Десятая Особь

— Эрен… — простой негромкий оклик и вытянутая вслед рука. Как все это началось? Также, как и закончится — паршиво. Совесть — едкая штука, имеет дурное свойство напоминать о себе. Две недели минуло с момента выбора Разведки, две недели осталось до роковой вылазки. Тренировки, непринужденно-серьезная атмосфера, все крепятся из последних сил. Две недели. Сколько жизней пожрет Марлия в этот раз? Плана у Фишер до сих пор нет. Армин не спешит сдавать, но что-то однозначно понял: не цеплялся больше с возвращением Ханджи несуществующего яда, а Йегер… Йегера могут и, вероятно, сумеют выкрасть. Фишер осознавала, что так легко может прошляпить Эрена, стоит объявиться Бронированному. Скорость не поможет, если враг схватит того. Что она сможет сделать против брони? Доспех удар на полной скорости о ворота не смог покорежить. Из пушек стреляли, так снаряды, по словам, отлетали! Хотя… возможно, места сгибов конечностей не защищены, иначе бы туша просто не смогла двигаться, но кто знает. Может, броня на все тело как эластичная кожа. В таком случае максимум, что сможет сделать Охота — это отвлечь на себя внимание, пока Эрена спрячут свои. Принять жертву на себя, а дальше ноги в руки, из шеи вон… О-опс. А «вон» сделать никак, следовательно, и «уносись на УПМ» не будет, пока Бронированный тушу Охотника на землю пробует завалить. Но Йегер… Йегер был тем самым парнем, с которым ранее от слова «совсем» не приходилось адекватно общаться, и сейчас этот человек недоуменно обернулся, вызвав в том числе удивление Петры с Гюнтером, что шли рядом. То, что она задумала — безумие чистой воды. Намекнуть на предстоящую атаку, подсказать, как призвать ее титана, чтобы он знал точные координаты места нахождения Эрена… Боже. Наверняка вскоре придется впопыхах собирать монатки и перелезать Стену, ища несчастные остатки хижины в огромном… лесу. Причем две Стены придется перелезать, за Розой ведь Мария! Навряд ли Шадис приютит у себя чудовище. Будет ли Эрен молчать, догадавшись?  — Можно подойти к ней? — Йегер дернул плечом, посерьезнев на глазах. Петра что-то невнятно бросила в ответ, но Эрен решил на свой страх и риск приблизится к Фишер. Не каждый день услышишь от ненормальной оклик самого себя, но что ей вдруг в голову взбрело? Столько лет почетного игнорирования существования друг друга и вот тебе… Если с Армином общается, пусть, он стерпит, в конце концов, Фишер всего лишь обычный придурок, но друг почему-то думает теперь о ней с улыбкой. Хоть какая-то польза от нее — Армин не замкнулся в себе от переживаний.  — Что ты хотела? — Я… — но брюнетка резко и неожиданно замялась. — Армин просил что-то передать? — Эрен напряженно всматривался в чужие глаза. Не похоже. Он не знал, что не так, но Фишер не вызывала ничего, кроме чувства дискомфорта и… отвращения. Что не трется где-то поблизости, то мерещится вонь и воистину демонические образы оленьих черепов, неясных знаков, но ни Армин, ни Микаса ничего подобного не замечают. Точно ведьма, то-то с Имир цапается — котел не поделили.  — Нет, — Элла нервно замахала руками, пытаясь собраться с духом и взять язык под контроль, дабы бы лишнего не наболтать. — Просто… Как ты?  — Я? — невольно вытаращился Йегер. Утро началось с перевернувшегося вверх тормашками мира. Фишер и поинтересоваться! — Н-нормально. Ты… не перегрелась, случаем? Может до медика сходишь?  — Ммм… Да. Эм. Ты прав. Возможно, просто… — резкое движение. — А ну стоять!!! — воскликнул Гюнтер, схватившись за лезвия, но Петра, хихикнув, выставила в бок руку, останавливая товарища: — Тише, пусть обнимет. Он сделал в Тросте слишком многое для всех нас, по-твоему, Эрена нельзя уже поблагодарить? Позади — безумная картина. Йегер в раз растерял весь грозный вид, обомлев. Фишер… Фишер нежно вцепилась в него. Обнимает?! Фишер? И меж тем совсем не сентиментальный голос, аки Шадис, шипел на ухо: — Только попробуй сдохнуть, сопля! Даже если покажется, что все плохо или за тобой бежит голодный титан — ори. Не можешь ничего сделать — ори. В кусты захотел и срань увидел — ори. Что угодно, но ори, не стесняйся. Все свои. Я потомственная ведьма, сил и духу пришлю! — отшутиться тоже не грех, но как бы боком не вышло. — Лес услышит, он всегда слышит. Я верю… Многие видели Хозяйку. Чем бы оно ни было, я молюсь ему, Мина рассказала, молись и ты, козлина! Не смей дохнуть, понял? Что бы не случилось — ори. Кто-то, да поможет из солдат. Не умирай! — помрачнел голос. — Только не теряй титана. Из-под земли достану и под роялем в паркете закопаю, если увижу расстроенного Армина! У тебя есть семья, есть за кого сражаться. Как бы больно не было и откуда бы не хлестала кровь ручьями — у тебя есть Армин, Микаса и вся Разведка. У тебя есть цель, дубина! Мы должны попасть за Стены и увидеть этот мир. Я тоже... — Элла смутилась, — хочу на море, понял? Борись, как бы не жрали и жарили зад. Не можешь бороться — ори, молись, делай хоть что, но не позволяй себя поймать в чью-то руку или пасть, а она непременно будет наступать по твои-то окорока — бдительности не теряй! — объятья также резко, как возникли, так и разжались, а руки грубо оттолкнули. Сердитая Фишер прошла мимо, отправившись прочь — на ненавистную кухню. Дело сделано, но весьма прискорбно и плохо — не сумела должным образом донести свои мысли, но дальше затягивать объятия нельзя. Сглупила. Вот почему, когда репетируешь в голове, все гладко, но стоит дойти до реальной речи — мыслей «вжух», и нет? Забыла, что и как хотела сказать, а теперь, когда вспомнила — поздно. Йегер похож на нее, но они разные. У них разные пути и попытки добиться цели, но они по одну сторону баррикады. Ненависть к Маре поугасла: там тоже живут обычные люди, их нельзя винить. Во всем виновато государство и пропаганда дьявольского острова. В первую очередь, бороться надо с системой, а не с невинными людьми. Зато Эрен окончательно убедился, что Фишер поклоняется отнюдь не богам религий. Но она кое-как сумела сказать ему про кровь… Только тот, разумеется, кажись… да вообще ничего не понял или же не обратил внимания. Хоть бы и сам знал, инстинкты должны же быть, но если у такого их нет? Попытаться стоило, но щеки пылают красным. Она хотела помочь, сказала важные вещи, но подействует ли хоть что-то? Эрен знает о крови и цели? О лесе теперь точно знает — оскорбился. Спину тяжелым взглядом сверлит. Такое палево! Неприкрытое, стыдобища. Будь Армин титаном, он бы понял весь скрытый смысл, раскусил бы.... Отчаянный поступок загнанного в угол шифтера. Плана по-прежнему нет. Как бежать с поля боя и на нем же появляться целой — только панталоны Шадиса знают. Нет, варианты есть, но все рисковые и ненадежные. А сила… Это пугает. Какой приказ на охоту отдавать? Какое число голов? За Розой тьма титанов! Фишер не знала сможет ли дважды или трижды за день перекинуться, а если нет? Что тогда? А если она наоборот назовет слишком огромное число? Тогда не сможет вылезти из шеи титана! Назвать добычей шифтера? Самоубийство. Они тренированы должны быть, хорошо знают своих титанов. Поймать будет не так-то просто, если вообще возможно на данный момент. То есть, опять же, возрастают риски застрять в шее титана по гроб своих дней. Не факт, что она морально сможет пересилить себя, истребив указанное число обычных титанов. Но… застрянь она, что делать? К кому идти за помощью? Можно, в принципе, показаться на люди громадой титана вблизи селений, это бы вывело из себя того самого Помощника, ему бы пришлось помочь еще раз непутевому созданию, но нужно быть реалистом: все солдаты слетятся ее извести. Начнется лютая паника: от титана, что Стены способен преодолевать, не спастись. К тому же, он «бессмертен», ведь его убили! Или солдаты с правительством лгут, что убили. Тут такое начнется, покажись она кому-то на глаза!

***

Фишер явилась на кухню, хлопнув громко дверью — забыла, что ту здесь придерживать нужно, ударяется слишком грохотно. «Родные апартаменты». Но в этот раз по очереди дежурства… уже пятого или седьмого за две недели! Без определенной лысины, стряпавшей характеристику на каждого, не обошлось, а всего-то стоило научиться сносно готовить из-за постоянных наказательных рейдов на кухню. Сейчас еще сосед по чистке овощей или готовке нагавкает, а как иначе? Смылась, кинув все на него, когда он и прийти не успел. При том, хорошо хоть, что не с середины ночи вместе сидят — вчера вечером щедрые дежурные души каши на утро наварили, не убрав в охлаждающее помещение, так что вся Разведка давилась подпорченной пресной жижей. На кухню вползать с утра лично Фишер пока не приходилось — влетит сейчас по щам за это. Слишком долго пыталась выследить Йегера и подловить момент, чтобы сейчас быть нервной клушей. А вдруг сюда уже бежит капрал? Соседей оказалось двое: Криста и Армин сидели рядом друг с другом, притащив пару ящиков и разбираясь с овощами. Сперва не сразу и смекнешь, что это не в глазах двоится. — Ого, — вырвалось у Эллы. — Вы бы волосы еще как-то похоже зачесали… Я, вроде, не пью, а в глазах двоится! — Не правда! Мы не похожи!— довольно жизнерадостно отозвалась девушка, слегка напугав задумавшегося Арлерта. — И доброе утро, Фишер. Надо же. Не влетело. — О, Фишер! — Мина выползла откуда-то со стороны хранилища, еле удерживая несколько мешков муки, часть из которых тут же перекочевала в руки Элле. — Спасибо.  — Нас четверо? — прозвучало, словно научное открытие. — Конечно, идея кашу отварить на утро хороша, но как мы вчетвером на весь корпус обед-то наготовим?!  — С нами Райнер… эээ... был, — подал голос Армин. — Но он сказал, что ему нездоровится. На замену никто не приходил.  — Райнер? Сбежать? Его точно не выкрали работорговцы? Или капрал в качестве пополнения запасов мяса? — Я даже могу предположить, почему ему плохо, — тактично доложила Каролина, хитро глянув то на Кристу, то на Фишер. Криста же тихо хихикнула, но смутилась, заметив взгляд Мины и Эллы. — Я на хлеб, да? — Фишер пробежалась глазами по кухне. — Но это нереально! Нам чирикаться здесь до самой смерти. Даже в Кадетском корпусе по десять, а то и больше голов дежурили! — Надо бы поживее, но сегодня капрал Леви злой: кто-то… — Каролина кашлянула, — нагадил под его дверь. Не хотелось бы попасть под горячую руку с просьбой удвоить число работников. Командование ищет виновного. Ужас какой-то, — согласилась Мина. — Кхм, точно. Ребята быстро гору очистили. Надо резать бы уже и жарить. — Надеюсь, не гору какашек. И надо было Эрену сразу титаном гадить, — донеслось от поперхнувшейся следом Эллы.  — А если не хватит? — Криста, не обращая внимания на неудавшуюся шутку, убрала мешающуюся челку.  — Вчетвером на целую роту? — все продолжала гнуть Фишер. — Они свихнулись? Почему нас четверо сегодня? — Ты забыла? Сегодня будут более активно и приближенно к реальной миссии тренировать, объясняя некоторые нюансы… — Армин виновато развел руками, испугавшись — про нож совсем забыл, но Криста уже встала и отошла. Тренировка… А ведь из головы с этой кухней уже все вылетело! Кухарка она или кто? Тьфу ты! Солдат она или кто? — Да ладно, — буркнула Фишер, поспешно нацепляя фартук. — Они что, издеваются? А мы, значит, на кормежку титану, что ли? — Так еще же будут объяснять и показывать не раз, сложно все равно точно понять такую сложную операцию. Что-то всегда пойдет не по плану, — Мина, как пчелка, летала по кухне, быстро доставая и через силу перетаскивая большой чан, в который по размеру можно смело сесть: хватит, наверное, под тесто. Вторые руки помогли перетащить значительно быстрее и без лишнего шума по полу, но Элла в разы насупилась. Ее собственного плана, касательно титана, нет. Как начинаешь думать, так либо полный бред и фигня посещают мысли, либо полностью пусто в голове. Райнер, не будь дурак, ясно куда ноги сделал. — Я попрошу Имир все подробно рассказать, — Криста печально улыбнулась. — К тому же, она скоро вломится к нам сама на подмогу… — Охотно верю, — Мина быстро таскала «бадейки» воды к чану. Молока нет, это ценный пищевой ресурс, так что надо делать все на воде, но к этому давно уже привыкли. А жаль, может быть, удалось бы сделать какие-нибудь миниатюрные булочки повкуснее, будь доступ и к сахару, но здесь получится обычная почти безвкусная капля хлеба. Фишер тем временем копошилась все в фартуке, пытаясь прийти в себя: — Я понимаю, что кто-то же должен дежурить, но… Это же вылазка за Розу! Почему здесь сидит не капрал как самый просвещенный? Новобранцы же будут просто мясо, если ничего не поймут или что-то не допоймут, будь хоть трижды «безопасное» движение! — Ну, пожалуйста, возьми свои слова обратно, — взмолилась и заканючила Каролина. — Если сюда придет на помощь капрал, то это будет просто тотальный… Армин вздохнул, откладывая нож. Надо объяснить, почему капрал не может здесь сейчас быть, но к обсуждению подключилась Криста, все три девушки просто напросто заваливают слух потоком слов, игнорируя его. Фишер изрядно недовольна — ее можно понять, к сожалению, настоящих титанов вблизи боя она не видела, спешит впитать в себя как можно больше информации, но… Это Фишер. Порой с ней невозможно спорить.

***

Кое-как разобравшись с готовкой впритык, усталый Армин тихонько вышел с кухни на улицу, замирая на месте: на ступеньках сидела Велма, завороженно разглядывая капающую с пальца алую кровь. Под предлогом «подышать» она сбежала минут пятнадцать назад. Кровь из достаточно глубокого пореза стекала по ладони, капая на ступени. Фишер, о чем-то думая, словно бы указывала пальцем на солнце, стремилась куда-то, мечтала, любуясь картиной. — Фишер! — однако, идиллию разрушил подскочивший с боку Арлерт. — Ты чего удумала? Зачем ты порезала себя? Могла бы просто сказать, что больше не можешь работать, все же по-разному температуру выносят!  — А, это ты... — первая странность — безжизненный голос. — Уже закончили? Что ты там говорил? Такая маленькая царапка, а столько проблем, — девушка тяжело и устало вздохнула, жестом отказываясь от незамедлительно пожертвованного платка. — Что значит «нет»? Ее промыть нужно скорее и остановить кровь! Велма, это не шутки! А если инфекция?! — Армин, если тебе полегчает, то я который год пускаю себе кровь, — Фишер обреченно мазнула взглядом по панораме неба. — Это… успокаивает меня. Словно я в безопасности. Меня никто не обидит так. Ты уже понял, просто молчишь, пугая меня, но не волнуйся. Я со времен первого года обучения колупаю все царапины из-за паранойи, где бы я не была. Но это можно контролировать, я же не Эрен. — Колупаешь? Но не режешь ведь себя! — Арлерт настойчиво протягивал платок. — Тебе нужно ее срочно промыть, Велма! И колупать ничего нельзя. Это может плохо обернуться, вплоть до гангрены, если туда что-то попадет! Элла вздохнула, здоровой рукой почесав макушку. Играть по правилам Армина? Хорошо: — Я же не в навозе раненой рукой копаюсь. Может, я проверяла не титан ли я. Знаешь, Эрен же как-то так это и делает. — Это не смешно, Фишер! То, что слух вышел за пределы элитного отряда и очевидцев, не значит, что каждый может обращаться в титина! — А каждый здесь и может. Значит Эрен знает о крови и цели. Элла здоровой рукой приняла платок, которым пришлось повязать волосы Армину при готовке, но не подумала пачкать в крови белую вещь. — Спасибо. — Велма! — Ведьма? — невинно парировала она, подминаясь на ноги. Никогда не надоест так отзываться. — Ладно, успокойся. Я схожу промою и вернусь. Заодно бинт из аптечки возьму, а не платок угроблю. Как стоило заметить, Фишер любила сидеть на ступенях в тишине, думая о чем-то своем. Арлерт же устало бухнулся на эти самые ступени, опуская голову и плечи. Это… кошмар. Слишком тяжело и жарко работать на кухне, постоянная варка или жарка чего-то, печи выпекают хлеб, а тут и времени почти нет. Становится дурно, а ноги гудят, не сходить даже в туалет или же выпить толком холодной воды. Постоянно нужно суетиться и бегать, что-то снимать с огня, что-то резать и закидывать в воду или что-то замешивать. Как Фишер переносит все это? Она ведь не всю жизнь исключительно в подсобке на очистке сидела, а зачастую готовила на кухне. Уж кто, кто, а она здесь, как в своей воде. Но, возвращаясь к крови, зачем она себя ранит? Признаться, Армин узнал о мании девушки к крови только сейчас. Ни один человек в здравом уме не будет наносить себе мелкие царапки, это ведь ничем не успокоит, только лишь повысит шанс что-то подцепить! Фишер часто несет безумные или нереальные вещи, ее невозможно воспринимать всерьез, хоть та и растеряла половину своего дурачества. Тем не менее, почему она несколько мгновений назад странно смотрела на кровь? Человек в теле титана? Хотела быть титаном, как Эрен. Армин подавленно посмотрел на свой палец в том месте, где у Фишер был порез. Не все люди, как Эрен. Он один такой на их стороне. Наверняка Элла мечтала помочь, как-то пыталась настроить, внушить себе, что она тоже способна на превращение, но раз за разом сталкивалась с тем, что совершенно обычный человек. Не хочется верить, что она на самом деле предатель-титан. Есть очень весомые подозрения, но не хочется верить. Как она не может понять, что быть обычной… это нормально? Все три года Фишер спешила выбиться из общей картины, но зачем? Странно только, что Фишер по ее же словам третий год, как втихаря ранит себя. Это болезнь. Или паранойя с отсылкой на нечеловеческую сущность.  — Но если серьезно, — Элла вернулась, на ходу бинтуя рану, — то как Эрен в титана превращается? Ты не знаешь, случаем? Очень надо знать. Прямо умоляю, как надо знать! Улыбка. Милая. Обворожительная. Как она это делает? Все девушки как-то это делают. Арлерт отвернулся, пряча пунцовые щеки. Да уж. Все девушки мастера допроса, когда им надо. Армин еще раз тяжко вздохнул.  — Знаю… примерно. Он дважды при мне больно себя кусал так, что кровь шла. Он хотел выбраться из титана, защитить нас, поднять валун. Он что-то хотел сделать. — Значит, мне надо было себя кусааать… Вот как, — Фишер задумчиво бухнулась на ступени рядом с пареньком. — А то я все еще надеюсь, что я титан. Что б ты тогда делал, а? А то Пиксис мечтает жениться на титанше! — Собирал бы кухню по кирпичику. Превращение все равно, что взрыв, — без шуток ответил Армин. И почему не удается его разговорить? — Хоооо? Тогда я сразу пошла к самой большой подсобке со швабрами коротышки, — Элла оскалилась, хитро преподнося здоровую ладонь ко рту и готовясь встать. — Хватит! — перебил Армин, которому в мгновение ока стало не по себе. — Ты не титан! Пожалей, пожалуйста руки! У нас две недели тяжелых тренировок. Армин. Уклоняется, не сдается. Не хочет признавать или же считает обвести вокруг пальца, чтобы поудобнее сдать? Или… Боится? — С чего бы тебе точно утверждать насчет титанизма? Эрен же ранее тоже не был титаном в ваших глазах! — Потому что ты бы наверняка обратилась уже, а от нас мокрое место осталось, — Арлерт на глазах опечалился. — Можно тебе кое-что сказать, Велма? Но только если ты никому не скажешь. Мне иногда кажется, ты и сама что-то знаешь. Я о своем даже… доложить об этом нормально не могу. — Хм? — брюнетка, чутка посерьезнев лицом, все равно бросила оптимистичным голосом: — Надо же… еще один человек хочет поделиться со мной секретной техникой подтирания зада, но на сей раз наяву, а не во сне… Нды. Не густо. У меня однозначно самые дурацкие сны из всех возможных: инстукторы в платьях, Йегер — русалка на швабре, капралы с молотом войны, лисы летающие, Жан с сиськами, расчлененка… Пора бы чемоданы в дурдом собирать! И вот попробуй докажи, где приврала, а где нет. Тем более, для Армина главный страх Фишер — Молот — прозвучал чем-то вроде эпичного описания сна. Не знает о нем и не может знать. Воистину, нет ужаса страшнее, чем шифтер Леви. Арлерт пропустил это мимо ушей, оглядевшись по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии лишних ушей, и прямо, без ходьбы вокруг, да около заявил: — Хозяйка все еще жива. Это не миф, а аналогичный перевертыш. Брови Фишер взметнулись вверх, из груди же вырвался удивленный присвист. — Как догадался? — Что? — Армин округлил глаза. — Ты тоже об этом думала? Мне не показалось, что ты знаешь то, чего даже я не понимаю?  — Возможно, — Элла встала, разминая шею, и уперла руки в бока. Вид оптимистичный, будто о цветочках речь идет, а не о серьезных вещах! Ох уж эта Фишер. — Нужно как-то донести это до командующего Эрвина, но у меня мало фактов, просто… Мне показалось, что она вела себя, как Эрен в безумии, когда потерял контроль над титаном и до момента возвращения штаба. Но она оставила в живых меня и Мину! Если я прав, она сбежала из шеи титана, когда Эрен пробил стену дома. Надо бы поискать улики, но жители вернулись в Трост. Там сейчас полным ходом идет восстановление города. Наверняка уже не отыскать ничего, но я считаю, что Хозяйка может быть где-то рядом… — Арлерт нервно дрогнул. — Мне кажется иногда что-то, этот запах… Он был на площади, когда велась презентация Разведкорпуса, — парень умолчал про галлюцинацию. — Возможно, она солдат. Новобранец или кто-то из Разведки — запах мерещится мне и здесь. Я не знаю ее позиции, не знаю точный настрой. Было ли то безумие или она умышленно так себя вела. До попадания к ней в пасть я не чувствовал этого запаха, а сейчас чувствую. Мне не забыть его. — Да… — Фишер потерла виски. — Маловато для доказательства. «Кажется» не значит на самом деле. Мерещиться всякая срань может, Армин. Я вот как ночью подзюрить иду, мне черти всякие по углам машут. — Постой, пожалуйста, — продолжил свою теорию Армин. — Круг поиска можно сузить. Я и Мина остались живы, в то время, как много ребят, — парень замолк, не договорив. — В общем, я думаю, что она из нашего Кадетского корпуса. — Знаешь… Ты не перестаешь меня удивлять, — призналась Элла, украдкой разглядывая бинт. — Я бы не додумалась, кто угодно мог пощадить, вбреди ему что-то в голову. Вот правда. Может ты ей приглянулся? Порадуй деда Пиксиса. — Нет, — Армин на полном серьезе посмотрел на Фишер. — Но она хотела унести меня с поля боя еще раз. Мы знакомы, понимаешь? — Понимаю, — отчего-то бесстрастно ответила девушка, пугая интонацией. — У Колоссального титана тоже были знакомые мне глаза. Он извинялся. Армин сильнее вздрогнул, отшатнувшись: — Ч-что? — Да… Ты разглядел Дьявола, а я знакомого, но я не могу точно утверждать кто. Он был похож чем-то на Марко или Берта, но в то же время я бы могла сказать, что это абсолютно кто угодно. — Я сперва думал на Энни, касательно Хозяйки, — скромно признался Армин. — Или… на тебя, но тебя снесло с Розы, а рана на голове так и не зажила, не говоря про то, что много твоих свидетелей дотащило тебя до лазарета при бунте. Рана бы зажила — у Эрена при обращении отросла рука и нога. Фишер цокнула, тронув корочку болячки на виске.  — Ну… Я даже не знаю, что сказать. — Не обижайся, — Армин грустно уткнулся взглядом в ступени. — Но я не могу поверить, что это может быть Энни или кто-то еще. Тем более, Энни уже в военной полиции, а здесь все еще пахнет. — Оригинальный способ назвать кого-то вонючкой. Мда. Прямо поклон в пол и минус самолюбие, — девушка потерла переносицу. — А если бы это действительно была я, что бы ты делал? — Я? — Армин ненадолго замолк, растерявшись. — Наверное, попытался бы склонить на нашу сторону, Эрену нужна помощь… Я верю, что теперь мы сможем когда-нибудь увидеть море, но Колоссальный и Бронированный… — Смотри шире, — нехотя отозвалась Фишер. — Колосс и Бронированный появились вместе, значит должны и в человеческой форме держаться друг около друга для надежности. Чужих к своему дуэту не подпустят — есть шанс проколоться. Они словно не от мира сего. Им должны быть чужды Стены, они держатся друг за друга, ведь другой поддержки у них нет. Я знаю несколько таких парочек выпускников, но с той же вероятностью Бронированный — я, так как я постоянно трусь около всех. Я бы… Мне было больно тогда, на Розе. Колосс… Он был слишком похож на Марко, пусть и немного другие глаза. Армин обомлел: — У Хозяйки и Эрена вообще неестественного цвета глаза блестели! Погоди. Тогда получается, что Бронированный титан — это Жан? Но Марко умер к концу нападения... Хотя, постой, тут есть логика! — пораженно воскликнул Арлерт. — Жан не хотел, чтобы мы вступали в Разведкорпус! Он был всегда подле Марко! Фишер вытянулась в изумлении. Жан? Титан? Смешок застрял в горле. А что же тогда сразу не Женская особь? — Армин… Полегче, что ли? Я все понимаю, но не рановато ли делать точные выводы? Я могла ошибаться. Прости, но это все равно, что ты пойдешь и сдашь меня сейчас Эрвину, уличив в титанизме только за «что, если?..». — К сожалению, мы все равно так просто не сможем ничего никому доказать и… Я понимаю тебя. Жан твой друг. Мне Хозяйка, — Армин сглотнул. — Она вызвала такие же эмоции, как если бы это была Микаса. — Хм. Неужто это Микаса? — Нет, правда. Я бы не хотел, чтобы она была врагом, все же она перебила титанов и спасла меня и Мину. — Не всех титанов перебила. Мне грохот пушек отлежаться мешал. — Она устала. — Но это не оправдывает ее за жестокость. — Но я верю в нее. Фишер пораженно цокнула, в чем-то сдаваясь: — Армин, ты так говоришь... После этих слов я не перестану жрать твой мозг, но что, если Хозяйка — Я? Тогда, пожалуй, я должна быть в тупике и загнана в угол. Если Колоссальный и Бронированный — мои друзья, я не смогла бы занять чью-то сторону. Кем бы они не были, я хочу, чтобы они одумались и посмотрели поверх своего привычного мира. За морем — Ад, поверь. Это пекло из притеснений и унижений. Я тоже… — горькая правда, — притесняла когда-то людей. Пекло, где тебя могут казнить и лишить разума только за то, что ты вышла на улицу без повязки. — Я все же надеюсь, что за морем скрыт неизведанный для людей мир, — робко предположил Армин. — Я хочу его увидеть, каким бы он ни был, но я не могу отрицать твой вариант. Я не знаю, что находится за морем. Никто не знает. Фишер горько усмехнулась.  — Там очень красиво. Есть много-много различной суши и прекрасных мест.  — Я тоже так думаю, — слегка улыбнулся Арлерт.  — Знаешь, — Элла нашла силы чуть-чуть приоткрыть душу. — Пожалуй, я бы пошла куда угодно за тобой изведать этот мир. Я… очень хочу увидеть все там. Странные долины, другого цвета воду, животных, которых тут нет, еще раз море, высокие горы. Я хочу увидеть реки, которые текут меж этих гор и сплавиться на них на лодке… Та еще, наверное, тошниловка. Но Армин вдруг резко сжался, испуганно поддавшись назад и широко раскрыв от ужаса глаза.  — Фишер…  — М? — отвлеклась от мыслей Элла. — Ты… т-ты про море говорила! — Ну да, — растерялась девушка. — Я бы хотела увидеть, что это. — Но ты сказала, что хочешь увидеть его еще раз. Голубые глаза девушки расширились вслед, а Фишер попятилась. Язык! Заговорили! — Я… мне оно приснилось… — ломанные объяснения. — Белое-белое такое… Как молоко. И густое. Да… Мне много, что снится. Не бери в голову. Там всякое… Титано-лисы летающие, твари с двумя головами, Жан — баба, размером с дом, чей-то сортир и парень с техникой подтирания зада, о которой мир не знает! Месиво всякое… Петра же не дракон, да? Вот-вот. Я… меня сильно зацепили твои слова там, на полях. Вот и наснилось. Мне бы полечиться где-нибудь, что-то сны пошли не те, что надо. Армин молчал, а Фишер с чего-то захотела наоборот заколупаться в ложь, выстроить из нее стены вокруг себя. Хотелось признаться, безмерно хотелось, но это… Ничего ведь назад будет уже никогда не вернуть. Армин узнает, что она чудовище и никогда не забудет. Будет смотреть с болью и жалостью, считая ее срок. Тем паче, титана могут отнять. А если он доложит — тогда могут вообще убить люди или на цепь посадить. Она знала, в каких условиях содержат Эрена. Подвал. Сырой и холодный. Его не считают за разумное существо в чем-то. Словно зверь.  — Извини, — Арлерт устало потер глаза. — Похоже, я очень устал и переневничал. Думаю на всех и всех боюсь. Но я бы и правда хотел отправиться с тобой в путешествие.  — Я бы тоже, — усмехнулась Элла, готовясь собирать мешки вещей и уносить ноги из Разведки.