Мое сердце у ваших ног заживо

Все вокруг мигает в разноцветной дымке, люди теряют лица, бесконтрольный смех обрамляет их тела. Светодиодные ленты, опоясывающие элитный клуб, оставляют блики на низких стаканах, наполненных водкой. Они празднуют его новый клип, празднуют миллионы, празднуют его победу. Он доказал всем хейтарам, всем тем, кто, протирая штаны перед стулом, осуждал его многодневный труд, пот и кровь. Он утер нос всем. Заработал миллионы, он буквально может позволить себе поссать на белый дом, он в чартах, он на высоте. Отсосите. Однако настоящую эйфорию он ощутил, когда Слава улыбнулся, когда глубоко внутри его черных глаз промелькнула настоящая гордость. Улыбку тянет через весь рот, утыкается носом в диванную подушку и прячет лицо в бархатную ткань. У Моргена такая же искренняя и глубокая улыбка. Вкус победы в улыбке его любимого…друга? Об этом думать не хотелось. Хотелось выдыхать дым от лёгких наркотиков и чувствовать объятия Славы, на самом же деле обвивающиеся вокруг шеи тонкие руки чьей-то шлюхи. Дым по́лнит рот, пробираясь в гортань, но Алишер давно уже не задыхается. Алишер привык. Когда он встаёт, его чуточку мутит, все сразу подскакивают за ним и следуют вплоть до выхода. Он отмахивается от них, как от надоедливых мух и садится на заднее сидение Кадиллака. Водитель трогается с места, Алишер замечает, что руки у него мелко дрожат. Они доезжают до особняка. Стены кочаются вместе с ним, алкоголь в крови будит чувство одиночества, поэтому он волочится сначала к студии, находя ее пустой,и уверенно бредёт к спальне Славы. Ему важно знать, что тот сладко спит в своей кровати, будто маленький ребенок, что он дома, что не шляется по клубам, не засыпает в чужих руках. Это что-то, что заставляет его успокоиться, глядя на равномерно вздымающуюся грудь парня. Но сейчас кровать пуста. На смену ленивому спокойствию приходит страх, острыми когтями вспарывая сердце. Он всегда был тут в час ночи. Алишер выходит в коридор, громко зовёт парня по имени и беспомощно оглядывается. Впервые в жизни он жалеет, что особняк такой большой. В некоторых комнатах, включая его собственную, были звуконепроницаемые стены, чтобы во время тусовок звук не мешал Славе спать. Теперь же это только во вред, он быстро вытягивает пальцами из куртки телефон и судорожно набирает Азиза. Тот долго не отвечает, прежде чем Морген слышит вибрацию звонка на барной стойке в двух метрах от себя. Азиз тут, значит со Славой все в порядке. Его не выкрали, не насиловали, не избивали, не калечили. Алишер решает успокоится и спокойно понять, где сейчас парень. Он обходит все комнаты на первом, втором, третьем этаже, а затем двигается к саду. Слава здесь. В его уши воткнуты наушники, а сам он мычит под незамысловатую мелодию. В саду множество декоративных фонарей, так что улыбка Славы сразу выбивает из колеи уставшего и пьяного Моргена.  — Ты где был, мать твою? Не злобно. Устало. Замученно. Ему в голову — пустую и паникующую — не пришло, что он мог бы позвонить Мэрлоу и это всем бы и закончилось. Но…не позволил. Почему-то восполенный мозг не догадался набрать Азиза раньше, чем проанализировать ситуацию. Он резким движением руки вырывает наушники-капельки из ушей, и Слава вздрагивает. Его лицо выглядит чуточку ошеломлённым, прежде чем он абстрагируется и переворачивается на бок, засовывая наушники обратно. Алишер охренел. С чего это мальчишка решил показать характер и игнорирует его?В груди поднялась злость, он грубо потянул парня за руку,и тот с таким же злым выражением лица уставился на него.  — Это чё за фокусы? — почти прошипел, сузив глаза.  — Ты…ты ушел без меня. Даже не спросил, хочу ли пойти с тобой, хочу ли я напиться. Отпраздновать победу. Оставил меня с Азизом, у которого круг развлечений ограничивается на оружием и котятами.Мне было скучно. Чертовски. А теперь ты приходишь домой, злой, пьяный, ещё и обиженный. Плюс к этому, обкуренный. Я устал. Я хочу расслабиться.  — Хотел напиться? — в голосе сквозил яд, а взгляд стал цепким. — И что потом? Потрахаться?Обкуриться? М? Ты же примерный мальчик, Слава — обманчиво ласково протянул Алишер, — этого ты хотел? Тебе не идёт. Тебе идёт оставаться в кроватке всю ночь и не перечить старшим. Он провел длинными пальцами по подбородку и потянул вверх, налаживая зрительный контакт. Затем сжал острый подбородок и процедил.  — Даже не думай. Ты мой. Трахаться, пить, обкуриваться, — лишь когда я рядом. Когда мы вдвоем. Я не спрашиваю, я ставлю перед фактами. Если тебе нужно что-то из этого, ты знаешь, где моя комната. В глазах парня заблестели слезы, а рот скривился от подступающих рыданий. Это несправедливо. Он не хотел Алишера. Он хотел шумную компанию, отчаянные поступки и разгульную молодость, вместо этого — синяки на подбородке и сжимающее сердце «мой». В выпавших наушниках по второму кругу играла «sweater weather».