Сны

Часто Полюшка смотрела вверх, на звезды, вспоминала летающие острова и прочие прелести иной жизни. Быть может, она и скучала по тому, что было, но еще больше, в глубине души, была довольна тем, что имеет. Истинная Грандина, только не из мира сего. Ей казалось, что не должна тут быть, что все должно было быть совершенно не так, но исправить ничего не могла. Оставалась, смотря вновь на небо, глядя в воспоминаниях на летающие водопады. И где-то внутри сильно радовалась встрече с Венди и иксид-партнерами Убийц Драконов. Пыталась помогать всем, кто в этом нуждается, хотя и казалась каждому злой старушкой, ворчливой, нелюдимой. Но такой особо ведь не была. У нее было свое заветное желание, которое та не могла произнести самой же себе, в своем уме. Казалось, что и то кто-нибудь подслушает и начнет насмехаться над старой-"доброй" Полюшкой. Попав сюда многие десятилетия назад, уже и не помнила, как ее называли в том, другом мире. Казалось, в памяти от Эдоласа остались лишь обрывки воспоминаний, маленькие кусочки, которые складывались в яркие, красочные картинки, которые, тем не менее, ничего точного не говорили о ее прошлом. Попав в этот мир, Полюшка вступила в "Хвост феи" и некогда выполняла задания вместе с Макаровым. Правда, их команда в гильдии была больше: Макаров, Полюшка, Боб, Роб, Голдман, Яджима. Все они долго дружили вместе. Правда, Грандина из Эдоласа там и оставалась спокойной, собранной и ответственной, лишь иногда выходя из себя и становясь особенно злобной. Сейчас, когда та стала Лекарем гильдии, почувствовала некое спокойствие, ведь до жути ненавидела людей. Теперь она могла просто сидеть в своем домике, в одиночестве, вспоминая былые года и наблюдая за тем, что происходит в настоящем. Но есть одно, о чем она не забудет никогда. Мало кто знал, что раньше Полюшка любила, сильно любила одного мужчину, с которым была в одной команде. Она теряла любой здравый рассудок при его виде, таяла на глазах. Это видели все, но никто ничего не делал, решив оставить все приятные моменты и проблемы первой любви им самим. Через некоторое время ее ухаживаний за ним, тот стал отвечать ей взаимностью. Но они особо не афишировали собственные отношения. Остальные участники гильдии просто уже и не надеялись на то, что этот бесчувственный чурбан обратит на нее внимание, полностью забросив свое наблюдение за их отношениями. А они в это время сошлись, прячась от всех, отдавая предпочтение скрытности. Целовались на берегу озера, ходили гулять по окраинам Магнолии, давно забытым лесам, где редко можно встретить живое существо. Им не хотелось публики. Хотелось остаться вдвоем, навсегда. Но все хорошее имеет привычку кончаться. И в этот раз судиба-судьбинушка была не на их стороне. Сведя вместе, собиралась теперь развести. Но в этот раз уж навсегда. Через пол года их отношений ее парня похитили и поработили в Райской Башне. А через некоторое время пришло сообщение о том, что он умер, защищая собой Эльзу. Нельзя сказать, что после этого Полюшка холодно относилась к Алой, но все же ее отношение к ней слегка изменилось. А после его исчезновения, уже тогда Грандина земная стала нелюдимой, ушла из команды и стала просто Лекарем. Ей больше не хотелось ничего. Осталась одна лишь боль, разрывающая душу, рвущая на части и само тело. Она плакала по ночам, пока не стала совсем черствой. Она кричала, но ее никто не слышал, а ее крики становились все тише и тише. Больно терять любимых, очень больно. Но разве нельзя жить дальше спокойно? Разве нет?.. Полюшка смотрит на небо, а потом, пустив одну малую слезу, ложится на кровать и закрывает глаза. Она так надеется на то, что вскоре все это закончится, что она сможет зажить нормально хотя бы на старости, позабыв о любимом. Но нет же, тот постоянно ее преследует, воспоминания никак не хотят уходить с головы. Через долгий час, пока она не могла уснуть, все же ум ее нырнул в сновидение, забрав и все сознание хозяйки его с собой. Старушка черствой показалась? Говорите, что лучше бы унялась? Да что вы знаете, детишки, Что пристали, есть делишки? Думаете, что так просто Позабыть, что лишь упорство Нужно в деле этом ей? Что нельзя быть той верней?.. Пусть останется такой уж, Пусть не выйдет больше замуж, И пусть жизнь ей адом будет, Но его не позабудет... Полюшка никогда не любила сны. Именно из-за них она столь часто могла вспомнить те радужные моменты своей молодости. Именно из-за них та частенько страдала поутру. Но без сновидений ведь нельзя. Нельзя не спать. Устает ведь и она. Очнулась и даже оглядываться не стала. "К чему все это?" - ее мысли уже давно стали весьма пессимистичными. Казалось, только долг держит ее на этой земле. Более ничего. Но вот то, чего она так боялась и что не хотела увидеть. К ней в этом сне быстрым ходом направлялся Роб. Ведь такой старый, что ее удивило, ведь в ее подсознании, да и в сознании тоже, он навсегда сохранился молодым. "Неужели даже в моем воображении он постареть может?" - спрашивала сама себя, уже готовая залиться слезами. - Им просто необходимо встретиться. И пусть она думает, что он - просто плод ее воображения, но я-то буду знать, что это не так, - Похоть улыбнулась и стала с умилением наблюдать за происходящим далее. Кажется, она пока что просто расслабляется, понимая, что тут развратом и не пахнет. Но не всегда же сексом все решить можно. Иногда нужно использовать и нечто иное. - Роб... - Полюшка посмотрела на него и, что-то для себя решив, подбежала к нему, обняв мужчину. Он положил свои руки ей на спину, обняв тем самым в ответ. Улыбнулся, ведь ему выпал такой чудесный шанс - увидеть ее снова, прикоснуться к ней. А ведь не каждый мертвый может вырваться хотя б на миг из пут смерти. И Похоти, конечно же, придется еще в будущем поплатиться за все ее выходки. Но только потом. Сейчас все хорошо, все в порядке. И пока она не закончит свою ночь разврата, никто не имеет права ее тронуть. Даже из рая нет возможности наблюдать за смертными. Нет такого. Никто не откроет тебе окошко средь небес, никто не покажет именно лицо любимой. Роб улыбался еще шире, будучи несказанно счастливым. А ведь ему еще столь многое хотелось ей сказать, но все слова как-то в один миг улетучились, оставив место одним чувствам. Правда, кое-что все же смог произнести: - Полюшка... - он подождал несколько длинных мгновений, а тогда уже без заминки продолжил, - я люблю тебя. Он ласково посмотрел на Грандину, не в состоянии отвести глаза. - И я... тебя. Она прильнула к его губам, поцеловав уже даже не мужчину, а старика. Но, впрочем, это не имело для нее никакого значения. Главное то, что это ее Роб. И она узнала бы любимого, даже будь тот младенцем сейчас. Не в этом суть. Близость все меняет. Он ответил на ее поцелуй, перебрав инициативу на себя. Но потом отстранился, дабы сказать все же нечто очень важное, то, ради чего он еще сюда прибыл и то, от чего согласился на предложение Похоти: - Я все знаю. Мне говорили о том, что ты закрылась от всех после моего исчезновения. Полюшка... - почему-то он всегда останавливался на ее имени, вспоминая все то, что раньше их связывало, - отпусти меня. Забудь меня. Живи дальше. Ты не должна постоянно страдать и уходить от людей, вспоминая меня. Поверь, они готовы быть тебе друзьями. - Но они мне не нужны, - перебивает его Полюшка. Правда, тот не останавливается: - Тебе нужна поддержка. Я мертв. Меня не вернуть. Поверь в это, Полюшка... - на его глазах застыли слезы. Он улыбнулся ей, пытаясь подбодрить ту, - не губи себя. Ради меня, пожалуйста, сделай это. Начни жизнь заново. Лучше поздно, чем никогда. Давай. Живи... И он прильнул в этот раз уже сам к ее губам, целуя нежно, осторожно. Погладил рукой по волосам, спускаясь потом пальцами этой руки по ее шее, спине... Но потом остановился, понимая, что не этого желает. Ведь она должна забыть его. Забыть для того, чтобы начать все сначала. Из-за смерти любимого губить всю жизнь нельзя. И он этому не рад. Не рад тому, что превратил ее в столь холодную женщину. - Живи... - произнес он, отстранившись. И исчез, будто бы того и не было вовсе. - Кажется, это рекорд. Самый короткий и поучительный сон, - произнесла про себя Похоть, но, впрочем, понимала, что на более длинное время не сможет его вызвать. Слишком уж Роб прирос к раю. Надолго его отдавать не хотели, увы. - Главное, чтобы она все поняла. А время не имеет значения. И женщина стала думать над тем, как поступить со следующими снами и о том, обязательно ли использовать разврат для достижения целей.