Связанные

Чжи А. — Чжи А! Приветствую, девочка. Как ты? — Бог сновидений стоял около рабочего стола Дацуэбы. — Немного устала. — Я посмотрела на бабулю, успевшую напиться, на Морфея, который явно о чём-то с ней говорил, но выяснять подробности не стала. В глаза бросился пустой угол, где лежали Кэнэо и женщина.– А где…? — Ушли! И скатертью дорога! — Бабуля встала и, поймав равновесие, двинулась к столу. — Идите уже, мне работать надо! Морфей проводил её настороженным и обеспокоенным взглядом. Вздохнул и посмотрел на меня. — Ну что? Продолжим? — Мужчина двинулся в мою сторону. — Конечно. — Я улыбнулась ему, но состояние бабули волновало меня всё больше. — Могу я спросить? — Мы уже поднимались по лестнице. — Слушаю. — Лин Си… Я не могу понять… Почему она так хорошо во всём ориентируется? Она была затворницей в моём теле, но знает так много о нас и о других духах. В то время как я остаюсь далеко позади… — Я лично не знаком с твоей сестрой, но что-то мне подсказывает, что у неё было время всё это узнать. — Я удивлённо посмотрела на Морфея. — Всё упирается в прошлое. Возможно, что её прошлое дало ей возможность всё изучить. Через какое-то время я уснула. *** С самого детства нам было тяжело. Двое из трёх братьев скончались у мамы на руках. Сестра была словно мёртвая, так что она могла покинуть нас в любой момент. Отца не было дома месяцами из-за работы в дальней деревне. Мы со старшей сестрой помогали, чем могли. Мама после первых же похорон всю себя посвятила больной сестрёнке. Мне было четырнадцать, когда я встретила одного мужчину. Он был наместником наших земель и намного старше меня. Первое, что он сказал, увидев меня, это: — Сколько стоит? Сначала меня не хотели отдавать, а потом брат заболел. Мама долго извинялась передо мной, а я долго плакала у кровати брата. Меня забрали почти сразу. Отец не успел приехать, чтобы попрощаться. Меня устроили в качестве личной служанки сына наместника. Это был молодой человек только на два года старше меня. Он был добр ко всем и слишком увлечён науками, чтобы замечать хоть что-то. Через два дня служения у молодого господина меня призвал наместник. Это был мужчина с седыми волосами, в морщинах угадывались черты его лица, сам он был очень полным. Я только раз посмотрела в его лицо, чтобы понять, что пришла расплата за помощь моей семье. Липкий, грязный взгляд осматривал меня с головы до ног. — Ты уже освоилась? — Вздрогнула я от слащавого голоса ему не свойственного. — Да, господин. — Я склонилась как можно ниже и зажмурилась. — Господи-и-ин… — Протянул он через какое-то время неожиданно близко. С тех пор я ходила к нему каждую неделю по два раза. Чувство мерзости, отвращения и липкого ужаса не отпускало меня никогда. Меня не просто тошнило после посещений его комнаты, меня рвало и я ничего потом не могла есть. На теле оставались синяки и ссадины. Когда я заходила к нему, то старалась мыслями уноситься далеко-далеко. Где дом. Где мама, сестрёнка, братик и племянники. Где уставший, но счастливый отец заходил в дом всегда с полными корзинами еды. Но удары плетью, воск, деревянные столбы и верёвка всегда выдёргивали меня из моего мысленного убежища. И он… — Чёрт! — Меня опять вырвало. Я зло вытерла подбородок, поправила одежду и пошла в сторону спален. Меня никто не осуждал и не жалел. Все личные служанки молодого господина так расплачивались за свою нынешнюю жизнь, поэтому мазь от ссадин и синяков была у каждой. В свой единственный выходной я, как обычно, ушла в лес за домом. Забрела в самую чащобу, чтобы никто не нашёл. Моё нынешнее состояние было куда более пугающим. Прошло полгода с того дня как меня забрали. Две недели задержки, постоянная тошнота и головокружения. И мысль о том, что это может быть ребёнок… Я видела, что он делал с одной беременной служанкой. Она была уже на большом сроке, но это казалось его только распаляло… Представить, что я могу оказаться на её месте… — А Ын… — Я резко обернулась на голос, который вернул меня из кошмарного потока мыслей. Я молча смотрела на рыжеволосого молодого мужчину. Он же смотрел на меня так, как никто и никогда не смотрел, потом принюхался и скривился. Сразу же в глазах возникли злоба и разочарование. Это отрезвило меня. — Вы что-то хотели? — Хмуро сказала я. — Нет… Ничего… Я перепутал. — Он развернулся и ушёл. Я ещё какое-то время посидела среди кустов и решила возвращаться. Неожиданно я услышала треск ветвей. Ко мне вышел парень с серыми волосами… Да откуда они такие только взялись здесь?! Пока я грозно сопела, он приближался ко мне. Неожиданно, он остановился и принюхался, как это делал прошлый. Мне стало окончательно обидно, и я разозлилась. — Ты что — собака?! — Парень вздрогнул и вдруг улыбнулся. — Ну, не совсем. — Что тебе надо? — А что надо тебе? — Он сел на то место, где только что сидела я. — Что прости? — Меня снова затошнило и закружилась голова. Я упала в руки незнакомца. — Я Ён Бай. Послушай, ты воняешь… прости, пахнешь кое-чем неприятным. Я чую в тебе жизнь. — Что….? — Ты беременна. — Слёзы сами прыснули из глаз. Я ношу дитя от этого… Меня начало трясти. — Тише… Спокойно… Послушай меня, я тебя спасу. Просто доверься мне. — Но… Вы меня не знаете, да и я Вас… — Теперь ты говоришь формально… — Он улыбнулся. И обнял меня крепче, я невольно взвыла. Бай поднял рукав и взгляд его стал… звериный что ли. — Завтра тебя у этого ничтожества уже не будет. И правда, через день я сидела в компании парня в забегаловке и ела, пока он зло мешал еду в тарелке и периодически порыкивал. — Мусор! — Я положила ладонь Баю на руку. На миг мне показалось, что передо мной и правда собака. Очень злая собака. — Знаешь, ты иногда и правда кажешься собакой… щеночек. — Я хихикнула на его обижено злой взгляд. Получилось нервно. — Я правда выгляжу таким слабым? — Вспомнила, как я побаивалась собак… Но всё же решила поднять планку, если ему такая характеристика не нравится. — Тогда… Волчонок? — Бай удивлённо посмотрел на меня. Долго всматривался в глаза, а потом нежно улыбнулся. Вся его злоба вмиг улетучилась. Следующие восемь с половиной месяцев мы жили в лесу. Бай вырос здесь. Несколько дней пути от места, где меня мучили. Здесь даже воздух казался свежее. Но все месяцы беременности стали для меня настоящим адом. Из-за увечий и истощённости тела мне постоянно было плохо. Всё время я провела в хижине за редким исключением, когда Бай выносил меня на улицу подышать. В день родов я думала, что умру. Ребёнка у меня принимала женщина, которая выросла вместе с Баем. Сначала она относилась ко мне с отвращением, но потом прониклась моим состоянием и старалась как можно больше облегчить мои страдания. Очнулась я только через месяц после того, как родила. Бай возился со мной постоянно, пока я не смогла нормально говорить и двигаться без боли. Позже я узнала, что родила сына и его сейчас кормит одна из знакомых мужчины. Малыша мне принесли, как только я попросила. — Ты уверена? — В который раз спрашивал меня Бай. — Дай мне его. — Я прижала к себе ребёнка. Смесь тех чувств, что я испытывала в тот момент было не передать. Я не хотела расставаться с малышом, он был таким маленьким, так улыбался. У меня часто-часто билось сердце и щемило в груди. Слёзы текли сами по себе, улыбка не сходила с лица. Но в то же время при взгляде на ребёнка я чувствовала липкий страх и отвращение, вспоминая его отца. — Ла Рён?! — Я вздрогнула. — Что с тобой? — Возьми его! Забери! — Мужчина очень аккуратно взял малыша. И посмотрел на меня. — У него нет имени. — Я… Я не могу… — Хорошо, если ты так хочешь. — Бай ушёл, а у меня началась истерика. Когда он вернулся, я уже не тихо плакала в подушку, а билась в истерике, да так, что он потратил не один час, чтобы меня успокоить. Только через год я смогла снова встретиться с сыном. Имя ему дал Бай. Мин Ро… Я проводила с ним всё больше времени и подмечала, что по какой-то причине малыш больше похож в поведении на Бая. Со временем я и вовсе забыла о том, что случилось со мной в том доме. Но… Кошмары снились мне каждую ночь. И спустя год, и спустя пять лет. Бай любил меня и я отвечала ему взаимностью, но близости между нами не было. Была попытка, но… Всё закончилось моей истерикой и больше Бай не пытался. — Мама! Папа! — Мин Ро радостно захлопал в ладоши и побежал к нам с Баем. — Папа, а покатай меня ещё на своей пушистой спинке! — Какой спинке? — Я на всякий случай посмотрела на спину мужчины. — Да… Давай попозже. Лучше покажи, что вы тут с учителем сделать успели? — Мама, иди сюда! Смотри! — Я посмотрела на камень. Там было нарисовано четыре человечка. — Это ты, это папа. — Бай гордо фыркнул. — Это я. — А это? — Я показала на самого маленького. — Это моя сестрёнка. — Тихо сказал мальчик и осторожно на нас посмотрел. — Ну или братик… Он же будет у меня? Да ведь? — Это… — Я замялась. Вряд ли я бы пережила ещё одни роды. — А пошли я тебя покатаю? Ты же хотел? — Бай вышел вперёд и без особого труда поднял на руки ребёнка. Тяжёлого между прочем! — Что… Куда… — Но мои волчата уже умчались. Через какое-то время я встретила в лесу странное существо. Оно скрывало своё лицо под маской. Когда я рассказала о существе Баю, он посерел, и мы вместе с сыном переехали в другое место. А спустя ещё несколько лет я встретила его снова. В его руке блестело оружие, и сам он что-то говорил нараспев. В этот момент в его руках сверкнул прозрачный серп, но из кустов на него выпрыгнул огромнейший серый волк. А спустя всего мгновение зверь превратился в… Бая. — Это… — Я не знала чего во мне больше, страха или удивления. — Я дома тебе всё объясню! Он каким-то образом прогнал неведомое мне существо, а потом быстрым шагом направился ко мне. Схватив за руку, затащил в дом и громким шёпотом начал отчитывать. — Ты хоть представляешь, что могло произойти? Зачем ты НОЧЬЮ вышла? А если бы что-то случилось? Ты о себе не думаешь! Так подумай обо мне и о сыне! — Да я за водой к ручью пошла! — Так же зашипела я. — Ты мне лучше объясни, почему ты превратился в зверя? Почему ты мне никогда не рассказывал о себе! Кто это вообще был?! — Расскажу позже! Собирай вещи! Надо бежать! Если он нашёл тебя и решился напасть, то и другие близко. — Куда мы пойдём? Ночь на улице, а мы с ребёнком! — А не надо было выходить! — Я зашипела на него. — Ладно! Но рано утром на рассвете мы пойдём. Надо собрать необходимое. Но мы так и не вышли. Внезапная боль в груди и темнота в глазах… Последнее, что я помню, это крик сына: «Мамочка!» и Бая, который всё же успел меня поймать. *** Я резко открыла глаза. Мин Ро… Сынок… Что с ним стало?.. Я поднялась. Морфей стоял напротив кровати в закатных лучах и очень внимательно смотрел на меня, а затем задал неожиданный вопрос. — Девочка, скажи, а когда ты впервые встретила Дацуэбу? — Что, простите? — Спросонок я туго соображала. — Бабулю? Что-то с ней случилось? — Я дёрнулась в сторону двери, но меня поймали. — Просто ответь на вопрос. Когда вы познакомились? — Заочно мы с ней были знакомы через Ёна. Он рассказывал мне про неё. А потом привел в офис, и познакомились уже очно. — А до этого? Я имею в виду в прошлых жизнях? — Он очень внимательно следил за мной. — Нет… Не было. А что? — Тут уже насторожилась я. — Да так… Просто мимолётная мысль. — Сон неожиданно улыбнулся. — Ну раз мы на сегодня закончили, то я пойду! — Простите, Морфей. — Я сглотнула и опустила взгляд, чтобы не видеть в глазах божества своё отражение… Мне бы не хотелось видеть себя сейчас. — Слушаю, чего замолкла? — Больше не надо. — Что? — Не приходите. Я больше не хочу вспоминать прошлое. Повисло долгое молчание, а затем тяжёлый вздох. — Что ж, если ты так хочешь, то воля твоя, однако, позволь дать тебе совет, надеюсь, что не на прощание. — Я кивнула, не поднимая глаз. — Жизнь это всегда тяжело. Та жизнь, что прошла — это сон, который со временем забудется и потеряет важность, но вот завтрашний день важен. Хотя бы тем, что ты в нём ещё ничего не успела сделать. Так не лучше ли что-то сделать, чем цепляться за сон, который со временем забудешь? — Затем он ещё раз вздохнул и ушёл.