If I can't get a starring role.

Вот уже третий день я жил в этом гостиничном номере, не покидая его и заказывая еду в номер. Я, разумеется, понимал, что это не может длиться вечно и раньше или позже мне нужно будет покинуть уютную территорию, но лучше позже. Ладно, сегодня на ужин.

Блейн не звонил мне. Ни единого раза после той смс. Ни единого звонка, ни единого сообщения. Очевидно, что он был рад тому, что я избавил его от обузы в виде себя, но от этого было только больнее. Почему он просто не мог не трогать меня? Зачем было играть? Изображать что-то, заставлять меня поверить ему… Блейн был… Ублюдком. И я вовсе не думал о его голосе и о том, что никогда в жизни не спал так хорошо, как тогда, когда он обнимал меня. Единственный человек, которому я позвонил за это время – Рейчел. Несмотря ни на что, она всегда была понимающей. Королева драмы, похожая на меня, она понимала все мои истерики и никогда не упрекала. Пообещала позвонить моему отцу и сказать, что я на отдыхе от творческого кризиса, и чтобы не верил ни единому слову желтой прессы. В итоге я все-таки написал сообщение отцу, чтобы не волновался, но звонить не решился, потому что он всегда по моей интонации узнает, если что-то идет не так. Финну пришлось все-таки набрать, а то он чуть было не изнасиловал Рейчел, допытываясь, где я. И не то чтобы она была против, но насиловал он ее морально, а это еще более неприятно. Брат катил на меня огромную бочку претензий, начиная с того, что я «вонючий эгоист», и заканчивая бурчанием в духе: «Ты просто не любишь меня и никогда не считал своим братом…» Когда Финн говорил что-то подобное, я сразу вспоминал старшую школу и понимал Берри, которая умиленно трепала Хадсона за щечки и целовала. Нет, я не хочу целовать Финна уже пару лет. Серьезно. Я люблю его, но эти чувства стали братскими. К счастью. Иначе Рейчел бы мне глаза на два счета выдрала, она такая.

 Единственный человек, которому мне хотелось позвонить, был все еще Блейн, но я хранил гордость. Вырывать его оказалось даже сложнее, чем я предполагал, но у меня не было выхода. Не было выбора. В конце концов, меня даже никто не звал обратно, так что и рассуждать было особенно не о чем.

Вокруг меня все еще был целый мир. С будущей карьерой. С отличными мужчинами. Вежливыми, культурными, красиво и аккуратно одетыми. И пусть ни у одного из них не будет того особенного словарного запаса и детских кудряшек, они, возможно, не причинят мне такой боли.

Блейн стал моим первым. И вопреки всем даже моим собственным ожиданиям, я не жалел об этом. Это было красиво в процессе, и спасибо ему за ту - хоть и краткосрочную - сказку. *** Спустя неделю я все-таки вернулся домой. Это было ужасно волнительно. Так, словно это был и не мой дом вовсе. Все казалось ужасно непривычным, тут было пусто и прохладно из-за того, что я, оказывается, не закрыл окно. Решив не расслабляться по-новой и не ныть, я позвонил Рейчел и пригласил их с Финном в гости, а сам принялся за уборку и готовку. 

Через час моя квартира буквально сверкала, а еще через час из духовки шёл приятный запах мясного рулета для нас с Финном и запеченных овощей для Рейч. Я приготовил еще пудинг и сгонял в магазин за фруктами, вином и пирожными. Стол выглядел по-праздничному, и я со спокойной душой отправился в душ и начал приводить себя в порядок. *** Видеть свою семью было так приятно и радостно, что я решил, что завтра же позвоню отцу и попрошу их с Кэрол тоже приехать, как только выдастся выходной в мастерской. И Рейчел с Финном я снова приглашу. Да зачем мне вообще какой-то придурок, когда у меня есть такая замечательная семья? Должен признать, в последний год я вообще общался с ними очень мало. Вечно был занят на съемках и показах, весь погружен в интриги модного мира и в борьбу за обложки и бренды. Но сейчас, когда меня бросил мой агент… Или я ее бросил. Не имеет значения. Когда никто нигде не хочет меня видеть… Да, я не самый лучший человек. Я обращаюсь к близким только тогда, когда мне плохо. Но ведь обращаюсь?

Мне нужно искать работу. Какой ужас. Не то чтобы я планировал работать моделью всю жизнь, нет. Я хотел постепенно уйти в дизайн, да и жить на накопленные за время успеха карьеры. А что теперь? Разумеется, у меня есть сбережения, но как надолго их хватит? 

Весь вечер меня то и дело посещали эти мысли, но влюбленные и счастливые финчел не обращали на меня особенно много внимания, так что вечер прошел отлично.

Уже ложась в кровать и обнимая Саманту, я прикрыл глаза, позволяя себе всего на пару секунд вспомнить лицо Андерсона. Вспомнить и тут же забыть, потому что он не стоит того. Такие люди не стоят. Завтра будет новый день. Завтра все изменится. 

 И, засыпая, я еще не знал, насколько близок к истине. *** Утром меня разбудил звонок. Было уже не очень рано, около десяти, но звонивший по-настоящему меня удивил. Это была Куинн. И после того, как грубо мы с ней расстались, ее звонок действительно был странным. Очень странным. Тем не менее, я решил ответить. 
- Слушаю.
 - Привет, Курт! Ты слышал?!
 - Эм… Для начала, мы вроде как не общаемся, и…
 - Прости меня, я и правда тогда была неправа, что разболтала все Блейну, но, боже, я просто не могу молчать! Ты видел? 
- Да что? 
- Ох… Ты вообще, что ли, от мира отрезан?
 - Ну что-то типа того. И еще некоторое время не планирую к нему пришиваться, - добавил я, перекатываясь на живот и зевая. Интересно было, чего же хочет Куинн, но не настолько, чтобы подняться с постели. 
- Ладно. Тогда не включай телевизор. Не смотри заголовки газет. 
- Война в стране?
 - Нет, что ты! 
- Ну тогда я и не планировал. 
- Но я хочу попросить тебя об услуге. Приезжай к шести вечера по адресу, который я пришлю в смс. Но ничего не смотри на эту тему в Интернете, хорошо? 
- Почему я должен делать это? 
- Пожалуйста. Ты не пожалеешь. Я все еще надеюсь, что ты простишь меня и позволишь и дальше быть твоим агентом. Мы найдем новое агентство, и все будет отлично, обещаю. Только не выбрасывай меня за обочину, пока не поедешь туда. В шесть. По адресу. 
 - Куинн, я не хочу никуда ехать! – рявкнул я.
 - Я просто прошу тебя об этом. Выбор за тобой, но я обещаю, что оно того стоит. 
- Форма одежды? 
- Ты всегда одеваешься великолепно, - елейно пропела Куинн, зная, как ко мне подлизаться. 
- Иди к черту. 
- Бегу, родной. Лови смс.
 Отключившись от разговора, я плюхнулся головой в подушку. Поехать куда-то сегодня означало возвращение в жизнь. Можно считать, что моя депрессия закончена, и я готов уже к фееричному появлению? Да вовсе нет. Но ведь однажды мне придется это сделать, так пускай лучше сегодня, и в случае чего я смогу перекинуть вину на Фабре.

 Спустя минуту я получил адрес, который ни о чем мне не говорил, и решил, что и правда не буду любопытничать раньше времени, а просто поеду туда к шести.

Спустя полчаса я встал с постели и добрел до зеркала, внимательно и придирчиво разглядывая лицо, а затем все же заставил себя неуверенно улыбнуться собственному отражению и шепнуть: 
- Вперед, Курт Хаммел. У тебя все получится. *** Сборы я начал практически сразу. Позавтракав фруктами, я отправился в ванную. В ванной всегда происходило все самое важное, так что я относился к этому серьезно: набрав ванну, выставил на бортик десяток баночек и бутылочек, расставив их строго в той очередности, в которой буду использовать. В воду я добавил смягчающий мусс и ароматную пену и только после этого снял пижамные штаны и погрузился в воду. 

 Первые полчаса я посвятил расслаблению. Это очень важно. Полностью отключиться, расслабить мышцы и отдохнуть. В прошлый раз, когда я получал такое удовольствие, Блейн сделал мне массаж, а после этого еще и минет. Блейн. Блейн. Блейн. Я зациклен на нем и не знаю, когда это изменится. 

После релаксации я принялся уже за уход: скраб для лица, затем маска. Тоже самое и с телом, но дольше. В ванне я провел около двух часов. Но когда выбрался из воды не спешил уходить, потому что мне еще нужно было нанести увлажняющий крем повсюду и дождаться, пока он впитается.

 В итоге, в половину четвертого я вышел из ванной комнаты и направился к гардеробу. Есть я больше не планировал. Меня и так порядочно откормили, а я хотел хорошо смотреться в своих вещах. Распахнув дверь, я вошел в просторную комнату и сразу занялся делом.

Белоснежная рубашка. Это без разговоров. Узкая темно-вишневая жилетка из дорого бархата пошла к ней. На шею шелковый платок в молочно-бардовые разводы, и черные брюки с высокой талией. Они были чертовскими узкими, отлично подчеркивали задницу, но при этом спереди имели стрелки, так что сходили за полуофициальные. С обувью было проще всего. Новые туфли из крашеной в коричневый крокодиловой кожи. 

 Прошло не больше часа, а я уже был полностью собран и даже вызвал такси. Из зеркала на меня смотрел привлекательный молодой мужчина со сверкающей свежестью и здоровьем кожей и идеально уложенными волосами. Я умел заставлять себя улыбаться и собирался сегодня вечером активно этим заниматься. Что бы и кто бы там меня не ждал, я больше не планировал сгибаться и сдаваться внутренне. Я Курт Хаммел, а это имя кое-о-чем говорит. *** Ровно в шесть часов я вышел из такси и оглянулся по сторонам. Это было самое обычное строение, которых великое множество в Бруклине. Бруклине. Фу. Почему вообще я в Бруклине? Но, несмотря на не самое удачное расположение и внешний вид, вокруг меня сейчас было много людей в дорогих нарядах. Они выходили из автомобилей класса Люкс и лимузинов, на лицах большинства играли улыбки, и все они скапливались возле входа, собираясь там в группки и болтая между собой. Я видел знакомые лица, много кто кивал и улыбался мне, а я натянуто улыбался в ответ, выглядывая в поисках Фабре.
 - Вот ты где! – наконец прозвучал голос девушки. Я обернулся и внимательно оценил ее наряд из белоснежного короткого платья, сверкающих туфель и такого же клатча. 
- Ты выглядишь, как неудачный гибрид Памелы Андерсон и ангела, и не спрашивай, чем именно. Это просто ассоциации.
 Скорчив лицо, я тем не менее позволил смеющейся Куинн поцеловать меня в щеку и даже нагнулся для этого.
 - Ты солнышко. И ты пойдешь туда первым.
- Куда? Что я тут вообще делаю? Что все люди тут вообще делают?
- Ты сейчас все узнаешь, не спеши. Открытие должно было быть в шесть, но вообще все решается по моему сигналу. И я только что его подала. Так что пошли. Ты подходишь к двери. Ну поближе, на эту дорожку.
 - На дорожку? – опустив глаза, я впервые увидел… нечто. Дорожка? Дорожка?! Это выглядело как куски старого ковра, который сшили с кусками такой же старой мешковины, но последние пять метров у двери были буквально идеальными: насыщенный красный цвет, толстый ворс, совершенная чистота.
 - Ага, - кивнула Куинн. 
- Это дизайнер-шизофреник?
 Девушка рассмеялась, обошла меня и легонько подтолкнула. 
- Иди. Ты все узнаешь. 
Понимая, что выхода у меня нет, да и все гости подозрительно косятся на препирающуюся парочку, я вздохнул и неспешно, вальяжно пошел по дорожке. Ходить подиумным шагом или нет решало за меня само тело. И сейчас оно решило так. Я неспешно прошелся по дорожке, и, когда я уже подходил, двери распахнулись. Из здания вышли двое мужчин. Один в привычном черном костюме фейс-контроля, а второй… Второй выглядел как бездомный. Или хипстер. Или байкер. Как черт, в общем. Я удивленно покосился на него, но решил не акцентировать на этом внимания. С прежней безмятежностью я подошел к двери, отодвинул шелковую шторку, закрывающую вход, и замер, прижав ладонь ко рту.
 - Господи. Боже. Мой, - тихо прошептал я, разглядывая окружающую меня обстановку широко открытыми глазами.