Двенадцать пунктов, которые я обязательно нарушу.

– Ты уверен, что мы не приехали чересчур рано? – Тэхён выбрался из такси вслед за другом и потёр затёкшую от долгой дороги задницу. – Меньше всего хочется приезжать раньше всех. Это не круто, – протянул парень и продолжил разминаться, смотря на Чимина, что строчил что-то в телефоне. – Знаешь, ты, конечно, может, и родился с задатками айдола, но я гений. Чувствую себя Крёстной Феей, – Тэ слегка поправил чёлку Пака и улыбнулся. – Крёстной геей, – буркнул Чимин и поморщился. – Доставка опоздает на сорок минут приблизительно, случилась поломка машины, они вынуждены ждать другую с её прошлой доставки. Говно, – светловолосый привычным жестом постучал смартфоном по ладошке и направился к дому. – Говно это ты. Неблагодарное, – Тэхён засунул руки в карманы и, вышагивая, как модель по подиуму, пошёл за другом. – Кстати, кто там остался присматривать за домом? Музыка уже орёт. [The Weeknd, Kendrick Lamar – Pray for me] – Есть подозрения, – Чимин хмыкнул и нажал на ручку двери, открывая её. Пройдя внутрь, Чимин оглянулся – все огоньки были уже зажжены, и дом выглядел значительно уютнее с того момента, как ребята впервые переступили его порог. Тэхён тут же смылся в сторону кухни, собираясь присвоить себе одну из многочисленных бутылок пива, а сам Пак пошёл на звук колонок, чтобы убедиться в своих догадках: он мельком услышал вчера разговор о ключах Хосока-сомбэ и Юнги. Чимину, зашедшему в просторную гостиную, представился следующий вид: Юнги с закрытыми глазами шевелил губами в слова песни и, держа в пальцах сигарету, склонил руку над той самый баночкой, что стояла до этого, Пак помнил точно, у порога двери. Юноша закатил глаза. Он буквально терпеть не мог таких беспечных людей – вдруг ошметки этой гадости попадут на паркет? Тогда они всем советом должны будут скидываться на ремонт. – Мин Юнги, тебе не кажется, что с этой хернёй надо сидеть на улице, – достаточно громко сказал парень, чтобы привлечь внимание находящегося в астрале. Шуга резко открыл глаза и напряжённо нахмурил брови. Было видно, что такой скорой встрече парень не рад ровно настолько же, насколько и Чимин. Поднявшись на ноги, он взял баночку с подлокотника кресла и направился прямо к нежданному гостю, затягиваясь на ходу. Мин подошёл вплотную, выдохнул дым в сторону, поднял импровизированную пепельницу на уровень глаз обоих, после чего демонстративно потушил окурок о стенку той. Парень перевёл взгляд на Чимина и опустил руки, засунув одну руку в карман джинс. Заглянув тому в глаза, Шуга растянул губы в кривой ухмылке и слегка приподнял подбородок, как бы ожидая реакции. «Что это за херня с ним?» – в ужасе подумал Пак, но решил, что ни за что не проиграет в эти гляделки. – Такой покладистый Мин Юнги, даже смотреть приятно, – Чимин вздёрнул бровь и начал взаимно пялиться в глаза Шуги, не замечая вызывающей ухмылки, появившейся на лице. – А Пак Чимин такой правильный, аж тошно, – спокойно ответил тот, не разрывая зрительного контакта, потому что неожиданно испугался. Казалось, отведи он сейчас взгляд, как оба начнут сочиться ядом, чего Юнги сейчас, на удивление, совсем не хотелось. Чимин был слегка накрашен, волосы лежали аккуратнее, чем обычно, и эти серьги… Для кого он так вырядился? Насколько Мин помнил, этот язвительный сопляк всегда выглядел так, будто напялил первое, что попалось под руку после сна (так и было), а сегодня был даже похож на человека. – Ты сегодня Золушка? – Боже, блядь, даже ты заладил, – Чимин закатил глаза, и лукавый взгляд вмиг стёрся с лица. На улице заметно темнело и теперь дом освещался только разноцветными огнями и прожекторами, закреплёнными к потолку. Юнги замер, когда увидел, как один из лучей полоснул лицо Чимина светом и, следуя своей траектории, отвернулся. Парня на секунду посетила сумасшедшая мысль, от которой он с ужасом тут же попытался избавиться. «Глупый прожектор, – подумалось ему, – ведь это лицо – единственное, что стоит освещать в этом будущем блядушнике». Ещё больше Мин испугался, когда подумал о том, что и сам бы хотел быть этим лучом, чтобы можно было хоть на секунду прикоснуться, при этом не отхватив приличных пиздюлей за дерзость. Чимин же, поморщившись от раздражающего света, ударившего прямо в лицо, вдруг усмехнулся и (снова, блядь!) выгнул бровь. – Погоди, Юнги, ты только что попытался меня унизить или сделать комплимент? – парень сложил руки на груди и с вызовом, как недавно сделал Шуга, приподнял подбородок. Того как кипятком ошпарило. Юнги попытался нацепить на себя непринуждённый вид и принялся шарить по карманам куртки. – Выбирай сам, мне лень, – Мин высокомерно усмехнулся, ментально самолично вручая себе «Оскара», и достал сигареты, вытаскивая одну губами из пачки. – Иду на улицу, мам. – Пошёл нахуй, – с серьёзным лицом, но совсем не серьёзным тоном сказал Чим и продолжил смотреть перед собой, когда Юнги ушёл. – Вы чего это любезничаете с этим хмырём? – Тэхён подошёл сзади к другу и закинул руку на его плечо: в его пальцах уже была зажата открытая бутылка пива. Чимин вздохнул: опять придётся тащить на себе эту пьянь после вечеринки. Какая тут, блядь, Золушка? Он натуральная тыква! – Уши прочисть, я его вообще-то нахуй послал, – недовольно сказал Пак и заглянул в телефон. – Я так и не побывал вчера на мансарде. Пойдём, – парень развернулся и потопал к лестнице под скулёж Тэ о том, что он исправно чистит уши каждый день.

***

Еда получена и разложена на столиках всего нижнего этажа, музыка сменилась на что-то, от чего несло клубной атмосферой (наверное, Чимин наверняка не знал), а люди, наполнявшие дом, разбредались по помещению, осматриваясь. Пак опустил ладонь в карман джинс и не без усилий выюдил из них телефон. – Пойдём вниз, Юнджи с Чонгуком пришли, – парень хлопнул Тэхёна по плечу и двинулся в сторону двери, ведущей из мансарды. – Тэ, ты чего завис? Тебе уже плохо? – Чим вернулся к другу и облокотился о стену, рассматривая лицо Кима, изучающего через окно подъезжающих людей. – Да зачем нам идти? Им и без нас нормально. Вечно сами по себе где-то сидят и отдаляются. Знаешь, мне даже сначала начало казаться, что он сам идёт на контакт… Ай! За что?! – не успевший договорить Тэхён приложил ладошку к бесчестно отпизженной правой ягодице. – Тэтэ, умоляю, возьми себя в руки, – Чимин слегка улыбнулся и взял лицо друга в маленькие ладошки. – Вы знакомы месяц, а они всю жизнь. Ты хоть можешь себе представить, чтобы Юнджи ревновала меня к тебе? – Пак назидательно глянул на Тэхёна, который стоял с таким выражением лица, будто его, всю жизнь решавшего квадратные уравнения через дискриминант, спросили о теореме Виета. – Нет, это же фу. И какого вообще ху… а я, кажется, понял… – Я сделаю вид, что не оскорблён твоим «фу» только из тех соображений, что вдвойне еблан тот, кто обижается на еблана, – Чимин пошёл-таки в сторону двери. – Не упускай свой шанс стать поближе, – елейно протянул Пак, и друзья принялись спускаться по лестнице. – Ты должен мне пятнадцать тысяч вон. – Но я же не говорил напрямую... – А я мысли читаю.

***

Если в мире и были вечеринки, отличающиеся от однообразной атмосферы типичных вечеринок, то эта была явно не такой. Сам Чимин никогда не любил тусовки, однако сколько он себя помнил, столько сопровождал Тэхёна, вечно ищущего приключений на свой очаровательный зад. Пак решил придерживаться своей, работающей, как швейцарские часы, стратегии: взять стакан сока, отойти к окну, чтобы видеть Кима, и периодически записывать на камеру перлы с ним. Если сценарий проходил так, то Чимину даже нравилось, особенно когда на следующий день Тэхён, страдающий от страшного похмелья, умолял убрать от его лица видео с вечеринки. Но в этот раз ожидания парня разбились в пух и прах, когда Хосок-сомбэ попросил выключить музыку и забрался обеими ногами на подлокотники кресла. – Всем привет! Приветственная вечеринка для первокурсников начинается! – громко крикнул он и заулюлюкал, подняв вверх кулак, когда толпа завопила. – Для начала, хочу представить вам ваших сомбэ, которые организовывали эту вечеринку. «Ну да, как же, – подумал Чимин и отпил сок из стаканчика. – Сняли дом, а в остальном – ебитесь сами. Надеюсь, хоть конкурсы адекватные придумали», – парень утонул в своих мыслях и бурчал про себя что-то насчёт хитрожопых старшекурсников, которых надо было пнуть, чтобы просто помогли донести пойло, как вдруг поднял взгляд и увидел, что внимание толпы приковано к нему. – А? – Чимин выгнул бровь и уставился в лицо Мин Юнджи, которая уже тихо посмеивалась. Чтобы не выглядеть совсем уж идиотом, Пак улыбнулся и с уверенным видом начал продвигаться через толпу к стоящей около Чон Хосока девушке. – Что происходит? – Нас представляют как организаторов вечеринки и участников студсовета от первого курса, – Юнджи по-свойски похлопала вставшего рядом парня по плечу, и Чимину показалось на секунду, что кто-то в толпе хмыкнул. – Пак Чимин, тебе надо быть внимательнее, я тебя на узнаю, – Хосок хотел потрепать макушку парня, но вовремя остановился, потому что чуть не шлёпнулся моськой о пол из-за своего шаткого положения. – Теперь поприветствуем Ким Тэхёна и Чон Чонгука!.. – когда парни вышли к остальным и поклонились, Хосок спрыгнул с кресла встал перед четвёркой. – И раз вы такие активные, ребята, то именно вы будете участвовать в первом конкурсе, – толпа захлопала в одобряющем жесте, среди остальных Чимин увидел Юнги, что заставило его оскалиться, чуть ли не как дикое животное. – Я – пас, – тут же сказал парень и попытался ретироваться, но Хосок вовремя перехватил его за запястье. – Чимин, если ты откажешься, то мы заставим играть в пьяном конкурсе Юнджи вместо тебя, – Чон широко улыбнулся. – Эй, а я могу решить? – Юнджи сложила руки на груди и встала между Чимином и Хосоком, вперив во второго взгляд. Чимин освежил в воспоминаниях один из разговоров, в котором девушка рассказывала, насколько ей плохо после большого количества алкоголя. У Юнджи была буквально непереносимость, тогда зачем она подставляется из-за Пака, которому просто не нравится вкус? – Ладно, валяйте, – буркнул Чимин и опустил лицо на ладонь.