Легко в бою

Кэнси ощутила поток свежего ветра и удивилась ему. Возможно, она слишком сосредоточилась на борьбе с неодолимым камнем, что так не хотел её отпускать, и с самой собой, с собственным бессилием, раз такая простая вещь сумела поразить её. Казалось, воздушный поток принёс избавление от боли, некое обещание, а ведь мгновением раньше она совсем потеряла уверенность и почти сдалась. Теперь, принимая неожиданную ласку, она вновь обрела веру. Не успела она собраться с мыслями, урезонить забившееся быстрее сердце, снова подтолкнуть себя сражаться, а не ждать милости от чужой стихии, как её подхватили горячие руки. — Уверен? — спросил чей-то голос, Кэнси не могла разобрать лиц, зрение снова подводило её. — Тут никого другого быть не может, — прозвучал второй с другой стороны. — Пора уходить, — поторопил третий, кажется, на этот раз принадлежащий девушке. С той стороны, куда, как Кэнси помнилось, удалились Шаас и его союзница, послышался шорох камешков под лёгкими шагами. Кэнси испугалась, что те, кто пришёл к ней, не замечают опасности. Она дёрнулась, но пересохшее горло отказалось повиноваться. Ей хотелось предостеречь, защитить, потому что — она отчего-то была уверена — те, кто появился рядом, не могли бы защититься сами, но ничего плохого не случилось. Не успело случиться. — Скорее же, — снова раздался голос, а может, зазвучало сразу несколько голосов. Кэнси потерялась в них, перестала понимать, что происходит, даже испугаться уже не успела, потому что опять пришёл воздушный поток, приласкал обнажённую кожу, пообещал что-то. Сознание раскололось на сотни осколков, Кэнси утратила возможность чувствовать и наблюдать. *** Ветра принесли их обратно, буквально вбросив в комнату Класты. Нэллиан даже больно приложился коленями. В доме было темно, и Класта подумал, что, наверное, они загулялись по тропам стихий до глубокой ночи, а Мастер с Басти либо тихо беседуют в кабинете, либо давно уснули. — Мы были на грани! — объявила Мянко, вытирая выступивший на лбу пот. Она была такой бледной, точно это ей выпало открывать двери. — Там кто-то шёл, может, сам Шаас! — То была моя мать, — отрезал Класта, поддерживавший Кэнси справа. Мэрмэр, удерживавшая её слева, кивнула. — Я знаю её шаги, — пояснил Класта, хоть не стал договаривать, что тщетно надеялся забыть о них, что даже теперь подсознательно ждал примирения с ней, но почувствовал в свой адрес только жгучую ненависть. Во рту разливалась противная горечь, в глазах темнело, и ему казалось, что это не от усталости, не от истощения, а только лишь потому, что мать успела узнать и снова бросить ему в спину проклятье. — Хорошо, что она нас не заметила, — заключил Нэл, оборвав поток его мыслей и подойдя ближе. — Кажется, Кэнси потеряла сознание. — Нужно немедленно позвать Басти, — всполошилась Мянко. — Никто из нас не силён в целительстве. — Удивительно, но она цела, — вдруг донёсся голос из тёмного угла комнаты. Класта прищурился и увидел, что там прямо на полу сидит Маали. Глаза её поблёскивали во мраке, выдавая, что она не совсем человек. — Ты можешь помочь? — сразу спросил он. Пусть дриада была совсем юной, он доверял ей в таких вопросах не меньше, чем многим другим целителям Льена. Её внутреннее чутьё было поразительно точным. — Боишься признаться Мастеру? — угадала Маали и смешно перекатилась по полу. Она задрала голову вверх, рассматривая лицо Кэнси. — На самом деле у неё только поверхностные раны… — она прикусила губу, а затем схватила Кэнси за безвольную руку, прощупывая пульс. — И сильное магическое истощение. Если дать ей отдохнуть, она восстановится, — Маали нахмурилась. — Но хорошо бы её выкупать, — тут она перевела взгляд на Класту, губы её дрогнули, но он не позволил ей высказать догадки на его собственный счёт. — Схожу к Мастеру, — опередил он её. — Уложи пока Кэнси на мою постель, Мэр. — Мэрмэр только кивнула, а Нэл и Мянко бросились ей помогать. Маали же последовала за ним, так и заглядывая в глаза. Класта упрямо качнул головой, и только тогда она отвязалась и вернулась к Кэнси. Казалось бы, вылазка увенчалась успехом, и Класта действительно готов был с гордостью рассказать о ней Мастеру, но едва покинул комнату, как тут же ощутил усталость и страх. Он и забыл, как бывает сложно, если тот поднимается волной изнутри! Прижавшись к створке двери, Класта прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться и взять себя в руки. Теперь закралось подозрение, что Маали каким-то образом предвидела и это, возможно, даже собиралась помочь ему, но было уже поздно — он сам отрезал себя от остальных и отчего-то невозможно было повернуть назад. Честно говоря, он не сумел бы ступить и шагу в любом направлении. — Класта? — раздался голос Авара. Возможно, время не успело двинуться с места, а может быть, прошло достаточно, чтобы тот поднялся с первого этажа. Каким чудом он оказался в коридоре, Класта не знал, не заметил, но теперь ему не требовалось спускаться или стучать в спальню. Хоть какое-то облегчение. — Что случилось? — Авар приблизился, заглянул ему в лицо. — Ни… ничего, — отозвался Класта, упрямо мотнув головой и всё ещё опасаясь смотреть Мастеру в глаза. Он не сумел бы сказать: «Мы привели Кэнси», не получилось бы найти других слов, чтобы описать, как они шли тропой ветра, как почти попались Нали. Он выдавил только: — Мы… просто… нарушили данное слово, — он усмехнулся, понимая, как это звучит, и страх как будто бы стал немного меньше. Теперь он посмотрел на Авара. — Нарушили слово? — не сразу понял тот, недоумённо нахмурившись. — То есть… Вы не стали ждать решения Совета?.. — он взял Класту за плечо, но вовсе не грубо, не так, будто собирался отругать его. Скорее, он был взволнован. — Вы… воспользовались магическими путями?.. И что же произошло дальше? — Мы забрали Кэнси, — сумел наконец-то объяснить Класта, хотя уверенности в том, что удача позволит избежать какого-нибудь ужасного наказания, не было. — Она без сознания, но Маали сказала… — Только не говори мне, что Маали тоже отправилась с вами, — вот теперь Авар сощурился почти разгневанно. Класта поспешил разубедить его: — Нет! Она отчего-то ждала нас. — Отчего-то?! — Авар вздохнул. — Мы с Басти только что вернулись. И если вы тоже едва пересекли порог, значит, отсутствовали не меньше трёх часов. Конечно, маленькая девочка в пустом доме решила проверить, отчего вас не слышно! — Авар, что такое? — Басти выглянула из спальни. Она была в простом домашнем платье, видимо, готовилась ко сну. — Класта? Снова кошмар? Или ты ещё не ложился?.. — Они успели привести сюда Кэнси, — не стал ничего от неё скрывать Авар. Он отодвинул Класту в сторону и вошёл в его комнату. Басти вздохнула и пожала плечами. — Как будто бы могло быть иначе, — проворчала она и поспешила следом, почти не взглянув на Класту. Он проследил за тем, как створка двери медленно закрывается, и внезапно последние силы его покинули. Класта опустился на пол, проскользив кончиками пальцев по стене в безуспешной попытке найти таким образом опору. Сидеть было значительно проще, уютнее, и Класта закрыл глаза, прислоняясь к стене виском. В голове кружились мысли, и он внезапно с удивлением понял, что собирался принять наказание… хотя Авар никогда прежде не наказывал его! «Ведь так поступала только мать», — вспомнил он, но не сумел сосредоточиться на этой мысли, не успел разобраться, потому ли испытал страх, что мать каким-то образом всё ещё сидела в его голове. — Эй, Класта?.. — рядом опустилась Мэрмэр, но Класта понял, что не может поднять век, чтобы посмотреть на неё. Страх на этот раз не пришёл, но его сменило подобие обречённости. — Класта?! — Всё… в порядке, — прошептал он, хотя, конечно, всё было не так. Он не желал волновать Мэрмэр, и тонуть в наползающей темноте было даже самую каплю приятно. — Мне… наверное, нужно поспать. — Мастер Авар! — у Мэрмэр, очевидно, было другое мнение. Её голос звучал слишком звонко и чересчур взволнованно. — Мастер Авар! Он выглядит ничуть не лучше Кэнси! — Нэл, немедленно… — но дальше Класта уже не услышал. *** На этот раз Класта ощущал себя, но при этом понимал, что находится в причудливом сне, который не принадлежит ему самому. Он шёл по дороге, выложенной шестиугольными плитками, а по бокам от неё тёк, шелестел золотистый песок. Класта обнаружил, что ему нравится движение само по себе, и некоторое время его больше ничего не заботило, пока назойливым насекомым на грани сознания не появилась мысль, что на самом деле он в этом странном месте по какой-то причине. «Может, я должен снова увидеть мать?» — предположил он, хотя мог выбрать любого другого человека. Песок продолжал шуршать, а дорога всё так же звала его вперёд. Класта качнул головой, сознавая, что если бы угадал, если бы определил причину верно, этот мир изменился бы. Когда-то Авар подарил ему небольшую магическую головоломку, где стоило правильно угадать стихию, и небольшой куб раскрывал грани, демонстрируя удивительную по красоте сценку, до того прятавшуюся внутри. Вот и здесь, похоже, был такой же принцип, только Класте нужно было не нажать на кнопку со значком стихии, а обратиться к некоему образу мысленно. Он сделал ещё несколько шагов, прежде чем замер, оглядывая песок по-новому. Песок?.. — Кэнси? — позвал он, потому что она единственная ассоциировалась у него с песком. Рождённая в Эхенвэн, она была цветком пустыни, и внезапно вспомнив об этом, Класта тут же осознал — вот оно, вот та причина, которую он поначалу не заметил. — М?.. Ты — Класта? — прозвучал спокойный голос. Мир действительно изменился, дорога, выложенная плитами, привела его к оазису в центре пустыни, и Кэнси стояла там, среди цветения, одетая в простое и лёгкое белоснежное платье. Класта с удивлением рассматривал её лицо, но оно точно постоянно менялось, то становясь слишком ярким, то погружаясь в тени, потому он никак не мог различить её черты. — Отчего мы здесь? — спросил он, подходя ближе, хотя ему стоило только подумать, чтобы остановиться с ней рядом, пластичный мир их общего сна позволял это. — Здесь? — Кэнси пожала плечами, оглядываясь с таким видом, будто впервые обратила внимание на то, как красиво оформлена их совместная грёза. — Наши сознания объединились, и пока мы вынуждены делить этот сон на двоих. Он хотя бы не похож на кошмар, наверняка это твоя заслуга. — Действительно не похож, — кивнул Класта, не возразив и не согласившись с тем, что она сказала дальше. Он сорвал ближайший цветок и протянул его Кэнси. Нежные голубые лепестки казались осколками неба. — Я рад, что ты жива. — Я была неосторожна, переоценила себя, — задумчиво возразила Кэнси, наверное, поморщившись — на лицо её как раз снова упала тень. — Если бы не твоя настойчивость и отвага, была бы уже мертва, — и она взяла цветок из его пальцев, чтобы тут же заправить в волосы. — Что ж, теперь мы можем разговаривать, пока кто-нибудь не разберётся в том, как именно мы сплетены. — Отчего пал… Эхенвэн? — тут же спросил Класта, хотя ему на самом деле не требовался этот ответ. — Мы ждали этого, — откликнулась Кэнси без печали в голосе. — Был призрачный шанс одолеть Шааса, запечатав его силы, — она опустилась на землю и задумчиво посмотрела на Класту. — Мы знали, что не получится, но не могли не попробовать. Правда в том, что это была не наша битва. — А чья же она тогда? — Класта сел рядом с ней. Кэнси нашла его ладонь, сжала его пальцы. — Поверишь, если я скажу, что только твоя? — спросила она с горькой улыбкой. — Иногда пути судьбы так переплетаются, что невозможно проследить причины и следствия. Вы связаны с Шаасом. — Мне говорили, — согласился Класта. — Только никто не смог пояснить причины и сути этой связи. — Знаешь… — Кэнси отвела взгляд. — Бывает, что пара магов должна быть вместе. Пути магии предрекают им единство, но что-то мешает и разделяет их… И если рождается ребёнок, он нарушает течение потока, как большой камень, упавший посреди ручейка. Такой ребёнок будет связан с обоими, и в то же время… — она не закончила. — Окажется для них помехой, — поморщился Класта. Кэнси вздохнула. — Или помехой, или спасением, история знала разные варианты, — добавила она очень тихо. — Но в твоём случае, скорее, речь о первом. Можно ли теперь вернуть в их сердца покой? Шаас и… как её зовут?.. — Нали, — назвал он мать, и имя болью отозвалось в сердце. — Шаас и Нали не сумеют уже научиться любить, — закончила Кэнси. — А единый путь предполагает любовь. Но не думай, что жертва Эхенвэн была напрасной. Мы знали, что так и будет, мы… стали только дорогой, по которой ступал Шаас. Но иначе было нельзя. На их оазис опускалась ночь, но Класту это не пугало, страх, что встрепенулся в нём, говорил о чём-то другом. Он не хотел задумываться о том, что маги Эхенвэн собственными жизнями хотели проложить путь Шаасу к Нали. Хотели — и сделали это, как будто только так возможно было восстановить баланс. …И тут мир снова изменился. Класта стоял посреди собственной комнаты, удерживая в руках головоломку, которую подарил ему Авар. Оставалось только выбрать стихию и нажать на кнопку.