Пламя и вода

Крепкие объятья вернули в чувства растерявшегося альфу, что до последнего не верил в реальное присутствие Мидории. Оба наслаждались моментом близости, несмотря на все пережитое ранее, на мгновение они были готовы простить все былые обиды, но всего лишь на мгновение. Здравое мышление быстро ударило в голову и оба неловко отодвинулись. Каждый по своему представлял этот момент, и возможно даже придумывал как начать разговор, что сказать или сделать, но сейчас, когда все это происходит наяву парни боялись сделать первый шаг, или из-за чувства растерянности или просто боялись сделать что-то не так, спугнув второго. Короче, все те мелочи, которые раньше бы их не волновали в общении сейчас заставили их сделать шаг назад, и продумывать каждое движение наперед осознавая исход. Не выдержав гнетущей тишины, первым отозвался Шото. — Изуку, я не совсем уверен как именно эти письма попали к тебе в руки или как ты пришел сюда, но я догадываюсь кто этому поспособствовал. Я действительно многое хочу тебе сказать, но мысли как пчелы в улье роятся в голове, не желая складываться воедино… Черт, не находишь ли ты это странным? Почему когда ты изливаешь мысли на бумаге, то рука сама по себе двигается, вырисовывая аккуратные буквы, а мысли молниеносно посещают голову, когда я так искренне желал увидеть тебя, но сейчас… я не могу и нормально связать пару слов… Прости… — альфа до беления костяшек сжимает руки. — Я чувствую себя точно также. Когда я прочитал эти письма, то был крайне поражен, насколько тонко ты лавируешь словами, и насколько деликатен в своих выражениях. Хоть я и не фанат всей этой сопливой розовой романтики, все равно заплакал… Вот она… сила слова… — Ты не обязан меня прощать, я сам себе такого не прощаю, но надеюсь сейчас ты понимаешь, как мне тяжело. Я не пережил того, что прочувствовал ты, но и ты не был в моей шкуре, в теле того, кто сделал непоправимое и не имеет возможности хоть как-то искупить свою вину. Ты не должен быть милосерден к кому-то вроде меня. — Шото, мы оба много пережили. Но несмотря на все это, жизнь продолжается. Знаешь, как я хочу на тебя злиться, кричать, избить тебя, мучать также, как мучался я, что бы ты понял какого это. Но видя тебя сейчас в такой форме, я не то, что злиться не могу, мне жалко тебя. Так больше не может продолжаться, возьми себя в руки. Если ты не сделаешь это, никто не сделает этого за тебя. — Мне не вериться, что именно ты меня сейчас успокаиваешь, хотя это я должен был делать, ведь именно я причинил тебе боль, а все обернулось так, будто я жертва. — Да пофиг как все обернулось, вернись к жизни! — Я и так живу. — И это называется жизнь? Да ты ходячий мертвец. Ты когда последний раз в зеркало смотрел? Знаешь, лучше бы ты жил припеваючи, забыв обо мне, ведь тогда я реально бы мог тебя проклинать, и это было б заслужено, а так… смотреть на тебя страшно. И кого мне теперь винить во всех своих проблемах? — Прости меня… — Знаешь, раньше я не умел прощать. Ведь как можно забыть о всех тех обидах, которые причинил тебе человек. Разве он может заслуживать прощение? Почему я должен кого-то прощать. Мои отношения с родителями всегда были не сахар, и я никогда в жизни не собирался им прощать то, как они бросили меня на произвол судьбы, на пути к взрослой жизни. В какой-то мере я им благодарен, ведь именно из-за этого я тот, кем сейчас являюсь. Из-за такой былой суровой жизни, я теперь не нуждаюсь в опеке, в человеке который ходил бы и вытирал мои сопли. Но недавно мне позвонила Инко, и мы с ней говорили как настоящая семья. И тогда я действительно задумался, есть ли смысл хранить обиду на человека? Если ты не прощаешь человеку что-то, значит ты думаешь об этом, значит ты тратишь на это свои силы, ты сам становишься злее не замечая этого. Так не проще будет проявить каплю милосердия и просто простить? Я не Бог, и не мне судить кого-то за его поступки, все воздастся нам потом, и кому нужно прилетит бумерангом обратно. Я простил свою семью, и вот что странно. Пол жизни я всем сердцем ненавидел этих людей, но сейчас когда я отпустил их, такое чувство будто камень с души упал. Так вот, к чему я все это вел. Тодороки, я прощаю тебе, а также искренне желаю тебе простить самого себя. Не нужно изводиться, ведь я единственный кто должен был делать это с тобой. Сам себя прости. — А достоин ли я этого? — Каждый человек, независимо от своих поступков достоин того, что бы его простили, хотя бы раз в жизни. Впервые за все это время, гетерохом смог увидеть этот мир не черно-белым, а рассмотреть все цвета, что так долго прятались от его взора. Какой же он все-таки дурак, сколько времени потратил зря, а может быть, если бы не оно, то Изуку не стоял бы здесь, и не успокаивал его, как дитя малое. В который раз альфа убедился в силе любви омег, в их стойкости и силе прощения. — Изуку, прости меня… но я все еще люблю тебя. — Печально осознавать, но я тоже тебя люблю. Какое-то время альфа так и продолжал сидеть в объятиях омеги, пока не успокоившись, от бессилия провалился в глубокий сон. Зеленоволосый же перетащил страдальца на кровать и укрыв одеялом поспешил покинуть эту комнату. И только выйдя из подъезда он встречает Даби, что мчится ему на встречу. — Что у вас там произошло? — Все в порядке, мы просто поговорили. Шото уснул, думаю дальше ты сам о нем позаботишься. — Изуку… ты придешь к нему еще раз? — Не знаю, Тойя. Через пару дней я улетаю в Канаду. — Ч-что? Зачем? — У меня там очень важные дела. Надеюсь в скором времени увидимся.