Death Note

L был… Не тем, кого они ожидали увидеть. Молодой человек перед ними не мог быть величайшим детективом в мире. Он босиком почесал одну лодыжку другой ногой, одет в темно-синие мешковатые джинсы и огромную рубашку с длинными рукавами. Он был очень бледен, почти болезненно, с большими темными глазами и очень растрепанными черными волосами. Под глазами были глубокие мешки, свидетельствовавшие о том, что он не спал несколько дней, а может и недель. Это был Эл? — Я — L, — поприветствовал он монотонным голосом. Это он? — подумал Ягами, — Он не намного старше Лайта. Оперативная группа обменялась взглядами замешательства и осторожности. Возможно, Иде был прав, и L отправил вместо него доверенное лицо. Тем не менее, Ягами проявил инициативу, вручил свой значок предполагаемому L и представился. Остальные последовали их примеру, хотя и с большей настороженностью. — Мне очень жаль, что мы опоздали. В настоящее время нас пятеро… — Бам! — L направил два пальца, как пистолет на Ягами, притворившись, что стреляет в них. Когда Айзава выразил свое раздражение, Эл ответил: — На месте Киры вы были бы мертвы. Кире нужно знать лицо и имя, чтобы совершить убийство, но конечно, вы уже поняли это. Пожалуйста, не называйте свои имена так небрежно. Вместо этого давайте ценить нашу жизнь. Что ж, производит хорошее впечатление. — Мацуда печально подумал. Он надеялся произвести впечатление на L в ходе расследования, но уже облажался. — Я знал, что ему нужно лицо, чтобы кого-то убить, но я не помню никаких доказательств того, что ему тоже нужно было имя. — Это было кратко затронуто на одной из наших встреч, когда мы заметили, что преступники, имена которых не раскрываются в прессе или написаны с ошибками, не являются мишенью для Киры. Хотя от этой идеи быстро отказались, поскольку ее невозможно было проверить, — сказал ему Ягами. — На данный момент хватит болтовни. Идите сюда, — прервал Эл, жестом показывая им следовать за ним в зону отдыха, — Пожалуйста, выключите свои телефоны, или любые другие устройства связи, которые у вас могут быть, и оставьте их там на столе, — приказал он. Айзава заговорил: — Ты действительно думаешь, что мы собираемся утечь информацию? Я думал, ты нам доверяешь, —но Ягами сказал ему сделать, как просил Л. — Нет, я просто считаю их отвлекающими. Я терпеть не могу, когда звонят сотовые телефоны людей, когда я пытаюсь поговорить, — сказал им детектив, усаживаясь в одно из плюшевых кресел, хотя то, как он сидел, было странным. Сгорбившись, поставив ноги на подушку сиденья и прижав колени к груди. Возможно, это не могло быть удобно, но он решил сидеть именно так. — Скажу лишь, что на этих встречах никто ничего не записывает. Это означает, что, когда мы покидаем штаб-квартиру, любая информация сохраняется в памяти. Пожалуйста, устраивайтесь поудобнее. Не зная, что ещё делать, целевая группа села на другие свободные места. Но не в том же положении, что и L. Следующие несколько мгновений в комнате царила тишина, пока L готовил себе чашку чая из элегантного китайского чайника. Он сделал глоток, но нашел это неприятным. Поставив чашку, он добавил немного сахара. А потом ещё немного. А потом ещё. — Эээ, извините? L? — И с этого момента я прошу вас перестать называть меня Эл. Теперь я Рьюзаки. На всякий случай, — поправил он Мацуду. — П-правильно. Рьюзаки, если мы знаем, что ему нужно имя и лицо, разве мы не можем сократить количество жертв, скрывая эту информацию от прессы? Рьюзаки помешивал чай: — Если мы так поступим, то подвергнем риску только широкую публику. Кира по-детски ненавидит проигрывать. — Что ты имеешь в виду? Откуда ты знаешь? — спросил Ягами. — Ну… Потому что я тоже как ребёнок и ненавижу проигрывать. Вот откуда я знаю, — Рьюзаки отхлебнул чай, не удовлетворённый его сладостью. Ягами ещё раз сказал: — Рьюзаки. Не могли бы вы рассказать нам немного подробнее? — Ранее в ходе расследования я пытался спровоцировать Киру этой трансляцией. До этого мы думали, что Кира пойдет только против преступников, и, как все мы были свидетелями, он, не колеблясь, убил «меня». Также, когда я доказал, что он был в регионе Канто, он начал убивать преступников в Японии, как бы говоря: ' Что вы собираетесь с этим делать'. Он встретил все мои проблемы лицом к лицу, и он не упустил возможности отплатить за услугу, но что-то в этом убийце все ещё недостаточно кадровое. — Что ты имеешь в виду? — Айзава спросил. — Кира расчетливый и умный, умеет прятаться в толпе. Однако его действия также показали, что он маниакален и навязчив. Я считаю, что Кира страдает каким-то психическим заболеванием или заблуждением, которому он пытается подчиняться. А теперь скажите мне, что сделал бы такой человек, если бы мы начали ограничения СМИ? Если мы спрячем наших худших преступников, он начнет убивать мелких преступников или невиновных. Он уже доказал это, убив тех агентов ФБР. Кира считает себя избавляющим мир от зла, и любой, кто стоит на его пути, действительно злой. Вот так думает Кира. — Я… никогда не думал о наличии психической болезни Киры, —прошептал Мацуда. — В любом случае, мы должны найти другой способ использовать СМИ, чтобы выманить его, — продолжил Рьюзаки. — Но как? Рьюзаки на мгновение задумался: — Как насчёт этого. смерть агентов ФБР приводит США в ярость. Последние убийства возмущают международное полицейское сообщество. Народы соглашаются отправить полторы тысячи следователей в Японию. Для Киры это будет намного выше того, с чем он столкнулся с ФБР. Он будет рассматривать всех как потенциальную угрозу. Он начнёт чувствовать себя загнанным в угол, и это заставит его предпринять решительные действия. Укита улыбнулся: — Это интересно. Так что он поверит, что есть полторы тысячи следователей, тогда как на самом деле нас всего семь. И поскольку никого из этих людей не существует, Кира не сможет их убить. — Но подождите. Если он психически болен, разве это не усугубит ситуацию? — забеспокоился Мацуда, — если у Киры так много врагов, которых он не может убить, он может начать убивать невиновных, чтобы вынудить поддельных следователей отступить. — Тем не менее, это лучший план, который у нас есть, — сказал ему Укита. Рьюзаки вмешался: — Прежде чем мы начнем праздновать, позвольте мне поделиться с вами своими мыслями по делу Киры. Кира работает один. У него был доступ ко всей нашей секретной информации. Мы знаем, что ему нужно имя и лицо, чтобы убить, и до некоторой степени он может контролировать способ и время смерти. Мы уже это знаем. Пожалуйста, имейте это в виду и внимательно слушайте, что я скажу дальше, — он вытащил маркер и начал писать на самом столе, не заботясь о том, чтобы найти какую-либо бумагу. — 14 декабря в Японию вошли двенадцать агентов ФБР. 19 декабря, используя сокамерников, Кира манипулирует их действиями перед смертью. В течение пяти дней Кира перестал, почувствовав угрозу. Ему нужно было знать, насколько он может контролировать смерть человека, чтобы иметь дело с агентами ФБР. Как известно, 22 декабря…

***

Кире удалось узнать имена и лица агентов ФБР и 22 декабря убил всех, кроме одного. Рэй Пембер, единственный выживший, должно означать, что он имеет какое-то значение для Киры. Он должен был быть тем, кто дал Кире необходимую информацию. Вопрос в том, зачем Рэю такое делать? Лайт погрузился в размышления, записывая тот же график, что писал Рьюзаки. Позади него прошёл Рюк, он ел яблоко, которое украл с кухни. Лайт привык к случайным визитам Рюка. — Дай угадаю. Готовишься к вступительным экзаменам? — сказал Рюк, откусывая большой кусок яблока. — Это наименьшее о чем я беспокоюсь прямо сейчас, — пробормотал Лайт, — с 19 по 22 декабря. По папиным файлам Кира был наиболее активным в этот период. Не считая одиннадцати агентов ФБР…

***

— Более двух десятков преступников умерли от сердечных приступов, но эти жертвы отличались от предыдущих жертв Киры. Ни один из них не был признан виновным, но они были либо бывшими осуждёнными, либо подозреваемыми, в отношении которых велось расследование. Это означает, что Кире пришлось манипулировать этими преступниками, чтобы узнать свои ограничения, чтобы убить этих агентов ФБР, — сказал Рьюзаки оперативной группе, — Он убил столько, чтобы мы не знали разницы между его экспериментами и обычными жертвами. Затем Кира ждал восемь дней, чтобы ФБР расследовало других подозреваемых, а это значит, что не будет графика, связывающего его с их смертью. Я подозреваю, что Кира должен был быть одним из тех, кого ФБР расследовало с 14 по 19 декабря. На самом деле я даже не сомневаюсь. Он поднял стопку документов для оперативной группы: — Это файлы, предоставленные ФБР, и они содержат дополнительную информацию, которая может оказаться полезной. По понятным причинам вы не можете громко покидать комнату с такими… — Удивительно! — Мацуда хмыкнул, —Даже если нас будет всего пятеро, эта информация позволит нам охватить многое. — Мы разделимся на две команды. Первая смотрит за теми, за кем сделили агенты ФБР, а вторая — на жертв сердечного приступа, — заявил Айзава, разделяя энтузиазм Мацуды. Моги впервые заговорил этой ночью: — Наверное, нам следует начать с поиска последнего агента ФБР. Скорее всего, у него есть важная информация о Кире, о которой мы не знаем. — Скорее всего, он ушел в подполье после смерти его коллег.Я его не виню. Если это так, то найти спрятавшегося опытного агента ФБР будет непросто, — грустно сказал Мацуда. — Рьюзаки, у меня вопрос, — сказал Ягами, глядя прямо на мужчину, — ты сказал ранее, что ненавидишь проигрывать. Означает ли это, что, показав нам свое лицо, ты проиграл? Просто находясь здесь, ты признаешь поражение Кире? Глаза детектива были немигающими и лишенными эмоций, когда он ответил: — Верно. Показав свое лицо вам и пожертвовав жизнями тех агентов ФБР, я проиграл битву, но я не собираюсь проигрывать войну. Это первый раз, когда я рискую своей жизнью. Я хочу показать Кире, что мы готовы рискнуть своими жизнями, если это то, что нужно, — он невинно улыбнулся, хотя за этим не стояло никакой подлинной невинности, — и что справедливость восторжествует, несмотря ни на что! Его заявление пробудило более раннюю веру в то, что они действительно могли поймать Киру. Теперь Ягами был уверен, что перед ними действительно сидел Эл. У меня были сомнения, но я не сомневаюсь, что он Эл. Дела идут хорошо. Всего одна подсказка. Единственный решающий фактор — это все, что мне нужно. Эл подумал, глядя в окно. Одна оплошность, одно свидетельство может стать ключом к его поиску. Лайт подумал. Если я просто найду это, то найду его. Только одно…

***

— Но мама! — скулила Саю, — Я обещала своим друзьям пойти с ними сегодня! — Твой отец уже несколько дней работает сверхурочно, не меняя одежду. Мне нужно, чтобы ты отнесла это ему, и тогда ты можешь пойти куда-нибудь со своими друзьями, — сказала ей мать, протягивая сумку. — Но к тому времени я опоздаю!» Лайт закатил глаза, входя в комнату: — Я пойду. У меня все равно перерыв. — О, спасибо, Лайт. Тебе стоит взять пример с твоего брата Саю, — пошутила она. Лайт вернулся наверх, чтобы забрать свое пальто и перчатки. Сегодня шёл снег, поэтому он хотел согреться на случай, если его задержат. Рюк ушел накануне вечером, заявив, что ему нужно проверить свою Тетрадь. К этому времени Лайт уже привык к Рюку, приходящему и уходящему из повседневной жизни, но у Рюка была привычка просто выскакивать из ниоткуда и пугать его до полусмерти. — Ещё раз спасибо, Лайт. Я очень ценю это. — Не проблема. Увидимся позже, — Лайт помахал на прощание и пошел по улице. Он повернул за угол как раз вовремя, чтобы на кого-то натолкнуться. — Извините. подождите. мистер Пембер? — ошеломленно спросил Лайт. Перед ним стоял Рэй Пембер, который выглядел довольно подавленным и потрепанным. Тяжелые мешки под глазами и помятый костюм. Он уставился на Лайта. — Нам нужно поговорить»

***

— Вы в порядке? — спросил Лайт, — Мой отец рассказал мне об агентах ФБР. Мне очень жаль. Рэй продолжал смотреть на него сверху вниз. Он убедителен. По крайней мере, я смогу дать отпор. — Нам нужно поговорить. Это о том, что случилось с агентами ФБР. — Ох, что ж, — Лайт поднял сумку со свежей сменой одежды своего отца, — мне нужно сначала отнести это моему отцу, но после этого я буду рад поговорить с вами. — Нет-нет, все в порядке. Я должен поговорить и с твоим отцом, — сказал Рэй, оборачиваясь, — идём. Двое молча пошли в сторону участка. Лайт взглянул на Рэя, увидев, насколько потрепанным выглядел мужчина. Похоже, он не спал несколько дней. Думаю, на него сильно повлияла смерть коллег. Рэй же, напротив, глубоко задумался. Если это Кира, мне нужно действовать быстро. Столкновение с ним на глазах у его отца — мой лучший шанс выжить. Если ограбление автобуса было чем-то особенным, он сделал бы все, чтобы защитить свою семью, поэтому я могу с уверенностью предположить, что шеф Ягами не умрет. На участке Лайт говорил с секретарем: — Я — сын шефа Соитиро Ягами, Лайт Ягами. Можете позвонить ему и сказать, что я принес ему сменную одежду? — Извините, молодой человек, но начальника нет в офисе, — объяснила она. Позади Лайта Рэй слегка напрягся. — Его нет? — Лайт спросил, — Это странно. Не могли бы вы хотя бы оставить одежду оперативной группе, чтобы он мог получить их позже? Она покачала головой: — К сожалению, никто из оперативной группы сегодня не находится в офисе, но вы можете оставить его здесь, пока он не вернётся. Кстати, как у тебя с учёбой? Ты был довольно умным мальчиком. — Уф, — проворчал Рэй, выходя из здания. — Что с ним? Лайт нервно усмехнулся: — Ничего. Он просто хотел поговорить с моим отцом. Спасибо, в любом случае.

***

На улице Лайт попытался позвонить на телефон своего отца, но обнаружил, что он выключен, что для него было странно. — Простите, мистер Пембер. Похоже, он не может разговаривать. Рэй вздохнул, прислонившись к стене: Думаю, это будет не так просто. Так никогда не бывает — Все в порядке? — осторожно спросил Лайт. — Нет. Все не в порядке, — отрезал Рэй, — Мои коллеги мертвы. Я не могу вернуться домой. И что хуже всего… » Нет! Не показывай свою слабость. Он ничего не заслуживает. — Ничего. Ты знаешь, где мы можем поговорить наедине? » — Да уж. Рядом есть парк, который в этот день обычно пустует. Мы могли бы там поговорить. — Хорошо. Веди меня туда, — Лайт не знал, насколько Рэй действительно нервничает. Он также не подозревал, что у Рэя все ещё есть пистолет. Не зная об этом, Лайт направился в небольшой причудливый парк, который практически был пуст. Из-за холода народу было немного. Рядом с парком было несколько магазинов, в том числе тренажерный зал и кафе. Лайт сел на одну из скамеек, слегка вздрогнув, когда холодный ветер поднял его пальто. — Становится холоднее. Хорошо, что я принес свои перчатки, — сказал он, пытаясь снять напряжение. Рэй молча сел рядом с ним и ничего не сказал. Спустя несколько мгновений напряжённого молчания Лайт заговорил снова: — Итак, вы хотели поговорить об агентах? Рэй почти не смотрел на него. — Да. Как ты знаешь, двенадцать агентов прибыли в Японию для расследования убийств Киры. Теперь я остался один после того, как Кира убил остальных. Ты знаешь, как Кира это сделал? Подросток пожал плечами: — Думаю, наиболее логичным было то, что он каким-то образом получил необходимую информацию. Но это не объясняет… почему вас оставили в живых. —… Это потому, что я передал информацию Кире, — признался Рэй. Лайт ахнул: — Что вы сделали? — Я видел, как он убивал прямо передо мной. Он угрожал сделать то же самое с моей невестой, если я не выполню все его требования, но он все равно убил ее, — прошептал он, закрыв лицо руками. — Оу, — мягко сказал Лайт. Он просто пытался защитить своих близких, а Кира все равно убил их. У Киры действительно нет сердца. — Рэй, мне очень жаль. Я даже не могу представить, как это должно было быть. — Не жалей меня, мальчик, — отрезал мужчина, резко взглянув на Лайта, — ты ничего не знаешь о моих страданиях. Ты ничего обо мне не знаешь, так что отступай! — Рэй посмотрел на него, его эмоции взяли верх. Лайт, не ожидая гневной тирады, отскочил к краю скамейки. Очевидно, Рэй был в плохом эмоциональном состоянии и, честно говоря, Лайт не мог его винить. Он огляделся вокруг и увидел открытое кафе. — Знаешь что? Сейчас я принесу тебе кофе. Агент смотрел, как Лайт поспешил в кафе. Что ж, я ещё жив. Если бы он был Кирой, загнав его в угол, я бы погиб. Его беспокойство казалось искренним… Я ошибался насчёт него? Я сделал ошибку? — Извините? — спросил мужчина, подходя к нему. Рэй взглянул на высокого человека с опущенными черными волосами и темными глазами, — Простите за прерывание, мистер Пембер, я просто хотел представиться. Я Теру Миками. Я буду главным обвинителем, когда вы поймаете Киру. — Что? О, да. Я помню, как мой босс говорил о тебе, — ответил он, вставая, — Говорят, ты один из лучших во всей Японии. Миками улыбнулся: — Ты мне льстишь. В конце концов, я делаю только то, что правильно. Я слышал о том, что случилось с другими агентами ФБР. Мои самые искренние соболезнования в связи с вашей утратой. — Что ж, спасибо, — сказал Рэй, ответив своей грустной улыбкой, — Они были хорошими людьми. — Не хотите прогуляться? Рэй перевел взгляд на кафе. Через окно Лайт ждал в очереди за тремя людьми и некоторое время не возвращался. После этой вспышки я сомневаюсь, что он будет много говорить. Даже если он это сделал, я начинаю подвергать сомнению свои предыдущие теории. Он кивнул Миками. — Да. Было бы здорово. Благодарю.