perfectum

Где-то на моменте смены третьей толстовки Гэвин понял, насколько сильно попал. Он не был таким прилизанным примерно с выпуска из академии. Последний раз выбирал одежду не по принципу «это выпало из шкафа первым» примерно тогда же. Пиздец. Пальцы отстукивали по рулю ритм песни Queen. Порох, желатин, динамит с лазерным взглядом, ха. Квартира Ричарда была совсем недалеко, но за пять минут дороги Гэвин умудрился истрепать себе нервы. В лифт он зашел уже настолько задерганным, что не сразу попал по кнопке этажа. Студия Ричарда была очень похожа на своего хозяина. Просторная, в темных тонах и с минимумом мебели. Она была как выставочный образец дизайна интерьера. О том, что здесь кто-то жил, свидетельствовал только подсвеченный лампами стенд с растениями. А потом Гэвин увидел кровать и невольно нервно хихикнул. – Что? – Ричард стоял за барной стойкой и наливал для Гэвина виски. – Ничего. Омерзительно пошутил у себя в голове, – Гэвин с грацией беременного хорька запрыгнул на барный стул. – Сильнее ты меня уже не разочаруешь. – Тупой вампирский фильм моего детства. Там в доме у вампиров не было кроватей, потому что они не спали. Я ждал чего-то подобного. Ричард замер на несколько секунд, быстро заморгал, диод мигнул желтым. – Только не говори, что ты… – Начал Гэвин. – Да, только что просмотрел все части. Первая неплоха. На Беллу ты не тянешь, слишком язвительная скотина. – Так зачем тебе кровать? – Нам же нужно где-то трахаться, – Ричард сохранил крайне невозмутимое лицо, но все-таки не выдержал и закатил глаза. – Эта квартира сдавалась с мебелью. Кровать уже стояла. Пока Гэвин отпивал виски, Ричард медленно обошел барную стойку. Изнутри начало жечь, и дело было не только в алкоголе. – На чем мы тогда остановились? – От греха подальше Гэвин поставил стакан. Ричард встал достаточно близко, чтобы можно было рассмотреть прорисовку деталей на скине. Прикоснуться хотелось до зуда на кончиках пальцев. – На том, что у меня нет члена. – Но? Андроид чуть наклонил голову на бок. Он выглядел, будто говорил о материалах дела. И его спокойствие заводило. – Но я все еще могу выебать тебя пальцами или языком. Из-за ровного тона слова прозвучали еще хуже. Они еще не дотронулись друг до друга, а у Гэвина уже стояло. – А мы можем говорить, ну, не сидя в одежде с серьезными рожами? – Да. Продолжая смотреть Гэвину в глаза, Ричард расстегнул две верхние пуговки на своей рубашке, ровно до ямки между ключицами. Охуевший провокатор. Гэвин дернул его на себя. Сидя на высоком стуле, он наконец-то оказался чуть выше стоящего Ричарда. Поцелуй вышел более медленным и глубоким, чем все предыдущие. Как попытка распробовать желание на вкус. Руки скользнули Гэвину по бокам, огладили спину, просочились под футболку. От прикосновения к голой коже прошибло током. Гэвин раздвинул ноги и притянул Ричарда вплотную. Резкое давление на пах заставило подавиться воздухом. Он сжал задницу Ричарда, так сильно похожую на ощупь на обычные накачанные мышцы. – Окей, я никогда не трахался с андроидами, так что тебе придется говорить, что мне делать. – А я никогда не трахался с людьми, а статьи о сексе, по-моему, пишут девственники, – Ричард жарко шептал на ухо. – Так что тебе тоже придется говорить. Или показывать. Итак, они одинаковые идиоты, попытавшиеся подготовиться. Гэвин не удержался от смешка. – Эрогенные зоны? Поцелуи спустились на шею, Гэвин поднял голову, подставляясь под мягкие касания. Его собственные зоны Ричард с легкостью находил одну за другой. У Гэвина потяжелело дыхание и горели щеки, Ричард же оставался таким же, как если бы занимался чем-то повседневным, только волосы растрепались. – У нас же нет потребности в сексе, поэтому… – Стоп, но ты же можешь хотеть? Ричард снял с Гэвина толстовку и отбросил ее в сторону. Конечно, стоило полчаса простоять у зеркала, выбирая ее. – Да. Но секс – не потребность, а просто дополнительный способ взаимодействия. У меня есть влечение, и возбуждение я тоже чувствую. Просто иначе. Как же Гэвина бесили мелкие пуговицы, он еле расстегнул рубашку Ричарда до половины. Но оно того стоило. Теплый бархатный скин под подушечками пальцев ощущался восхитительно. Гэвин не смог найти соски, к которым полез под рубашку. Ах, да. Их не было. – И на что похоже возбуждение? – Это как покалывания по всему скину, фантомные касания. Тепло в районе тириумного насоса. И бесконечное количество преконструкций, что можно с тобой сделать, как ты отреагируешь. Оставшиеся пуговицы Ричард быстро расстегнул сам. Рубашка тоже оказалась на полу. Гэвин тяжело сглотнул. Тело перед ним было пиздецки эстетичным. Какой маньяк с такой точностью создавал имитацию мышц? Зачем и для кого? – Где мне лучше дотрагиваться? – Где хочешь. Рот, кисти рук и грудная клетка у насоса чуть чувствительнее всего остального, но настоящие эрогенные зоны появятся только с соответствующим опытом. Я буду сильнее реагировать на стимуляцию тех мест, которые ранее уже стимулировались при половом контакте. Гэвин провел по выдающемуся рельефу пресса, погладил место, где у людей было солнечное сплетение. Попал. Ричард дернулся навстречу. – Здесь? – Да. Только дело больше не в какой-то точке, а в том, что это делаешь ты. Глаза у Ричарда все-таки стали пьяными. Он стащил с Гэвина футболку и наконец-то прижался всем телом. Гэвин обнял Ричарда руками и ногами, прихватил мочку уха. – Блять. А оргазм? – Понятия не имею, опыт других моделей тут не может быть достаточно релевантен. Я пытался довести себя самостоятельно, но удовольствие у нас больше завязано на внутренних переживаниях, чем на физическом воздействии, поэтому не вышло. Перед глазами появилась картинка, где лежащий Ричард блуждает по своему телу руками в попытках добиться разрядки. Пиздец. – Бля, я же дохуя вешу. Ричард подхватил Гэвина под ягодицы и легко поднял. – Не льсти себе. Тренировки дают определенный результат, но в тебе всего около ста восьмидесяти, что меньше моей предельной грузопо… Дослушивать Гэвин не стал, заткнул умничающую жестянку поцелуем. Ричард упал спиной на кровать, Гэвин оказался сверху, сидящим на его бедрах. – Если тебе что-то не понравится или… – Гэвин, я знаю слово «нет». – Хорошо. Кто там грозился своим языком? Диод горел желтым. Ричард чуть выгнулся, подставляясь под поглаживания по ребрам. Ну, не совсем ребрам, конечно. – Я выебывался. Сегодня главный ты. Пряжка ремня поддалась не с первого раза. Гэвин стянул с Ричарда штаны, чтобы сразу следом остаться без своих. Чертов андроид слишком быстро подстраивался. Гэвин наклонился вперед за очередным поцелуем и качнул бедрами, чтобы потереться стояком о твердый живот, несдержанно застонал в чужие губы. – Только сегодня, правда? Гэвин сказал это прежде, чем успел подумать, есть ли у них вообще «завтра». – Меньше пизди, – Ричард хищно облизнулся. – Сейчас я буду послушным, так что пользуйся. И почему-то Гэвин решил действительно ненадолго заткнуться. Под ним отзывчиво льнул к рукам кто-то везде идеально гладкий, без сосков и члена. Не человек. Но Гэвина так сильно вмазывало, что хотелось всего и сразу. – Открой рот. Ричард разомкнул губы. Гэвин обвел пальцем контур, поддразнивая, а потом скользнул двумя внутрь. Ричард погладил языком подушечки, пустил глубже. – Как же тебе идет молча сосать, – Гэвин в душе не ебал, откуда у него брались силы на слова. Распластанный по кровати Ричард, его губы, обхватывающие пальцы – это было слишком. Гэвин потянулся к своему члену, потому что не мог больше терпеть. Ричард перехватил его запястье. Гэвин моргнуть не успел, как оказался стоящим на коленях, Ричард прижался к нему сзади. Язык прошелся по шее, зубы сомкнулись на мочке уха. – Кто-то хотел побыть пассивом, – Не то чтобы Гэвина что-то не устраивало. С этим придурком его устроила бы любая роль. – Да. Считай меня все еще снизу, – Ричард продолжал терзать шею Гэвина, тот откинул голову ему на плечо. – Покажешь, как тебе нравится? Мне нужно запомнить движения. Гэвин прошелся по члену быстро и несдержанно, застонал и толкнулся в кольцо пальцев еще сильнее. Он не смог бы держать равновесие, если бы не надежная опора на партнера. Ричард покрывал поцелуями горло и щеку, сжимал между пальцев соски. Реальность оказалась намного лучше той фантазии в душе. – Тебе идет удовольствие, – Промурлыкал Ричард. – Напомнить, что идет тебе? – Сосать. – Умница. Гэвин толкнул Ричарда на спину и сел ему на грудь, стараясь все-таки не давить всем весом, что бы там пластик ни пиздел о своей грузоподъемности. Головка члена проехалась по губам. – Ты же помнишь, что мне не нужен воздух? – Ричард состроил такое невинное лицо, что Гэвин попрощался со здравым смыслом. – Сука. Гэвин хотел войти плавно, но Ричард сам приподнял голову и насадился до упора. Рот по ощущениям слабо отличался от человеческого, разве что было чуть суше, но так же горячо и тесно. Гэвин погладил щеку и скользнул за затылок. Да, он знал, что шея андроида не могла устать, но… так он больше контролировал процесс, ясно? Когда Ричард приставил пальцы ко рту Гэвина, чтобы заткнуть поток мата, он с благодарностью принял их до костяшек. И это нисколько не мешало продолжать мычать. Отсасывать друг другу, смотря в глаза, – не то, что можно выдержать долго. К телу подкатывала волна. Гэвин выскользнул из Ричарда и сжал член в кулак. Тот обхватил руку поверх. – Что ты там говорил про мое имя? – Блять, Ричи. Живот прострелило спазмом. Сперма выплеснулась на подставленный язык. Гэвин, кажется, охрип. И оглох заодно. Ричард облизнулся и посмотрел так жадно и голодно, что… – Пожалуйста. Почему-то смысл этой просьбы был понятен Гэвину без уточнений. Он снова толкнулся внутрь, головка оказалась зажата между языком и небом. Тело прошибла крупная судорога. Кончик языка задел уздечку и, сука, завибрировал. Гэвин упал вперед и скулил в подушку, член после оргазма был еще слишком чувствительным. Вибрация стихла. Ричард выпустил Гэвина и аккуратно выбрался из-под замеренных им ста восьмидесяти фунтов. Гэвин едва мог дышать, поэтому Ричард только коротко чмокнул его в губы и лег рядом. Вид у него был знатно охуевший, Гэвина даже гордость взяла. Они молча лежали достаточно долго, пока Гэвин не сформулировал итог вечера: – Ты пиздец. Ричард рассеянно улыбнулся. Выглядел он взъерошенным и сытым, диод восстановил ровное голубое свечение. – Ты тоже. – Все окей? – Да. Ричард придвинулся ближе и уткнулся носом Гэвину в плечо.