Теплые росчерки души

      Солнце светило во все окна центрального офиса японской волейбольной ассоциации. Жаркое лето уже вступило в свои права, заставляя бедных работников буквально бороться за места под кондиционером.       Куроо так не повезло. Его личный кабинет был оборудован стареньким слабым кондиционером, так что даже его помощнику, сидевшему в общем зале, было гораздо легче, чем начальству.       — Куроо-сан, можно? — раздалось после стука в дверь, и в кабинет просунулась сперва голова, а потом и весь помощник руководителя отделения. Легок на помине. — Я хотел документы собрать и в архив унести.       — Конечно, Такада-сан, — быстро дал согласие мужчина, но тут же осекся — Слушай, архив ведь у нас в подвальном помещении?       — Да, а что?       — У них ведь прохладнее чем у нас?       — Точно прохладнее, чем у вас, Куроо-сан, — с улыбочкой ответил молодой человек, уже протягивая собранные папки начальнику. — Вам может чаю или кофе приготовить?       — Бумаги мне подготовь, по работе со школьными клубами в Западном Токио, а я пока хоть зад разомну немного, — усмехнулся в ответ Тецуро.       Такада-сан был назначен на эту должность сравнительно недавно, как и сам Куроо, переведенный за успехи выше по карьерной лестнице. Он был рукаст, быстр, умен и умел шутить, идеальный помощник, даже не скрывающий желания занять место начальника, но понимающий, сколько ответственности свалится на него с назначением.       Задумавшись, Тецуро быстрыми шагами прошел через весь офис по направлению к лестнице. Мысли о манящей прохладе заставили шаг стать легким, быстрым. Еще поворот, лестничный пролет, небольшой коридор, спуск в подвал и он на месте.       Практически забегая за поворот, Куроо кажется, что он влетел в стеллаж с папками. Папки разлетаются в стороны, мужчина пытается поймать их, закинуть обратно, но его пальцы обхватывают чьи-то плечи. Без верхних свалившихся папок становится видно облако светлых, практически пепельных кудрей. Девушка поднимает голову и Тецуро на мгновение забывает, как дышать.       Из под упавших на лицо светлых прядей, на него взирают серые, почти черные глаза, обрамленные пушистыми светлыми, как и волосы, ресницами. Щеки, усыпанные, как и все лицо, серовато-бежевыми веснушками, покрылись румянцем. Их руки столкнулись в попытке поймать особенно тяжелую папку.       — Простите, — девушка отдергивает руку и обнимает еще оставшиеся в руках документы.       — Это вы меня простите, — Куроо собирает с пола свои папки, теперь лицезрея изящные щиколотки, пока незнакомка не приседает, чтобы ему помочь. — Обычно я сногсшибательный немного в другом значении этого слова.       Румянец на девичьих щеках становится ярче, она подхватывает свои папки и, забавно ухнув от их веса, встает. Мужчина же немного зависает, как старый компьютер, глядя ей в след. Только осознав, что явно новенькая работница, иначе он бы заприметил ее раньше, направляется как и он в архив, Тецуро спешит за ней.       — Подождите, вам, может, помочь?       — Не стоит, спасибо, — она останавливается перед лестницей, чтобы выглянуть из-под своей ноши и посмотреть, куда она идет.       — Вы так с лестницы улетите, — Куроо улыбается и забирает у девушки большую часть папок и замечает чуть испуганный взгляд. — Нет, обратно пока не отдам, все равно я тоже в архив иду.       Она молча кивает и, оставаясь на полшага позади идет за мужчиной. Лестничный пролет, который Куроо планировал чуть ли не перепрыгнуть, теперь он растягивает. Черт, да никогда он так не нервничал в присутствии девушек. Последние лет шесть то точно. А сейчас он идет, зная, что рядом с ним, как минимум внешне, его идеал и ничего не предпринимает. Какого хрена?       — А давно ты у нас работаешь? — вопрос логичный, как раз для начала разговора, Тецуро чуть повернул голову, чтобы видеть собеседницу.       — Буквально четыре дня, — заметив, что мужчине несколько неудобно в таком положении, она подошла чуть ближе. — И я не совсем работаю, я на практике.       — Вот как, — Куроо пытался прикинуть хотя бы примерно, насколько она может быть младше его. Если повезет, то года на два-три, а это не страшно. — А на кого учитесь?       — Специальность документоведение и архивное дело, — как по бумажке, отчеканила девушка видимо стандартную заученную фразу, но будто смутилась от собственного тона. — Простите, я не особенно разговорчива с новыми людьми.       — В таком случае, можно попробовать познакомиться, — мужчина постарался как можно мягче улыбнуться. — Куроо Тецуро, руководитель отделения по работе со школьными волейбольными клубами Токио.       — Гото Миеко, рада познакомиться с вами.       Незаметно за разговором новые знакомые подошли к входу в архив. Куроо сгрузил папки девушки на стол и замотал головой в поисках архивариуса, которой он должен был отдать свои бумаги.       — Оставьте у меня на столе, Куроо-сан, — Миеко, встав на устойчивую лесенку, уже расставляла папки на их места. — Я разберусь.       Прямо стоя на лестнице, она неловко наклонилась к столу за папками. Куроо тут же подошел поближе и подал ей все необходимое, краем глаза заметив в вырезе свободной кофты застарелый синяк на ключице.       — Вам стоит быть аккуратнее, Гото-кун, — произнес он, отведя взгляд. — Ни к чему зарабатывать лишние синяки, если вам и так могут помочь.       Девушка хотела было что-то ответить, но с другого конца архива раздался грохот, шелест разлетающейся бумаги и злая ругань.       — Простите, Куроо-сан, — она ловко спрыгнула с верхней ступеньки на пол, поклонилась и убежала в глубину помещения.       Мужчина улыбнулся, глядя ей в след. Гото словно выпрыгнула из какого-то аниме, с этими своими кудряшками, юбкой до середины икры, что сейчас при беге взлетала почти до коленей. Надо было ее хоть пообедать пригласить.       — Куроо-сан, а вы в наших краях, какими судьбами? — спросила вышедшая из-за угла женщина, с усмешкой глядя на молодое руководство.       — Добрый день, Такедаши-сан, — мужчина развернулся лицом к главному архивариусу и улыбнулся. — Да так, новенькой вашей практикантке помогал папки по пути донести.       — Гото-чан опять пыталась утащить в архив чуть ли не целый стеллаж? –женщина сердито свела брови, но в ее взгляде сквозила некая почти материнская теплота. — Славный, но уж чересчур трудолюбивый ребенок.       — Прямо таки ребенок? — удивился Куроо. — Детей вроде не допускают до трудовой практики на предприятиях, не взаимодействующих с вузом?       — Она, можно сказать, по блату. Подруга моя преподает у них, девочка попросилась пристроить куда-нибудь на практику, на время летних каникул, — развела руками Такедаши-сан и хитро посмотрела на коллегу. — А ты чего такой любопытный? Приглянулась наша Гото-чан что ли? Маленькая она даже для тебя, только первый семестр в университете закончила.       — Она на первом курсе? — Тецуро опешил, судорожно сопоставляя в голове цифры. — Ей что, лет девятнадцать?       — Восемнадцать, — сухо, как отрезала, констатировала женщина. — Она тебя лет на семь-восемь младше. Посадить конечно не посадят, и даже не осудят, этой девочкой легко заинтересоваться, но я бы на твоем месте десять раз подумала.       — Спасибо, что предупредили, — шокированный мужчина чуть поклонился и ушел к себе в кабинет. Прохладнее ему, увы, так и не стало.       Как и посоветовала Такедаши-сан, Куроо старался держаться подальше от приглянувшейся ему девушки. Но это не помогало.       Он не контролировал это. Не контролировал свое желание хоть краем глаза увидеть ее. Кончиками пальцев дотронуться наверняка мягких кудрей. Уловить запах, тонкую нотку парфюма и кондиционера для белья.       Тецуро даже умудрился облаять собственного помощника, решившего с ней пофлиртовать. Такада пригласил подошедшую за документами Гото-чан в кофейню после работы, на что девушка пусть и смущенно, но решительно отказала и убежала обратно в архив.       Даже сейчас, сидя у Кенмы в гостях и покачивая в руке бокал виски со льдом, он не мог перестать думать о девочке из архива.       — Куроо, ты сегодня молчаливее Кенмы, — Кэт, заглядывая в лицо лучшего друга своего жениха, поставила две полные тарелки на стол. — У тебя все в порядке?       — Просто узнал, что я маниакально зацикленный педофил, — выдохнул Тецуро, отпивая, наконец, из бокала, в то время как Кэт от неожиданности подавилась глотком розового вина.       — А теперь давай контекст проблемы, — покачал головой Кенма, ласково похлопывая девушку по спине, и придерживая полотенце у ее рта.       Парень и девушка, молча, выслушали проблему общего друга. Куроо тихо рассказал о проблеме, о наваждении, что мучало его уже две недели. Подняв глаза от опустевшего бокала с виски, он понял, что не видит и следа осуждения.       — Ты раздуваешь проблему на пустом месте, — Кенма устало потер глаза. — Сам же мне говорил, что на предубеждения плевать надо с высокой колокольни. Чужое мнение, это чужое мнение, если эта девушка тебе так нравится, пригласи ты ее на свидание. Может она и согласится.       — Согласна, — Кэтрин мягко улыбнулась. — Если откажет, да и если спросишь почему, никто тебя не съест, я думаю. Если уж ты ей не нравишься, придется смириться.       Слова друзей не могли не приободрить Куроо. В приподнятом настроении, он шел на работу, размышляя, когда подгадать момент и поговорить с Гото-чан. Собрать документы и спуститься в архив? Или во время обеда, предложить вместе выпить кофе? Или…       — Ой, простите, я не думала, что вы так рано придете, — Гото, с кипой папок, все как всегда, стояла посреди его кабинета и на глазах покрывалась румянцем от щек до кончиков ушей. — Я забрала только то, что уже должно быть в архиве, можете проверить.       — Доброе утро. У меня тут особенно ценной документации не водится, да и ты на хорошем счету в компании, — Тецуро, из-за сложившихся и куда более чем благоприятных обстоятельств, постарался улыбнуться как можно менее маньячно. — Может помочь?       — Не стоит, у вас дел наверняка полно, а я не занята.       — Если ты не занята, могу я тебя задержать?       — Да, конечно.       Миеко сгрузила папки на стоящий неподалеку стул и с серьезным выражением лица взглянула на Куроо.       — Я хотел спросить, не хотела бы ты выпить со мной кофе? — выпалил Тецуро, пока еще хватало на это смелости.       Девушка ойкнула и смущенно опустила взгляд:       — Простите, Куроо-сан, но нам, наверное, не стоит.       — Почему? — Тецуро не удержался и поймал отстраняющуюся девушку за кончики пальцев. — У тебя есть молодой человек? Или, может, я тебе не нравлюсь?       — Нет, Куроо-сан, — Миеко не стала выдергивать свои руки из мужских. — Я не тот человек, с кем интересно заводить отношения. К тому же мне всего восемнадцать, а вам…       — Тебя правда волнует это, или ты боишься, что тебя осудят другие? — мужчина притягивает опешившую Гото ближе, смещая руки на ее плечи. — Я смотрю на тебя издалека с первой встречи, меня тянет к тебе, я не хочу упускать тебя лишь потому что кто-то может сказать, что наши отношения неправильные.       Глаза Миеко расширяются, дыхание учащается. Мужчина моментально считывает появившийся в серой глубине глаз какой-то первобытный страх, но не успевает отреагировать. Девушка скидывает руки Куроо с себя, отбегает на несколько шагов назад и замирает, прижав руку к груди. Тецуро шокировано наблюдает, как ее вдохи становятся все более быстрыми, а колени начинают подкашиваться.       — Гото, сядь, пожалуйста, на диван, — он буквально подхватывает Миеко за талию и усаживает на кожаное сиденье, так быстро, что она и среагировать не успевает. — Тебе налить воды, вызвать скорую?       — Не… не нужно, — между вдохами произносит девушка, зажмурив глаза. — Я… сейчас… успокоюсь.       Она замолкает, но продолжает беззвучно шевелить губами, пока Куроо шокировано стоит напротив. Миеко мелко трясет, она всхлипывает сквозь зажатые губы, стараясь успокоиться, но пристальный взгляд мужчины словно мешает.       — Отв… отверн… — пытается произнести она, и Тецуро быстро отворачивается к выходу из кабинета.       Постепенно звуки за его спиной становятся тише, он слышит, как Гото начинает дышать ровнее. Мужчина боится обернуться, снова напугать ту, которую он так надеялся только защищать от всех вокруг. Пока он стоит на одном месте, девушка забирает папки со стола и, обойдя его, быстро выходит из кабинета, не произнеся ни слова. А Куроо не останавливает ее, как бы ему этого не хотелось.       — Паническая атака, ты не мог знать, что такое произойдет, — раздался из динамика телефона голос Кенмы.       — Я не понял даже, как это произошло, — Куроо сидел на кухне в своей квартире, коротая вечер за готовкой ужина и разговором. — И не мог успокоить ее.       — Ючи рассказывал, что панические атаки у людей возникают по разным причинам, — спокойный голос Кенмы действовал успокаивающе на расшатанные нервы Тецуро. — Но сам я такого не видел, когда мы начали встречаться, он уже проработал их с психотерапевтом. Могу попробовать узнать хоть примерно, что делать в таких ситуациях.       — Думаешь, стоит с ним об этом говорить? Двое доведенных человек за день, это перебор даже для меня — усмехнулся Куроо.       — Я спрошу, у нас съемка завтра, — тихий голос Кэт на фоне. — Куроо, может мой совет не к месту, но… Извинись перед ней. На ее территории. Скажи, что чувствуешь и уйди, дай ей это обдумать. Может ей будет комфортнее так.       — Я попробую.       Утром следующего дня, Тецуро, не заходя в свой кабинет, направился напрямую в архив. Знание того, что Гото приходит раньше всех, а Такедаши-сан всегда первым делом пьет кофе с секретарями, давало ему надежду, что удастся поговорить с девушкой наедине. В маленьком кабинете уже горел свет, поэтому собрав силу воли и не только в кулак, мужчина постучал в дверь.       — Заходите, открыто.       Увидев, кто зашел, Миеко сразу опустила взгляд к бумагам, явно создавая вид бурной деятельности.       — Я не буду отнимать у вас время, Гото-кун, — начал Тецуро, не проходя вглубь кабинета.       — Простите, за то, что произошло вчера, — перебила его девушка, так и не подняв глаз. — Со мной одни проблемы, не стоило вам приходить.       — Подожди, можно я закончу, — он дождался, пока Гото не кивнет, и продолжил. — Я тоже хочу извиниться, за то, что напирал на тебя. Я не хотел предлагать сразу что-то серьезное, просто узнать друг друга чуть поближе. Вот я оставлю это здесь, — Тецуро положил на стеллаж с документами небольшой листок бумаги. — Это мой номер телефона, если вдруг все-таки захочешь пообедать в компании, я буду рад.       Брюнет развернулся к двери, испытывая некое дежавю, и собирался было уже уходить, когда ощутил робкое прикосновение к рукаву пиджака:       — Я обедаю в кафе на углу, — Тецуро боялся пошевелиться, не веря собственным ушам. — Кофе я у них еще не пила, но надеюсь вам понравится.