Ты не говоришь по французски?

«Новое ненужное знакомство»

***

Последние минуты урока Антон сидел в нетерпении. Словно бы эта перемена — важнейшее событие всей его жизни. Собственно, для Шастуна так оно и было. Ему казалось, что с приходом влюблённости, все его проблемы и переживания канут в Лету и навсегда покинут его. Разумеется, скоро он поймёт, как же сильно ошибался. Снег за окном не переставал заметать всё вокруг, и ожидание окончания учебного дня уже не казалось таким желанным. Тут тепло, а на улице — холодно. Тут батареи, а с собой даже перчаток нет. Однако, это только первый урок. Кто знает, вдруг, к вечеру внезапно потеплеет? Это же Питер. И вот всё же звучит долгожданный, неприятно пронзающий всё и вся звон. Парень наконец дождался возможности поговорить с одноклассницей. Так как проблем в общении Антон не испытывал, он был уверен, что разговор этот будет для него лёгким и быстрым. Он подошёл к ней, и простоял секунды три, прежде чем смог выдавить из себя хоть что-то, похожее на человеческую речь. — Привет? — это слово прозвучало из его уст как вопрос, чему оба очень удивились. Собрав всю свою волю в кулак, Шаст сказал чуть увереннее и громче: — Я думаю, ты мой соулмейт. Теперь девушка была в растерянности. Она смотрела на Антона снизу вверх беспомощным взглядом, будто пытаясь увидеть в его глазах нотки злорадства после удавшегося розыгрыша. — Я серьёзно, — заметив сомнения во взгляде Ирины, Антон решил сразу пресечь подобное. — Точно не шутишь? — Шастун помотал головой. — Ну, ладно… — с нотками лёгкого подозрения сказала она. Стоит он, стоит, а чё дальше делать — непонятно. — Что делать будем? — спустя несколько секунд молчания спросил парень. — Что делать? — рассмеялась Ира. — Ну, а что делают соулмейты? Начинают встречаться, всякие планы на будущее строят… — Ну, тогда, давай встречаться? — спросил он. — Давай, — улыбнулась она в ответ. Неловкость, продолжающая находиться в воздухе, нарушилась ещё одной одноклассницей, которая подбежала к Ире и начала увлечённо рассказывать ей новую сплетню о каком-то мальчике из параллельного класса. На следующем уроке Шаст предложил своему соулмейту сесть вместе, и она согласилась. Весь урок они то за руки держались, то переговаривались шёпотом, то смеялись не пойми над чем… В общем вели себя как обычная бесячая парочка, показушная и громкая. Им было весело, но было во всём этом что-то другое, не похожее на чувство влюблённости, описанное на многочисленных сайтах, в книгах о любви, в стихах и много где ещё. Антон старался отбросить мысли об этом прочь, так как хотел насладиться этим первым днём. Первым днём его отношений с Ирой.

***

Во время перемены Арсений решил прогуляться в столовку, которая находилась аж в другом корпусе их школы. Идти туда — отдельное удовольствие, но, ради шоколадных палочек за 30 рублей, ещё и не такое сделаешь. — Арс! Арс!!! - Оксана мчалась на встречу к другу, будто от этого зависела её жизнь. — Чего орёшь, дурочка? — мягко улыбнувшись спросил Попов, когда та его догнала. — Сам дурачок! Зову тебя, между прочим, — вид у неё был даже обиженный, но Арсений знает, что это не более чем шуточная обманка, поэтому не стал извиняться. — Что-то важное? — спросил он. — Да нет, просто очередная смазливая парочка сошлась. — О, правда? И кто же? — Арс сделал вид, что безумно заинтересован так как знал, что Оксана обожает подобные темы. — Не поверишь! Знаменитый холостяк-красавчик Антон Шастун и Ирка Кузнецова! Они, кстати, в моём классе учатся! Тоха такое шоу устроил на перемене… Подошёл к ней, весь такой деловой, простоял вдумчиво глядя ей в глаза и как выдаёт таким писклявым голосом: «Привет», — не сумев сдержать смешок, Окси делает небольшую паузу, и продолжает —А с виду такой уверенный парень… Ну Ира испугалась, бедная, подумала чёрт знает что, и тут он говорит что-то из серии: «Ты мой соулмейт» Арсений слушал Суркову, но никак не мог понять: чего занимательного в том, что какие-то подростки начали встречаться? — Подожди, а они хоть проверили? — спросил он. Арс умеет сделать вид, что ему интересен разговор, и очень даже убедительно, но такую штуку с Оксаной он проворачивает не больше двух раз в месяц. Её обманывать желания совсем нет. — Ты о чём? — встрепенулась Окс. — Ну, у них есть доказательства того, что они соулмейты? — А, так это вообще просто. Антон на французском обнаружил у себя на левой руке слова, оглядел класс, и увидел Иру, которая что-то делала со своей левой рукой, — довольная своей осведомлённостью на этот счёт, Оксана посмотрела куда-то вдаль. — Вон же они — голубки. И в правду. На встречу Арсу с Окси, шли Ира с Антоном. — А у вас французский каким уроком был? — спросил вдруг Арсений. — Первым… А что? — Суркову, почему-то, удивил этот вопрос. — Да, просто так, не бери в голову. — сухо ответил ей он. — Ладно. — сказала Окс и вдруг её глаза загорелись. Оксана внезапно поворачивается на Арсения с глазами лисицы, только что придумавшей гениальный план по поимке колобка. — Так, что бы ты не задумала, я против! — Арсений тут же заметил этот искрящийся взгляд, и знал, что за ним обычно следуют какие-нибудь безумные последствия. — Арсений, не отвертишься! — ответила она и, схватив его за рукав, направилась к сладкой парочке. Попов проклинал всё живое, но назад пути уже не было. Убежит — от Окси потом не отвертится. А останется — … а вот хрен знает, что будет, если он останется! И Арс, между прочим, предпочёл бы, чтобы хрен держал эту информацию при себе. — Привет, Окси! — как только Шаст сказал эту фразу, Арс одарил его не очень доброжелательным взглядом, ибо находился в полной уверенности, сто так её называть имеет право только он. — Привет! Ну что, закончилась твоя холостяцкая жизнь? Завязался разговор, они начали говорить то о том, то о сём, а Попов просто стоял и, глядя в пол, думал о предстоящем им с Оксаной разговоре. Он не раз обговаривал с Сурковой тот факт, что всякие там популярные мальчики, ненужные знакомства, те или иные контакты с подростками этой школы, ему попусту незачем. Даже не так, он не хочет их заводить, и не потому что не нуждается в них, а потому что знает, что за таким следует. Привязанность. Пустые надежды, такие же пустые обещания. Ничего нового. Плавали, знаем. Всё это слишком хорошо знакомо Арсению, и в этом главная причина стены, которую он возвёл между собой и внешним миром. Жестоким, нечестным, глупым, а порой держащим за пазухой нож, чтобы взять и нанести удар, когда не ожидаешь. Вот в таком мире видел себя Арсений, точнее, таким Арсений видел мир вокруг себя. Минимальный контакт с внешним миром приносил ему иллюзию контроля, который конечно же сохранять во всех ситуациях не получалось. — А ты, кажется, Арсений? — внезапно спросил Антон. Попов качнул головой, в знак согласия. –Ты не особо разговорчив, да? Кстати, много слышал о тебе от Оксаны. — Рад за тебя, — ответил Арс, сам не зная, как получилось так выплюнуть эти три слова, что они звучали как злорадное оскорбление. — Что ж, вижу ты не в настроении, тогда просто представься, и будем знакомы. Подойду к тебе как-нибудь позже, когда будешь готов общаться. — Я Арсений Попов, больше известный в этой школе, как «Пиздун». Думаю, ты об этом осведомлён. Не интересуюсь девушками, футболом, видео-играми и прочей фигнёй, которой страдают мальчики в этом возрасте. Могу унизить тебя на четырёх языках так, что ты даже приблизительно не поймёшь, что я сказал. Занимаюсь волейболом и иногда пишу стихи или книги, — гордо произнёс Арс, и направил свой взгляд прямо в глаза собеседнику. — Девушками не интересуешься? Значит, ты — гей? — спросил наконец Шастун, подняв левую бровь, сопровождая этот жест ехидной улыбкой. Почему-то Арсений вдруг потерял этот самый контроль. Вот только-только он начал входить во вкус, лепил ситуацию, как хотел, и тут… Одним взглядом… — …Ты из всего, что я перечислил, выделил только то, что отношения с девушками меня не привлекают? Ca suffit pour moi*. — сказал Попов. Переведя свой взгляд на Иру, он вновь вошёл во вкус: — Ну, тогда у меня для тебя плохие новости, девочка, твой парень — капельку «не стрейт». Сказав всё это, он не спеша пошёл дальше. В конце концов: он шёл за шоколадными палочками. И тут вот это чудо света, чтоб его. — Что это с ним? — Ира, нахмурив бровки, смотрела вслед Арсу. Попов не понравился Кузнецовой. Совсем не понравился. Для самой себя объяснить она это не могла, но если бы спросили, наверное, ответ бы звучал как обвинение парня в выпендрёже и чрезмерной самовлюблённости. — Не берите в голову, ребят, он просто не очень любит новые знакомства… — пытаясь оправдать его, Оксана замялась. — «Не очень» — это мягко сказано, — улыбнувшись трактовал Шаст. Он вдруг приподнялся на цыпочки, чтобы разглядеть нового знакомого в толпе. Несмотря на свой итак достаточно высокий рост, Антону нужно было всё же сделать это. Для него это был своеобразный неосознанный жест, означающий, что Арсений, каким-то образом заинтересовал. — Но ты, Тош, действительно подойди к нему потом. Не хочу, чтобы у него так и осталась только одна подруга, до конца школьной жизни. — Он ведь тебе нравится. — уверенно трактовала Ирина, глядя самым строгим из её взглядов. — Нет, в романтическом плане — совсем нет, но я привязана к нему, как к самому лучшему другану… Это любовь, но другая, совсем не похожая на то, что ты имеешь ввиду, — Оксана всерьёз подошла к этому вопросу в своё время, так как знает, с каким особым трепетом Арсений относится к шипперству его с кем-то. — Я постараюсь подружиться с ним, — пообещал Антон, вскинув плечами. — Спасибо, — улыбнулась она в ответ. — Ох, пойду успокою его, а то ведь наверняка сейчас стоит в столовке и проклинает меня. — Тебя-то за что? — удивившись, спросил Антон. — Это всё-таки я подвела его к вам… Так ещё и не представила сначала, заговорилась, как дура… — сказала она и быстрым шагом потопала в столовую. Шастуну захотелось пойти с подругой, но почему-то вместо этого он взял свою девушку за руку, и пошёл провожать её в кабинет.