My Life Is Waiting For You

Дазаю двадцать семь, и он уже является главой крупной компании, успешно развивая её. Многие задаются вопросом, что ему нужно, какова его цель. И эти же люди считают, что эта цель — богатство. Обладание лучшими благами. Но никто не догадывается, что настоящая цель шатена — сделать счастливым простого подростка. В которого он отчаянно и безнадёжно влюблён. Осаму встретил этого парня два года назад. Совершенно случайно тот оказался в той же кофейне, что и шатен. Дазай сам не помнит, почему решил понаблюдать за рыжеволосым юношей. Но он прекрасно запомнил эту волшебную улыбку, то, как Чуя аккуратно заправлял волосы за слегка покрасневшее от похвалы ушко. В тот день друзья Накахары хвалили его великолепные скетчи, а Гин — его лучшая подруга — ещё и наброски рассказа. Да, Чуя не только рисовал. И Дазаю кажется, что такого яркого человека он в жизни никогда не видел. Осаму даже не задумывается, сколько лет тому, в кого он так сильно влюбился. Пятнадцать, шестнадцать? Очевидно, шатену всё равно. Плевать на эту разницу в десять лет. Разве вас волновало бы это? Ну, разве что немного. Честно говоря, Дазай позабыл о Чуе через неделю (имя он случайно услышал в тот день). Но шатен случайно натолкнулся на Накахару в один из ужасно дождливых дней. И Чуя... словно никогда и не был таким ярким. Осаму не сомневался, что это именно он. Но то, как он потух, было хорошо заметно. Он сидел на скамейке в парке, промокший насквозь, и словно не замечал дождя. Дазай и сам не знал, почему решил прогуляться там, взяв зонт. Но заметив Накахару, понял, что эта прогулка была отличной идеей. Он медленно подошёл к рыжеволосому и осторожно положил руку на чужое плечо. На него подняли полный боли и печали взгляд, отчего сердце Дазая сжалось. Осаму, преодолевая желание просто обнять, тихо спросил: — Что-то случилось? Тебе нужна помощь? Чуя даже не стал выяснять, что это за человек перед ним. Какая сейчас разница? Возможно, он умрёт, потому что жить ему негде — его "любимая" тётушка отобрала квартиру родителей, выставив его за дверь, не дав забрать ничего. Даже скетчбуки. Накахара крепко обнял шатена и разразился слезами. И Дазай обнял рыжеволосого в ответ, гладя по спине. — Я... я остался... совсем один, — послышался всхлип Накахары, приглушенный чужой одеждой, — они погибли в автокатастрофе. Дазай не глупый. Ему не надо объяснять, что это значит. Что чувствует этот потерянный ребёнок. Он чувствовал то же самое тринадцать лет назад. Но у него был дядя, который и взял к себе, сделав своим преемником. Осаму не знает, кем бы был сейчас без Мори. И понимает, что обязан помочь Чуе. — Поедешь со мной? И Чуя даже на задумывается над вопросом. Всё равно идти некуда. И делать тоже нечего. Поэтому он соглашается.

***

Дазай привозит уставшего и вымокшего насквозь Чую к себе. Удивительно, но рыжеволосый заснул в машине. Хотя, его наверняка сильно утомили все события... Осаму бережно заносит Накахару на руках в свой дом, закрывает за собой дверь. Ребёнку надо просохнуть и согреться, поэтому шатен первым делом относит его в ванную, а после идёт искать сменную одежду. Чуя проснулся, когда услышал шум воды. Это его новый знакомый наполнял ванну достаточно тёплой водой, чтобы подросток мог отогреться. На время он будет ходить в одном из халатов мужчины, потому что у них довольно неудобная в этом плане разница в росте. Накахара не хочет даже раздеться, не то, что встать и залезть в ванную, но... сейчас это необходимо ему. — Солнце, для начала скажи мне, как тебя зовут, — шатен убрал мокрую чёлку с лица Чуи, при этом никак не показывая, что на самом деле он знает его имя. Рыжеволосый начал понимать, что его просто так привели в шикарный пентхаус (чего вы ещё хотели от успешного бизнесмена), даже имени не спросив. Для чего?.. Может, его хотят продать на органы. Или в рабство (ага, сексуальное). Кто знает этого шатена... — Чуя. Накахара Чуя, — в любом случае, скрывать нет смысла. У него нет ни сил, ни желания жить. — Отлично, Чуя. Мы оба не хотим, чтобы ты заболел, — увидев безразличный взгляд рыжеволосого, Дазай вздохнул и поправил себя, — я не хочу, окей? Поэтому ты должен согреться. Подросток просто смотрит в стену, и шатен начинает думать, что у него не хватит терпения помочь Чуе, потому что он ну вообще не старается. — Ладно, обхвати меня за шею, — Дазай нагнулся к парню, чтобы тому было проще, и тот обнял его, правда, руки держали слабо. Удивительно, но Накахара ничего не сказал, когда Осаму раздел его и посадил в горячую ванну. Понемногу, но это стало расслаблять голубоглазого, и он даже прикрыл глаза, не думая о том, что сидит абсолютно голый рядом с абсолютно незнакомым ему мужчиной. Подумаешь, это не так уж и важно. Всё равно он скоро умрёт. По крайней мере, попробует это сделать. Когда с водными процедурами покончено, шатен относит Чую на кухню. Наверняка тот очень голоден. Дазай правда удивляется тому, как резко Чуе стало безразлично абсолютно всё. Уйти с незнакомцем, наплевать на все его действия по отношению к себе. Возможно, у Осаму было так же. Но он уже мало что помнит об этом. — Кстати, меня зовут Осаму Дазай. Обращаться ко мне можешь так, как тебе удобнее, хорошо? — шатен повернулся к Чуе, который пустыми глазами смотрел на стол. Вдох-выдох. Дазай, держи себя в руках. — Что ты хочешь поесть? — на очередную фразу мужчины ноль реакции. И тогда Осаму не выдерживает. Он понимает, что сейчас надо осторожно общаться с рыжеволосым, ведь его психическое состояние находится в достаточно шатком положении. Но и с мёртвой точки надо сдвинуться. Поэтому Дазай подходит к стулу, на котором сидит Накахара, и разворачивает его лицом к себе, после чего садится на колени перед подростком, беря чужие маленькие по сравнению с собственными ладони в руки. Чуя поднимает глаза на шатена, и тот понимает, что там... вовсе нет пустоты и безразличия. В них до сих пор полно боли, тоски, грусти, скорби. Ничего положительного. — Послушай, — медленно и тихо начинает Дазай, — я знаю, что значит потерять семью. Знаю, что тебе просто невыносимо больно и одиноко. Накахара слегка удивляется. Он знает, кто такой Дазай Осаму. Самый выдающийся и молодой руководитель крупной организации. Успешный и богатый. Но чтобы одинокий и несчастный?... — И они дали тебе жизнь не потому, что хотели, чтобы ты погас и умер после их смерти. Ты должен это понять. Они ведь всегда хотели видеть тебя счастливым? — шатен, произнося всё это, сжимает чужие руки в знак поддержки. И голубые глаза наполняются слезами, потому что все слова Дазая — правда. И он не должен умирать, он должен сделать всё, что так хотел. Что так нравилось его родителям.

Милый, ты так замечательно рисуешь. Нарисуешь когда-нибудь историю о том, как мы с твоим отцом познакомились?

Слёзы предательски льются из глаз, но это уже не те рыдания, что были в парке. Это слёзы принятия. Теперь Чуя точно уверен, что не должен умирать, пока не нарисует это. Дазай обнимает подростка, и тот сильно сжимает его одежду. — С-спасибо, Дазай, — названный лишь ласково улыбается, но Накахара не может этого видеть. — Знаешь, думаю, я хотел бы пиццу...

>Два года спустя<

— Чуууя, у тебя сегодня выпуск, а ты до сих пор спишь! Накахара лишь посильнее зарывается в одеяло, пока Дазай открывает дверь в чужую комнату и наблюдает за этой картиной, невольно умиляясь. Ну Чуя прям как котёнок! Рыжий, пушистый и.... порой злобный. Но ни разу не думающий о смерти. Дазай подошёл к чужой кровати и сел на край. — Чууу, мы ещё костюм твой должны забрать. Поехать в парикмахерскую. Позавтракать и пообедать. А ты даже не встал, — Осаму начинает стягивать с парня одеяло, на что тот ворчит. — Успеем мы всё, — хриплым ото сна голосом отвечает Чуя и продолжает валяться несмотря на то, что шатен уже полностью стянул одеяло, — или старость даёт о себе знать? — хитро улыбается Накахара и переворачивается с бока на спину. Шатен театральной хмурится. — Мне всего лишь двадцать семь! И наша разница лишь девять лет! — Это же так много! В два раза меньше моего возраста, подумать только! — поддерживая игру шатена, ответил голубоглазый и всё же принял сидячее положение. После минутой паузы заговорил снова Накахара. — И почему ты делаешь всё это для меня... Тратишь свои деньги, время, нервы. Для того, кого встретил на улице. Я даже ничего не даю в замен! — Чуя как-то отчаянно посмотрел на Дазая, а тот слегка шокированно смотрел в ответ. Он бы сказал, что само его существование даёт ему многое, но... — Ты просто мне дорог, вот и всё, — Осаму притягивает парня в объятия, на которые тот робко отвечает. — И никто не мог помочь мне не чувствовать себя одиноко. Или нужным лишь ради денег. А ты даёшь мне всё, чего так сильно не хватает, Чуя, — Осаму улыбается и оставляет поцелуй на чужой макушке, заставляя Накахару покраснеть.

***

Церемония вручения аттестатов прошла, и Осаму присутствовал там, наблюдая за счастливым Чуей, сияющим так же ярко, как и тогда, два года назад. И Осаму думает, что все его старания были не напрасны. Особенно тогда, когда Накахара встречается взглядом с ним и машет ему, радостно улыбаясь. После того, как ребят сфотографировали, рыжеволосый подходит к Осаму, чуть ли не сбивая того, когда обнимает. — Папочка доволен мной? — лукаво улыбаясь, спрашивает Чуя, наблюдая за реакцией шатена, который даже не подозревает о том, что после выхода из того ужасного состояния Накахара понял, что полюбил своего нынешнего опекуна. И сейчас ему безумно нравится тьма в глубине карих глаз, пытающаяся выплеснуться наружу. Дазай прочищает горло и обнимает Накахару в ответ, с прищуром глядя в чужие глаза. Это сейчас была проверка или что? А Чуя отводит взгляд, словно невеста у алтаря. — Знаешь, наверное, я должен тебе кое-что сказать... Накахара не договаривает, приподнимаясь на носочках, притягивая шатена за галстук к себе и впиваясь в чужие губы. Наверное, свидетели этой сцены были шокированы, но Чуе глубоко плевать. Потому что Осаму одной рукой зарывается в рыжие волосы, не заботясь о дорогой причёске, и притягивает Накахару ближе, жадно отвечая на поцелуй, слегка покусывая чужие губы. Когда же парни оторвались друг от друга, первым заговорил Дазай. — И какого чёрта сейчас было? А Чуя лишь проводит рукой по чужой груди, стянутой рубашкой и пиджаком, отвечая как ни в чём не бывало. Потому что ответ Осаму дал всё понять. — Ну, я уже почти как два года люблю тебя, — рыжеволосый, чуть покраснев, заглядывает в глаза Дазая. А вдруг тот не оттолкнул лишь потому, что не хотел обижать его? Мало ли, скажет, что это неправильно, любить кого-то на девять лет младше. А в случае Чуи — старше. Но шатен лишь улыбнулся на это признание и обхватил прекрасное лицо ладонью, оглаживая нежную кожу щеки большим пальцем, наблюдая, как Чуя льнёт к его прикосновениям. — А я не слишком стар? Ты же вечно меня стариком зовёшь, — Дазай усмехается, наблюдая, как стушевался Накахара. — Ты же знаешь, что я так шучу, чтобы тебя расшевелить, — ворчит парень, потираясь щекой о ткань пиджака. Такого же дорогого, как и его собственный. Уму непостижимо, как им удалось так найти друг друга, хоть и в столь трагичной ситуации, как смерть родителей рыжеволосого. — Раз уж ты так любишь меня баловать, может, сегодня вечером тоже так поступишь? — Чуя играет бровями, что очень забавляет Дазая, и тот подавляет смешок. — Ммм, тогда я потребую десерт. — Какой десерт? — Тебя. >the end<