Ты - мое чудовище

      Хао внимательно осмотрелся, приглядываясь к каждой трещинке, к каждой линии каменных клыков, оскалившихся в издевательской ухмылке. В кромешном мраке Горы Мертвецов было холодно и сыро, и только длинный изящный кристалл, зажатый в зубастой пасти, мерцающим маяком разгонял окружающую тьму. Мраморная горгулья была окутана магией, из-за чего создавалось ощущение, что к созданию статуи прикоснулись боги. Широкие плечи чудища украшал боевой панцирь, когтистая лапа сжимала грозную палицу, выполненную из черного аметиста. Каменную кожу пересекали красные прожилки.       Асакура презрительно хмыкнул. Конечно, искусственного монстра создали люди, аборигены, живущие у подножия горы и поклоняющиеся тварям, считая их посланниками с небес. Каждое полнолуние старейшие шаманы проходили в пещеры через узкую щель, обросшую цепкими коричневыми растениями, проходили по лабиринту из тысячи ступенек, ведя с собой молодых бездетных девушек, покорно следующих за Вождями племени. Никто не мог отказаться, ведь это такая честь – быть живым подношением великим богам.       «Выходит, падальщикам все же надоело получать лишь часть еды для прокорма, - без особого интереса подумал Хао, - раз они выбрались из своей дыры и вырезали племя под корень, обагрив землю кровью»       С серого потолка лениво капала вода, образуя на каменистом полу, усеянному костями, огромную лужу. Скелеты летучих мышей, тонкие хребты грызунов – все это противно хрустело и чавкало при каждом шаге, и, приближаясь к горгулье, Хао с трудом сдерживал отвращение.       Впереди раздался тягучий угрожающий визг, и в лицо шамана ударил горячий воздух, заставив замедлить движение. Мощное агрессивное хлопанье крыльями – и Асакура остановился. До определенного момента.       - Сто-о-о-о-ой! – свистящий старческий голос разорвал полотно тишины. Позади горгульи раздались скрипучие шорохи, и квадратную каменную голову с маленькими рожками обнял вполне живой когтистый клещ. – Путь закры-ы-ы-т!       - Ты здесь главный? – равнодушно отозвался Хао, слегка пораженный тем, что тварь способна разговаривать.       Раздалось тягучее шипение, и на свет, медленно передвигая паучьими лапами, выползло нечто. Обладая кроваво-красным панцирем, подсвеченным в темноте, тварь имела на редкость мягкий череп, постепенно меняющий форму. Под башкой ходили мускулы, щелкали хрящи, и вскоре совершенно гладкое лицо приобрело свои очертания.       - Ты умрешь здесь! – тварь гнусно рассмеялась и непочтительно сплюнула прямо на пол.       - У кого ты забрал это лицо? – между тем, лениво поинтересовался Асакура, склонив голову на бок для лучшей видимости. На выпад чудища он не обратил никакого внимания, продолжая недвижно стоять на месте, окаменев, словно статуя. – У прежнего вождя?       Их звали Безликими. Злыми духами, с помощью темной магии обретшими оболочку. Мужчина чувствовал, как под ногами шевелилось что-то неприятное, постепенно собирающее свои силы для решающего удара. Первая волна уже хлынула, Асакура кожей ощущал страх и ужас людей, оставшихся у подножья горы для ночлега, который принесет им смерть. Что поделать, вынужденная мера, дабы быстро и беспрепятственно проникнуть в недра бесконечного лабиринта, ведь твари, обычно таящаяся во мраке, будут заняты.       Дух заверещал и проворно кинулся на шамана. Хао легко уклонился от удара, сохраняя на лице безмятежное выражение. В воздухе тут же материализовался Дух Огня, но Асакура не спешил пускать его в бой, не зная, как тотем отреагирует на чужеродную магию.       Монстр разочарованно зашипел и напал с новой силой, оголив острые кинжалы клыков. Морда при этом вытянулась и утончилась, окрасив глаза желтым заревом. Когти прочертили белую полосу, но опять мимо – шаман уже находился в другом конце пещеры в заветной близости от тотема. Почти сразу же Хао пришлось отскочить в сторону – Безликий изрыгнул зеленую слизь, источающую зловоние смертельного яда.       - Ну, хватит! - раздраженно воскликнул мужчина, которому надоело прыгать, словно тупая овечка перед злым серым волком.       Тварь завопила, инстинктивно укрывшись плотным коконом крыльев, но от огня невозможно было сбежать. Он пожирал все: и прочный кроваво-красный панцирь, и тонкие кожистые перепонки лап. Когда от оболочки ничего не осталось, обгоревшая ткань обнажила жемчужно-белого призрака давешнего Вождя, чье лицо было бесцеремонно взята в пользование.       - Я свободен! – облегченно выпалил дух, разглядывая себя с полнейшим восторгом. – Свободен после стольких лет заточения! Ты освободил меня! Ты…       Договорить индеец не успел – хранитель Хао воодушевленно схватил его обеими лапами и начал вытягивать энергию, покрывая вырывающееся тело языками пламени. Стихийный дух всегда ел неспешно, с удовольствием смакуя каждый кусочек чужой души. Призрак ругался и умолял, посылал проклятия и плакал. Но мужчина его даже не слушал. Небрежно кивнув своему хранителю, он повернулся в сторону тотема. Тот продолжал безмятежно источать холодный приглушенный свет, будто никакой драки и не было. Сквозь светящуюся оболочку кристалла проглядывалась обычная деревянная фигурка жабы.       - Наконец-то, - зловеще улыбнулся Асакура, протягивая к нему руку, - наши поиски завершены.

***

      - Анна, чтоб тебя!! – панический крик Силвы, казалось, готов был прорваться сквозь бесконечный шум и разбить барабанные перепонки вдребезги. – Быстро на землю!       Девушка послушно кинулась в траву, и над головой просвистели мощные крылья, взметнув облако черно-золотых волос. Медиум поднялась также стремительно, как и рухнула, и с победоносным криком прыгнула на ближайшую тварь, оседлав неестественного длинную шею. Шаманка всадила сразу оба ножа, и духи, проникнув в твердую чешуйчатую плоть, разорвали ее изнутри, разметав по земле шматки смердящего мяса.       - Оригинально, - оценил Патч. Сам он без дела не слонялся, и огрубевшие руки были по локоть в крови. Луна осветила его лицо серебряным сиянием, предавая ожесточенный и угрожающий вид. – Смотри, такими темпами…       - Ложись!!       Анна прыгнула теперь уже на Силву, грубо сбив его с ног, и острые когти зачерпнули пустоту. Послышалось разочарованное верещание.       - С…спасибо, - через силу выдавил парень, сплевывая песок.       - Гляди в оба, - задыхаясь, прохрипела девушка, кое-как поднимаясь на ноги. В боку нещадно кололо, тело покрылось потом, Анна чувствовала, что уже на пределе. Еще чуть-чуть, и колени подогнуться, а руки безвольно опустятся, выронив ценное оружие.       Твари атаковали последовательно, словно истребители, рассекая небо и черной тенью пронзая облака. Бесчисленные стаи кружили над палатками, кидаясь на людей и раздирая их на клочки, они стрелой падали на копья, и даже самый тяжелый лук не мог пробить бурых панцирей.       - Твою мать! – в сердцах бросил Силва. – Да сколько же их тут?!       Почти сразу же на него налетела еще одна тварь, огромная крылатая зверюга, из-за черных полос похожая на колорадского жука. Мужчина не растерялся, крепко перехватив копье, вонзил оружие в незащищенное брюхо, чудом миновав смачного плевка ядом. Брызнула кровь. Последний раз закатив желтые пуговицы глаз, чудище дернулось и замерло.       - Много, - мрачно ответила Анна, обессилено прислонившись к деревянному столбу. От недостатка фуриоку кружилась голова, и сил становилось все меньше.       - Утром все закончится, - крикнул Силва. Парень выглядел не менее замученным и, как будто постаревшим: лицо осунулось, под мудрыми глазами залегли темные тени.       - Дожить бы до этого утра.       Внезапно Патч напрягся и предостерегающе выкрикнул:       - Сзади!       Но Анна и сама почувствовала движение за спиной, мигом обернулась и нос к носу столкнулась с Макото. Некромант был грязный и заляпанный кровью, взгляд метал искры праведного огня и неприкрытой ненависти. Итако замерла, душа задрожала и ушла куда-то в пятки. Шаман так и не успел ничего сделать. Только занес кинжал, целясь в горло, как над плечом медиума пролетело копье и крепко засело в широкой мужской груди. Макото пошатнулся, удивленно уставился на торчащее древко и медленно завалился назад, так и не сумев выронить своего оружия.       - Ну надо же, - надтреснуто произнесла Анна, смотря, как под телом некроманта расползается кровавое пятно. – Макото ослушался приказа Хао, рискнул головой, и только затем, чтобы отомстить мне.       - Только не говори, что восхищаешься этим придурком, - Силва брезгливо пихнул тело носком сапога и, удостоверившись, что Макото мертв, выдернул копье.       - Он просто любил своего брата, - пожала плечами девушка, впрочем, не испытывая к некроманту никакой жалости, - спасибо, что спас меня.       - Ночь не окончена, - мрачно произнес шаман. – Еще сочтемся.       Казалось, утро не наступит никогда. Твари нападали с новой силой, они мчались красной тучей и падали смертоносным дождем, раз за разом отнимающим новые жизни. Все вокруг приобрело бурый оттенок, а в воздухе надежно закрепился тошнотворный запах. Оставшиеся в живых индейцы сбились в одну кучу рядом с палаткой, куда спрятались женщины и дети. Мужчины сражались, словно лютые звери, но силы были не равны, и на одну мертвую тварь приходилось шестеро людей.       - Чико! – раздраженно рыкнула Анна, когда синэку рискнула высунуться из палатки, той самой, что установили для Хао. Татуировки той призывно светились сиянием, наполняясь энергией. – Ты куда собралась?! Ответа девушка так и не услышала – с неба стремительно летело еще одно чудище. Раскрыв человеческий рот в оглушительном визге, оно бы камнем упало прямо на Анну, не успей та вовремя увернуться, закрывшись защитным щитом. Об энергетический барьер градом посыпались мелкие камешки, а глаза заслезились от пыли. Лихорадочно откашливаясь, девушка с трудом поднялась на ноги, честно надеясь, что темнота в глазах – последствия быстрого падения.       - Я могу помочь!       Чико широко распахнула руки, светящиеся золотым светом, и атаковала. Итако впервые увидела столь примитивную и в то же время мощную магию: золотое пламя, состоящие из чистого фуриоку, обрушилось на красного монстра, окутывая пеленой света. Будь на его месте человек, от него бы осталось лишь кровавое пятно, но тварь оказалась явно не из того теста – чары, коснувшись панциря, отскочили и сбили синэку с ног. Анна ругнулась и кинулась к девушке, на ходу нашептывая формулу. Тварь зарычала и поползла наперекор, неуклюже передвигая многочисленными конечностями. Видимо, сообразив, что таким способом никуда не успеет, она плюнула ядом, но промахнулась – итако вовремя успела отскочить, в ответ швырнув один из ножей, подкрепленный усиливающим заклинанием. Тот угадил прямо в морду, и чудище захлебнулось собственной кровью.       - Чико, - лихорадочно прошептала девушка, подбегая к неподвижно лежащей синэку, - очнись!       Казалось, малышка просто заснула, лишь в уголке губ собрался кровавый сгусток. Ее лицо медленно начинало сереть, кожа стала пергаментной. Итако в ужасе рухнула на колени, припала к застывшей груди. Сердце синэку затихло, навсегда прекратив биение.       - Нет! – отчаянно рыкнула Анна, ударив по земле кулаком. – Нет!!       От лица Чико отвалился кусочек, второй, третий. Вот уже и тело стало морщиться и скручиваться маленькими комочками, превращаясь в пыль. Распад был быстрым, но не менее болезненным для медиума. Она наблюдала за этим процессом, глотая бессмысленные слезы, струящиеся по щекам.       - Анна! - резкий голос не произвел на медиума никакого впечатления, она сидела неподвижно, потеряв ориентацию, чувство времени. Как будто вместе со смертью Чико от души девушки оторвался кусок, оставив открытую рану кровоточить и пульсировать. – Оставь! Ей уже ничем не поможешь.       - Нет, - убежденно ответила девушка, истерично мотая головой. – Можно что-то сделать…что-то придумать!       Не слушая возражений, Андриан рывком поставил Анну на ноги и хорошенько встряхнул:       - Прекрати! Она мертва! Это конец!       - Зачем ты пришел сюда?! – злобно выпалила Анна, стараясь скинуть свою боль, превратить ее в ненависть – все что угодно, лишь бы не чувствовать этой нарастающей волны одиночества и вины. – Хао велел двигаться к Лавовым Пещерам…       - Почувствовал смерть Чико, - терпеливо, словно малолетнему ребенку, объяснил оборотень, мерцая желтыми глазами. – Аризу и Изма прекрасно справятся с приказом мастера. К тому же вам требуется помощь, так что прекрати истерику и пораскинь мозгами – Безликих слишком много! Нужно уходить…       - Они не сдвинутся с места, - обреченно отозвалась девушка, - индейцы не ослушаются приказа вашего треклятого господина.       - Я говорю не о них. Люди обречены. Бери своего мальчишку, и убирайтесь отсюда.       - Нет, - четко и ровно выговорила Анна, - я не брошу их.       - Дура, - просто ответил мужчина, и не ожидая другого ответа. – Тогда слушай: в книге Чжо Сенджи Раккецу есть одно заклинание. Чары массового истребления. Если мы соберем необходимые элементы – сможем изничтожить тварей одним махом!       - Слишком мало времени на его подготовку, - с сомнением произнесла итако. – Да и где мы найдем элементы трех стихий?       Оборотень захватил рукой песок и пропустил его сквозь пальцы.       - Земля уже есть. Огонь можно легко добыть, нужно лишь пробраться в одну из палаток и взять огниво. Вода…воды здесь тоже навалом.       - Нужен живой объект, на которого будет оказано прямое воздействие.       - Да его тут просто уйма – выбирай любого!       Анна напряженно кивнула:       - Хорошо. Я за огнем и водой. Ты добывай Безликого. Встретимся на этом же месте через пятнадцать минут.       Заклинание массового истребление. Самое сложное в книге Хао и самое действенное. Необходимо собрать всю имеющуюся энергию, соединив нити мира живых с миром мертвых, и с помощью нужных компонентов выкинуть объект в пространство чужой реальности. В данном случае в качестве него будут выступать безликие, а предмет – огонь, земля, вода, которые еще надо найти.       Анна мчалась быстрее ветра, малодушно перепрыгивая через трупы, абы как сваленные на земле. Лишь возле двух тел она остановилась, просто не смогла пройти мимо, чувствуя, как в сердце образуется новая дыра, причиняя при этом нестерпимую боль.       Овасай так и не бросила своего ребенка, женщина прижимала мертвое дитя к своей груди, сама смотря на безоблачное звездное небо широко открытыми стеклянными глазами.       «Яд Безликих» - догадалась девушка, присаживаясь рядом. Она оглядывала правильные черты лица молодой женщины, ее восковое лицо, и не могла сдержать слез.       Они помимо воли струились по щекам, собираясь в горячие дорожки, противно падали на одежду. Чико и Овасай – единственные, ради кого итако осталась здесь, у подножия этой проклятой горы. И вот теперь они мертвы. Обе. Анна не выдержала и зарыдала во весь голос, слегка покачиваясь на месте, при этом сжимая руками острые лезвия, оставившие на пальцах алые отметины. Кровь, такая яркая и живительная, потекла по рукам на мертвое тело, но от нее не было никакой реакции. Овасай все также оставалась мертвой, как и ее маленький ребенок.       «Ради чего все?» - вдруг с горечью подумала Анна, больше не пытаясь подняться. Внутри было пусто, словно кто-то жестокий прошелся ножом по внутренностям, безжалостно выдирая все ценное.       И тут ответ пришел сам собой. Он бумажным корабликом плавал на поверхности мыслей, ожидая лишь того, чтобы его схватили, сжали в руках и больше не отпускали.       Ради Силвы, который все еще продолжает драться. Ради тех бесстрашных людей, посмевших посмотреть смерти в лицо и рассмеяться. Ради того крохотного луча надежды, что греет сердце испуганных женщин и детей, ожидающих в шатком, продуваемом всеми ветрами укрытии.       Анна решительно поднялась и, не оглядываясь, со всех ног кинулась к ближайшим палаткам. В одной из них, она нашла горсть тонких свечей и захудалые спички, наверняка привезенные из Европы. На полу лежали шкуры, вокруг – аккуратные стопки книг.       Ночлег Андриана.       Итако подумала об этом лишь мельком, краешком сознания, но мысли быстро выветрились из головы, стоило только увидеть полупустую фляжку с водой. Рядом лежала кожаная сумка. Девушка тут же проворно схватила ее за тонкий длинный ремешок и повесила его на плечо, предварительно уложив туда нужные приспособления.       Но выйти из палатки оказалось не так-то просто. Стоило только Анне отдернуть полог, как в лицо тут же ударил гнилостный запах разложившейся плоти – именно его источала морда, обладающая потрясающе человеческим лицом. Тонкие красные брови сошлись у переносицы, губы растянулись в злобном оскале, показывая желтые клыки.       Медиум атаковала, не мешкая, всадив нож прямо промеж круглых глаз. Во все стороны брызнула черная кровь, от вида которой девушку затошнило. Безликий отступил, выгибая шею под неестественным углом, и завалился на бок, окончательно сдохнув.       Итако выскочила из палатки и сломя голову понеслась обратно к тому месту, где должна была встретиться с оборотнем. На полпути дорогу перегородил Силва, парень выглядел возбужденным и взволнованным.       - Анна! Мне нужно тебе кое-что сказать…       Но девушка лишь отмахнулась:       - Потом!       Озадаченный шаман остался позади, а медиум уже видела, как Андриан тащил за собой Безликого, предварительно спеленав его магическими путами.       - Давай быстрее, - попросил мужчина, уже успевший взмокнуть от натуги. – Долго я его не удержу.       Анна кивнула и рывком стащила с себя сумку. Аккуратно, стараясь успокоиться, разложила свечи, воду и песок. Осторожно, чтобы не повредить воск, зажгла фитиль, позволив маленькому огоньку весело загореться.       - Подведи тварь поближе.       Оборотень послушно задвигался, но Безликий вдруг попятился.       - У вас ничего не получится! – прошипели красные губы.       - Заткнись! – рявкнул Андриан и попросту вмазал твари по морде. – Продолжай, Анна.       Девушка послушно зашептала заклинание, лихорадочно вертя в руках оружие. Вокруг ее фигуры заструились клубы магии, они вращались и скручивались в кольца, одна часть потянулась к земле, закрепляясь в этом мире, другая тонкой струей поднялась в небо, исчезая в дымке другой реальности. Песок почернел и обуглился, вода нагрелась, начиная испарятся. Язычок пламени удлинился, окрашиваясь в насыщенный красный цвет. Когда формула была наполовину сформирована, итако поднесла оружие к ладони и безжалостно полоснула по руке. Красная жидкость заструилась по запястью, и девушка чувствовала, как вместе с ней из организма уходят последние силы.       - Этой кровью, - тихо прошептала Анна, поднимаясь, - я соединяю наши миры. Ноги подкашивались и не хотели слушаться, но итако упорно заставила себе подойти к Безликому и начертить на рогатом лбу круг, как символ бесконечности.       - Будьте прокляты навеки…       - Тварь!!! – зарычало чудище, переходя на визг. – Дурная сука! Что ты творишь?!       - Пусть ваши души никогда не найдут покоя по ту сторону Ада…       - Мерзавка! Ничтожество!!       - Да будут слова мои нерушимыми.       Анна резко плеснула кровь в огонь, и все вокруг пошатнулось. Мощная, неистовая, поглощающая энергия заполонила пространство, она сметала все преграды, разглаживала шероховатости и неровности, оживляла мертвое и умертвляла живое. Она струилась и лилась, поглощая Безликих один за одним, монстры падали замертво и больше не поднимались. Чудища сгорали заживо, истончались и исчезали, навеки отправляясь за грань излома чужого пространства, не в силах переступить через порог силы.       А итако больше не могла стоять. Анна почувствовала, как внутри что-то оборвалось, как будто натянулось и лопнуло, смывая все маскировку подчистую и оставляя саму сущность. Девушка закрыла глаза, а когда открыла – мир был прежним, но она безнадежно изменилась.       Андриан удивленно охнул, не веря своим глазам – Анна стала другой. Перед ним теперь стояла поразительной красоты японка с тонкими чертами лица, соблазнительными губами и волосами цвета расплавленного золота. Лишь глаза остались теми же, ожесточенными и уставшими, полными скрытой боли и слез.       - Вот и все, - удовлетворенно сказала незнакомка другим, более насыщенным, глубоким голосом, спокойно наблюдая за тем, как сгорает последний Безликий, тот самый, что участвовал в ритуале.       Внезапно девушка заметила Силву. Он смотрел прямо на нее, находясь рядом с умирающими тварями, смотрел и улыбался грустной извиняющейся улыбкой. Искры пламени падали на одежду, лицо в свете огня приобрело красноватый оттенок. Итако непонимающе нахмурилась, и тут шаман бесстрашно шагнул в огонь и исчез в языках пламени, оставив после себя лишь пустоту. Одежда загорелась сразу же, пламя весело поедало плоть и волосы, превращая тело в обугленный скелет.       - Этот парень что, добровольно себя убил? – недоверчиво спросил Андриан.       Девушка не ответила. Она смотрела на догорающее тело друга и рыдала.