Ты - мое чудовище

- О чем ты беседовал с Йокеном? Вопрос застал Силву врасплох, и тот непроизвольно вздрогнул, чуть не выронив самодельное копье. Парень затачивал его на каждом привале, делая грубый каменный наконечник изящнее и острее, подозревая, что скоро придется пустить его в ход. - Не подкрадывайся ко мне, Лили, - заметив очередную шероховатую неровность, подросток нахмурился, начиная работать интенсивнее. Кстати подростком его можно было назвать лишь с большой натяжкой – парень, словно обрастал новым слоями мышц, черты лица грубели и вытягивались, из-за чего казалось, будто шаман одним махом прибавил пятерку лет. - Ты изменился, - заметила Анна, присаживаясь рядом. Краем глаза она следила за тем, что творится в лагере: индейцы старались устроиться как можно теснее друг к другу и ставили палатки в один ряд, чтобы в случае опасности защищаться ровным строем. Воздух вокруг был пропитан страхом и неизвестностью. - Я знаю. К сожалению, не только ты это заметила, - Силва поднял голову и окинул присутствующих цепким неприятным взглядом. – Люди начинают что-то подозревать. Среди мирного населения пошла молва, что мы перевертыши. - Мне нет до них дела, - равнодушно отозвалась девушка, - они идут бок о бок с шаманами и должны знать, что в мире есть много необычного. Ты не ответил на вопрос. Парень досадливо скривился, но произнес: - Я спросил, что он здесь делает и почему был на волосок от смерти, когда его нашли. - И он тебе признался? - Сказал, что у них с Хао давняя вражда. Мол, индеец предлагал ему присоединиться к своему лагерю, а тот отказался. Тогда рассерженный шаман избил Йокена до полусмерти и выбросил к воротам деревни. - Соврал, - не колеблясь, убежденно заключила Анна. – Хао раньше никогда не бывал к Карл-Дроне. И к тому же, что-то подсказывает, Патч не стал бы возиться с человеком, отказавшемся подчиниться, и попросту убил бы его. - Ага, - Силва даже не стал спорить, продолжая неспешно точить свое оружие, - у него есть какая-то тайна. И, если честно, мне не особо хочется ее разгадывать. Девушка была с ним не согласна. Она очень хотела узнать об истории Йокена, однако, того оказалось не так-то просто выловить. Мужчина все еще был слаб и большую часть времени либо проводил на носилках, либо находился под опекой Измы, а встречаться с женой Хао желания не возникало. - А ведь Асакура мог его вылечить, - задумчиво протянула Анна, - как поступил с Овасай. Но не стал себя утруждать заботами о наследнике клана. Это выглядит как какое-то наказание. Будто Йокен провинился, но не настолько серьезно, чтобы из-за этого умереть. Патч оставил ее размышления без внимания. Он вообще старался не касаться темы Асакуры. - Темное место, - только и произнес Силва, не поднимая головы. – Мрачное. Будь готова к бою. Итако не ответила, лишь покрепче перехватила ножи, для удобства перевешанные на пояс – скрывать наличие оружия девушка больше не собиралась, благоразумно заключив, что скорость надежнее эффекта неожиданности. Вдруг Анна почувствовала призыв, легкое касание к подсознанию, настойчиво шепчущее какие-то непонятные слова. То был японский, но с примесью настолько непонятного диалекта, что распознать его сложное содержание удалось лишь с большим трудом. - Что такое? – мигом насторожился шаман, заметив, как изменилось выражение лица собеседницы. - Меня зовут, - итако быстро огляделась в поисках источника этого странного шепота и двинулась в сердце наспех сооруженного лагеря. Идти пришлось долго, энергетическая тропинка зайцем петляла между палатками и лежаками, то поднимаясь вверх к скалистому выступу, то опускаясь к засохшим грязевым углублениям, источающим неприятный запах. Анна нашла свою цель среди высоких бурых кактусов, растущих прямо из грязи, от чего длинные колючки приобрели такой же черно-серый неприятный цвет. Вдалеке на высоком каменистом строении сидел Хао, облаченный в мягкую бархатную жилетку, просторные штаны и пояс, украшенный многочисленными металлическими звездами. В этот раз он заплел густые волосы в длинную косу и для удобства заправил ее в воротник, чтобы та не мешала движениям. Мужчина говорил негромко и размеренно, предавая словам весомости, и отряд вооруженных шаманов, стоявший напротив, слушал глубокий голос господина с вниманием и сосредоточенностью. Среди таких были Аризу и Изма, девушки восседали на мягких подкладках рядом с мужем. В красивых глазах застыла холодная отчужденность, и это явилось для итако дурным знаком. Анна робко пристроилась позади остальных, помимо воли всматриваясь в спокойное лицо Асакуры. Даже если тот заметил присутствие шаманки, то не обратил на нее никакого внимания. Так вот, кто позвал ее! Стоило догадаться, ведь только Хао мог знать способ передачи информации на расстоянии. А странный язык – его родной, ведь такой сложный диалект был распространен в тысячном году, когда Япония была обособлена от остального мира. - ...Берите только самое необходимое, - между тем, наставительно рекомендовал Асакура, - когда мы достигнем долины Патчей, все это вам больше не понадобится, а лишняя ноша только усугубит остаток пути. Нужно уходить прямо сейчас, чтобы никто не заметил вашего отсутствия. Андриан, - обратился парень к застывшему оборотню, - возьмешь на себя командование, Аризу и Изма будут следить за состоянием Йокена. Пойдете на север. Думаю, к рассвету вы достигнете Лавовых Пещер. Там и увидимся. Анна нахмурилась. В душу закралось неприятное предчувствие. - Мы уходим? – громко спросила она, перебив Хао на полуслове. Этот поступок вызвал волну негодования, почти все шаманы велели девушке заткнуться, но та их даже не слышала, не отрывая от мужчины пристального взгляда. Хао недовольно фыркнул, но все же ответил: - Да. - А как же остальные? Поток брани усилился. Кто-то пихнул девушку в бок, но Анна только отмахнулась, наугад швырнув паутину силы. Заклинание врезалось в грудь обидчику, и тот с криком опрокинулся навзничь, широко раскрыв глаза от удивления и боли. - Мальчишку можешь забрать с собой, - лениво отозвался Хао, никак не отреагировав на секундную потасовку. - Я говорю об остальном племени. Асакура посмотрел на нее с жалостью и отвращением, и тут до Анны дошла одна простая истина – шаман и не собирался брать людей на турнир. На протяжении всего пути они играли роль бездушного материала, таскающего тяжести, добывающего еду и выполняющего мелкие поручения. А когда потребность в слугах отпала, Хао не придумал ничего лучше, кроме как оставить их умирать. Действительно, с чего бы шаману, ненавидящему людей, вдруг вздумалось забрать их в свое путешествие? Только за тем, чтобы в конечном итоге пустить в расход. Так не вовремя вспомнились слова Овасай: «Мы следуем за господином. И знаем, что он не причинит нам зла» Глаза девушки потемнели от ярости. Чертов Асакура! - Ты оставишь их на корм духам, - она не спрашивала, а утверждала. - Это всего лишь предосторожность, - таким же ровным голосом отозвался Хао, - беды может не случиться. Все зависит от того, насколько успешным будет мой поход в пещеру. - Ложь! – рявкнула Анна, вконец потеряв терпение. – Они умрут из-за твоей прихоти, проклятый убийца! Хао злобно ухмыльнулся. Наедине он еще мог позволить этой несносной девчонке показывать характер, но не перед лицами жен и многочисленными подчиненными. Мужчина поднялся в и одно мгновение оказался рядом с итако. Он видел, как удивленно расширились серые глаза, и с удовольствием заметил в них первые проблески страха. - Ты обвиняешь меня во лжи, Кринья? – тихо спросил Хао, властно приподняв ее подбородок двумя пальцами. Анна сердито вырвалась и враждебно уставилась на индейца. - А разве нет? – она хотела предать своему голосу оттенок уверенности, но дрожь в коленях порядком портила впечатление. Шаманка понимала, что зарвалась, и просто так все не закончится, но брать слова обратно она решительно отказалась, поняв, что никогда себе этого не простит. Воздух заклубился от напряжения и магии, ладони Хао вспыхнули золотым пламенем, а в глазах зажглись красные блики холодной ярости. Анна испуганно дернулась, но мужчина не дал ей сделать и шага. Он резко замахнулся, собираясь ударить, итако обреченно зажмурилась, безропотно принимая боль, но Хао вдруг передумал. Велением мысли погасив огонь, он обхватил замершее лицо руками и…поцеловал. Киояма удивленно охнула, почувствовав на губах чужое дыхание, мужчина действовал очень грубо, причиняя больше боли, чем удовольствия. Ладонь вцепилась в ее длинные космы, бесцеремонно потянула их вниз, девушка попыталась вырваться, но от цепких пальцев оказалось не так-то просто избавиться. Анна не могла видеть, как вытянулось лицо Измы, как Аризу презрительно скривилась, не сумев справиться с эмоциями. Она могла лишь ощущать, как язык скользнул ей в рот, перед этим игриво лизнув верхнюю губу. И все это на глазах у толпы мужчин во главе с оборотнем! Андриан нахмурился и ушел, не желая наблюдать столь низкую для него сцену, и тишина, воцарившаяся вокруг, давила смертельной тяжестью. Анна понимала, что своими действиями Хао пытается доказать власть над ней, и больше не могла терпеть подобного унижения. «Отпусти!» - злобно рыкнула про себя итако, вторгаясь в его сознание. «Я еще не наигрался» - послышался издевательский ответ. Ах, так?! Тогда она с силой сжала зубы и сразу же почувствовала металлический вкус. Асакура охнул и отстранился, прижимая ладонь ко рту. Он с удивлением обнаружил на пальцах капельки крови, смотря на них так, слово Анна, по меньшей мере, откусила ему язык. - Я останусь с ними, - спокойно сказала девушка, словно и не было этого ужасного поцелуя. Сейчас кроме наглого индейца вокруг нее никого не существовало – пространство сузилось до иронично прищуренных глаз, в которых заплясала усмешка. Хао медленно и злобно улыбнулся, демонстративно слизнув кровь с губ. - Твое право, - не стал настаивать он и, развернувшись, спокойно пошел к своему месту, находясь под прицелом десятка недоуменных взглядов, - мне все равно. *** - Где ты была? – недоуменно спросил Силва, когда запыхавшаяся и расстроенная Анна вернулась к шаману. Она не села рядом, а забегала из стороны в сторону, словно рассерженная львица, сверкая разъяренным взглядом. – Эй, что случилось? - Собирайся и уходи, - коротко сказала итако. – Скоро здесь будет жарко. Патч видел, как девушка нервно поглядывает на гору, и не счел нужным задавать лишних вопросов. Он покрепче перехватил копье и грозно выпалил: - Анна, я не мальчик, чтобы бежать от опасности! Если станет плохо, мы встретим смерть все вместе! - Да послушай же! – итако схватила парня за плечи и хорошенько встряхнула, боясь сорваться на истерический крик. – Не будет никаких «вместе»! Шаманы уходят! Все! Это приказ Хао! Глаза Силвы удивленно расширились. - А как же…люди? Анна устало опустила руки и тяжело посмотрела на мужчину. Он казался таким растерянным, весь его грозный внешний вид никак не клеился с дрогнувшими губами и каким-то наивным выражением на юношеском лице. - Они остаются. И я вместе с ними. - Я тебя не брошу! – тут же гневно выдохнул индеец, придя в себя. – Как ты вообще могла подумать о том?! - Хорошо, - не стала спорить итако. Сил на протесты просто не осталась. Девушка вдруг ощутила себя опустошенной, словно из нее в один миг выкачали все эмоции. - Надо сказать остальным, чтобы разбредались… Она лишь грустно улыбнулась: - Думаешь, народ тебя послушает? Они слишком ограничены своей безграничной любовью к господину, чтобы трезво мыслить. - Я все-таки попробую, - убежденно произнес парень и пошел к оживленному участку поселения. – Эй, люди! Надо уходить…. …Спустя еще полчаса стало понятно: Силва попусту тратит время. Никто из индейцев не желал покинуть лагерь, ведь великий Вождь приказал не сходить с места. На Патча смотрели, как на идиота, кое-кто даже предложил вздернуть паникующего смутьяна и снять с него скальп. Только Овасай, опасно прижимая младенца, подошла к итако и неожиданно спокойно спросила: - Это правда? Хао бросил нас? - Да, - послышался такой же спокойный ответ. Женщина закусила губу и покачала головой: - Я в это не верю. Анна лишь пожала плечами, не поднимая головы. Ее заботили ножи, она придирчиво осматривала тонкие лезвия, держа в руках точило. Больше ничего не добавив, Овасай скрылась в палатке – мальчик заплакал, явно проголодавшись. Итако проводила ее тяжелым взглядом и на секунду закрыла глаза, представляя возможную смерть обоих. На душе было тяжело. Так неспешно и неумолимо Горы Мертвецов коснулась полночь. В отблесках луны черные провалы дыр казались еще более мрачными, и Анна кожей чувствовала, как они наполняются агрессивной энергией, пробуждая от дневного сна нечто-то злое. - Почему ты не идешь вместе с остальными? – раздался требовательный вопрос. - То же самое можно сказать и тебе, Чико, - медленно произнесла Анна. Она так и не сдвинулась с места, прекрасно понимая, что все равно не сможет заснуть. Девушка еще немного постояла у ног итако и, не придумав ничего лучше, села рядом. - Я не хочу идти вместе с Андрианом, - честно призналась синэку, желая с кем-нибудь поговорить. Остальные боялись малышку, как огня, считая ее проклятой, и только Лили не чуралась с ней разговаривать…или как там ее зовут. – Он страшный. Анна внимательно посмотрела на девушку и заметила у той на плече четкий отпечаток пальцев. Нахмурилась. - Он бьет тебя? - Что? – Чико проследила за ее взглядом и беспечно отмахнулась: - Ты про синяк? Нет, это я сама…случайно ударилась. Медиум неопределенно хмыкнула, не представляя, как можно так ушибиться, но промолчала, посчитав некорректным продолжать тему. - Здесь ты умрешь, Чико, - вместо этого серьезно сказала она. – Так что лучше бы тебе пошевеливаться. - Я и так умру, - ожесточенно парировала девушка, - поэтому не стоит давать мне бесполезных советов. К тому же, я в состоянии за себя постоять, и… Дальше Анна уже не слушала. Она рывком оказалась на ногах и устремила на гору взгляд, полный мрачной решительности. Из черных отверстий градом повалили огненно-красные сущности.