Mad world — Безумный мир

So a day when you've lost yourself completely, Could be a night when your life ends Such a heart that will lead you to deceiving, All the pain held in your Hands are shaking cold, Your hands are mine to hold Speak to me, when all you got to keep is strong Move along, move along like I know you do And even when your hope is gone Move along, move along just to make it through, Move along -All American Rejects

Волан-де-Морт, Северус и Драко смогли спасти тело Харрисона, погрузив его в целительную кому, пока он не будет здоров достаточно, чтобы проснуться. Ему сделали капельницу, внутривенно вводили питательные растворы, чтобы стабилизировать его, питательные, лечебные и бодроперцовые зелья, а также невероятное количество стабилизационных заклинаний. Результат? Его муж жив. Волан-де-Морт решил тихо объяснить, что произошло.

~ о ~

Он осторожно вытащил светящуюся белую сферу из своей груди, прижимая ее к себе, как если бы она была для него самой драгоценной вещью на земле. Может, так и было. У них с Харрисоном были странные отношения. Том мягко прижал светящуюся белую штуку обратно к груди подростка. Тот исчез в Гарри.

~ о ~

- Когда Гарри умер, я захватил его душу и удерживал ее внутри себя. Поскольку он мой крестраж, наши души совместимы, поэтому я смог удержать его в безопасности. Как только я привык к его душе, я сломал крестраж, медальон, который он носил, и заставил его сущность превратиться в жизненные силы. Теперь, когда у тела достаточно энергии, я вернул душу туда, где она и должна быть, и теоретически Гарри проснется, когда будет готов, - он объяснил, проведя рукой по щеке Харрисона. Глаза Эдварда были широко раскрыты, он не мог даже понять сложность душ, крестражей. Это было похоже на какую-то научную фантастику, паранормальщину. - Когда он будет готов? - тихо спросил Карлайл, входя в комнату. Они не сомневались, что он слышал все объяснения. - После такого рода… операции разуму обычно требуется время, чтобы упорядочить информацию. Перемешать воспоминания, мысли, эмоции и подобное. Харрисон всегда был очень глубоким человеком, - Волан-де-Морт легко объяснил, проводя рукой по клавишам пианино у окна, по-видимому, погруженный в собственные мысли. Он взглянул на Эдварда, который держал на руках спящую Лили Ану. До сих пор он отказывался отдать ее кому-либо, к большому разочарованию девочек. Том шагнул вперед и легко забрал ребенка из рук вампира, чем заслужил возмущенный взгляд и защитное рычание потрясенного отца. Его багровые глаза смотрели на ничего не подозревающего младенца, и он легко провел пальцем по ее щеке. - На этот раз я сделаю все правильно, обещаю, - была слышна его клятва, произнесенная шепотом, прежде чем он унёс малышку вниз, к остальным Калленам. Эдвард обнаружил, что разрывается между тем, чтобы остаться со своим мужем, находящимся в коме, и тем, чтобы спасти свою дочь от удушения. Северус закатил глаза и отмахнулся от него, а Драко ухмыльнулся вампиру, как будто он только что увидел что-то невероятно комичное. - Иди, чрезмерно заботливый кретин. Я немедленно сообщу тебе, когда Гарри подаст признаки пробуждения, - настоял мужчина, проверяя состояние своего пациента. Он кивнул и быстро последовал за Темным Лордом, морщась от разного рода воркования и агуканий, доносившихся из гостиной. Прошло еще двенадцать часов, прежде чем его истинный, наконец, открыл глаза.

~ о ~

Я чувствовал, как меня тянет вперед, словно неумолимый прилив. Пора просыпаться? Почему не сработал мой будильник? Я вздрогнул, когда открыл глаза, матерясь. - Мистер Поттер, такое поведение неприемлемо. Десять баллов с Гриффиндора. Что за черт? Я как можно быстрее сел в постели, прежде чем со стоном плюхнуться обратно. Мое тело болело. Северус презрительно фыркнул, хотя я видел облегчение в его глазах. - Вы только что родили и воскресли, идиот. Вам нужно какое-то время оставаться в горизонтальном положении. Помимо этого, я не собираюсь спрашивать, как вы оказались в таком состоянии. Я не думаю, что хочу это знать. Приятно видеть вас снова, мистер Поттер, хотя я бы хотел, чтобы это произошло при более... распологающих обстоятельствах, - сухо сказал мужчина. - Я тоже рад вас видеть, профессор. Мастер зелий кивнул и направился к выходу. - Я позову твоего мужа и Темного Лорда. Несомненно, они заняты, пытаясь защитить вашу дочь от бешеных родственниц. Он ушел с ухмылкой, и я сел ошеломленный, боль в моем теле, наконец, прошла. Моя дочь... Почему я остался жив? Лили Ана… Она выжила? Тогда почему я здесь? Я должен был быть мертв! Эдвард забежал в комнату, его взгляд сразу же упал на меня. Мы долго смотрели друг на друга, оба не решались в это поверить. Вдруг меня схватили на руки, он держал меня и рыдал. Я тоже плакал, цепляясь за него, как будто он был всем, что у меня было. Как только Том вошел в дверь с моим ребенком - моим ребенком! - на руках, я понял, что это он спас мне жизнь. Я одарил его ослепляющей улыбкой, потому что он, казалось, опешил перед тем, как передать мне мою девочку, как только Эдвард уложил меня обратно. - Я не знаю, что ты сделал, Том. Мне на самом деле все равно, но… большое тебе спасибо. Теперь я в долгу перед тобой, ты же знаешь, - сказал я, чувствуя себя счастливым оттого, что наконец держу на руках свою дочь. Темный Лорд отмахнулся от меня, но оглянулся с ухмылкой. - Мы можем обсудить это позже, - его глаза блеснули, глядя на нас троих, - я все еще хочу, чтобы ты был моим супругом. К моему удивлению, Эдвард напрягся, но не набросился. Казалось, эти двое привыкли друг к другу, если не заключили некое перемирие, пока я был… эээ… не здесь. Теперь я - Мальчик-Который-Выжил-Дважды? Я покачал головой. О Мерлин! У меня действительно теперь будет шанс побеспокоиться о том, какое влияние я оказал на моего ребенка! Я посмотрел на малютку и почувствовал прилив такой сильной любви к ней, что не мог сдержаться. Мне казалось, что он вырвется из меня, выпрыгнет из моей кожи. Ана идеальна. Ее изумрудные глаза смотрели на меня, и мне показалось, что я вижу улыбку на ее маленьких розовых губках, когда она махала мне своими пухлыми ладошками. - Привет, детка. Привет, моя маленькая Лили, - мягко сказал я с широкой улыбкой на лице. Ее маленькая ручка сжала мой палец, и я заплакал от счастья. Я приподнял одеяло и стянул с нее один из крохотных розовых носочков. - Смотри, Эдвард! Десять маленьких пальчиков! Она вся здесь! Она в порядке! - плакал, не в силах перестать ухмыляться, как маньяк. Он рассмеялся, прежде чем втянуть меня в поцелуй.

~ о ~

На следующий день я смог встать с постели и через три дня выбрался из инвалидной коляски. Каждый момент бодрствования я проводил со своей теперь значительно большей семьей. Я плакал от чистого счастья как минимум четыре раза. Зелья, которые я тайно заказал, прибыли быстро, и я смог отдать их девочкам. Они были, как и предполагалось, ошеломлены, но счастливы. Розали не могла говорить целых двадцать минут, просто безмолвно глядя на бутылек, прежде чем ее тело начало трястись от эмоций, и она обняла меня невероятно сильно. Я кормил Лили Ану из бутылочки и улыбался. Эдвард сидел рядом со мной и смотрел, как я кормлю нашу дочь. Я был так увлечен, что даже не понимал, о чем идет разговор, пока ко мне не обратился муж. - Я хочу, чтобы ты снова начал есть. - Это замечательно, Эд.. Что? - спросил я, глядя на него внезапно ошарашенно. - Я хочу, чтобы ты набрал вес, - он сразу уточнил. Я нахмурился, перекинув Лилс через плечо, чтобы помочь отрыгнуть. - Нет. Мне нужно потерять больше веса. Его глаза не потемнели, он не хмурился и не повышал голос. Он оставался очень спокойным. - Харрисон, ты слишком худ. Ты умер и почти забрал с собой Лили. Ты этого хочешь? Ты хочешь провести всю свою жизнь, становясь все хуже и хуже, все слабее и слабее? Ты хочешь, чтобы Лили увидела это? Ты хочешь, чтобы это было ее ярким воспоминанием в её жизни? Ты хочешь, чтобы она поступала так же с собой? Его голос был мягким, нежным. Мои губы дрожали, и на этот раз мои слезы не имели ничего общего с радостью. Он был прав. Я чуть не убил свою дочь. Я был в порядке, когда на кону стояла только моя собственная жизнь, но ее… Что, если бы я навсегда погасил эту прекрасную жизнь? Я был бы жив, но мы с Эдвардом никогда не были бы прежними. Я знаю, что он все равно будет любить меня, но на каком-то уровне он будет винить меня в смерти Лили. Я бы тоже винил себя. - Нет... Я не знаю, смогу ли я это сделать, Эдвард, - сказал я, мой голос дрожал от подавленных эмоций. Я просто хотел понравиться себе. Неужели это так плохо? Почему я должен был ненавидеть себя, чтобы быть здоровым? Однако я посмотрел на своего ребенка, мою драгоценную драгоценную девочку, и перевел взгляд на своего мужа. Мой истинный, моя любовь. - Я помогу тебе... Я всегда буду рядом. Я плакал и, казалось, не мог остановиться.