись мышцы его спины, когда он натягивал рубашку. — Хочешь круассан? Я принесла круассаны. — Пэй? — Или кофе, — добавил он. — Большая часть твоей пролилась, но все еще есть…  — Мурмаер! — Сердце Эллы бешено колотилось. — Посмотри на меня, пожалуйста. Он медленно повернулся. В выражении его лица было столько вины, что Элла почувствовала, как шарик в ее груди лопнул, превращаясь в кусочки резины. О, боже. Она была идиоткой. Потому что всего на секунду ей показалось, что она стала другой. Не такая, как все остальные девушки. Но теперь, глядя на его лицо, Элла знала правду. — Мы совершили ошибку, — сказал Макс. — Это ошибка? — А я и не знал… — Он покачал головой. — Я имею в виду, что ты младшая сестра Джейдена, Элла. Ты под запретом. Мне не следовало туда идти. Элла скрестила руки на груди. Она чувствовала, как щиплет глаза, но будь она проклята, если расплачется перед Пэйтоном Мурмаером. Она отказалась. — Тогда тебе не следовало целовать меня, — холодно сказала она, и он вздрогнул. — Я знаю. — И тебе не следовало везти меня обратно в отель. — Формально, — начал тот, — ты сама попросила меня уйти. Элла резко втянула воздух. И это было больно, потому что это было правдой. Ей следовало бы знать лучше. Разве Элла не видела, как Пэйтон годами перебирал девушек, как салфетки? Неужели она не знает, как убедителен он был, как глупо очарователен — когда хотел этого? Конечно, он сказал ей вчера вечером, что она ему нравится, но какое это имеет значение? Он мог бы сказать это каждой девушке, чтобы затащить их в постель. И Элла была достаточно глупа, чтобы поверить в это. У нее скрутило живот. — Ну и что? — Она выгнула бровь. — Ты хочешь просто забыть об этом? — Я не хочу… — он неловко прислонился к комоду, вытянув перед собой длинные ноги. — Послушай, мы можем оставить это при себе? По крайней мере сейчас? У Эллы внутри все сжалось, — не говори Джейдену. Ей хотелось плакать. Ей хотелось закричать. Она хотела собрать все подушки на кровати и бросить их в него, одну за другой, и, возможно, пульт от телевизора тоже. Именно так поступила бы София. Но Элла была не такой. И она не собиралась показывать ему, что он причинил ей боль. — Прекрасно, — холодно ответила она. Пэйтон моргнул. — Все в порядке? — Мы забудем об этом, — пожала плечами Элла. — Мы оба были пьяны, верно? Выражение лица Мурмаера дрогнуло. На мгновение Элле показалось, что она задела его за живое, но потом он кивнул и начал натягивать ботинки. — Спасибо, — хрипло сказал он. И это было все. Каким-то образом, Элла не была уверена, как ей это удалось, ей удалось завести светскую беседу, пока Пэйтон собирал свои вещи, откусывая кусочек дыни. Она не думала, что ее желудок выдержит круассан. Только когда он ушел, Элла плюхнулась на кровать и уставилась в потолок. Ну и дерьмо. Все ее сердце, казалось, разрывалось пополам. После десяти лет любви к Пэйтону, вот к чему все свелось. Отказ. Ей отчаянно хотелось позвонить Райли. Или Джейдену. Или даже старшей сестре Ри и Пэйтона, Фейт. Но все они были слишком близки к ситуации, и Элла пришла бы в ужас, если бы она сделала ситуацию еще более неловкой, чем она уже была. — Нет. Ей просто придется научиться жить с этим. Элла медленно села. Она заставила себя съесть три ломтика дыни и почистить зубы, а затем спустилась в вестибюль. Она улыбнулась консьержу, проходя мимо и выходя на яркий солнечный свет. Это было прекрасно. Она была в порядке. Она спустилась на ближайшую площадь и села, скрестив ноги, на скамейку под кедром и кованым фонарным столбом. Затем Элла нажала кнопку повторного набора. Расс снял трубку на втором гудке. — У тебя есть Акерман. — Привет, Расс, — Элла вцепилась в телефонную трубку. — Это Элла Уокер. — Элла!  — Голос Расса тут же оживился. — Рад тебя слышать, — послышалось шуршание бумаг, а затем хлопнула дверь. — Значит, вы получили мое сообщение? -Да, — ответила она. — И я заинтересована в встрече. Какой день тебе подходит? Они быстро сравнили графики, остановившись на следующей среде. Расс пообещал прислать машину в аэропорт, чтобы забрать ее, хотя Элла поставила перед ним черту заплатить за билет на самолет первого класса до Лос-Анджелеса. Она не хотела чувствовать себя чем-то обязанной ему. На всякий случай. Затем Элла повесила трубку, уставившись на пятно белой краски на скамейке. Она сделает это. Она встретится с Расом Аккерманом. Ее нервы были на пределе. Она пожалела, что не может взять с собой Пэйтона; у него было достаточно опыта в музыкальной индустрии, чтобы знать, если Расс выкинет что-нибудь сомнительное, и он хорошо успокоит ее нервы. Но после вчерашнего вечера Элла скорее сломает свою драгоценную скрипку пополам, чем станет умолять его поехать с ней в Лос-Анджелес. То же самое с Джейденом. После того, как ее брат отреагировал на импровизированный концерт Эллы, у нее было чувство, что он не очень хорошо воспримет новость о контракте. Элла прикусила нижнюю губу. Она полагала, что могла бы спросить Гриффа, но он, вероятно, счел бы себя обязанным рассказать об этом мальчикам, что не соответствовало цели. Что оставляло только один вариант. Элла снова взяла телефон и набрала номер. Он тут же снял трубку. — Алло? — Оливер, — Элла крепко зажмурилась. — Это Элла, у меня к тебе просьба. Большая, — Она собралась с духом и глубоко вздохнула. — Как ты смотришь на то, чтобы поехать со мной в Лос-Анджелес на следующей неделе?