Диссиденты любви

— Егор… — пыталась как-то оправдать свои действия, которые смотрелись слишком не поправимо. — Ты отдала сервер этому идиоту? Серьезно? — поднялся Булаткин с кровати, застегивая свой халат и направляясь к компьютеру. — Я просто хотела всё это забыть, и остаться друзьями. — С ним? Друзьями? — злостно нахмурил брови блондин, ничего не понимая и клацая на кнопку включения аппарата. — Прости, что не посоветовалась с тобой и ничего не сказала… — Даш. Это был мой сервер. Его для меня знаешь сколько времени делали? А сколько я изменений там вносил, сколько людей собирал. Да похуй, на людей. Я хотел, чтобы ты вернулась к игре и почувствовала тот же кайф, что и раньше от гонок по ЛА, которые затем переместятся в жизнь, когда нам откроют границы. Я смотрела на него и понимала, какая я всё-таки дура. В этот момент мне хотелось просто слезть с этого дивана, прям ему в колени и говорить о том как я не права. И как ничтожны были мои слова до. Мне казалось, что на фоне всех этих шантажей с видео, эта история бы не так оставила реакцию, как мой поступок с тем, что ему было важно и дорого, что принадлежало мне, и делалось совершенно от чистого сердца. Я не знала, как повлиять на ситуацию. Просто не могла подобрать слов. Любая другая девушка совсем бы этому не придала значение, ведь это просто игра, просто игровое пространство, которое поглощает тысячи глаз и дарит адреналин. Но я тоже играла, и примерно понимаю, что он сейчас чувствует, или не понимаю вообще. — Блять. Не врубается, когда нужно! — негодовал блондин, ударяя по столу. — Милый. — легко поднялась я с кровати. Но Егор ещё больше злился, пытаясь включить монитор, который не поддавался на его настроение. Подходя на носочках к нему в полу обнаженном виде и садясь на быльце игрового кресла возле него, мне хотелось успокоить его пребыванием рядом и теплом. Но казалось моё появление только раздражало. Человек, который был так ласков и нужен в момент закрылся и не хотел принимать ситуацию за действительность. Смело провожу ладонью по его шеи, затрагивая спину, так нежно обволакивая его своим присутствием. Чувствую напряжение, которое отдаётся от него прямыми нейронами и захватывает пространство на 360 градусов. Я боюсь даже секунды его взгляда, который может стать таким чужим. Экран сразу же включается приветствием и блондин сумбурно вводит клавишами пароль. Смотрю на него, пытаясь словить взгляд на себя, но уже не ловлю в ответ те флюиды, которые так отчётливо отдавали в его сердце приятными вестями. Сейчас он более отдалённый и погруженный в свои мысли, которые я пока что раскрасила в серый. — Какого черта всё так глючит блять! Выкину нахер этот комп!!! — Тише-тише. — поглаживаю его по спине. — Всё хорошо. Хотя самой тошно от своих изречений, когда даже не знаю, что и произнести в своё оправдание. Мимолетно замечаю, как Егор подключается к дискорду, и все вкладки: телеграм, стим, браузер, включаются повторно, совершенно убирая дисциплину его нажатий с дисплея. Голубоглазый пытается всё позакрывать с эмоцией раздражённости, которая проходит по его скулам и задерживается пульсирующей веной на лбу. Моя вторая рука начинает холодеть от нашего молчания, и я символично кладу её на своё колено, чтобы не упасть и поддержать своё невесомое тело, но сразу же получаю удар в сердце, видя перед собой то самое видео с моим участием, которое прилетело в дискорд чат спамом. — Что блять?!!! — произносит блондин как-то отрешено, будто бы не понимая всего фарса вокруг. И я даже сглотнуть не могу от полученного шока. Я. Видео. Дискорд чат. Егор это видит. Он это видит собственными глазами. Да я сама это вижу! Мне кажется, что я сейчас просто потеряю сознание, и не смогу прийти в себя, пока эта ситуация не окажемся сном. В один миг навалилось просто всё вселенское зло, и я не уверена, что наши плечи его выдержат. У меня совсем нет мыслей о подлом поступке Андрея, я будто бы беру ситуацию в целом, и понимаю, что её сейчас ничего не исправит. Не гневные комментарии, не слёзы, не мои изречения в ответ. Слова в голове разлетаются в непопад, и кажется, я, словно пьяная, поднимаюсь с кресла, и стою перед монитором, чтобы разглядеть этот позор. Двойное нажатие мышкой бьется отголоском в висках. Моё фото оживает на светодиодах этого экрана. Громкая музыка перебивается моими изящными поглаживаниями по молодому телу. Я трогаю себя в нижнем белье и мне это нравится. Так может показаться на первый взгляд. Далее я облизываю губу и сразу же сжимаю грудь с легко доносящим эхом стона с пухлых губ. Видео обрывается за несколько секунд, а чувство что прошёл час моего стыда. Егор убирает мышку с плеера и проводит вверх, видя много надписей от непонятного бота и мой никнейм. Далее всё, как в тумане. И его слова ко мне, демонстрирующие самый важный вопрос. — Даш, это мать его, что? Это ты?!!! Это ведь ты. И я отхожу от дисплея, чувствуя, как внутри всё обрывается, летит вниз и разбивается на осколки, которые просто не сложить в один пазл… Мои глаза затянуты серой занавеской, они горят, как под призмой самого горячего солнца. — Как это?! Когда??? — переводит взгляд на меня Егор. А я даже посмотреть в его сторону не могу. И сейчас моя внутренняя девочка, которая могла взять его и успокоить, сказать, что всё это бред, чья-то шутка, шантаж в конце концов, просто была прикована к одной точке и боялась пошевелиться. Я не знаю, как к нему подойти. Я не знаю, как ему сказать. Я не знаю, как объяснить почему и зачем это здесь. Мне кажется я на миг забыла даже как дышать и поэтому ощущала дикую тяжесть в легких, от не сделанного вдоха. Один сделанный вдох. Но и его было трудно представить. Я разбилась на метеориты своего сущего стыда и не знала даже, как пошевелиться. Хотелось просто упасть ему в колени и кричать о том, что я не хотела, что это было давно, что меня шантажировали, что это не я, и всё вокруг монтаж. Но проблема была в том, что это я и это реальное видео. Егор медленно, держа руку у подбородка поворачивается на кресле, переводя взгляд на меня, на экране всё так же остаётся намеченным заставка с моим участием, что ещё больше терзает внутри. Кажется у меня нет шанса быть услышанной. Но для того, чтобы его и не было, нужно хотя бы попытаться как-то оправдать себя в его глазах, сказать хотя бы слово, а мой словарный запас словно провалился в этой многоэтажки на дно души… Ранимо кусаю губу, дико горю от неизведанности момента и просто схожу сума, но вмиг его зеркальный взгляд приковывает к себе, и я беру себя в руки, чтобы упасть, упасть к нему. Падаю на колени прям в ноги, которые расходятся, чтобы пропустить моё волнение. Я смотрю на него, ощущая ком в горле, а мне сказать даже нечего. Будто бы мой язык переплетается не с рассудком, а с сердцем, которое сейчас молчит. — Даш, это что такое?! — поднимает свою бровь Егор, кидая совсем не опрометчивый взгляд. — Я…я… не знала, как тебе рассказать… — Рассказать что? — Меня шантажировали… — Кто? Зачем? Как??? Медленно вдыхаю воздух в себя, а выдохнуть не могу совсем. Что-то так отчётливо придаёт ситуации трагизма, что я тяну каждое слово, лишь бы не поверить в то, что он не простит. — Андрей… — Блять это дело его рук???? — Да… — опускаю глаза и сразу же поднимаю их к «небу», видя как Егор кусает злостно губу, подпирая кулак. — Продолжай. — Ему угрожали ранее, когда мы… были можно… сказать вместе. — пыталась произнести взахлёб своим ощущениям раздельно слова. — И попросили видео. Видео от меня. В таком формате. — А ты? — сухо посмотрел на меня блондин. — Я сделала его, чтобы помочь выбраться с долговой ямы, в которую он все равно попал… Но я не знала, что он после того, как мы стали быть с тобой вместе, способен на такой подлый поступок. Егор тяжело дышал, это было слышно в паузах между моей речью, казалось, что он на грани, и сейчас либо ударит меня, либо разнесёт компьютер. Но я попыталась договорить всю историю до конца, чтобы расставить точки над и, которые требовали моего соучастия ещё раньше, но моя внутренняя отрешенность от действительности и не желания его потерять после таких откровенностей, просто не давали возможности всё рассказать. — Он шантажировал меня ещё в Сочи. Намекал на то, что покажет. А в Москве, увидев, что я за сервером, потребовал перевести на него все права. — И ты конечно же не рассказав мне, всё это сделала. — посмотрел в сторону блондин, словно не желая видеть сейчас меня. — Я не знала как. Боялась. Переживала. Думала, что это просто убьёт всё между нами, ты подумаешь, что я легкодоступная, занималась не понятно чем до тебя, и просто уйдёшь с моей жизни… — каждое слово настолько шло от моего сердца, что казалось это был реквием души, которой так важно коснуться к его. Но он молчал. Смотрел куда-то вдаль и молчал, не понимая, что растерзывает пространство ещё больше, не давая шанса поверить мне, что ему абсолютно не важно, что было до. — Это было только одно видео? — Да. о котором я очень жалею. — Мне очень важно прошлое человека. Это всегда играет роль для меня. И я готов закрыть глаза на многое. — повернул взгляд в мою сторона блондин. — Я закрывал глаза на такие вещи, которые представить сложно. И жалел об этом потом. И мне казалось, что вот ты, ты, именно ты, совершенно ничего не скрываешь за собой. Ты чиста, и совершенна для меня. Была. Пока я не увидел это. И не потому что там на видео, ты в нижнем белье. А потому что, я узнаю об этом при таких обстоятельствах. И даже не от тебя. А от какого-то мать его, бота. Который отправляет по задачи морального урода. Я очень жалею, что не убил его ещё тогда. — с видимой злостью потёр кулаки Булаткин, сцепляя зубы от агрессии, которую невозможно было скрыть. — Егор… — Я не знаю, что во мне борется сейчас больше: желание придушить этого ебанутого урода или же разгромить комп с одного удара. — Пожалуйста… — касаюсь его коленей своими руками, пытаясь успокоить то, что бушует внутри. — Мне казалось, что ты мне доверяешь. Именно доверяешь, а не пытаешься скрыть и защититься сама от этого морального урода, который просто сгниёт за своим компьютером и у него даже пальцы пересохнут, чтобы напечатать какую-то гадость. — Я доверяю тебе. Ты мне очень важен. — Важен и доверяешь, как то не сходиться. Я могу одно понять… что ты не хотела меня, возможно, разочаровать. Но почему ты не хотела, чтобы я решил этот вопрос по-мужски, я не понимаю. Я не понимаю просто! — шипел Егор яростно, проявляя полное отторжение от действительности, сводя скулы на максимум. — Пожалуйста. Я больше так не буду. — Знаешь, сколько я слышал этих «больше не буду», «прости»? Но люди почему то поступали так же. Даже когда казалось, как сейчас, что человек не способен обмануть, скрыть. — Я каждое утро просыпалась и думала, как мне жить дальше. И как это всё стереть. — Стёрла? — Нет. — легко укладываюсь ему на колени головой и больше ничего не хочу понимать. Такой сумбур в голове, кажется мне хочется перемотать время и поступить по-другому, или не поступить никак вообще. Только все эти изменения в прошлом, вряд ли бы принесли нас сейчас. Прижимаюсь щекой сильнее, ощущая ткань халата по своей коже, как его ноги конвульсивно сжимаются, давая пространство для моей головы. Жду только одного посыла от этого момента. Его поглаживания руки. Словно, как принятие всего случившегося. Как успокоений элексир. Как знак того, что он всё простит и никогда не отпустит… — Хочешь чтобы я ушла? Не знаю, как эти слова смогли вырваться с моих уст, но за ними стало слишком солёно по щекам и губам. Кажется, пока время предательски спешило, у меня сердце могло остановиться от его молчания.