Сны

В конец устав постоянно бороться с Отмороженным, Нацу, позвав Хеппи, отправился к их общему дому. Конечно же, был соблазн завалиться к Люське домой, но она сегодня почему-то особо злая какая-то. "Интересно, что с ней?" - думал Драгнил, еле передвигая ноги. Но, будучи человеком упорным, всегда идущим именно напролом к своей цели, тот дошел до своего дома и, пнув неуверенно ногой дверь, вошел в него. Картинка представилась глазу не очень-то благоприятная. "Жаль, что ко мне Люси больше не заходит", - вспомнил Нацу тот случай, когда зашел в свой дом и увидел Сердоболию, спящую на его подвесной кроватке, сделанной из крепкой ткани. Дом в этот день был необычайно чист. По всей видимости, именно она его и прибрала, хотя, когда проснулась, орала о том, что не знает, что случилось, что это все не она и что вообще не понимает, как тут оказалась. - "То-то же, не понимает", - но сам парень все понял. Хеппи уже даже не мог толком лететь, поэтому на своих двух лапках пошел до какого-то подобия кровати, созданной специально для него, и тут же закрыл глаза. Правда, уснуть ему не удавалось. А вот Нацу, приземлившись на подвесную кровать, проник в свое сновидение практически сразу. И вся та обстановочка, которая окружала его, начинала медленно растворяться. Вот исчезает доска с выполненными заданиями. Особыми пометками были обозначены те, которые они проходили вместе с Люси. Исчез и манекен с ее платьем горничной, которое пришлось надеть на себя девушке во время первой миссии. Уже почти не видел тот и деревянный пол, уходящий в неизвестность, и разбросанную одежду, и шкаф, из которого были выброшены все вещи на пол (от чего так - сам вспомнить не мог), а вот и окно, сквозь которое проникал лунный свет, померкло. И... он уснул. Окончательно. Пылающий меч коснется печати И рухнут все исповеди, иски знати, Когда воительница бросит знаки, Дающие ей все права в руки. Сны Нацу обычно были примитивными и не очень слыли многообразием. Обычно это были битвы, когда тонны противников нападали на Драгнила, избивая его, всячески пытаясь убить. Но тот постоянно как-нибудь выкручивался, становился на ноги, продолжал драться, борясь за собственную жизнь. Но порою сны его становились иными. Он видел в них своего дракона. Того, кто бросил совсем еще маленького мальчишку, казалось бы, тонну лет назад. И грусть волнами накатывала на столь воинственного, пылающего парня, никогда не знавшего слова "сдаваться". Правда, может ли это все поменяться? Может ли он сам попросить пощады? Однажды Гилдартс уже, на острове Тенрю, пытался его, так сказать "перевоспитать". Нацу, наткнувшийся на него во время испытания, испытал впервые в своей жизни истинный страх, потому как все, что тот смог сделать - просто сдвинуть противника слегка с его места. Жалкое достижение. В своем сновидении розововолосый оказался в странной потемневшей комнате. И все, что в ней было, ему совершенно не нравилось. - Ну и чего я тут делаю? - спросил сам себя тот и стал подробней оглядывать сие местечко. Этот сон, казалось, совершенно не был похож на любой иной, который Нацу мог видеть ранее. Что в нем необычного - сам толком словами объяснить не мог, ибо в голове творилась каша. Но, в принципе, в реальности у него примерно то же было. - Ты тут для того, чтоб я развлеклась, - прозвучал грозный женский голос. И вот, прямо перед Драгнилом стоит, положив руки на талию, ужасающе глядя на него, Эльза Алая. Титания явно не с добрыми намерениями явилась в его сон. - Этой ночью ты ответишь мне за все испорченные тортики, которые я так и не смогла съесть, которыми не смогла в полную меру насладиться. И за все те промахи, которые ты вообще когда-либо делал в своей жизни. Ты заплатишь за все сполна, - проговорила та. Убийца Драконов вмиг сжался и поежился. Глядя на столь злую Эльзу, ему хотелось поскорее смыться отсюда, но выхода не было. Причем, не только в переносном смысле этой фразы, но и в прямом. Потому как у комнаты не было ни окон, ни дверей. Так что, смотря на то, что это сон, можно было предположить только одно - что Алая тут появилась, пройдя сквозь стены. А Нацу от того, что это его сон. - М-может н-н-не над-до? - заикаясь, порою даже в непонятных местах, Драгнил отходил как можно дальше от наступающего агрессора. Но далеко уйти ему не удалось. Та все наступала и наступала, а огонь в ее глазах все больше разгорался. Казалось, что сейчас просто возьмет и разрежет на кусочки, даже не давая последнего шанса на то, чтоб выговориться или высказать последнее желание. Вот она откидывает его на деревянный стол, который разместился позади сжавшегося в комок парня (ибо перед Эльзой сейчас не устоит). Смотрит на него хищными глазами, которые не прекращали устрашающе пылать. "Пылать... или метать?" - задал сам себе непонятный вопрос Нацу. Драгнил, будучи на столе, вжался в стенку, к которой тот был придвинут. - Тебе не сбежать от меня. Убийца Драконов видит, как та вытягивает какой-то продолговатый черный предмет. Но что это - разглядеть не смог, ибо девушка быстро схватила парня за горло и стала медленно душить. Драгнил стал вырываться, и ему удалось спастись от почти что мертвенной хватки Алой. Но дальше не сумел более ничего сделать. Тот понял, что его магические силы решили его же покинуть в этом сне. "Как же быть дальше?" - нельзя сказать, что Драгнил сильно испугался. Он уже дрался с Эльзой. Всяко бывало. Но та все же, что бы там ни было, сжаливалась над ним, становилась добрее, и снова все приходило в норму. Тот думал, что и сейчас будет все примерно так же. Что немного врукопашную еще подерутся, а потом будут дружно что-нибудь обсуждать. Но нет. Казалось, что это и вовсе не та Титания, которую знал парень. Розововолосый почувствовал, как нечто твердое уперлось ему в ногу. Примерно там же находились и бедра Титании. "Она трансвестит, что ль?" - пришла в его голову очень глупая мысль, но тут тот наконец понял, чем был черный таинственный предмет. - "И зачем же он ей?" Но, впрочем, применение искусственному члену, который нацепила на себя Титания, было понятно. Она всего лишь взмахом руки смогла призвать к себе длинные цепи и мгновенно заковать своего противника так, что тот даже пошевелиться не мог. Сами же цепи были прикреплены к чему-то неизвестному на потолке, что нельзя было разглядеть в столь темном, почти что не освещаемом помещении. Таким образом его ноги разместились вместе со всеми нижними частями тела где-то в воздухе. Туловище и голова все так же лежали на столе. - Ты чего будешь делать? - спрашивает, хотя уже и сообразил, к чему все идет. - Не надо, Эльза. Я больше никогда не буду трогать тебя и твои тортики. - Молишь пощады? Так быстро? Ну уж нет... я хочу с тобой еще немного поиграть. И вот, Титания уже разместилась удобно между его ног. Призвав один из мечей, с помощью которых та обычно одолевала монстров и орудовала на заданиях, в этот раз использовала для того, чтоб превратить обыденные брюки Нацу в бесполезную тряпку. Вместе с тем избавив его и от белья. Совершенно не беспокоясь о состоянии парня, вошла в его тело. Самой же Эльзе это боли не могло принести, потому как этот орган не был ее собственным. Тот был прикреплен к ее телу таким образом, что конец того упирался в клитор девушки. И с каждым движением ей становилось все лучше и лучше. Что же касается Нацу, то тут все не было столь радужно. Сразу войдя в совершенно неподготовленное тело, если б это был ее член, смогла б почувствовать то, как мышцы Драгнила напряглись, как все его тело стало извиваться и биться от боли, разрывающей изнутри. Казалось, что та его сейчас просто порвет. Впрочем, так и случилось. И это совершенно неудивительно. Крики Нацу уже с первого движения Алой были громкими и раздирающими пространство. Боль все накатывала и накатывала вместе с тем, насколько далеко продвигался черный продолговатый предмет в его заднице. Сначала Титания медлила, но потом начала набирать более быстрый темп, не смотря на и без того плохое состояние своего партнера. Но кто говорил, что она хочет принести ему удовольствие? Ничего подобного. Все, чего та желала - доставить боль Убийце Драконов, заставить того молить ее о пощаде громко, сильно. Так, чтоб у того текли слезы по щекам, чтоб он извивался под ней, а с его задницы вытекала кровь.. Если сперва Драгнил еще пытался себя сдерживать, то потом попросту сдался. Да, с его уст вырывались обрывки слов: - По-пож-жалуйс-ста, не н-надо. Сд-даюсь. Пусти меня.. - он то запинался в вечно повторяющихся нескольких словах, то делал усилие и проговаривал их без заминки. Но, тем не менее, сквозь боль мог еще говорить. Когда же та его окончательно порвала и явно повредила нечто внутри, Нацу почувствовал, как нечто влажное стекает вниз, по его ягодицам и на стол. Кровь. Много крови. Он уже вдоволь накричался и теперь хриплым голосом, почти что сорвавшимся, все еще пытался вымолить у Титании ее снисхождение. Молил о том, чтоб остановилась. Но девушка будто бы и не слышала его слов. Та в блаженстве закрывала и открывала глаза, иногда посматривая на свою жертву. Ее улыбка становилась все шире и шире. Но через несколько мгновений та закончила издеваться над противником. Тот и без того повержен и... потерял сознание. Неудивительно. Эльза вышла с его порванного ануса и, исказив лицо в гримасе отвращения, ушла, выйдя сквозь стену, непонятным образом в нее не врезавшись. - И ты не всесилен, - молвила Похоть. - Теперь сможешь понять то, что иногда нужно уметь сдаваться. Правда только тогда, когда уверен на сто процентов в том, что противник тебя более не будет трогать. Сейчас же... ты промахнулся. И вновь удовлетворенная, победная улыбка воцарила на лице ее. Почти что безжизненное тело продолжало валяться на деревянном столе, скованное цепями. Но дальше все начало растворяться, превращаясь в желтоватый дымок. Правда, этого Драгнил уже не видел, будучи без сознания. Казалось, сдаться может каждый, Но не по силам был урок Тому, кто духом был не слабый, Кто из добра выносит толк. Проснувшись, первое, что сделал Нацу, так это грохнулся на пол со своей подвесной кроватки. Сначала не понимая, что вообще происходит, понял только, что ушиб свою пятую точку. Но этот ушиб не имел ничего общего с тем, который он получил во сне. Да и можно ли то громадное повреждение сравнить с легкой, почти неощутимой болью от падения с маленькой высоты? Драгнил поднялся на ноги. Сначала проверил, не покинули ли его силы. Поняв (спалив какую-то тряпку и превратив ее в пепел), что магия при нем, успокоился и снова лег спать. Наверное, Нацу действительно невозмутим. Но этот сон все же заставил его над кое чем задуматься. А именно над тем: когда же нужно продолжать бороться, а когда все же разумней будет сдаться. Что же касается Хеппи, то он все еще не мог уснуть. Бессонница, можно сказать, напала на него в весьма удачный час.