Связанные

Лин Си — Мне нужна твоя помощь. — И мне очаровательно подмигнули. Ночь обещала быть интересной. Я выжидающе посмотрела на Морфея, он так же на меня. — И с чем же великий бог снов не совладал? — Решила я немного ускорить процесс. — Помнишь, ты давала Чжи А сбор трав, помогающий открыть сознание? — Я кивнула. — Так вот, он не помогает. — Что это значит? — Догадка тут же мелькнула в голове. — Погоди, так она не вспомнила первую жизнь? На чём вы остановились? — Она просмотрела больше половины жизней, когда остановилась. — Её приход ко мне с мировой я помнила. Сложно забыть тот чудный вечер… — Недавно, она послала за мной, чтобы мы продолжили. Судя по этому она просмотрела всё, кроме самой первой. — И мне протянули лист. Хотя понятие пергамент, определённо лучше подходило к тонкому, но пластичному куску коры дерева. Кажется, это была берёза… На нём кровь Чжи А текла снизу вверх, останавливаясь на определённых пометках, как я поняла — воплощениях. Путь был пройдет вплоть до жизни, где мой сосуд заняла девчонка, которую дрянь Дацуэба скинула в реку. — Я обыскал всё своё хранилище и потратил на твою сестру кучу редкого снадобья, которое мне придётся восполнять не один век, но без толку. — Развёл руками Морфей. — Поделись со мной, госпожа, что ж там такого было? — Было разное. — Попутно строя предположение, что делать с этой неожиданной загвоздкой, отвечала я. — У нас была не самая удачная первая жизнь. — Но ты помнишь. Может быть, ты могла бы помочь… — Нет. — Грубо прервала, глядя в глаза. — Она увидит мою жизнь, но не свою. Это не сработает… — Почему на её сознании такой мощный блок? — Решил зайти с другой стороны Морфей. — В первой жизни на неё влияли именно через сознание. Может это и работает сейчас против неё. — Предположила я. Заметив, как изогнулась бровь Сомна, я пояснила. — Она к тринадцати годам уже была полностью и бесповоротно лишена рассудка. Сумасшедшая. Так понятней? — Я скривилась. Вспоминать её состояние мне не хотелось, но… — Что можно с этим сделать? — Я задумалась над его вопросом, а в голове отозвался болью непрошенный образ. — Есть один способ. Проводник. — Приглушённо сообщила я. — Думал об этом способе и не раз. Даже искал духов, но не нашёл тех, кто дожил бы до сегодняшнего дня. — Я скривилась. Морфей же, видя что мне всё это очень неприятно, продолжил, но куда более корректно. — Слушай, госпожа… Малышка, я не был тогда с вами, и не знаю всего. Мне было бы гораздо проще, помоги ты мне с этим. Я нашёл заклинание в своём хранилище. Оно покажет связанных судьбой. Там где нитей будет больше одной, туда и пойдём. Возьмём проводников, и посмотрим, что там с вами было. Но эта жизнь была не только Чжи А. Она была и твоей, малышка. Вы с ней связаны, та жизнь стала стартом и финалом одновременно для вас обеих. — Он вздохнул и взял меня за едва дрожащую руку. — Я понимаю, что тяжело. Но по-другому не выйдет. Нужны вы обе. — Хорошо. — Я со свистом выдохнула. — Где заклинание? — Его надо читать не только над Чжи А. — Я вздохнула, он только крепче сжал мою руку. — Я поняла. Тогда сегодня к предрассветному часу. — Мне кивнули, но никуда не ушли. — Что-то ещё? — Да. — Он замялся, врастая в кресло, на котором сидел. — Я знаю, тут как-то поучаствовала Дацуэба. Но я не понимаю как… Если бы ты могла мне рассказать… — Какое отношение ты имеешь к этой дряни? — Он вздрогнул и улыбнулся. Искренне и горько. — Сразу видно, что ты молода, госпожа. Взрослые и мудрые духи не позволяют себе показывать неприязнь или предпочтение. — По-отечески кивнув, он продолжил. — Когда-то она была моей возлюбленной. После, добрым другом. А потом духом, чья участь мне не безразлична и не более. Люди таких называют старыми приятелями. — Что ж… — Я откинулась на рабочем кресле, принимая положение поудобнее. Всё же Тхэ Ри перестарался прошлой ночью. — Ты будешь за неё просить? — А у меня есть такое право? — Насмешливо спросили у меня. — Знаешь, я прежде видел твою матушку. Вы с ней удивительно похожи. Не только внешне, но и всем своим существом. Она тоже так порой на меня смотрела. Я уверен, что и ты, так же как и достопочтимая госпожа, не меняешь своих решений по поводу чьей-либо участи. Поэтому не вижу смысла просить за обречённую. Но хотелось бы знать, что она натворила. — Если ты хотел мне польстить сравнением, то трюк не прошёл. — Морфей хмыкнул, кивая. Я же продолжила. — Полагаю, ты знаешь о том, что у неё есть сын? — Был… — Поправили меня. Я только улыбнулась и продолжила. — Всё началось тогда, когда Пуонг гулял по миру людей и случайно набрёл на чайную, где показывали представление. Само выступление было основано на предсказании богини судьбы… По мере того, как я рассказывала, спокойный и готовый, как он думал, ко всему, Морфей терял свою наигранность. Пересказ занял внушительное количество времени, но мне нужно было всё проговорить, чтобы натолкнуться на ту чудную зацепку, которую я упустила ранее. Она не остановилась даже после смерти сына. Более того, она продолжала… Значит, она могла вернуть его. Но я знаю только два пути. Первый — через тьму, как это сделала я. И он ей не доступен. Значит обмен. Мою улыбку Морфей счёл частью повествования, но пока я говорила, мысли вели меня далее. Она могла поменять жизнь сына только на свою. Заключить такую сделку дорогого стоит. А значит цена должна быть соответсвующая. — ... В итоге, лишённая сил, власти и, главное, контрактов, у неё осталось только гордость, ибо даже собственное достоинство она потеряла. Он не перебивал. Сжимал кулаки, играл желваками, бледнел, краснел, серел, но молча слушал. Ему нужно было немного времени для того, чтобы осознать, какую игру затеяла его экс-возлюбленная. А я поняла иное. Это сволочь могла нас прихлопнуть ещё тогда, после слияния, с силами что у неё были это не стало бы проблемой. Значит сил таких у неё более не наблюдалось. И Ёну она всё провернуть позволила лишь потому, что противопоставить лису более ничего не могла. Силы она отдала на сделку. Её сынок вернулся, она бы исчезла. Но Пуонг слишком любит мать. Да и плата нужна с двух сторон… Чисто гипотетически, лучшая и самая выгодная плата для малыша — это память… Забавно входит… — Каков приговор? — Наконец сдавленно подал голос он. — Казнь. — Вздрогнула я… За раздумьями немного забыла о госте. Как бестактно с моей стороны! Вызвав Син Ло глазами показала на чашки. Через несколько минут перед нами дымился ароматный цветочный сбор. Но Морфей даже не заметил. — Кто её исполнит? — Её сын, Шин Пуонг. — Удивление в его глазах сменилось недоверием. Я же спокойно отпила чай. — Ты не могла быть столь милостива. — Заключил он. — Что ещё? — Боюсь это будет сюрпризом, о котором знаю только я. — Он смотрел на меня долго, что-то ища в глубине глаз. — Твоя мать гордится тобой, малышка. — Он вздохнул. — Я… Мне сложно поверить в то, что она сделала. — Вы правы. — Вздёрнутая в немом вопросе бровь. — Взрослые и мудрые духи не позволяют себе показывать неприязнь или предпочтение. — Он улыбнулся. — Я не буду носить по ней траур или оплакивать. Я знал отца Лао Ба, он был прекрасным драконом и другом. Одним из немногих, к которым я приезжал в Корею. — Лао Ба? — Не то чтобы я не догадалась, но хотелось бы уточнить. — Все зовут его теперь Имуги. Ты называешь малыша Тхэ Ри, а я знал этого сорванца как Лао Ба. — Он засмеялся. — Тхэ Ри ему лучше подходит. — Уловив вопрос в моём взгляде, Морфей пояснил. — Его имя значит «сеющий свет». Это имя совершенно не подходило негоднику. Вечно проказничал и никого не слушал. Помню, он тогда парить только научился, бегал по всему хребту, как ужаленный, а стоило его найти и попытаться поймать, парализовал несчастных и бежал себе дальше. Мы с его отцом три дня весь лес прочёсывали, стольких пришлось в себя приводить. Мелкий, а уже пакостничал. — Я подавила смех. Такой чудный компромат и так неожиданно… — Он тебя вряд ли помнит. — Сочувственно взглянув на старого бога, проговорила я. — Да уж после Дацуэбы, думаю вообще забыл меня, еже ли даже своего старика не навещал… — Горестно вздохнул он. — Погодите, а отец Тхэ Ри жив? — Сказать, что меня настиг апофигей, ничего не сказать. — Был… Лет шестьсот назад умер. Пришёл к Кэнэо, он его старый друг, да и попросил о ритуале. С серпами там что-то… И всё. — Морфей тяжело вздохнул. — По ним не скажешь, но змеи сильный народ был. На могиле своей жены этот придурок сотню лет простоял. Мы со стариком его еле оттащили. Кэнэо его тогда в чувства едва привёл, сказал ради сына жить. Но он гордый был. — Сон фыркнул. — Первым к нему не пошёл. Следил за ним. Да… А прийти и поговорить, нет. Потом узнал, что тот умер и пошёл тогда к Хранителю. Что бы мы тогда не говорили, не слушал. Страшно даже смотреть на него было. Только вот тело… — Что с ним? — Я сжимала кулаки. Всё это было из-за этой мерзкой падали Дацуэбы! Столько смертей и горя ради одной вариации из тысячи… Сколько всего могло бы не произойти… Оскал сам появился на моём лице. — А вот это у тебя от батюшки… — Хмыкнул божок. — Он вот с такой улыбкой благополучно убивал. — Я хмыкнула, пряча оскал за смущением. Как могла. — Так что там с телом отца Тхэ Ри? — Он попросил меня его сжечь и захоронить рядом с его женой. — Морфей протёр глаза, к которым подступили слёзы. — Он был ужасным отцом, если честно. Совершенно не нежным и не ласковым мужем. Но… знаешь, у них же там свой свадебный ритуал. Малыш тогда совсем неразумным был, ему всего и не рассказали. Ждали, когда в дом кого приведёт… — Я затаила дыхание. Ритуал то он провёл со мной… — Есть одна особенность. Когда ритуал проводят, то связывают друг друга такими клятвами… Тут не только силу и судьбу отдают друг другу. Душа и сердце, вроде как, в унисон биться должны. Так они узнают, что опасность близко к их половинке и спешат на помощь. Могут найти так, могут передать силу, когда своей у половинки уже почти нет. Да много всего можно, я не вникал прям так уж глубоко. — Морфей заметил, что со мной что-то не так… — Малышка. — Сон. А если, просто предположим, вторая половинка умирает. Не окончательно, а только телом… Что тогда? — И я смотрела на него с затаённой надеждой. — Тогда и выживший умирает. Я ж тебе говорю, что этого старого только сыном на грешной земле и удержали. Он там акт самоубийства проворачивать периодически пытался, да не вышло. — Морфей вздохнул. — Они на всё способны для своей половинки после такого ритуала. Это у них подсознательное… — Тут он будто обухом по голове получил и так проницательно посмотрел на меня, будто душу разглядывал. — Ты ж с малышом вроде как повенчана… А не тем ли ритуалом? — Тем. — Глухо отозвалась я. — Он там от Дацуэбы освободиться хотел, вот и… — Я сразу вспомнила, как он постоянно менялся рядом. Вчерашнее натирание мазью чего стоит… Да и силой мы обменивались в процессе… — Вот придурковатость ему от отца досталась! — Хмуро произнёс Морфей. — Сколько раз ты умирала? — Глупый вопрос. — Нахмурилась уже я. — Я имею в виду сколько раз умирала именно ТЫ. — Я задумалась. — Чисто технически — ни разу. — Лин Си! — Заорал Морфей. — Не трепи мне нервы, мне твоей сестры и родителей хватает! — Слегка офигев от такого поведения, хотела припомнить ему, что я выше его по положению и силе, но увидев обеспокоенность во взгляде не стала. Всё-таки он бог древний, среди живых давно ходит, ему волноваться вообще нельзя. — А что делали тебе мои родители? — Тут же полюбопытствовала я, отвлекая его от насущного. И мне сразу представилось, как они поссорились, потопив несчастную Атлантиду, а Морфей горестно над ней сокрушался, витая вокруг, да причитая периодически, и я, не выдержав, хихикнула. — Ты хоть поняла, на что его обрекла? Он же с тобой умирать будет теперь каждый раз! — Возопил Морфей. — Не будет. Мама сказала, что они с папой проведут над нами ритуал и будем мы бессмертные. — Фыркнула я, сразу понимая, что конкретно этот бог мне очень нравится. — Какой ритуал? — Тут же сел на место Сомн. — Не знаю. Скорее всего пробуждения силы. Я читала о нём как-то… Но мне надо немного подумать, чтобы вспомнить… — Я заметила, как посерел Морфей. — Что? — Мне просто вспомнилось, что и Ён вроде как жених Чжи А. — Я кивнула. — А им и ритуалов никаких не надо… Лисы они вообще… — И тут бог снов так натурально взвыл, что я пожалела его голосовые связки. — Почему они взяли от своих отцов только самое худшее?! — Вопросили у меня. — Генофонд штука страшная. — Согласилась я, вспоминая как равнодушно убивала и манипулировала. М-да… — Послушай, они только в этой жизни помолвились. Ты не переживай, он пока не умирал… Ну или что там у них. — И я очень выразительно посмотрела на несчастного гостя. — Продолжение рода у них… Если брачной ночи не было… — И, увидев у меня, пожалуй, самую фальшивую из всех невинных улыбок, он повторно взвыл. — В городе? — С надеждой вопросили у меня. — В отеле. — Поправила я. — У моря вроде. Вообще крайне уединённое место было. — Вам мальчиков вообще не жалко! Вы хоть о них подумали? — Морфей подскочил и начал мерить библиотеку шагами. — Они же последние остались в родах своих! Они зачахнут! Вы абсолютно бессердечные и… Чего ты ржёшь?! Мальчики-сироты, наивные, Вам доверились, а Вы!!! — Я уже хохотала в голос. Назвать двух мощнейших духов змея и девятихвостого «наивными мальчиками»… Это было чем-то невероятным! — Что я их отцам скажу, когда мы свидимся на том свете! — Морфей, мой любимый бог снов, уймись! — Я глубоко вздохнула, возвращая себе подобие равновесия. — Никто твоих «наивных мальчиков» не облапошивал. Они сами, можно сказать, подставились. А ты… — Я подавила улыбку, глядя как на меня яростно смотрят, садясь на место. — Успокойся. Они благополучно жили и без нас шестьсот лет. Бегали по миру, убивали и дебоширили. И вообще. Они старше нас на более чем пятьсот лет. А может и на всю тысячу, так что крупный вопрос, кто кого облапошил. — Я мягко улыбнулась, подливая новую порцию чая в пустую чашку гостя. Морфей наконец успокоился и как-то грустно улыбнулся. — Я вот думаю. — Тихо начали вещать с кресла. — Словно и не помирали эти старые олухи. Я опять вожусь с барышнями, и опять для лисов и для змей, когда те не ладят. — А можно поподробнее? — Подалась я вперёд. Морфей только горестно вздохнул. — Когда их отцы были моложе и только встретили их матерей, так вышло, что их маленькие кланы, белых змей и лисиц, жили по соседству. И вот, так вышло, случайно, что их перепутали. Ну, дамы белые, а мужчины сильно пьяные. Сколько проблем потом было… Что забавно, мать Тхэ Ри была водной змеёй, а отец воду не переносил, в скалах всё больше жил. А малыш от матери в скалы прятался, а от отца в воду. И так забавно было наблюдать за ними. Хитрюга с детства, но я никак не думал, что он на те же грабли. — Морфей вздохнул. — Его отец и мать, сразу друг другу понравились. И как только история с перепутанными девушками забылась, этот зараза, взял и обряд провёл. Да сразу их родовой, чтобы наверняка. «Чтобы этот рыжий больше не путал» — Явно передразнивая закривлялся бог. — Тьфу! Что отцы, что дети. Придурки. — Согласна. — Хихикая, кивнула я. — Я так понимаю, отменить помолвку уже нельзя? — Просто на всякий случай уточнила я. — Нет! — В библиотеку ворвался Тхэ Ри, явно не пять минут там стоявший. Вздутые вены и змеиные глаза, говорили о его бешенстве и о том, что и историю смерти его отца, он услышал. — Нет. — Спокойно вторил уставший Сон. — О! Ну, я пошёл… — Ретировался было Морфей, но я его тут же поймала за руку. — Не хотите ему рассказать что-то о его семье? — Морфей только головой покачал. — Я вроде как уже достаточно тут потрепал языком. — Он вздохнул. — Я обещал твоему отцу, что если встречу тебя, то передам кое-что. Позволь я заберу вещь из хранилища? Ты её примешь? — Тхэ Ри кивнул. — Морфей, а ты можешь достать его контракт у сестрицы? — Спросила я, хотя уже знала ответ. — Нет. Это ваши дела, малыши. Вот и играйтесь. А я уже староват для ваших … ссор. — Он похлопал змея по плечу. — И верни свой облик. Не гоже наследнику ходить в чужой шкуре. Отец бы тебя не понял… — Потом уже мне. — Встретимся у Чжи А или тут? — Тут места больше. — Заметила я. — Логично. — Он кивнул. — До встречи, госпожа. Оставив нас одних, Морфей ушёл. — Я не знал, про обряд. — Тихо сообщили мне. — Да я так и поняла. — Хихикнув, я подозвала его к себе. До сих пор из-за засранца ходить не могла. — У меня из-за тебя всё тело болит. — Пожаловалась я, когда меня взяли на руки и сели со мной на диван. — Ты меня спровоцировала. — Прошептали потерянно в шею. История с семьёй вывела его из равновесия. Потом вздрогнув, поцеловали в ту же шею, и уже на ухо. — Прости. Просто в какой-то момент, потерял контроль над ситуацией. — И где же этот контроль потерялся? — Ехидно вопросила я, зарываясь рукой в волосы. — В ванной, когда первый раз понёс тебя мыть. — Сообщили мне, кусая за шею. Больно так… Я только хихикнула. Собственник. — Знаешь… По поводу связи. — Он напрягся. Всем телом сразу, делая свои объятья буквально каменными. — Насколько плохо быть связанным такой связью с самой могущественной девушкой в мире? — Очень плохо. — Он засмеялся, вмиг ослабляя захват. — А насколько плохо быть связанной с единственным духом рода змеев-имуги? — Просто отвратительно. — Я смеялась, пока меня щекотали носом у уха. — Как нам не повезло… — Уже подбираясь к губам, шептал довольный Тхэ Ри. — Просто чудовищно не повезло. — И я позволила увлечь меня в очень нежный поцелуй. — Я согласен умирать с тобой столько раз, сколько потребуется. Если я буду знать, что ты вернёшься, то всё в порядке. — Прошептали мне в губы, наконец, отпуская. — Знаешь, из-за вас я могу умереть голодной смертью очень скоро. — На меня посмотрели, приподняв брови. — Вчера из-за тебя, я так и не поела. А сегодня Син Ло приготовила ужасно лёгкий завтрак. — Какой? — Меня уже подняли и несли на кухню. Удивительно было видеть его спокойный отстранённый взгляд. Ни тени ярости или ревности. Только покой и лёгкая отстранённость. Будто мыслями он далеко. Но глядя на меня, появлялась мягкость. И мне вдруг стало жутко интересно, что он может чувствовать? Но узнать это было мне не дано, а в голову лезть не хотелось. Я мало что чувствую, но то доверие и правильность происходящего, что были меж нами, казалось, так легко сломать. А я не хотела. И он не хотел. Поэтому более не залезали друг другу в головы… — Всего лишь три куска мяса. — Преувеличено грустно вздохнула я. — Кстати, не знаю в курсе ли ты, но отныне ты мой слуга. — Когда проснулся был женихом. Чем успел не угодить? — Фыркая раздалось из кухни. Меня уже усадили за стол и даже стульчик придвинули. — Ты вчера меня калекой чуть не оставил. Пока не поправлюсь, будешь слугой. — Сообщила я, в момент, когда мне ставили мясо на стол. — А потом? — Посмотрим на поведение. — Я не стала говорить, что потом может быть совсем не скоро. Мне показалось, он это понял без слов. Слегка напрягая тело, он почти сразу стал привычно расслабленным. Ближе к рассвету принесли Чжи А. Нас расположили в гостевой комнате. Пуонга взялась сторожить Син Ло. Нас насильно погрузили в сон. *** Морфей ходил вокруг девушек вырисовывая вокруг их кровати замысловатый узор. Кольнув пальцы иглой он пустил кровь. Она тут же стала красной нитью, и полностью обвязав их, скрывая свободное пространство между сёстрами, она побежала дальше по узорам, которые вывел бог снов. Связав руки змея и лапы лиса, она побежала вверх, Сон за ней. Нить петляла, вилась, создавая свой рисунок, и двумя узлами завязалась на руке Син Ло. Тёмный дух с недоумением покосился на красную нить свисающую с запястья. — Господин Морфей, это… — Мимёнгви удивлённо посмотрела на приближающегося бога. Тот задумчиво хмыкнув, одним движением усыпил Пуонга и потянул за собой ничего не понимающую Син Ло. Вкратце рассказав, что она может быть связана с первой жизнью, и что обязана быть на ритуале проводника, он втащил едва сопротивляющуюся девушку в комнату. — Так, малыши. Слушаем внимательно. Сейчас я начну не самую приятную процедуру для всех здесь присутствующих. Син Ло, ты проводник. Окунувшись в память, ты прежде всего вспомнишь свою прошлую жизнь. Как будешь готова проводить по ней других, ты поймёшь сама. Вы двое будете до того времени заперты в собственном сознании. Как только малышка Син Ло коснётся вас, идите. Узнаете, что там вообще было. — Вздохнув, он начал было читать… — Эмм. А мы там зачем? — Лис забавно повернул голову, изображая всем видом вопрос. — Мы не навредим? — Вы якоря. Чтобы девочки именно вспомнили, а не погрязли в прошлом, нужны якоря из настоящего, но связанные с ними временем. Боги, Лин Си с объяснениями лучше бы справилась. Просто знайте, что когда Син Ло вас затащит в сознание девочек, вам нельзя разбредаться. Она проводник, вы якоря, девочки книга, по которой вы гуляете. Если что-то пойдёт не так, Син Ло, вытаскивай их оттуда. Девочки последуют за этими олухами. — Поняла. — И ещё. — Как-то тихо и очень печально проговорил Морфей. — Это всего лишь их память. Поменять вы ничего уже не сможете. — Затем привычно бодрым. — Син Ло, малышка, давай. Начался ритуал, что утянул в пучины прошлого пять душ…