Мое сердце у ваших ног заживо

Слава нервничает. Перед ним на низком столике лежат расческа, гель для волос и пару косметических принадлежностей. Как же волнительно. Сегодня утром Алишер, скривившись, рассказал о вечеринке в одном из самых популярных клубов Москвы. И Слава идёт. Не понятно, что щёлкнуло в голове Алишера, но он этим обновлениям только рад. Был. Теперь, когда он так близко к желанному, волнение охватывает всего его, почти парализуя. В животе затягивается болезненный узел, при мысли о том, как он может опозориться перед всеми. Что, если споткнется? Что, если выболтает какую-то глупость? Если его сочтут неинтересным? Бесконечные «что» и «если» крутятся в голове, вызывая мигрень.  — Ты скоро? Не выйдешь в течение десяти минут — останешься дома. Голос Моргена отрезвил, Слава умылся и влажными пальцами провел по волосам, наводя хаотичный беспорядок. Так ему идёт больше. Он открывает дверь ванной, натыкаясь на раздражённого Алишера.  — Ты собрался пойти в этом? Слава долго искал, что бы надеть. Первоначально выбор остановился на черной толстовке и потёртых джинсах, но потом он вспомнил, что такие тусовки в шмотье за две пятьсот не проводятся. Перерыв все интернет магазины, посовещавшись с десятью подругами,он остановился на черной полупрозрачной рубашке из шелка и классических брюк с подтяжками. В совокупности смотрелось дорого и красиво, он почти не узнавал себя в отражении. И искренне не понимал, что такого странного в его наряде нашел Алишер.  — Ты в стрип клуб собрался? Бегом марш переодеваться, ты не проститут. Нижняя губа задрожала от обиды, он ведь столько времени потратил столько денег и сил! А теперь, без видимых причин и следствий этот мудак отправляет его обратно.  — Нет.  — Что прости? Алишер прищурился и приблизился на шаг, заставляя Мэрлоу отпрянуть и обратно войти в ванную.  — Я-я сказал, что не пойду! — голос наконец прорезался, несмотря на животный страх, расползающийся изнутри.  — Чтобы ты пошел в этом костюме, — его рука скользнула по шее Славы, — на этой прелестной коже должны быть мои отметины. Алишер пах сигаретами и алоэ. Странное сочетание, но в нос ударил этот запах и на секунду захотелось попробовать его снова, уткнуться в белоснежную рубашку и попробовать это безобразие. Всего лишь на секунду. Потом глаза вновь заполнились страхом и непониманием, Слава пожалел, что вообще решил возразить.  — Согласен?  — Пожалуй, я останусь дома. Да, так будет лучше. Это Мэрлоу практически пискнул, протискиваясь между руками Алишера и позорно сбегая в свою комнату. Он прекрасно знает, что в догонку ему следует полупрозрачная и довольная улыбка. *** Когда приятная ткань перестала холодить кожу, а толстовка начала согревать замерзшее тело, Слава устроился на широком диване с пачкой чипсов и «Гарри Поттером» на экране плазмы. И, должно быть, он не чувствует в полусне, как его аккуратно поднимают и относят наверх, в комнату. Кровать скрипит под двумя телами. Слава чувствует тепло, такое горячее и обволакивающее.  — Спи спокойно, волчонок. Голос смутно знакомый, он теряется в объятиях с запахом сигарет и алоэ. В эту ночь сновидения казались по-волшебному сладкими.