Он чувствует себя как дома (he feels like home)

Когда корабль разбивается, Хан — один из первых, кому звонят. Всем известен его неоспаримый вклад в восстание, и он должен признать, что он неплохой механик. По крайней мере, у него это получается лучше, чем дела контрабандиста. Это совсем немного, но хоть что-то. Лея по крайней мере счастлива, что он делает что-то законное, поэтому ей не нужно объяснять каждый раз Сенату, почему её муж вмешивается в дела преступников. Кроме того, он зарабатывает достаточно, чтобы его жена была не единственной кормилицей в доме. Люк — один из тех людей, что звонят Хану если что. Каждый раз, когда в Храме джедаев ломается какой-нибудь корабль или когда одному из родителей учеников требуется помощник, Люк звонит Хану. Что ж, поправка. Он звонил Хану. Теперь Хан получает звонки с просьбой об помощи Люка только тогда, когда кое-кого нет рядом. Хан уверен, что Люк думает, что он хорошо скрывает один факт. Как будто Хан не заметил бы, насколько улучшились его навыки механика за последние несколько месяцев. Или что он с большей вероятностью будет зависать на этих же сломанных кораблях, которые ремонтирует его «друг», а не оставлять его в покое и гордом одиночестве. Или что всякий раз, когда Хан посещает храм джедаев и спрашивает о Люке, он получает ответ «с Мандо». Сегодняшний день не исключение. Хан приходит в храм ранним утром, быстро замечает нескольких детей, сражающихся на поляне. Прежде чем он спросит Люка, все они указывают на корабль Дина, в их глазах читается веселье. «Мастер Дин,» — фыркает Хан, поднимаясь по склону к кораблю. «Что этот человек сделал для детей? Не может быть все так, лишь потому что он дал несколько уроков…» — Он останавливается, чтобы перевести дух, проклиная свои колени. Почему Дин настоял на том, чтобы оставить свой корабль на вершине проклятого холма? «И учит их, как драться или чему-то еще, что еще не делает его Мастером». Он уверен, что Люк стал бы возмущаться, если бы он это услышал, но Люка здесь нет, и, кроме того, он всегда встает на защиту Дина, так что это не имеет значения. Он останавливается недалеко от корабля и щурится. Дин и Люк находятся снаружи, востанавливая двигатель корабля. Ну, Дин востанавливает двигатель, стоит на камне и лезет внутрь, в то время как Люк сидит не далеко от его ног, с Грогу на коленях, и просто наблюдает. Даже издалека Хан может увидеть румянец, окрашивающий щеки парня. Он смотрит на Дина, как будто этот человек — чертов спаситель вселенной, и Хан внутренне стонет. Парень даже еще не осознал, что он уже здесь — его чувство Силы бесполезно когда рядом Дин. Он словно ребенок. Затем Хан смотрит на Грогу, который ест что-то похожее на нечто сладкое, но он замечает Хана. Возможно, Люк даже хуже чем ребенок. — Ты ведь знаешь, что можешь взять один из кораблей Новой Республики? — говорит Люк громким и немного дрожащим голосом. Это чудо, что Дин еще не осознал чувства Люка — Я знаю, что ты любишь этот хлам, но… — Это не хлам, Люк. — Я имею в виду, ты должен чинить его, всякий раз, как возвращаешься. — И меня это устраивает. Этот корабль появился еще до Империи. Его практически невозможно отследить. Дин высовывает голову — ну, шлем — из двигателя — Ты можешь передать мне гаечный ключ? — Я просто хочу быть уверенным, что ты в безопасности. — Люк заставляет гаечный ключ лететь в руку Дину, к явному ужасу второго. Он ворчит что-то вроде: «Ты бы предпочел, чтобы я никогда не уезжал на миссии», и Хан фыркает. У Люка и Леи много общего, и их желание держать близких им людей рядом — одно из этого. — Ты знаешь, что тебе не нужно хвастаться Силой каждый раз, когда я о чем-то прошу, — продолжает Дин, и на лице Люка появляется глупая ухмылка. — Ты можешь просто… передать это мне. — Ты всегда в восторге, когда Грогу делает подобное. — Грогу — ребенок. — Дин снова вылезает из двигателя и смотрит на Люка. В шлеме это выглядит еще более внушительно, но Люк продолжает улыбаться. — Ты мастер-джедай. — Пфф. Мое мастерство переоценено. — Ты сказал, что это важно в тот момент, когда твои падаваны начали меня так называть. — Я имею в виду…конечно — Улыбка Люка стала шире, если это вообще возможно. — Очень важно. Хан почти уверен, что Дин закатывает глаза под шлемом. Боясь, что его шурин получит оплеуху, если он продолжит раздражать мандалорца, Хан решает вмешаться. (И нет, он вовсе не ревнует. Люк и Дин могут быть милыми, если не обращать внимания на то, что они тоскуют друг по другу, но, черт возьми, у него есть жена. Просто потому, что они кажутся счастливыми и веселыми, а Хан чувствует, что его дни заполнены в основном уборкой беспорядка за Беном, но это не означает, что он ревнует.) — Я знал, что найду тебя здесь, малыш. — Люк подпрыгивает от голоса Хана и смотрит вверх, Грогу почти падает с его рук. Дин прекращает починку корабля, когда Грогу издает возмущенный звук. — Хан? — Люк осторожно ставит Грогу на траву, к ужасу ребенка, и встает. — Что ты здесь делаешь? — затем его лицо становится бордовым. — Я ведь не пропустил еще один совместный завтрак? Клянусь, мы должны были закончить быстрее, и мы просто разговаривали и… — Не в этот раз. — Хан выгибает бровь и наблюдает, как Дин встает в оборонительную стойку и встает рядом с Люком. Грогу на руках пытается засунуть ромашку под его доспехи. Мандалорец даже не подает вида, что это его волнует хоть на йоту. (Конечно, благодаря R2-D2 Хан видел фотографию Дина с огромным количеством цветов вокруг его доспехов, так что он почти уверен, что Дину, в какой-то степени, может это нравиться.) — Лея хочет, чтобы ты приехал. Что-то о сенаторах, Ордене джедаев и прочей чепухе. Я перестал слушать ее объяснения почти сразу. — Люк моргает. — Но корабль… — Я уверен, что Дин справится с этим без твоей Силы и летающих ключей. — Это еще не все, что я делаю. — Хан почти уверен, что Дин фыркает. Достаточно уверен. Люк просто бросает на него последний взгляд, прежде чем поднимает с травы свою черную мантию и набрасывает ее, как будто это должно сделать его менее похожим на мальчика и больше на Мастера. Румянец на его щеках и растрепанная копна светлых волос говорят об обратном. — Хорошо, хорошо, я иду. И не смей, — Люк показывает пальцем на Дина, — Не смей покинуть планету до того, как я вернусь. Я хочу убедиться, что корабль в порядке, прежде чем ты покинешь нас. — Ты не заметишь разницы, — говорит Дин, с ноткой веселья в голосе. Грогу бормочет что-то, что очень похоже на согласие, и лицо Люка становится еще краснее, настолько краснее, что он кажется обгоревшим. Они еще не на полпути к храму джедаев, когда Хан обращается к другу. — Итак, сколько ещё нам придется ждать, пока ты будешь неловко флиртовать с Дином, прежде чем ты осмелишься пригласить его на свидание? Люк спотыкается, но успевает остановить падение, ухватившись за плечо Хана. — Как ты…- Хан только выгибает бровь. — Я не… я имею в виду, что мы не… Я не приглашу Дина на свидание! — Почему нет? Ты только и делаешь, что думаешь о нем и уже несколько месяцев. — Он просто друг! И я… Я не забываю об этом даже если я совсем немного в него влюблен. «О боже…» думает Хан. Но он уверен, что Люк, вероятнее всего, сразу же сказал бы «да», если бы Дин сделал ему предложение. — Так ты говоришь мне, что тот, кто смог взорвать Звезду Смерти и победить Императора практически в одиночку, боится простого отказа, если что-то пойдет не по плану? Люк выглядит обиженным и одновременно отчаявшимся. — Лея хоть немного посочувствовала, — ворчит он, следуя за Ханом в Храм джедаев. Хан лишь смеется. — Я скажу тебе вот что — я не собираюсь жалеть тебя, если ты будешь так и дальше тянуть, и он не дождавшись уйдет к другому. Люк останавливается в нескольких шагах позади Хана. — Ты ведь осознаешь, что это не помогает? Ты должен знать, что это совершенно не помогает.