Джаз убивает.

Привет, ты так хочешь со мной поиграть. Чего уж там греха таить, я готов уже проиграть. Я люблю обманывать людей, но обманываю себя. Я чародей? Была б у меня вторая жизнь, я обещаю… Прости, я снова тебя избегаю…

      Глянцевый журнал небрежно валялся посреди дороги, поблёскивая от света фар проезжающих мимо машин. На его обложке красовался Тайм Стинги в сидячем положении, а если быть точнее — Александр Домбровский. «Тайм Стингли» — это всего лишь его псевдоним для узнаваемости. В мире музыки этот человек очень известен своими скандальными выходками. Все помнят тот самый случай на улице Саксонского?       Именно тогда Тайм со своим бывшим молодым человеком — Алексеем Прокофьевым, под трудным наркотическим опьянением пробрались в толпу папарацци. Репортеры, увидев в каком состоянии были парни, перенаправляли все камеры на парочку и фотографировали. Вспышки фотоаппаратов слепили глаза, особенно раздражал один определённый репортёр, который, казалось, уже сделал фоток больше, чем его коллеги. Он настырно лез все ближе к паре и пытался запечатлеть на снимке всё, буквально всё. Все действия, мимику и настроение парней. Поэтому разъярённый Алексей, не выдержав этого беспредела, избил бедного репортёра до полусмерти. Этот инцидент разлетелся по всем газетам. При этом сам Саша никак на выходки своего партнёра не решался отвечать. Да, и впрочем, ему было всё равно. Он любил его больше жизни.       — Снова эти идиоты… Смотрят на меня, как на животное в зоопарке.        Александр смотрит через затонированное окно на улицу: вход в здание клуба был заполнен кучкой фанатов и пятью журналистами. На данный момент парень был не на пике своей карьеры, поэтому его персона не сильно волновала прессу, но фанаты всё ещё были преданы ему.       Тяжело выдохнув, Александр вышел, прикрыв свои глаза рукой для того, чтобы яркие вспышки не слепили глаза.       Милой улыбкой он приветствует своих фанатов, даёт им автографы, пока журналисты снова пытаются подобраться все ближе и ближе к лицу парня.       — Почему он так херово выглядит? — сказал репортёр, который даже не пытался говорить тихо, он намерено делал это громко, чтобы его услышали.       — Так он же торч грёбанный, так ещё и педик, —небрежно крикнул журналюга  в ответ.       Алексею было уже абсолютно всё равно, он слишком измотался за весь день и сил, чтобы реагировать на эти слова уже не было. Поэтому он, огорченно улыбнувшись, повернулся и неуверенно направился к входу в клуб.       Ему уже открыли дверь и парень, смотря в пол, чтобы не споткнуться, зашёл туда под крики и шум аплодисментов.Люди уже ждали, ведь они заплатили большие деньги для того, чтобы успеть посмотреть на только раскрывающегося, словно лепестки алых роз на утро, артиста. И они успели застать его восход во всей красе.       Первый альбом положил начало его славе, который он выпусти под продюсированием бывшего парня. Парни познакомились в этом баре. Александр часто искал здесь жертву для эксплуатации своих идей, а Саша, как и остальные, попался на эту удочку.       — Поприветствуйте, Тайм Стингли!        Свет софитов падал на лицо парня, заставляя того слегка поморщиться. Стингли, проведя рукой по волосам, зачесал их назад, а после, приблизившись к микрофону, поприветствовал всех в ответ.       — Доброй ночи всем, хах, — сказал он, немного опустив голову и улыбаясь залу. Стингли всегда смущало такое внимание к своей персоне как к музыканту, а не к скандальной звезде.       —Ну, что ж, начнём.        Заиграл контрабас, а вслед за ним пианино.Мелодичное и минорное начало затрагивало сокровенные уголки души каждого находящегося в зале. Музыка заполнила все пространство, покоряя сердца людей своей красотой звучания. Слушатели словно прибывали в трансе, они завороженными глазами смотрели на то, как двигался на сцене в такт своей музыке Александр.       Этот момент длился так долго, что слушатели даже и не сразу поняли, как музыка затихла. Александр поднял свой непорочный взгляд на людей, находящихся в зале, ожидая их реакции.

Час ночи, бог поймёт… Я напишу ему снова, но ночь уйдёт. Лунный свет прожигает мне сердце. Оставь свой последний окурок на грешнице, увесь её в цепях…

      Он не мог смотреть людям в глаза, поэтому все время отводил взгляд, осматривая стены огромного зала. Качаясь из стороны в сторону, в каждом конце строчки он добавлял соловьиного вибрато, но слова и без мелизмов дрожали, словно осенние листья в непогоду.Иногда люди сравнивали голос парня с замерзшими растениями осенью, ведь действительно было очень похоже.       Александр все ещё ждал, пока, кто ни будь, прикроет его покрывалом снега на зиму и даст такого нужного всем людям расслабления, чувства покоя, отдыха.

Святой не простит меня и моих слов, Зато порадуется, что у него прекрасный улов. Он не отпустит грешницу из своих сетей, И, о боже, он достанет её из любых щелей…

      Все эти песни были ему важнее всего, ведь парень писал их своему возлюбленному. А после они создавали музыку по этим строкам, были только эти двое и их творчество.       После встречи с ним, он начал употреблять. Так он чувствовал, что они единое целое. Каждый день они пили и вкалывали в себя лидокаин. Однажды Саша в наркотическом бреду пригрозил Алексею самоубийством, если тот уйдёт от него.Он, не понимая всей серьезности ситуации, схватил стеклянный журнальный столик и откинул его в стену. Тот разбился и осыпал пол мелкими и крупными осколками стекла, что привлекло внимание Александра. Он схватил стекло и принялся выводить кровавые полосы по животу. Алексей сразу же кинулся его останавливать…       А ведь ему хоть малейшую причину дай для такого, он сделал бы все.

Как же тут душно, покойся с миром, Не увидать тебе его сладких зефиров И ампулы станут намного слаще, И свет в конце туннеля станет немного ярче.

      Александр повышал свой голос все выше и выше с каждой строчкой. Чувства поглощали его, пение превращалось в полу-крик. Он передавал все свои чувства в музыку. Отчего она становилась еще сильнее, зрители находились в завороженном оцепенении. Казалось, каждый в зале невольно задержал дыхание. Никто не смел даже подать голос, страшась прервать это невероятное выступление.       Глаза с жалобой смотрели ввысь, парень словно обращался к богу. Он задавал ему вопрос, -«за что?». Но тот ему не отвечал, и вряд ли бы ответил. Из-за понимания этой жестокой реалии, голос Александра понижался, а глаза вновь опускались в пол. Музыка продолжала играть, но парень прервался, чтобы задать вопрос:       — А вы, вы тут случайно не видели моего отца? Нет, хах? — неловко улыбаясь, произнёс Александр.       Слушатели были в растерянности после таких контрастных действий, поэтому восприняли вопрос парня как шутку.Но взгляд Александра все ещё бегал в разные стороны в поисках отца. Почему-то он его ни разу не видел на своих выступлениях. А так хотелось хоть раз услышать от него слова поддержки.       Заиграла следующая песня и уже её он пропел совершенно спокойно, без излишних эмоций, он хотел, чтобы слушатели смогли расслабиться. Как раз таки этого и хочет потребитель музыки. Всем важны только их личные проблемы, а чужие их не волнуют. Зачем волноваться за незнакомых людей?       В каждой песне люди ищут себя, но что же делать, если Александр даже самого себя не смог найти, а ему нужно, чтобы другие сделали это через его творчество. То, что он поёт вживую не похоже на то, что он пишет для себя. Его продюсер говорит, — «Такой продукт никто не поймёт и он не продастся!». И он был прав.       — Спасибо всем! Увидимся в следующий раз, —Александр попрощался со всеми и медленно направился в уборную, пытаясь сделать это как можно более незаметно для слушателей. Это выступление слишком сильно тронуло его в сердце, да так, что парня начало тошнить.       — Такие убогие картины на стенах висят, ещё больше блевать от них хочется…-подумал про себя Саша и побежал в ближайшую кабинку уборной.       Подбежав к санузлу, он наваливается на стену, и начинает опустошать желудок после всего произошедшего за день.       Но вдруг парня прервал звук открывающейся двери…