Связанные

***

Ли Ён, когда-то могучий дух, а ныне безвольный зверь замкнутый в клетке, лежал на месте спокойно, словно мёртвый. В помещении, где его держали, было не слишком много света, несколько люков пропускали влажный воздух. Миски с водой и едой стояли поблизости, а всё тело было утыкано иглами. — Господин Ли Ён, Вам следует питаться. Иначе Вы покинете этот мир навеки, и госпожа уже не сможет Вам помочь. — Равнодушный голос слуги заставил тело лиса вздрогнуть. Девушка прошла в клетку, чтобы освободить его от капельниц. — Госпожа потратила много сил и времени для вашего воскрешения и поддержания Вашего тела. Вам стоит быть хотя бы благоразумным, раз благодарным не получается. «В чём-то она права…» — Мысль была мимолётной. Голова пустой. Лис поднялся на слабых лапах и подошёл к мискам. Его больше не волновало то, что его держат как собаку в загоне, не трогало его и то, что он вынужден существовать в подобном месте и подобным образом. Казалось, ему было на всё плевать. — Я должна сделать укол, а позже надо будет выпить лекарства. — Син Ло слегка поклонилась лису и вышла. В голове метались образы прошлого, мучая духа всё больше. Когда он попал в клетку и стал таким беспомощным? В день, когда встретил малютку-принцессу? Или когда полюбил? Может, когда пронзил её своими же когтями? Когда делал больно, снова и снова… Больно… Сердце резануло. «Никчемное и жалкое существо… Она любила меня, ждала, а я…» В глазах ещё стояла та страшная картина, что он создал сам. Он ослеплённый ревностью и яростью, волк, паршивая псина, что посмел коснуться его невесты, и Чжи А, скрученная от боли, с немой надеждой в глазах… Она всегда так на него смотрела. С надеждой. Начиная с первой их встречи и заканчивая последним мгновением. «Должен ли я умереть, или мне стоит остаться жить?» Лис посмотрел вокруг, и глаза его остановились на зеркале. Оно было расколото и хранилось здесь забытое. В нём отражался такой же разбитый дух. Потрепанный, почти облезлый, рыжий мех колтунами висел, не радуя, а скорее раздражая, тело тощее, слабое… Пустые глаза, лишённые стимула жить, смотрели на лиса с нескрываемым сочувствием. «Всегда себя жалел, чёртов эгоист!» Тело зверя было неудобным, Ён уже отвык от него. В голове роем крутились мысли: «Был ли хоть час моего существования, который я посвятил не самому себе? С рождения и даже сейчас, я думаю только о себе. Вернуть А Ын к жизни, чтобы не мучить себя, но о ней… О ней я не думал. Обесценил её жертву своей жадностью! А потом… И зачем я только зациклился на этой жемчужине! Если бы Чжи А не бегала за мной, как девятый хвост, я бы так и не узнал, что она перерождение, и в этой бы жизни всё испортил! Да я, собственно, и испортил! Экий герой! Мало того, что повесил на Рана грех братоубийства, так ещё всё это лишь бы не быть слабым перед Чжи А… Да если бы я совладал с собой и своей гордостью, и взяв бы Чжи А ушёл тогда… Всё было бы иначе. Мы придумали что-то вместе. Я… Я это всё заслужил». — Сколько веков до тебя это доходило… — Шелестящий голос Имуги на лиса не произвёл никакого эффекта. — Ты всё ещё тут? — Не то, чтобы мне куда-то надо было… — Сверху послышался сдавленный стон. Имуги и бровью не повёл, лишь нервно ударил хвостом о пол. Ён молча посмотрел на открытую дверь за спиной змея, а затем отвернулся, давая понять, что беседа закончена. — Так легко сдался? — Я же не спрашиваю, почему твою невесту имеет другой. — Судя по тому, что утром было посвящено мне, имеют скорее его. — Злорадно прошипел Имуги. Впрочем, быстро взяв себя в руки, перевёл стрелки. — Забавно даже… Я пожалуй впервые за все прошедшие века на твоей стороне. — Решил мне помочь? Удивительная щедрость… — Скорее не мешать. — Тогда у тебя с этим проблемы. Само твоё присутствие мне мешает. — А ты и правда идиот. — Змей подполз ближе. — Пока эта вражда между сёстрами не утихнет, волей или неволей, мы — лишь их марионетки. Но и куклой надо уметь быть. — О чём ты? — Если ты не заметил, каждый кто взаимодействует с Чжи А, так или иначе прошёл через руки Лин Си. — Это значит Бай… — Это значит, что иногда надо всё же думать. Думать и ждать. — Не в твоём положении рассуждать об этом. — Лис сказал это с насмешкой, которая не просто передалась по телепатии, но и почувствовалась всем существом. — И почему ты всегда такой самоуверенный? Я же по доброте душевной помогаю тебе… — А хотел не мешать. Да и от тебя о доброте слушать, как-то жутко… — А я думал, лисам жутко линять. — У двери змей обернулся. — Будет день, когда Чжи А лишится всего, вот тогда и будет твой шанс. А до тех пор, жди. — Что? Но змей не ответил. Он уполз, закрыв за собой дверь хвостом. Ён лежал, глядя на закрытую дверь. Всё тело ныло, но надо отдать должное, Лин Си хорошо о нём заботилась, и лис это заметил. «Ждать значит… Почему же на самом деле, ты решил мне помочь?» В том, что у змея есть свои резоны в этом, девятихвостый не сомневался. Через какое-то время пришла Син Ло с уколом и лекарством. Особо не ощущая ни первого, ни второго, Ли Ён послушно стерпел все манипуляции. Остановив девушку у входа он всё же решил задать некоторые вопросы, впрочем без особых ожиданий на ответ. — Зачем я Лин Си? К чему столько стараний? — Девушка явно была удивлена, но чему именно определить было сложно. — Я не задаю лишних вопросов госпоже. — На столько ей доверяешь? А ты не думала, что она может оказаться сущим злом? — Мысль о том, что Лин Си желает навредить Чжи А, не покидала Ёна. — Госпожа является сущим злом лишь для вас и некоторых её врагов, так что вы верно думаете, что её стоит опасаться. — А для тебя? — Девушка улыбнулась настороженным ноткам, которые прозвучали в голосе лиса. — Я не в праве обсуждать госпожу, которой служу верой и правдой. — Девушка поклонилась. — Не забудьте поесть. Стейк сегодня получился отменным. И выпейте хоть немного воды. — Затем слуга выпрямилась и ушла, плотно закрыв за собой дверь. Порассуждав об услышанном какое-то время, Ён ещё долго лежал неподвижно. Он прокручивал свою жизнь снова и снова. Как жил праздным духом до встречи с А Ын, как полюбил и посвятил свою жизнь Дацуэбе, как искал и одновременно терял любимую, не узнавая, как в последний год всё же нашёл Чжи А, как умер и странным образом воскрес, как будучи духом наблюдал за происходящим. Прокручивая в голове все незначительные и значимые события, Ли Ён заметил забавный факт. Каждый раз, стоило ему натолкнуться на перерождения А Ын или напасть на след девушки, как Дацуэба отправляла его на задание как можно дальше от того места. Да и в этот раз… *** — Ступай. — Что? Это же в северной части Кореи! Не поеду! — Сжечь договор? — В руках хранительницы появился свиток. Ён молчал… — Ну? — Это она, верно? — Что? О чём ты? — Эта девушка, ведущая, кажется… Это ведь А Ын? — Всего-то похожа личиком. Жемчужину ты же не учуял? — Нет, но… — Значит не она. Берись за задание и проваливай! — Не могу… — Ён лениво потянулся на кресле. — Да как ты…! — Женщина начала повышать голос. — Тут Ли Ран. Сама понимаешь, так себе перспективы… К тому же, он видел репортёршу… Она и другие смертные под угрозой. А я должен их защищать. Верно? — Ты…! — Женщину почти трясло. — Вот и ладненько. Пора мне, а то на автобус опоздаю. Будет обидно, если не прокачусь до лисьего перевала… Бывай! — Ли Ён! — У меня автобус. Привет, Кэнэо. — Здравствуй. — Кивнул приветливый дух и тут же переключился на жену. — А я нам вот острые токпокки принёс. Будешь? — Ли Ён!!! — Вопль заглушила закрывшаяся за спиной лиса дверь. *** Ён поёжился откусывая уже холодный кусок жёсткого мяса. Думая о странном поведении Дацуэбы, лис всё больше убеждался, что хранительница пыталась его отдалить от Чжи А. «Но зачем? Точно знала, что это она переродилась или перестраховывалась? Боялась, что Имуги вернётся и убьёт его или же есть ещё причины? Знала ли она о сестре Чжи А?» Лис точно понимал, что всё как-то связано, но найти эту связь не выходило. Изнеможденный слабый организм требовал сна. Последняя мысль, что пробежала в полусонном сознании была чёткой и понятной. «Я искуплю свой грех перед Чжи А. Пусть пройдут тысячелетия, но отныне моя жизнь и моё бытиё принадлежит ей. Я сотру всю ту боль, что причинил ей, пусть даже и не находясь рядом…» Ён надеялся тихо мирно натренировать своё новое тело, чтобы оно было куда более проворным, но ему не дали. Каждую следующую ночь в доме происходил какой-то балаган. Тёмная аура в доме возросла в разы, и скверна распространялась по нему. Даже находясь в изоляции, Ён чувствовал, как в городе творится какая-то вакханалия. Лин Си спустилась к нему лишь раз. — Привет, блохастый. Как погляжу ещё не сдох… Что ж оно и к лучшему. — Девушка была обворожительно красива, и Ён отметил это, пытаясь вспомнить какой сегодня может быть праздник, но хозяйка дома сама ему сказала. — В честь нашего с Чжи А дня рождения, я настоятельно советую тебе посетить медальон. Сегодня будет невероятное веселье. Думаю, тебе понравится… — Девушка засмеялась и ушла. Ён же вернулся в кулон. Чжи А расчёсывала свои волосы, улыбалась и что-то напевала. На миг её рука остановилась, и она перестала петь. Отложив расчёску, повернулась к Ёну. — Здравствуй. — Девушка улыбнулась вполне искренне. — Как ты? — Мужчина молчал, сражённый её красотой. Стройное тело было укутано в лёгкое платье, светло-телесного цвета. В волосы были вплетены цветы. Чжи А улыбалась и, казалось, светилась от счастья. — Я стала куда более умело использовать свои силы. Решила вот съездить к Лин Си, у нас же с ней день рождения. Даже подарок приготовила в честь мира. — Девушка указала на шкатулку с подвеской змея. — Может она сможет меня простить, чтобы я там не натворила. Ён молчал. Руки безвольно сжимались в кулаки, от бессилия он лишь мог злиться. — Не гневайся, сегодня же праздник. — Девушка улыбнулась. — Вернее он завтра, но я решила поздравить сестрёнку заранее. Всё же мы одной крови, у нас общее прошлое, в котором я, видимо, сильно налажала. Так что… — Нет же… — Ён сделал несколько шагов и оказался вплотную к Чжи А. Упал на колени, слёзы сами полились из глаз. Бессильный, безвольный, он валялся в ногах у возлюбленной, которую не смог спасти от самого себя. — Прости меня, Чжи А. Прости! Я виноват! Я так перед тобою виноват! Но я умоляю тебя, заклинаю всем, что у меня осталось, уходи отсюда. Встреча с Лин Си… Её не должно быть. Беги! — Я прощаю тебя. — Ён дёрнулся. — Ты меня слышишь? — Не удивляйся так! — Девушка засмеялась. — Я очень точно могу определить эмоции и ауру окружающих. Даже если я тебя не слышу, я точно знаю, что ты чувствуешь. — Тогда беги! — Я не понимаю твоего страха. Чего ты боишься? — Чуть задумавшись, она мягко улыбнулась. — Я же сказала, что прощаю тебя. Не бойся, я не считаю тебя врагом. Никогда не считала. — Чжи А... — Я прощаю тебя. Но отпустить боль не в силах. Нужно больше времени. — БЕГИ! — Чжи А? — В комнату зашёл Бай. Нарядный, он явно тоже готовился к празднованию. — Не отвлекаю? Девушка с опаской покосилась на Ёна, а лис в свою очередь подавил гнев и смерено ушёл вниз, посмотреть, что там происходит. Последнее что он услышал, это слова Бая: — Знаю, что день рождения только завтра, но я принёс подарок… Ён ушёл. Внизу стоял Кэнэо с его новой пассией. Женщину лис не знал, но заранее опасался её, ведь она слуга Лин Си. Тут же стояло несколько новых лиц и давно знакомых Ёну. Юри прижималась к довольному Син Джу, Ран, уже не особо трезвый, со стороны наблюдал за ними, явно довольный. Рядом с ним стоял мальчишка лет семи, постоянно подтягивая сопли и поглаживая выпущенные Раном хвосты. Недалеко в шоке стояли коллеги и друзья Чжи А. К ним по лестнице уже спускалась именинница, держа Бая под локоть, как сопровождение. Ран скривился, но промолчал. — Всем привет. — Скучал? — Шипящий голос Имуги заставил лиса обернуться. — Ты что тут забыл? — Ён насторожено покосился на дверь. И не зря. Она тут же распахнулась и в проёме показалась Лин Си. — Как что? — Удивился змей. — Представление. То что случилось позже и правда можно было назвать представлением. Представлением для одного зрителя — Чжи А. Автор этого шедевра, естественно была Лин Си, которая, впрочем, единственная здесь получала удовольствие. Все остальные были актёрами-марионетками, которые, до боли послушно, выполняли приказы. Даже появившаяся Дацуэба, была обездвижена сразу же. В этот момент казалось что не только собравшиеся, но и весь мир готов плясать под дудку Лин Си. — За что? — Единственное, что волновало Чжи А. — Я… Я думала… — А ты не думай, у тебя плохо получается. — Лин Си не трогало ничего. Ни слёзы сестры, ни то, что она стояла пред ней на коленях. — Всё, что я хотела, это чтобы мы были вместе. Чтобы всё закончилось. — Ты и тогда так говорила. — Лин Си усмехнулась, наклонившись к сестре. — А я хочу, чтобы ты узнала, какого было мне, все эти восемьсот лет. Хочу, чтобы ты была одна, так же, как была одинока я. — Она улыбнулась плачущей сестре, так весело и задорно, у лиса всё заледенело внутри. Лис со страхом и отчаянием наблюдал за происходящим. Она наклонилась к самому уху и что-то прошептала. То, что заставило Чжи А посмотреть ей в глаза с отчаянной ненавистью, а затем упасть перед ней безвольной куклой. Спектакль был окончен. Время бодрствования единственного зрителя исчерпано. С кулоном змея в руках, Лин Си улыбнулась всем собравшимся. — С днём рождения нас! — И ушла. Ён подошёл к Чжи А. — Надо было достучаться до тебя… Чёрт!