От жизни к смерти и обратно

      Глупо, глупо, глупо. Вася потер глаза, сдавленно промычав. Очень глупо. Он вернулся с кладбища около часа назад, но осознание все никак не отпускало. Он влюблен в своего лучшего друга, который немного мертв и немного призрак. Совсем чуть-чуть, ага. И сейчас Вася думает об этом, смотря на то, как Женя ходит по кухне и делится своими впечатлениями от прожитого дня. Просто идиотизм.       А что будет, когда Женя вернется? Скорее всего, Вася просто забудет, что Женя умирал, и вообще весь этот год забудет. Но забудет ли он свои чувства? Скорее всего, нет. Хотя, кто знает.       А что будет, если Женя все-таки не успеет? Вася будет помнить все это, если Женя исчезнет? Сможет ли он выбраться из состояния полной апатии, если потеряет Женю во второй раз? Нет, не сможет. Однозначно не сможет. — Жень. — перебил Вася Калинкина, не поднимая взгляд. — А что будет, если ты не успеешь?       Вася знал, что Женя поймет. И Женя понял. Это было видно по его растерянному, а потом и вовсе напуганному лицу. — Не знаю, честно. Думаю, ты забудешь, что я тут был. Наверное. — Женя опустил голову вниз, проведя ладонью по волосам. — Давай не будем об этом, ладно? — Да, конечно, хорошо. — затараторил Вася. — Извини.       После этого настала тишина. Отвратительная, давящая, гадкая и неприятная тишина. Жене больше не хотелось говорить, излучая свет и энергию, но и молчать не хотелось тоже. Васе не хотелось ничего. Васе хотелось просто взять и обнять Женю, все. Разве он многого просит?       А в чем вообще заключается его смысл жизни? Или в ком? Кого Жене нужно найти? Что для Жени важнее всего? Слишком много вопросов, на которых ответов просто, блять, не существует. — Вась. — робко начал Женя. — Расскажи подробнее, пожалуйста, как я умер?       Вася вздрогнул, широко раскрыв зеленые глаза. В голове за секунду пролетел весь тот день, все эмоции будто восстановились, руки затряслись, сердце забилось быстрее и дышать стало труднее. Вася посмотрел на Женю, который глядел ему прямо в глаза, так загнанно, будто маленький мальчик, потерянный во взрослой жизни. — Я, к счастью или сожалению, не присутствовал в тот момент, когда ты сделал это. Я просто ворвался к тебе в квартиру, выбил дверь твоей ванной комнаты, и увидел тебя. — Вася сделал длинную паузу, но Женя терпеливо ждал. — Ты лежал прямо на полу, в крови, рядом валялось лезвие. Мне было страшно, очень страшно. — Прости. — прошептал Женя. — Все, хватит. — вскрикнул Вася так неожиданно, что даже сам вздрогнул. — Не будем о грустном, хорошо? Ты здесь, рядом, мы найдем этот твой смысл и все снова будет хорошо. Тебе там твой голос этот подсказок не оставлял? — Ну бля, не помню. — Женя задумался. — Но это точно человек. Возможно тот, кого я любил при жизни. В романтическом смысле. — Это будет легко. Кто это? — Не помню.       Это будет совсем, блять, не легко. Вот абсолютно, сука, не легко. Это будет пиздец как сложно. Но они ведь справятся, верно? Они вместе, вместе они смогут все, всегда могли.       Вася смотрит на Женю и понимает, что вернет его даже ценой собственной жизни, если это понадобится. — У меня есть идея! — на этот раз своей внезапность пугал Женя. — Нужно спросить у Павлова, он однозначно знает. Только просто так не скажет. — И как нам из него эту информацию выбивать? — Алкоголем.       Вася не мог сдержать улыбку. В голову Жени всегда приходили просто гениальные мысли, которые всегда были рабочими, и в этот раз, Вася уверен, все будет также. Осталось только напоить Павлова, но это не составит труда. Вася подхватил телефон и набрал номер Димы, поставив на громкую связь. Долго ждать не пришлоссь, спустя три гудка послышался грустный голос Павлова. — Вась? Что-то случилось? — Нет. Давай напьемся? — Через час у тебя.       Дима бросил трубку. Разговор вышел коротким, но весьма информативным. Женя потупил взгляд, виня себя за свой эгоизм еще сильнее. Вася этого не заметил, ему было интересно, в кого все-таки был влюблен его лучший друг. В кого был влюблен тот, кто не выходит из головы и сердца последние два года. Да и Жене, скорее всего, было интересно. — А у тебя алкоголь есть? — спросил Женя немного взволнованно, будто готовился к важному событию.       Вася кивнул. У него осталось еще две бутылки, им должно хватить. Если нет, то просто купят еще. В любом случае, цель Васи не напиться, а вытянуть из Димы нужную информацию. Остается надеяться, что все пойдет по плану, а не по пизде, как это обычно бывает. Но Вася чувствует, что этот час будет очень, очень долгим. Вот так всегда, когда сейчас может решиться судьба твоей любви, время останавливается, будто издеваясь над тобой. Хотя над Васей издевается, по ощущениям, вся чертова Вселенная. — Ладно, что делать будем? — спросил Вася, вздохнув. — Приберемся? Посмотри, какой у тебя бардак. Такое чувство, что ты с момента моей смерти вообще не убирался. — Женя нахмурился, смотря на Васю с укором.       Вообще-то да, Вася не убирался с момента Жениной смерти. Ему было не до этого, он пил и умывался истериками и слезами. Разве что Гришечкина иногда приходила, мыла посуду и хоть немного протирала пыль. Поэтому Вася лишь кивнул, включил музыку и был настроен на борьбу с пылью. Кстати, прошла уборка весело и достаточно быстро. Вася пролил на себя воду, пока нес в комнату чертов таз, поскользнулся на мокром полу, и, кажется, никогда не перестанет чихать от пыли, которая в бешеном количестве скопилась в его носу. Но Женя смеялся искренне, звонко и совсем по-детски, и Вася готов был выставлять себя идиотом и дальше, лишь бы видеть эту улыбку всегда.       Стук в дверь раздался совершенно неожиданно, застав Васю в ванной с тряпкой в руках. Вася бросил тряпку в раковину и, вытерев руки о домашние штаны, открыл Диме дверь. Тот улыбался немного устало, но взгляд его был спокоен. Он прошел на кухню, как к себе домой, и сложил руки замочком в ожидающим жесте. Вася достал пару кружек и две бутылки алкоголя из шкафчика. Абсолютно уютная и спокойная тишина, которую разрезали лишь звон стаканов и звук льющегося алкоголя. Тишина, в которой было больше смысла, звуков и эмоций, чем в любой беседе. Но спустя пару стаканов квартира наполнилась шумными разговорами, смехом, а спустя еще пару стаканов – песнями и воспоминаниями о прошлом. — Он был таким хорошим. – задумчиво и немного пьяно глядя в даль, сказал Дима. — Он был таким любящим, чистым, как ребенок.       Вася обернулся на Женю, чуть улыбаясь. Отлично, Павлов сделал все сам, к нужной теме не пришлось подводить самому. А Женя смотрел на Диму в упор, заламывая пальцы и кусая губы. Всем своим видом он показывал нервозность и волнение. — Любящим? — переспросил Вася, строя из себя дурачка. — Он был влюблен? — Как подросток. — Дима сосредоточено кивнул, переведя на Васю абсолютно трезвый и внимательный взгляд. — Он не рассказывал мне. В кого? Женя подлетел ближе к Васе, не отводя от Павлова взгляд. Шакулин постарался максимально незаметно коснуться его руки, стараясь успокоить и поддержать. Женя глянул мельком на Васю, немного нервно улыбнувшись. Павлов молчал, обдумывая, говорить или нет. Но потом он расслабился, его плечи опустились, он выдохнул, и Вася замер. — В тебя, Шакулин.