Это судьба

Олег проснулся поздно, да он особо никуда и не спешил. Пары? Да к чёрту. У него вечером встреча с новым знакомым. Подготовиться же надо. Парень лениво потянулся и потёр глаза, сгоняя оставшуюся усталость. Интересно, что тот за человек вообще? Есть ли у них хоть что-то общее? Столько вопросов. Захочет ли он продолжить общение или оставит, как и все? Парень встаёт с кровати, смотрит в зеркало и отстраняется с горькой усмешкой, идёт в ванную. Он пытается любить себя, правда. Но разве может любить себя человек, который о любви только книги и читал? Друзья у Олега были до двенадцати лет, о них он и не вспоминает. Последний друг оставил его в пятнадцать. Его он будет помнить ещё долго. Сейчас он жил один, съехав от родителей достаточно рано. Круг общения сводился до женщины, сдающей квартиру. Неприятной особы с кучей претензий из ничего и своими тараканами в голове. Олег не привык к русским. Хоть мать и была из России, но не сильно выделялась прямолинейностью и грубостью по сравнению с японцами. Здесь же всё было сложнее. Но главное, что не дома. Не с родителями. Не со старыми знакомыми. Не там. Он счастлив, что теперь свободен от чужих мнений, принципов и стереотипов. Чтобы хоть как-то оставить навязчивые мысли, Олег включил музыку. Уже половина его любимых песен были на русском. Русский и японский рок во многом отличается, что уж говорить о популярной музыке. В какой-то момент парень решил, что будет весьма неплохо, если он посвятит часок-другой тому, что допишет новые песни и ещё раз повторит старые, которые написал уже несколько месяцев или даже лет назад. Он никогда не считал свои песни достойными, но разве это имеет значение, если наслаждаешься звучанием мелодии, ритмом, динамикой. А если разобраться, то смысл в песнях Олега был, притом довольно глубокий. Когда-то он действительно вкладывал в них душу, правда сейчас вдохновение куда-то улетучилось. Парень переехал в другую страну, поэтому любой бы назвал это событие отличным поводом написать песню. Большие перемены в жизни нравятся людям, но ведь это только тогда, когда они носят положительный характер. Что если всё на первый взгляд прекрасно, но на деле оказывается, что, по сути, оставляешь самое дорогое? Олег взял в руки чёрную акустическую гитару, обклеенную самыми разными стикерами, каждый доставался по какому-то поводу, каждый наклеен в честь какого-то события. Есть на деке и рисунки, которые, к слову, тоже были нарисованы им самим. Привычные аккорды, баррэ, которое мало-помалу внедряется в основную мелодию почти без пауз. Успехи в одном из важнейших жизненных начинаний всегда приносили ему радость. Сейчас парень слишком напряжён. Он то и дело смотрит на часы. Судя по времени, пары уже почти закончились, а значит можно попросить у кого-нибудь конспекты и узнать домашнее задание. Но и этого Олег делать не будет. «Вниз-вниз-вверх-вверх-вниз-вниз-вверх.» — шептал он, водя по приглушённым струнам, выбирая подходящий ритм для новой песни, к которой были написаны только стихи, — Нет, что если «вниз-вверх-вверх-вниз-вверх-вниз-вверх». Нет, такая уже была.» Время обеда пришло несказанно быстро, а Олег ещё не завтракал. Парень сильно экономил, так что поесть два раза в день — роскошь, а что-нибудь непресное стоило ещё дороже. Хозяйка квартиры разрешала готовить на её кухне исключительно 2 раза в неделю под её чутким руководством. Пользоваться приборами без контроля хозяйки на кухне тоже было нельзя. Олега теснили как могли, сдирая в месяц по пятизначной цифре, притом не самой маленькой, за то, что он тратит в точности определённое количество воды, света и газа, которое подвергается проверке по счётчикам через еженедельные визиты. Поэтому сегодня у Олега на завтрак-обед-ужин лапша быстрого приготовления, несколько роллов, оставшихся ещё со вчерашнего дня и энергетик. — Итадакимас.* *** Шесть пятнадцать утра, а Виталик уже в выглаженном костюме на балконе квартиры на четырнадцатом этаже многоэтажного дома пьёт крепкий цикорий, закуривая сигарету. Каждое утро начинается именно так с тех пор, как он приехал в Россию. Отец не разрешал курить дома, да и не хотелось особо. Быть примерным сыном сложно, но парень сумел. Свободно говорит на двух языках, корейском и английском, закончил одну из лучших общеобразовательных школ в своём родном городе. С тройками. Но закончил же. Было у него и музыкальное образование. Восемь незаконченных классов. Виталик нашёл свою старую тетрадь по японскому. Когда-то он и этот язык учил, но не срослось как-то. Прочитал пару страниц и закрыл, что-то проговаривая вслух. Затем сел за акустическую гитару с цветными струнами. Абсолютно белая и чистая, она была его любовью и гордостью, хоть Виталик её и не так давно купил, очень мало аккордов и приёмов умел играть, да и сам инструмент не был таким идеальным, каким казался. В баррэ на втором ладу струны дребезжали, лады царапались снизу грифа, краска неровно лежит в районе резонаторного отверстия. Это самые очевидные недостатки, остальные ещё им не были выявлены. Цветные струны добавляли шарм в этот скучнейший вид. Играть одни и те же пять-семь песен надоело быстро, а начинать новые желания не было. Зато, пришло осознание того, что слишком уж официально он выглядит для встречи с кем бы то ни было в неформальной обстановке, поэтому Виталик открыл шкаф в поисках чего-то повседневного. Всё, что ему удалось найти он надел на себя. Волосы отрасли слишком сильно, но как-то некогда их отстригать. Мать бы назвала это постыдным, сказала бы что-то по типу «Ты сам-то видишь что-нибудь?», но она не рядом. Хотя, пожалуй, сейчас он был бы с ней согласен. *** — Привет! — Олег идёт навстречу новому знакомому, который буквально с божьей помощью нашёл эту набережную снова. — Здравствуйте. — Виталик увидел его и тоже пошёл в его направлении. — Зачем так официально. Друзьям можно просто говорить «привет». — парень улыбнулся и поправил волосы. Почему Виталик только сейчас увидел его глаза? Ярко-зелёные, глубокие глаза, цвет которых не был свойственным японцам. Это наследство матери? А его улыбка… — О-ой! Витарику-кун! Аната ва доко? ** — младшего привели в себя щелчки перед глазами второго. — Извини… — Виталик вздрогнул и посмотрел на руку Олега, указал на неё, — Можно? — Но у меня ничего нет. — У тебя грубые пальцы. Ты играешь на струнных музыкальных инструментах? — А, это, — Олег протянул ему руку, — Да, я учусь играть на акустической, электро и бас-гитаре. — студент отвёл взгляд, когда второй рассматривал его пальцы, и опомнился только когда Виталик соединил их пальцы вместе. — Твои длиннее, — обиженно протянул младший. — Что? — старший одёрнул руку, — Это звучало странно. — Разве? Я тоже учился играть на акустической гитаре, но как-то плохо. Денег на занятия с учителем у меня нет, поэтому я решил забросить это. — Виталик засунул руки в карманы джинсов. — Правда? — Олег оживлённо поднял взгляд на него, — Давай как-нибудь поиграем вместе? — Серьёзно? Давай. — сказал Виталик с некоторой надеждой в глазах. Студент долго смотрел на спутника, но потом всё же решился заправить его чёлку за ухо: — Тебе так больше идёт. — Олег впервые увидел его лицо полностью. — Издеваешься? — второй поправил чёлку обратно. — Нет, серьёзно. У тебя красивый цвет глаз. Обычно у корейцев тёмные глаза, но твои такие светлые и ясные. Цвет некрепкого чёрного чая. Здорово… — сам смущённый своим неожиданным откровением, он отвернулся, будучи буквально уверен в том, что покраснел. Может, не стоило так сразу. — Твои глаза мне тоже очень нравятся. У твоей матери тоже зелёные? — парень улыбнулся ему, но вдруг на асфальт, прямо перед ними, упала пара крупных капель. — Нет, только не это. — его внимание привлёк дождь, который начался неожиданно и с каждым мгновением становился всё сильнее. — Давай сюда. — Олег взял Виталика за руку и затащил в ближайшее заведение. По счастливому стечению обстоятельств это оказалась кофейня, в которой они были вчера. — Привет, дружище. Вижу ты не один. — работник помахал рукой старшему, когда тот появился. — А, привет, Алекс-кун! Сегодня наконец-то твоя смена. Как твои дела? — студент подошёл к стойке с пирожными, где и стоял этот человек, младший последовал за ним. — Да уж, давно я тебя не встречал здесь. Мои дела прекрасно. Как твои? — Вчера встретил Виталика. Он кореец. Представляешь, он тоже теперь живёт в России. — Олег взял за плечи спутника и заставил сделать шаг вперёд, — Милый, правда? — Конечно. Приятно познакомиться. Я Алексей, но ты можешь звать меня просто Алекс. — работник дружелюбно улыбнулся. — Взаимно, Алекс. — парень поклонился в знак уважения и признательности. Алексей любезно предложил взять им любые напитки и десерты, какие они сами захотят за его счёт в честь встречи после долгой разлуки и нового знакомства. Он был настойчив и Олег согласился. — Ладно, ладно, хорошо. Давай тогда кофе с корицей и… Что ты будешь, Виталик? — он повернулся к парню, который с большим интересом рассматривал полки с десертами. — Только латте. Маленький. Если можно. — проговорил Виталик, не отрываясь от витрины. — Может, ты всё-таки хочешь эти фруктовые моти? — Алекс обратил на того внимание, когда его взгляд остановился на свежих сладостях. — Нет. Просто это красиво! — собеседник растерянно улыбнулся и слегка стянул на пальцы рукава кофты. — Я всё равно положу тебе несколько, попробуешь. Что насчёт тебя, Олег? Твои любимые данго тоже завезли сегодня. Будешь? — работник указал на третью снизу полку, где были красиво уложены упомянутые десерты. Студент ещё сомневался с полминуты, но в итоге согласился на это крайне щедрое предложение со стороны давнего знакомого. Впервые встретившись, Алексей с самого начала завёл интересный диалог, в котором рассказал о том, как стал гитаристом в одной городской рок-группе. Это была долгая история, одна из таких, в которых человек из обычного и затерянного в толпе становится успешным. У этой группы были тысячи, даже десятки тысяч фанатов, поэтому некоторые из них тоже знали место, где подрабатывал гитарист и приходили пофотографироваться и взять автограф. Однако, Олег был не из таких и о глобальной профессии при первой встрече не знал. Эта история, полная стараний и упорства поразила его. После долгосрочной адаптации к жизни в новой стране, данное событие стало толчком к новым начинаниям. Именно после этого парень купил свою первую гитару. Акустическую, чёрную, дешёвую, но любимую. Стал учиться игре. Пальцы задевали лишние струны, когда он зажимал аккорды, потом ещё и жутко болели, ноготь на указательном пальце правой руки стёрся чуть ли не до крови. Олег, также, чаще стал заходить в кофейню, взять несколько советов у Алекса. Тот, конечно, поощрял его тягу к музыке, старался помогать, с теорией в том числе, делал кофе с корицей и заказывал из городских кондитерских в кафе данго, которые, кроме студента, никто и не брал. Сегодня в кафе никого не было. День уже близился к концу, и тёмное от туч небо неумолимо чернело, провожая уходящее солнце. Стало холоднее, даже в самом помещении. Алексей принёс заказ к столику у окна, который заняли парни. — Угощайтесь! — он улыбнулся и удалился куда-то за стойку. Олег смотрел в окно, как-то суетливо стуча пальцами по столу, по-видимому, ожидая прекращения безудержного дождя. — Этот латте потрясающий! Надо заходить сюда почаще. — заговорил Виталик, заглушая нависшую тишину. — Мне тоже нравится кофе, которое делают здесь. Уверен, ты тоже полюбишь это место, — старший посмотрел на парня напротив, который, с небольшим беспокойством, в очередной раз поправил толстовку, — Дайджобу? *** — Да, всё хорошо. Просто редко носу такую одежду. — он поспешно отпил кофе, — А где ты учишься? — В аграрном техникуме. — ответил Олег. — Не знаю. Но интересно… — Виталик задумчиво посмотрел на стол, будто пытаясь вспомнить что-то об этом, но он действительно ничего не знал. Это рассмешило Олега. — Забавно. — парень снова сделал глоток горячего напитка, взял ещё одну палочку с данго, — Ты говорил, что играешь на гитаре. Умеешь ещё на чём-нибудь? — Я играл на фортепиано и балалайке. Мать отдала меня в музыкальную школу в четыре года. — Так рано. Какой у тебя диплом? — Олег заинтересованно смотрел на собеседника, но глаза второго бегали, тот был явно напряжён. — Я бросил музыкальную школу, когда был на вторая четверти восьмой класса. У меня нет диплома. Но учитель говорил, что мог закончить на красный. — младший с каким-то сожалением посмотрел в стакан, который уже был пуст, затем устремил взгляд в окно. — Почему не ешь? — Олег уже доедал последний данго, в то время как второй к сладостям даже не притронулся. — Не хочу… — Виталик помолчал с минуту, опустив взгляд, — Мне идти, пока. Он быстро вышел из кофейни, скрывшись за углом, остановился, чтобы отдышаться, облокотившись о стену. Уже через минуту появился недавний знакомый. — Ты чего? — старший замедлился и подошёл ближе, — Почему бежал? — Я торопился, меня ждать. — Виталик надел капюшон. Дождь по-прежнему лил как из ведра, всё было мокрым и серым. Парень знает почему сбежал, но не может признаться в этом даже себе. Он привык, что никого не заботит как тот живёт и что чувствует, но сейчас надо было оправдаться, но как… — Что-то серьёзное? — Олег остановился в метре от второго. Но ответа не было, — Я понял. Давай, чтобы тебе не было так трудно об этом сказать, я тоже поделюсь кое-чем? — собеседник едва заметно кивнул, — Я никому ещё этого не говорил, но моя ориентация… — он поджал губы, набираясь смелости, чтобы продолжить, — В общем, я гей. — реакции со стороны почти не было и парень продолжил, — Знаешь, это стало проблемой. От меня все отвернулись, и я уехал. Было тяжело расставаться со всеми, но больше надо мной не издевались и не осуждали мои взгляды. У меня даже друзей как таковых никогда не было… Но что заботит тебя? Если ты, конечно, захочешь продолжить общаться со мной после всего, что я сказал. — Ты можешь мне доверять. — Виталик сделал быстрый шаг навстречу и заключил его в объятия. Разница в росте немного мешала, но Олег тоже обнял его. — Я просто волнуюсь, но я, наверное, должен сказать… — Ты мне нравишься! — сказал старший, но получилось от чего-то резко и громко, он просто поспешно отвернулся, ибо бежать некуда, да и не за чем. — Ты мне тоже. — тихий шёпот почти сливался с шумом дождя, но был различим. — Считай это первым свиданием. — Виталик мягко положил руку на его плечо, призывая повернуться, — Это тебе! — он неуверенно протянул второму недавно купленный у одного большого коллекционера значок и старую аудиокассету с логотипом песнями группы «Кино». — Правда? Ты даже приготовил мне подарок? — Олег неуверенно взял вещи из рук Виталика и обнял его так крепко, как только смог, — Спасибо большое! Они простояли в объятиях друг друга ещё минуту, но потом студент отстранился и коснулся указательным пальцем кончика носа младшего: — Пойдём! Ты весь вымок и дрожишь! — парень схватил его за руку и побежал на остановку. — Ты тоже! Поедем ко мне. Я покормлю тебя. У меня много еды. Ты такой худой… Когда они зашли под крышу старой полуразрушенной остановки, Виталик снял свой свободный коричневый вельветовый пиджак и накинул на плечи порядком озябшего Олега. — Спасибо… ______________________________ Итадакимас.* — (いただきます。) Приятного аппетита. Аната ва доко? ** — (あなたはどこ？) Ты где? Дайджобу? *** — (大丈夫？) Всё в порядке?