Death Note

— Значит, врачи думают, что стресс был единственной причиной приступа? — спросил Лайт, когда его мама вышла из больничной палаты. Это был безумный момент в его жизни. Лайт едва сдерживался. Только увидев, что его отец жив, он наконец смог нормально дышать. — Да уж. Честно говоря, я думал, что это Кира, но со мной все будет в порядке, — сказал Соитиро слабым от изнеможения, голоса, — Похоже, в последнее время я переработал. Рядом с Лайтом на неудобном больничном кресле сидел L: — Верно. Должно быть, вы перенервничали, зная, что Лайт является подозреваемым в этом расследовании. Потрясенный, Лайт впился взглядом в детектива: — Ты действительно сказал это моему отцу? — Да. На самом деле я ему все рассказал. Сидя в постели, Соитиро слабо согласился: — Верно. Этот человек — Эл. Чтобы защитить его личность, мы в оперативной группе называем его Рьюзаки. Это он, — Лайт на это ничего не ответил. Итак, это Эл. Мой отец не стал бы лгать о столь важном. Это хорошо. Это означает, что я на шаг ближе к тому, чтобы поймать Киру. Если я смогу попасть в оперативную группу, я смогу использовать их выводы, плюс то, что я знаю, и, наконец, покончить с этим монстром. Но это может подождать. Сейчас важно выздоровление отца. — Рьюзаки. Теперь, когда у тебя была возможность поговорить с моим сыном, он все ещё считается подозреваемым? — спросил отец Лайта. Так, я подозреваю Рьюгу? Я имею в виду Эл. Или, Рьюзаки. Сколько личностей вообще нужно этому парню? — Когда я говорю, что подозреваю его, вы должны знать, что Вероятность очень мала. Мы уже обсуждали это, но я объясню ещё раз. Не так давно Кира убил двенадцать агентов ФБР, которые приехали в Японию, чтобы помочь нам. Им было приказано следовать за людьми, которые были связаны с японской полицией, — сказал Рьюзаки, — Один из этих агентов, Рэй Пембер, погиб последним после того, как Кира, скорее всего, убил его невесту. Мы считаем, что Кира мог специально нацелиться на Пембера. — Могу я спросить… Как он умер? — спросил Лайт. Рьюзаки сделал паузу, обдумывая вопрос подростка. — Одно огнестрельное ранение в голову. Самоубийство. Подросток грустно вздохнул. — Боже, бедный Рэй… А поскольку он расследовал всё обо мне перед смертью, то для меня нормально быть подозреваемым. Я понимаю. Пембер и Лайт, несомненно, встречались до смерти агента. Он назвал агента по имени и выражает печаль и гнев по поводу смерти Пембера. Это указывает на то, что их отношения были больше, чем просто знакомые. Возможно, Лайт смог пролить больше света на последние дни Пембера. — Я считаю дедуктивные способности Лайта весьма впечатляющими. Он всегда быстр. На этой ноте я бы… — Я хочу помочь с расследованием, —заявил Лайт, — Я не хочу ничего, кроме как поймать Киру, и благодаря моему отцу у меня больше нет сомнений в твоей личности. — Нет, Лайт. Это не стоит твоей жизни, когда ты должен учиться, чтобы стать офицером полиции. Ты должен получать удовольствие от студенческой жизни. У тебя будет достаточно времени, чтобы присоединиться к нам после выпуска. — Отец. Без обид, но посмотри на себя. Тебе повезло, что на этот раз у тебя случился сердечный приступ только из-за стресса. Что, если в следующий раз это будет Кира? А после того, как я закончу учебу? Ты говоришь так, будто на это расследование уйдут годы, — Лайт наклонился ближе в своем кресле, — Пожалуйста, позволь мне помочь. Таким образом, я могу помочь, взять на себя часть работы и доказать свою невиновность. — Хотя я сомневаюсь, что это дело продлится годы, у словах Лайта есть смысл, — согласился Рьюзаки, — В вашем состоянии неразумно продолжать работу в оперативной группе, пока вы не выздоровеете. Я частично виноват в этом и прошу прощения. Но старший Ягами покачал головой: — Лайт, я не позволю тебе этого сделать. И я не перестану заниматься расследованием только из-за небольшого испуга. Это моя работа, и я буду делать её до конца. Лайт вздохнул, вставая со стула. — Небольшого испуга? — сердито повторил он, — Ты чуть не умер сегодня. Мы чуть не потеряли тебя из-за этого расследования, и как ты реагируешь?.. —Лайт… — предупредил Соитиро. — Нет. С меня хватит, — раздражённо заявил Лайт, — ты как будто хочешь, чтобы тебя похоронили. Ты хоть представляешь, как я боялся за тебя? Насколько я был напуган, что ты умрёшь? Но нет. Как всегда, работа на первом месте. Не знаю, почему я вообще беспокоюсь, — Лайт почувствовал, как глаза начали печь от непролитых слез. Он вышел из палаты, не обращая внимания на то, что отец кричит, и бросился прочь по коридору. В больничной палате Рьюзаки посмотрел на дверь, которую Лайт оставил открытой. Я не ожидал такой реакции. Это не действия убийцы. Это действия сына, испугавшегося за своего отца. — Мне тоже нужно идти. Доброй ночи, шеф Ягами, — Рьюзаки быстро нашёл Лайта. Он обнаружил, что подросток сидит на одной из скамеек рядом с торговым автоматом и смотрит на стену. Мокрые следы на его щеках блестели на свете. Он плакал. — Лайт? Лайт закрыл глаза, слёза снова упала. — Мой отец сегодня чуть не умер. — Я понимаю, как это должно быть для тебя. Лайт сурово взглянул на детектива и встал. — Ты не представляешь, как я себя чувствую, — он развернулся на каблуках и пошел прочь, засунув руки в карманы. — Я просто хочу, чтобы этот кошмар закончился, — прошептал он еле слышно, но Рьюзаки услышал это. Его взгляд не отрывался от формы отступающего подростка, когда он исчез из поля зрения. Подойдя к выходу, Лайт с силой распахнул дверь. Он никогда в жизни так не разочаровывался в своем отце. Почему он всегда такой упрямый? Разгневанный, обиженный и уставший, Лайт резко упал на сиденья автобусной остановки «Госпиталь». Я ненавижу это. Как бы я ни старался, люди, которых я люблю, все ещё в опасности. Что, если папе не просто повезло? Я чуть не потерял его сегодня. Он… Он чуть не умер… Из-за меня… У него вырвалось рыдание. В нем закружились чувство вины и страдания, от которых у него заболел живот. Если бы он просто не бросил Тетрадь Смерти, возможно, ничего бы этого не произошло. Киры не существовало бы, если бы он просто забрал её домой. Теперь мир оказался во власти могущественного маньяка-садиста, и Лайт был бессилен что-либо сделать. Я думал, что смогу с ним справиться? О чем я только думал. Я был дураком, думая, что смогу исправить это. Даже если бы я принял предложение Рюка по поводу глаз, я все равно был бы в неведении, куда бы я даже взглянул. Я не… не могу… — Рюк, — прошептал он, его дыхание стало прерывистым от рыданий, — Избавь меня от этого. Глаза шинигами расширились. — Что? Ты имеешь в виду, ты просто сдаешься? — Я больше не могу, — сказал Лайт, глядя на Рюка, — Это моя вина, что Кира существует. Может быть, я выбираю лёгкий выход, но я больше не могу этого делать. Я чувствую, что схожу с ума. Мне жаль, но теперь тебе придется развлекаться с Кирой. — П-подожди минуту. Давай просто обдумаем это, прежде чем принимать решения, о которых пожалеешь, — почти умоляюще говорил Рюк.  — Ты глухой? Я сказал, уходи! —взревел Лайт на шинигами, указывая на небо. Между человеком и шинигами воцарилось молчание. Рюк отступил, выражение его лица было таким же, как всегда, но в его глазах был проблеск… печали? — Хорошо. Я пойду, — разочарованно пробормотал он и позволил своим глянцевым черным крыльям раскрыться в полную длину, — До свидания, Лайт Ягами, — с этими словами он взлетел в небо, унося с собой воспоминания Лайта. Человек запомнил бы основы того, что происходило, но Лайт не помнил бы Рюка или что-то связанное с Тетрадью Смерти.

***

Все ещё сидя на автобусной остановке, Лайт ждал автобуса домой, чувствуя раскаяние из-за своей ссоры с отцом. Он извинится, когда увидит его в следующий раз, но сейчас он все ещё был слишком взволнован. К тому же, часы посещения закончились, так что у него был повод не отступать. Мысль о его отце, лежащем на больничной койке, вызвала у него свежие слёзы, и он устало вздохнул. — Лайт? Ты в порядке? —обеспокоенный голос спросил. Он поднял глаза и заставил себя вежливо улыбнуться. — Ой. Мистер Миками, — поздоровался он кивком. — Тебе больно? Ты, кажется, расстроен, — учитель выглядел обеспокоенным. Быстро вытирая слезы, Лайт встал с пластикового сидения. — Да… Это была тяжёлая ночь. Мой папа, ммм… У него был сердечный приступ, — лицо подростка исказилось. Лайт почувствовал, как сильные руки обвились вокруг него. Одна на его талии, а вторая гладила его по волосам. — Все в порядке, — прошептал Миками, — тебе не нужно проходить через это в одиночку. Я здесь, — Лайт закрыл глаза, почти уткнувшись головой в грудь учителя. Это утешало и успокаивало, находиться так близко к другому человеку. Впервые с тех пор, как он узнал о существовании Киры, Лайт почувствовал себя в безопасности. Если бы он только знал, в чьих руках он находил утешение. —Все будет хорошо, — прошептал Миками, широко ухмыляясь.