radioactive

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ Больничная палата Наруто Узумаки Казалось, будто его лёгкие вжались в позвоночник. Дерзкий и рычащий кашель поглотил его гортань пылающим пламенем. Прикрывающая рот ладонь почувствовала влажную, стекающую по ладони кровь. Его тело, пусть и излечилось от серьёзных ранений, но он чувствовал, что восстановил не всё силы. Худая рука потянулась к тумбочке за салфеткой. Он сидел на кровати, понурив голову к одеялу. Взгляд голубых, запавших от худобы глаз, пробегался по рукам, которые дрожали от невыносимой усталости. Больно. Взгляни на него сейчас – мало кто узнал бы в этом бледном лице того, кем он был. Возможно, это было даже к лучшему. Потому что он чувствовал, как изменился. Плавные колебания ветра, которые раньше читались в его взгляде, теперь бушевали страшнейшим штормом, отчего его глаза заметно потускнели. — Ты правда думаешь, что он будет не рад нас видеть? Ты как-то подозрительно беспокоишься за него, Сацки! Этот парнишка расплачется от радости, как только мы войдём в комнату и скажет что... — дверь палаты резко распахнулась, пропуская неприятный, чешущий нос медикаментозный запах внутрь. Подоконники и пол были уставлены цветами и вазами. Увидев это, Харуно тут же замолчала, начав разглядывать залитое солнцем помещение. Видимо, после речи Хокаге, многие в деревне нашли способ открестится от своих грехов. Кого они пытались обмануть, не правда ли? — Наруто-кун... — Мальчишка даже глазом не повёл. Всё его внимание было приковано к листам, на которых приятным шрифтом были вырисованы иероглифы – он читал. Голос Сацки для него звучал глухо, будто он находился под водой. Не хотел даже пытаться расслышать хоть что-то. Цирк этих уродцев его более не интересовал. Девочка, поправив тёмную прядь волос, нервно взглотнула. — Остальные, наверное, опаздывают... — Попытавшись разрядить обстановку, Сакура как обычно сказала первое, что пришло в её голову. Зубы Наруто на мгновение стиснулись. — Взгляни ка... — Так вы всё таки осмелились. — Отозвался ленивым тоном узкоглазый мальчишка, с некоторым осуждением всматриваясь в гримасы стоящих перед ним девчушек. Нагло пробравшись в кабинет перед ними вместе со своим напарником, он пересёк комнату и уселся на подоконник, завалив на него одну из ног. Смотреть на Наруто или приветствовать его он даже не стал. Слишком хорошо понимал, что ему сейчас хватит шума и не хотел создавать лишний. В его голове прокручивался вчерашний день и чёткая установка, которую он дал этим двоим <<если вы осмелитесь прийти к нему, я не буду так мягок и, вообще, считаю, что Наруто стоит сменить, на время или насовсем, команду, в которой он будет обитать. Вы – часть болезни, которая привела его к этому>> Вслед за ним вглубь комнаты проскользнули остальные. Подрагивающие руки Сацки ухватились за края длинной футболки. Первой заговорила, конечно, удивляться даже не стоит, Сакура. Слова настолько же пустые и бессмысленные, насколько можно было ожидать от той, кто не относится к этой ситуации с должной серьёзностью. Скорее всего, она даже не в полной мере осознавала, что происходит. — Дурачина, ты зачем это представление вообще устроил? Всполошил полдеревни, столько шуму... да, мы виноваты, но ты поставил под угрозу наше участие... — Дальше Наруто слушать не стал. — Заткнись, Сакура. Единственный человек в этой комнате, который ставит под угрозу твое участие в экзамене на Чунина – это ты. Я всегда удивлялся тому, что ты смогла пробиться даже к званию генина. Просто взять "идеальное" уравнение из тупости из слабости – мы получим Сакуру Харуно, которую всегда вытаскивала её команда и невероятная удача. Поэтому, заткнись. — Его хриплый голос звучал более зрело и уверенно, но скорее оттого, что был полностью спокоен. Настолько холодного тона не ожидал никто. На секунду можно было усомниться в том, что присутствующие не перепутали палату и сейчас перед ними тот же человек, который раньше начал бы извиняться и пытаться оправдать глупость своих поступков. Теперь он понимал, что, подстраиваясь под них, тянул себя на дно. Защищая их изо всех сил – снова таки, тянул себя ко дну. Они были ему не нужны. Его потенциал в раскрытии индивидуальных способностей, а не командной работы. К этому выводу было не сложно прийти. Стоило его губам вновь раскрыться, в попытке продолжить, как он услышал голос сидящего на подоконнике Шикамару. — А я предупреждал, чёрт бы вас побрал. Именно об этом и предупреждал. Просил оставить его в покое. — Монотонный, и явно уставший от этого цирка, голос Шикамару отвлёк всех от нависшей свинцом в воздухе ситуации. В его тоне слышалась настолько тягучая усталость от тупости, что можно было суперклей вырабатывать. — Каждый раз приходится повторять всё по несколько раз, чтобы остальные поняли настолько простые вещи. — Гуляющий взгляд остановился на Наруто, после на Сацки, и наконец коснулся Сакуры. — Такие идиотские попытки сделать что? Судя по всему, вы даже вины не чувствуете и не пытаетесь её искупить. Не так ли, Сакура? Как ты и сказала, это представление! Вот только устраиваете его вы. Топчитесь здесь, будто святые и строите из себя жертв. В какой-то момент Харуно почувствовала – что-то изменилось. Присутствующие будто наконец открыли глаза на что-то, и поняли то, чего всё ещё не сумела осознать она. Понурив голову от ощущения стыда, который сама была неспособна объяснить, она бросила неуверенный, ищущий поддержки взгляд. На Сацки. Но отыскала лишь спрятанный под чёлкой взгляд. — Но ведь мы команда и... — Произнесла она, чувствуя тёплые слёзы, которые слабым потоком скатывались по подбородку, разбиваясь о деревянный пол, который заскрипел под её ногами. Девчушка с трудом сдерживала желание сорваться с места и побежать куда подальше из этого места. Сейчас она была согласна – зря они вообще пришли сюда. Оно того не стоило. — Команда? Тебе хоть известно, что это слово значит?! А может ты считаешь, что в команде каждый обязан тебе, но при этом ты ничего никому не должна? А что, если твоя голова переполняется воздухом и тебе нужно открывать рот, чтобы он выходил наружу и твой мозг не взорвался? Я даже не представляю, как он умудрился выдержать это. Быть с тобой в одной команде хотя бы день? Пытаться что-то тебе доказать? Я с большим стремлением пошёл бы камни разгребать. И как он в первый же день не отправился на ту скалу и не спрыгнул с неё, как только понял, что его окружают одни идиоты. — Шикамару спрыгнул с подоконника и подошёл к тумбочке, которая стояла рядом с кроватью Наруто. Взяв в руку один из апельсинов, он нервно начал отрывать от него шкуру, стараясь успокоиться. Он редко выходил из себя. Редко говорил людям всё, что о них думает, потому что руководствовался скорее логикой, нежели эмоциями, но эта девица умудрилась второй раз, всего за две встречи, вывести его из себя. — Как бы я не старался отговорить вас, но всё же знал, что выведете меня из себя этим непониманием. Когда он был частью вашей команды, вы не шибко то помогали ему, но когда дело зашло до вас, Наруто тут же стал чем-то обязан. Как и все остальные, лицемеры, — он обвёл руками комнату, представляя вниманию присутствующих цветы, которыми жители деревни так наивно старались загладить свою вину — вы считали его монстром. Но при этом вы ещё хуже, потому что вы знали его. Вы были с ним в одной команде, и продолжали идти на поводу у своих страхов, желая держаться подальше. К чему это в итоге привело, думаю, объяснять не нужно. Знаете, какая разница между вами и тем стадом, которое устроило этот цирк? После того, что сказал третий, они хотя бы что-то поняли, попытались принять его, пусть подобное проявление и отвратительно мне, но глупо не признать, что это так; я до конца надеялся, что, даже если вы придёте сюда, вы не станете ни в чем его упрекать. Но ты приходишь и говоришь, что, он вас подвёл. — Дочищая апельсин, Шикамару уложил его обратно, и, тяжело выдохнув, закончил. — Единственные из присутствующих, кого можно назвать предателями – это вы двое. Неужели... мне мерзко от вас. — В его тоне отражалось всё отвращение, которое он испытывал по отношению к ним. Особенно в отношении Харуно, ведь та, в отличии от Сацки, до этого момента даже не пыталась осознать своей вины. Стоило Шикамару закончить, как Сакура, сорвавшись с места, всё же поддалась своему желанию свалить отсюда подальше. В слезах. Это было даже смешно, знаете? — Чёрт, и как тут не посмеяться... — Тихое хихиканье Шикамару разошлось по комнате. — Наруто испытывал подобное давление всю свою жизнь, а мне стоило сказать пару фраз, и, вуаля, она уже сбежала, как маленькая девчонка... невероятная выдержка и сила духа! Тяжёлый вздох Наруто, казалось, заполнил комнату, а уголки губ мальчишки приподнялись в лёгкой улыбке, когда он услышал эти слова. Этот смешок донёсся до Шикамару, и тот протянул блондину почищенный апельсин. Наконец оторвав свой взгляд от пробегающих перед глазами строк, он попытался положить книгу на тумбу, что находилась справа, чтобы принять угощение. Бледная, костлявая рука, задрожала от колющего ощущения боли. Книга выпала из его рук, так и не добравшись до тумбочки. Учиха в один шаг преодолела расстояние между ними, в попытке поднять бумажный переплёт и помочь Узумаки. Толчок. Его рука с резкостью коснулась её ладони, в лёгком ударе отталкивая её назад. Сацки на мгновение замерла, не сразу осознав, что только что произошло. Подняв свой взгляд, она посмотрела в его глаза, от взгляда которых кровь стыла в жилах. Взгляд, в котором горела ярость и бурлила тьма. Из него буквально выливалась ненависть и не осталось и толики той боли. За те месяцы, проведённые в коме, что для него казались всего парой минут, он полностью преобразил свое отношение к ним и явно не питал к отродьям ни толики жалости. — Убери свои руки. — Холодный тон голоса совершенно не напоминал голос Наруто. Будто перед ними сейчас был совершенно другой человек. Всё, что было сказано раньше, было значимо. Это правда. Она понимала, что каждое слово – чистая правда, но всё же она до конца надеялась, что сумеет загладить свою вину перед ним, и в итоге они снова сумеют жить, как и жили раньше; сейчас же... именно в этот момент её сознание прошило острой иглой понимания, которая сигнальной кнопкой продолжала долбиться о черепную коробку прилившей к вискам кровью – он не собирается прощать её и она больше никогда не станет частью жизни человека, который значил для неё больше, чем она сама. Эта мысль, его взгляд... такой холодный взгляд. Голубые глаза, подобно айсбергу, который встал на пути её корабля, разбили последнюю надежду. По её щекам, несдерживаемым, но спокойным ручьем полились слёзы. Она не собиралась их скрывать или прятать лицо. Ей вдруг стало плевать на всё, кроме этой самой мысли – в ту ночь она всё таки потеряла его навсегда. Его пальцы обволокли книгу, в углу которой значилось имя автора: Великий отшельник Джирайя, "Сказания о великом Шиноби". <<Убогая книженция... даже дочитывать не стоит>>. Стило ему об этом подумать, как, лёгким движением ладони, он сбросил книгу в мусорное ведро. — Шикамару прав. Тебе тоже будет лучше уйти. Я не собираюсь читать тебе нотации, не собираюсь говорить всего, что думаю. Я потратил уже достаточно времени на то, чтобы доказать вам хоть что-то. Сейчас – вы не имеете ко мне никакого отношения. Чем не повод для радости, верно? — Склонив набок голову, Наруто немного успокоился. Сверлящий, спокойный взгляд пронизывал Сацки до глубины души, будто видел насквозь каждую мысль, что скрывалась в закоулках её черепной коробки и полностью осознавал, что, это больше не имеет для него значение. В какой-то мере так и было. Он не чувствовал необходимости понимать их. Он уже знал, о чем они думают, и, если честно, он устал от этого понимания, потому что они не приносили в его жизнь ничего нового. — Настолько зациклился на том, чтобы что-то донести до вас, что совершенно забыл – у меня есть своя жизнь, ради которой я должен стараться. А вы – лишние кусочки пазла, который я собирался собрать. Неприятное, бурлящее ощущение вдруг охватило его лёгкие зудом, который в тотчас же вылился в кашель. Подставив руку ко рту, он почувствовал, как по его глотке прошёлся уже знакомый вкус крови, капли которой остались на его ладони. В этот момент в проёме появился Чоуджи, который отлучился на время диалога, чтобы помочь Хинате, которая решила так же навестить Узумаки, найти дорогу. Они стояли в дверном проёме, и замерев на месте, рассматривали стоящих внутри. Выглядели они опоздавшими на войну, если честно, отчего стало даже немного неловко, и неловкость эта отразилась в хрустящем звуке чипсов, которые, подобно хомяку, начал пожирать Чоуджи, всматриваясь в глаза Шикамару. — Не провоняй здесь всё своими чипсами, балда! — Сквозь лёгкий смех прошипел Шикамару. — А? А-а-а. Ну, мне кажется, куда лучше пахнет, чем запах медекаментов... В этот момент Сацки незаметно для всех покинула палату, стараясь поскорее успокоится, чтобы никто из взрослых не обратил на это своего внимания. В последнее время она была слишком эмоциональной и это замечали. Некоторое время всё привыкали к изменениям, которые странным образом отразились на этом парнишке только после попытки покончить с собой, но всё же, было в этом и что-то хорошее, как им сейчас казалось. Правда, его внешний вид всё ещё вызывал у них небольшой шок, ведь, как не старайся, видеть живого, двигающегося человека, но выглядящего как труп – достаточно больно. Настолько, что от печали, которая сопровождалась попытками поднять его настроение, некоторые из них даже прослезились. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ Цунаде Сэнджу — Вы правда считаете, что это всё, что вы могли сделать, учитель? — Это не всё, что я мог сделать, но всё, что должен был. В ином случае, я уже объяснил, это могло привести к катастрофическим последствиям. — Сарутоби закурил свою трубку, не отрывая взгляда от своей ученицы. — Я благодарен тебе, что ты всё таки отозвалась и сейчас здесь... ты не думала... знаешь, было бы неплохо, если бы ты осталась. — Это как раз вторая причина, по которой я пришла сюда, учитель. — Её интонация звучала мягче, чем обычно. Возможно, виной тому обстоятельства, которые сумели растрогать её. После диалога с учителем она многое наверстала и переварить это разом было достаточно сложно, но мысли её отвлеклись. — Я хотела попросить вас предоставить мне старое место жительства. Я хочу остаться и взять себе на попечение Узумаки Наруто. Дело в том, что... — Сделав глубокий вдох, она набралась сил произнести это вслух. — Кушина Узумаки оставила его мне на попечение, как крестной матери, и сейчас, как мне кажется, пришло время исполнить свой долг. — Вздох облегчения. — Я почему-то не удивлён. Она доверяла тебе. Что касается мальчика и места жительства – место я предоставлю, но Наруто будет жить с тобой лишь при условии, что сам согласится на это. Надеюсь, это ты и без меня понимаешь. — Конечно я понимаю. Сегодня вечером собираюсь навестить его, и спросить, согласится ли он. — Приподнявшись с кресла, Сэнджу уже хотела покинуть кабинет, как её отозвал Старик. — Думаешь... мне стоит пытаться навестить его? — Сейчас он мало кому рад. Сам понимаешь, пусть он и ребёнок, но всё же ребёнок сообразительный. — Думаю, ты права. Что же... уже сегодня вечером ты можешь вернуться в старое место жительства. С тех пор как ты покинула деревню, так никто и не прижился. — Намекая на то, что, в конечном итоге, Хирузен всё же знал, что она когда-то вернется, он улыбнулся уголками губ. Наверное, вернее было бы назвать это надеждой, но почему-то это ощущение всегда стояло на пороге между чёткой закономерностью определённых событий, которые привели бы к этому. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ Сацки Учиха Девчушка, еле перебирая ногами, в состоянии полной отрешённости от реальности, шагала по пыльной алее. Она чуть не прошла мимо своего дома, но всё же вовремя повернула обратно. В её мыслях крутилась лишь одна фраза <<Убери свои руки... убери свои руки... УБЕРИ СВОИ РУКИ>>. Проглотив подкатывающее к горлу чувство, она открыла дверь. Как только она подняла взгляд, тут же стало понятно, что её ждали. Можно было подумать, что, она знает, о чем пойдёт речь. Начнут говорить о том, что в последнее время она слишком апатично себя ведёт и ей стоит отвлечься от происходящего с помощью тренировок с братом. А вот кстати и он. Стоит, как и всегда, улыбаясь своей доброй улыбкой, в которой читалась... печаль? Постойте ка. Что-то не так. — Сацки, нам нужно кое что обсудить. Пожалуйста, пройди за нами. — Голос матери звучал непривычно напуганным. Этот испуг можно было скрыть от любого, но не родной дочери, которая сразу поймёт, когда её пытаются успокоить. — К-конечно, мама. — Почти прошептала она, медленно направившись в комнату и сев напротив них. — Слушаю. — Всего пара секунд и её мысли полностью собраны. Окружающих Сацки людей всегда удивляла эта её удивительная способность абстрагироваться от происходящего вне той ситуации, в которой она находится и смотреть на вещи с точки зрения наблюдателя, а не участника. — Мы ждали, чтобы не напугать тебя и сообщить это, когда ты придёшь в себя, но, кое что произошло в ту ночь. В ночь, когда ты нашла Наруто. Нечто, связанное с нашим клановым додзюцу... — Голос брюнетки звучал спокойно и равномерно пытался донести информацию до слуха юной дочери. Её ладонь медленно скользнула по дивану, коснувшись руки Итачи. — Тогда ты пришла домой, и тебя нашёл Итачи. Он рассказал мне, что, твои глаза... из них лились кровавые слёзы. Дело в том, что, когда обладатели Шарингана видят смерть людей, которые много для них значат, это пробуждает в их глазах новую силу, которая называется Магнёко Шаринган. Это куда более усовершенствованная версия и... — Ты хочешь сказать, что в ту ночь я?.. — Именно, сестрёнка. Не волнуйся, мам, я продолжу. — Пригладив ладонь Микото, Итачи слабо улыбнулся. Всё таки он являлся таким же носителем этих глаз, как и Сацки. Для него было достаточно сложно об этом вспоминать, ведь, стоило ему хотя бы задуматься о том, что он является их носителем, сердце в острых тисках сжимали воспоминания о том, как он их получил. — Когда я потерял Изуми, я обрёл такую же силу, но в ней есть один, весомый, недостаток. По мере использования этих глаз ты будешь терять зрение, так как они расходуют куда больше чакры, направляя её прямо на глазной нерв, и так как эта сила необузданна, вместе с тем она разрушает его, лишая носителя зрения, но... — То есть, ты хочешь сказать, что я потеряю зрение? —В её голосе послышался лёгкий испуг, который можно услышать от ребёнка, потерявшегося в торговом центре без матери. — Нет-нет. Дослушай до конца. Если мы пересадим тебе мои глаза, то всё будет хорошо, и именно об этом мы и хотим с тобой поговорить. Уже на завтра мы договорились, и мы отправимся в больницу месте. Если мы этого не сделаем, всё может закончится куда более плачевно, чем мы представляли. — Но как же... как же тогда... ты потеряешь свое, разве это не так работает? — Руки девчушки непроизвольно сжались в странном приступе паники, который она сдерживала, поджав губы. Слишком много. Слишком много всего происходило вокруг неё сейчас и казалось, будто мир сходит с ума и пытается довести её до пикового состояния. Будто кто-то старался сделать её жизнь как можно хуже и у него это получалось. Следующие слова даже не мгновение не успокоили её, ведь голос логики твердил, что всё закончится не так. Её пытались убедить, успокоить и доказать что-то, но в этом было мало смысла. — Нет, мы просто обменяемся, и вместе с тобой... зрение перестану терять и я. — Он запнулся, чёрт подери. На полпути к цели запнулся, но не мог просто так сидеть и врать ей прямо в лицо. Смотреть в глаза своей младшей сестре, убеждая её, что, станет лучше, но при этом осознавать, что этим сделаешь лишь больнее. Потому что он не знал. Даже не подозревал, к чему может привести эта пересадка и лишь надеялся на лучший исход, которого было ожидать, возможно, даже глупо. Но сейчас это не имело никакого значения. Его целью было сделать так, чтобы она после не винила себя, а знала, что он сознательно пошёл на это. Ради неё. Ради того, чтобы она жила благополучно, потому что верил, что она станет сильной. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ Шикамару Нару Наконец переступив порог собственного дома, Шикамару довольно улыбнулся. Покой. Тишана и покой. Это всё, о чем он мог мечтать после столь шумной встречи. — Шикамару! — Вот блин! — Облегчение улетучилось ровно так же, как и появилось, и недовольный шаг направился в сторону кухни, на которой сидел Асума, попивая чай вместе с родителями брюнета. — А вы то чего здесь забыли? Неужели миссию отменили? — Да нет, вот как раз перед ней решил навестить тебя. Слышал ты часто начал захаживать в больницу у Наруто. — Оу, нет. Нет-нет-нет, даже не пытайтесь. — Помотав перед ними пальцем, он уже было собирался покинуть комнату, чтобы избежать совершенно ненужного диалога. Нервов на сегодня ему было уже достаточно. — Подойди и сядь на стул. — Глубый голос остановил его, давая понять, что так просто ему не отделаться. Понурив плечи, с недовольной гримасой взрослого человека, которого вдруг решили отругать как ребёнка, он уселся на стул. — Ты понимаешь, насколько это опасно? — Опасно? И вы туда же?.. — Его глаза расширились. — Не ваш ли букет цветов стоял там, рядом с сотней таких же? — Ты не понимаешь. Поддерживать его и находиться с ним рядом – две разные вещи. Я слышал речь третьего и я понимаю, правда. Знаю, почему ты пытаешься быть рядом с ним. Это и правда несправедливо, но не отменяет того факта, что, стоит ему выйти из себя, он не пощадит никого, кто его окружает, какими бы друзьями вы себя не считали. Понимаешь, о чем я говорю? — Согласен. Таким людям, как жители нашей деревни, вообще лучше не контактировать ни с кем, потому что единственный их социальный навык – действовать на нервы. — Перекривляющий тон скрипом прошёлся по слуху Асумы. — Мы лишь пытаемся защитить тебя. Я позволил тебе общаться с ним, но я не хотел, чтобы вы становились друзьями и взаимодействовали так тесно. — Наконец подал голос отец Шикамару, который сверлил его взглядом, скрестив на груди руки, в попытке казаться устрашающим, пусть единственное, что он внушал сейчас – желание поскорее свалить от них. — Даже не пытайтесь. Я уже всё для себя решил. Если для вас настолько сложно понять, что, именно от нас зависит то, каким человеком он станет, что именно мы решаем, будет он разрушать или защищать, то вы ещё большие болваны... — Шикамару! — Повысившийся тон перебил его, но тут же послышался глубокий вдох. — Послушай, сынок, я... — Ты что? Единственное, что ты делаешь – не понимаешь того, что происходит и идешь на поводу у тех, кто мыслит не чаще, чем этот самый стул, на котором я сейчас сижу. Я не вижу смысла продолжать это. Я слишком устал. А вам, всем троим, стоило бы лично навестить Узумаки и посмотреть, в какой кусок отбивной он превратился как раз благодаря вот таким диалогам родителей со своими детьми. Кажется, пришло время хоть что-то поменять. Так что не грузите меня своими сказочками. Этим вы только разрушаете уважение, которое я, кажется по ошибке, к вам испытываю. Оставив взрослых в немом одиночестве, Шикамару поднялся в свою комнату, разъярённый собственной эмоциональностью. Он чувствовал, будто являлся единственным человеком, который может додуматься до истины. Это глушило остальные мысли, не позволяя ему прост о так придаться отдыху, который был ему необходим, но он не мог уснуть ещё долго. ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤПодготовка Комната погрязла в липком ощущении покоя, который ленивостью мыслей протекал по ней вместе с изучающим взглядом Сацки. Она готовилась. Не думала, что вернётся сюда так скоро после встречи с Наруто. — Вы готовы? — Раздался голос доктора, который с успокаивающей улыбкой показался в дверном проёме. Девчушка, ничего не ответив, встала со стула, взяв своего брата за рукав, направилась в сторону операционной. Подобная пересадка производилась впервые, ведь очень важна была хирургическая точность. — Думаю, мы готовы приступить.