All the Young Dudes

Arseholes, bastards, fucking cunts and pricks Aerosole the bricks A lawless brat from a council flat, oh oh A little bit of this, and a little bit of that, oh oh. Dirty tricks. From the Mile End Road To the matchstick Becontree Pulling strokes and taking liberties… Уроды, ублюдки, конченые мрази и кретины, Срите кирпичами, Мерзавец-преступник с муниципальной квартиры, оу, оу, Немного этого, немного того, оу, оу, Грязные трюки. От Майл-Энд Роуд До спички Беконтри Тянут одеяло на себя и многое себе позволяют… О, блядь. Вот дерьмо. Как это вообще произошло?! Как он позволил этому зайти так далеко?! У Римуса пересохло в горле, ладони вспотели, и лучше вообще ничего не говорить о том, что происходило с его внутренностями. Он хотел бы, чтобы рядом был Сириус или хотя бы Джеймс, чтобы успокоить его. Но сейчас ему никто не мог помочь. Он был совершенно один. Макгонагалл повернулась к нему. — Готовы, мистер Люпин? Он тяжело сглотнул и кивнул. Пришло время стиснуть зубы и терпеть. Блядь. Это всё Кристофер виноват. *** Всё началось четыре дня назад. Мародёры сидели в библиотеке и готовились к последнему экзамену, арифмантике. Ну, Питер не сдавал арифмантику, но всё равно сидел с ними, якобы для моральной поддержки, но больше для пропитания. Он был даром божьим, в особенности для Римуса, потому что каждый час совершал набеги на кухню и возвращался со сдобными котелками, пирожками, бутербродами с беконом и пирожками с повидлом. — Уже половина одиннадцатого, — зевнул Сириус. — Пойдёмте, кажется, мой мозг сегодня уже больше не может воспринимать информацию. — Кажется, твой мозг никогда не мог воспринимать никакой… ау! — скривился Джеймс, когда Сириус пнул его под столом. — Пойдёмте, — повторил он. — Всё равно скоро отбой. — С нами староста школы, нам плевать на отбой, — ответил Римус, делая записи так быстро, как только позволяло перо. Но Джеймс уже заметил зевок Сириуса, а значит вопрос был решён. Он снял очки и потёр глаза, отстраняясь от стола. — Не, Бродяга прав — мы тут сидим уже несколько часов. Давайте заканчивать, повторим всё завтра утром? Питер с надеждой посмотрел на Римуса, очевидно уже устав сидеть тут с ними. Римус нахмурился: — Вы идите, парни, если хотите, но я не прощу себе, если потрачу время впустую — это же наш последний экзамен! — И это ты называешь тратой времени впустую? — сказал Сириус. — В этом семестре ты столько времени провёл в библиотеке, что они должны поставить здесь памятник в твою честь. — Это необходимо, — сказал Римус. — Я хочу обойти Снейпа. — Обойдёшь, — успокоил его Сириус. — Давай, у тебя уже синяки под глазами. — О нет, — с сарказмом вздохнул Римус, собирая свои записи. — Моя ослепительная красота… похерена… — Заткнись, красавчик, — Сириус легонько пихнул его в бок. Они собрали оставшиеся книги, как можно тщательней стёрли крошки со стола и направились к выходу из библиотеки. Вокруг до сих пор сидело много учеников на разных стадиях стресса. — Не могу дождаться, когда это всё закончится, — прошептал Питер. — Только представьте! Больше никакой домашки, никогда! Римус, видимо, выглядел настолько шокированным этим заявлением, что Сириус расхохотался и закинул руку ему на плечо (это было братским жестом, решил Римус, так что позволил делать это при всех). — Ну, у тебя всё равно будут дедлайны, — усмехнулся Джеймс, снова зевая, когда они вышли в тускло освещённые коридоры замка. — Если хочешь работать в Министерстве. Папа постоянно жалуется на них. — Сомневаюсь, что я когда-нибудь буду настолько важным, как твой папа, — ответил Питер, пряча руки в карманы. — Как вообще идут дела с вакансиями? — спросил его Джеймс. — Оу. Нормально. Мама говорит, что мой отчим, наверное, сможет замолвить за меня словечко… Ну, знаете, если никто не ответит на моё резюме. — Ты будешь в этом не виноват, Хвостик, — сказал Джеймс. — Сейчас везде всех сокращают — из-за войны. Сейчас всем тяжело. — Только не игрокам в квиддич, — пробормотал Питер. Сириус неодобрительно покачал головой, но ничего не сказал на это. — Я не собираюсь становиться игроком в квиддич, — легко ответил Джеймс. — Уж точно пока война не закончится. То, что оставалось недосказанным, подумал Римус, заключалось в том, что Джеймсу, вообще-то, не нужна была настоящая работа, война или нет, есть у него талант или нет. Точно так же ситуация обстояла и с Сириусом, который был настолько богат, что вообще никогда не говорил о деньгах. Хоть Римус и не был согласен с этой горечью, он всё же сочувствовал Питеру: семья Петтигрю относилась к уверенному среднему классу, и пусть у Питера всегда будет довольно-таки комфортная жизнь, от него ожидают, что он начнёт зарабатывать как можно скорее. Римус же, который едва ли дотягивал до пролетариата даже в хорошие дни… Его мысли прервал странный шум впереди, и он остановился как вкопанный. Остальные сделали то же самое. — Что случилось? — спросил Сириус. — Забыл что-то? Римус покачал головой и прислушался. Он прошептал своим друзьям: — Прямо за углом кто-то стоит, — он слышал дыхание этого человека, но тот не двигался — не шёл ни вперёд, ни назад, что было крайне подозрительно, учитывая позднее время. — Филч? — прошептал Джеймс. Римус покачал головой. — Мне кажется, это… — он прошёл вперёд и завернул за угол. — Крис! — О, привет… эм-м… Римус? — Кристофер отрешённо улыбнулся. Он ничего не делал. Просто стоял на месте, опираясь на стену и глядя в пустоту. — Ты в порядке? — О да, — снова убеждённо кивнул Кристофер. — Всё очень хорошо, спасибо. Очень хорошо. В самом деле, просто прекрасно. — Он, что… накурился? — Сириус уже стоял рядом с Римусом и оглядывал Криса с головы до ног, чуть неприязненно и насмешливо. — Мне так не кажется… — нахмурился Римус. Он протянул руку и легко прикоснулся к руке Криса, медленно говоря: — Кристофер? Что ты здесь делаешь? Уже скоро отбой, ты, что, патрулируешь? — Патрулирую? — Кристофер непонимающе уставился на него, затем моргнул, затем улыбнулся и снова кивнул. — Да! Да, наверное, всё дело в этом! — Он проклят, — сказал Джеймс. — Кристофер? Сегодня кто-нибудь накладывал на тебя какие-нибудь чары? Или рядом с тобой, и, может, они просто случайно прилетели в тебя? — Может, он сделал это с собой сам, — предположил Хвост. — Помните, я однажды так сделал? — Нет, Крис бы не стал никого проклинать, — покачал головой Римус. — Крис, кого ты видел последним? — Хм? О, эм… это же был… ты? — Нет, — Римус положил руки на плечи Кристофера, встретился с ним взглядом и попытался удержать его внимание. — Нет, не я. Сконцентрируйся. До того, как я тебя нашёл, чем ты занимался? — Разве я не патрулировал? — Нет, я хочу сказать… Ой, ладно, давайте просто отведём его обратно в башню, а? — Римус продолжил удерживать плечи Кристофера и начал легко, но уверенно направлять его дальше по коридору, бросая тревожные взгляды на остальных парней. — Может, нужно позвать кого-нибудь? — спросил Сириус Джеймса. — Или… я не знаю, может, отвести его к мадам Помфри? — Я не заболел! — радостно вставил Кристофер свои пять копеек. Джеймс провёл рукой по волосам и пожал плечами: — Я не знаю. Мы спросим Лили, она всегда знает, что делать. Лили не знала, что делать. Она упёрла руки в бока, нацепила на лицо скептическое выражение и задала ему несколько вопросов, но осталась в таком же недоумении, как и все. Крис сидел в кресле рядом с ней, довольный и счастливый, и улыбался ей в ответ. Похоже, он не возражал, что его расспрашивают, и хоть он не мог дать никакой ценной информации, он отвечал на все вопросы с той же радостной и пустой вежливостью. Лили сдалась и цокнула языком: — Ну, в смысле, он выглядит нормально… и не кажется расстроенным… Кристофер? Ты сегодня ссорился с кем-то? Может, дрался? — Я так не думаю, — задумчиво сказал Кристофер, его голос был низким и мечтательным. Он зевнул. — Я, наверное, пойду спать, если вы, ребята, не возражаете. Римус, Джеймс и Лили беспомощно переглянулись. Затем Лили повернулась к Джеймсу. — Проводи его до комнаты, ладно? Просто убедись, что он не потеряется по дороге. Джеймс кивнул, радуясь возможности заняться делом, и хлопнул Кристофера по спине: — Ну, тогда пойдём, друг, давай отведём тебя в комнату… Лили, Римус, Сириус и Питер проследили взглядами, как те исчезают на лестнице. — Как странно, — сказала Лили. — И вокруг больше никого не было? — Я никого не видел, — сказал Римус. — Но кто знает, как долго он там стоял. — Ну, сегодня вечером он должен был патрулировать коридоры, — сказала она, доставая свой небольшой кожаный ежедневник, чтобы проверить расписание. — Хотя я всегда говорю старостам ходить парами, поэтому он не должен был быть один. Обычно на него всегда можно положиться. Я поговорю с ним утром, возможно, к тому времени он немного придёт в себя. — Но с ним же, кажется, всё нормально, — беззаботно сказал Питер, листая старый журнал «Еженедельного квиддича». — Может, он напился, или накурился, или ещё что и просто пытался не спалиться. Римус с ним не согласился — это было совсем на него не похоже. Но с другой стороны, в последнее время он редко виделся с Крисом, оба были так заняты. Он вспомнил, как столкнулся с ним в Хогсмиде какое-то время назад — тогда Крис тоже вёл себя странно, но Римус просто решил, что тот встречался с кем-то и не хотел, чтобы Римус знал об этом. И если уж кому-то и уважать секреты других людей, так это Римусу. Джеймс вернулся и сказал, что с Крисом всё в порядке, и он в своей комнате. Больше они особо не говорили об этом тем вечером. Это стало лишь очередным событием того дня. В школе, полной подростков, которые учатся использовать магию, подобные инциденты не редкость. Вскоре их разговор вернулся к предстоящему матчу по квиддичу между Гриффиндором и Слизерином — финальному матчу этого года и финальной игре для Джеймса и Сириуса в школе. Римус немного отключился, пока три его друга разговаривали об этом. Втайне он не мог дождаться, чтобы квиддич уже закончился: какими бы счастливыми он их всех ни делал и как бы сильно он ни хотел, чтобы Гриффиндор победил, всё же слушать эти разговоры было невероятно скучно. Он взял книгу по арифмантике и продолжил готовиться, усевшись в самом удобном кресле. — Лунатик, давай, пойдём, пора в кроватку, — разбудил его Сириус где-то через полчаса. Чёрт возьми. Римус сонно моргнул и посмотрел на свой учебник. Он даже не дочитал первый параграф, как уснул, зажав перо между пальцев. — Вот блядь, — пробормотал он, закрыл книгу и потянулся. Сириус засмеялся: — Говорил тебе, что на сегодня уже достаточно. Римус лишь зевнул и поднялся на ноги. К этому времени в общей комнате уже практически никого не осталось, кроме Джеймса и Лили, которые «прощались» друг с другом на диване. Обычно это занимало какое-то время, поэтому остальные три мародёра оставили их и направились наверх в свои кровати. *** На следующее утро Римус проснулся из-за Сириуса — или, скорее, из-за отсутствия Сириуса. Тот как раз выбирался из кровати и пытался сделать это тихо. — М-м-м, останься… — Римус сонно протянул руку, пытаясь затянуть того обратно. Его ладонь пробежалась по руке Сириуса. У него была фантастическая кожа, она была такой гладкой и безупречной везде, кроме задней стороны его ног. Он постоянно говорил, что хочет сделать татуировки, и эта мысль приводила Римуса в ужас. — Прости, Лунатик, — ухмыльнулся Сириус, аккуратно выпутываясь из его хватки. — Большая игра через два дня, надо тренироваться. — Сколько времени? — Чуть больше пяти. — Уф, — Римус плюхнулся обратно на кровать и накрыл голову одеялом. — Вы все чокнутые. — Ага, — засмеялся Сириус. — Засыпай обратно, увидимся позже. Он тихо ушёл, закрыв за собой занавески. Римус перевернулся и уткнулся в тепло, которое оставил Сириус после себя, вдохнул запах его подушки и быстро заснул снова. Он проснулся как раз вовремя, чтобы успеть на остатки завтрака, и затем вернулся в библиотеку, где встретился с Лили, чтобы ещё немного позаниматься арифмантикой. — Я так устала от цифр! — простонала Лили, потирая глаза. Они занимались уже несколько часов, и скоро должен был быть обед. — Я буду по этому скучать, — ответил Римус. — Мне нравятся таблицы, они расслабляют. — Ну, я лишь рада, что в зельеварении нет ничего подобного. — Джеймс сказал, что ты ищешь работу в фармацевтике? — Может быть, — пожала плечами Лили. — Я бы хотела чего-нибудь подобного. Возможно, буду проводить исследования для Святого Мунго. Слизнорт предложил написать для меня рекомендации. Но мне кажется, что какое-то время всё будет сложно. Джеймс настроен оптимистично, но… — Да уж, — кивнул Римус. — Придётся подождать и посмотреть, как всё сложится. — Давай спускаться на обед? — она закрыла книгу и отбросила волосы за плечо. — Мальчики скоро закончат, можем встретиться с ними. У Римуса заурчал живот, и он уступил. — Ну пойдём. Как раз когда они поднимались, чтобы уйти, двери библиотеки распахнулись, и мадам Пинс завизжала: — Не бегать! — Лили! Римус! Мне нужна ваша помощь! — Кристофер подбежал к ним так быстро, что врезался в стол, и все книги упали вперёд. — Что случилось?! — спросила Лили, распахнув свои изумрудные глаза. — Я не могу объяснить, вы должны сами всё увидеть… — Увидеть что? — спросил Римус, заново выстраивая стопку из книг. — Я… я сделал кое-что глупое. Пожалуйста, просто идите со мной! — попросил Крис. Его лицо было красным и блестящим от бега, и пусть он выглядел гораздо более бодрым, чем прошлым вечером, он явно был искренне расстроен из-за чего-то. Поэтому они пошли за ним. Кристофер провёл их в коридор, где находился кабинет чар, и всю дорогу болтал о том, что это была просто случайность и что он не хотел, чтобы так получилось. Лили пыталась выбить из него какую-нибудь полезную информацию, но он не сказал ничего конкретного. Наконец, он остановился перед закрытыми дверями кабинета чар. Профессору Флитвику действительно пора начать запирать его, подумал Римус про себя, когда Кристофер повернулся к ним лицом, бледный и дрожащий. Он потеребил рукава своей мантии и опустил взгляд. — Так, ладно… пожалуйста, не паникуйте… это была случайность… — Кристофер, просто покажи уже нам, ладно?! — огрызнулась Лили, нетерпеливо стуча ногой по каменным плитам пола. Кристофер слегка вздрогнул от повелительного тона, которым она обычно говорила с непослушными учениками, но всё же сделал глубокий вдох и открыл дверь, позволяя войти, и быстро закрыл её за ними изнутри. — Какого… — выдохнула Лили, когда они увидели. То, что стояло перед ними, было невероятно огромным, дрожащим, блестящим синим желе. Оно было размером со стол Флитвика и стояло прямо посередине кабинета, полупрозрачное и вибрирующее. Римус подавил смешок. За семь лет в Хогвартсе это определённо была самая нелепая вещь, которую он видел. Кристофер опустил голову. — Он напал на меня, это была самозащита! Римус перестал смеяться и снова посмотрел на желе. — Это человек?! Крис! Какого хуя?! — Римус, следи за языком, — пихнула его локтем Лили. — Кристофер, кто это? — Это Злат. Златопуст. — Локонс? — У меня из-за этого будут проблемы? — Крис моргнул на них огромными испуганными карими глазами. — Что ты… Как ты?! — выдохнула Лили. — Это было проклятие желейных ног. Я просто немного его расширил — Римус меня этому научил! Лили зыркнула на Римуса, который поднял ладони в защитном жесте: — Джеймс научил меня! И у нас никогда не получалось такого результата. — Но зачем ты это сделал, Крис? — спросила Лили, снова уставившись на желе. — Он собирался снова меня проклясть! — Погоди, что? Это был Локонс? Кристофер кивнул, немного сжавшись от тона Лили. Ему было стыдно, Римус это видел. Он опустил взгляд себе под ноги. — Он сделал это вчера, но оно отлетело рикошетом, мне кажется, я пытался увернуться от него. Может, он уже делал это раньше, не знаю. — Но почему? — Он был… он переживал, что я расскажу… — Расскажешь что?! — Он был… мы… он… — Кристофер, да ради бога! — Лили рассерженно сложила руки на груди. Римус почувствовал укол сочувствия, когда щёки Криса приняли самый глубокий оттенок красного, который он когда-либо видел. — Слушай, Лили, сейчас это неважно, ладно? — сказал он, повернувшись к ней, пытаясь отвлечь её внимание от Кристофера. — Нужно позвать кого-нибудь на помощь Локонсу для начала… Он не знал, как ему удалось, но в итоге он убедил Лили привести мадам Помфри, пока они с Кристофером остались сторожить желейного Локонса. Как только она ушла, Крис, казалось, начал нервничать ещё больше. — Меня теперь исключат! — Нет, не исключат, — Римус беззаботно прислонился к стене и достал свой портсигар. Он предложил Крису сигарету, но тот лишь покачал головой, продолжая ёрзать и теребить свои рукава. — Джеймс и Сириус делали гораздо худшее, чем это. — Я даже отработку никогда не получал раньше! — Серьёзно?! — Римус поднял брови, закуривая. — Ну, всё не так уж плохо. Ты это переживёшь. Так что… хочешь рассказать мне, что тут произошло? Кристофер посмотрел на него, и его щёки снова потемнели. — О, да он просто… мы просто… — Могу предположить, что это с ним ты встречался в Хогсмиде в тот раз? — подсказал Римус, пытаясь облегчить Крису задачу. Тот снова опустил взгляд и кивнул. — Ладно, — Римус выдохнул струю дыма. Естественно, он был удивлён и даже больше — заинтригован, но ему пришлось не показывать этого, чтобы вытянуть из Криса больше информации. — Значит, ты встречался с ним несколько раз? — ещё один кивок головой. — И потом… — Римус пытался сложить кусочки пазла вместе, — что-то пошло не так? Вы поссорились? — Можно и так сказать. Я… эм-м… Боже, это просто пытка какая-то. — Слушай, Крис, мне всё равно, ладно? Он мудак, который так и так это заслужил, и если вы с ним… ну, это просто неважно, понятно? — Я не хочу, чтобы ты думал, что я идиот, или… или наивный, или ещё что. Он мне даже не так уж сильно нравился, клянусь, мы просто… просто целовались, и я просто… ну, знаешь, он проявил интерес, я подумал — ну, это может быть мой единственный шанс. — О… — сердце Римуса болезненно сжалось. Он прикоснулся к плечу Криса и слегка сжал ладонь, надеясь хоть немного поддержать его этим жестом. — Естественно, это не твой единственный шанс. У людей не бывает только одного шанса… — Ну, это не важно, — сказал Крис, глядя куда-то за плечо Римуса, но намеренно не на Римуса. — Наверное, тут всё дело в удаче. В общем, он вёл себя как мудак. Оказалось, что на самом деле он просто хотел узнать правду о нашем розыгрыше. Он думал, что мы с тобой… думал, что я могу рассказать ему всё о розыгрыше. — Ну, ты мог, — ответил Римус. — Ты делал половину работы со мной, ты знаешь больше, чем Сириус. — Я не рассказал, — сказал Крис. — Я ничего ему не рассказал. — Хорошо. Я знал, что ты бы не рассказал. Крис улыбнулся и впервые прямо встретил взгляд Римуса. — Я сказал ему не лезть в чужое дело. Он разозлился и назвал меня ужасными словами. После этого уже я разозлился и сказал ему, что всем расскажу, чем мы с ним занимались, и он, наверное, запаниковал, — Крис тяжело вздохнул. — Я бы ничего не рассказал, клянусь. Я не такой человек. Просто разозлился, вот и всё. — Я знаю, друг, — успокоил его Римус. — Поэтому он попытался затуманить тебе голову, чтобы ты никому не рассказал? Крис кивнул. — У меня есть только один вариант произошедшего, что я пытался увернуться от проклятия, и это ослабило его действие. Наверное, поэтому я вёл себя так странно вчера. — А это… — Римус указал рукой на желе-Локонса. — Когда я проснулся сегодня утром, казалось, что память немного вернулась ко мне. Я понял, что он сделал, и пошёл поговорить с ним. Я… эм-м… немного вышел из себя. — Ну, — Римус затушил свою сигарету, — не могу винить тебя за это. А вот у Лили было другое мнение на этот счёт. Она вернулась с мадам Помфри и профессором Макгонагалл. К тому времени Римус уже придумал, что будет делать. — Пожалуйста, кто-нибудь объясните, что здесь произошло? — сказала декан их факультета, глядя острым взглядом. Римус был уже немного выше неё, но Макгонагалл каким-то образом всегда казалась больше, чем все окружающие, особенно когда она собиралась тебя отчитать. — Без понятия, — быстро ответил Римус, игнорируя взгляды Лили из-за плеча Макгонагалл. — Крис просто нашёл его в таком состоянии, правда же, Крис? Кристофер с отчаянием посмотрел на Римуса, затем на Макгонагалл, открывая и закрывая рот, как рыба. В итоге, он просто кивнул. — Серьёзно, мистер Люпин? — Макгонагалл выгнула тёмную бровь. — Ага, — кивнул он, спрятав руки в карманы и пытаясь выглядеть беззаботно. — Мистер Барли просто-напросто наткнулся на мистера Локонса в таком… — она указала рукой на огромное желе, вокруг которого в это время медленно кружила мадам Помфри и бормотала себе что-то под нос, — … изменённом состоянии? — Ага, — снова уверенно кивнул Римус. Он бы сейчас не отказался от ещё одной сигареты, но был не настолько дерзким. — Тогда объясните, пожалуйста, — уголки губ Макгонагалл слегка приподнялись, — как мистер Барли узнал, что это мистер Локонс? — Эм-м, — Римус бросил взгляд на большую голубую массу. — Ну. Выглядит как он, разве нет? — Это не займёт много времени, Минерва, — радостно сказала мадам Помфри. — Никакого непоправимого урона не нанесено, но ещё несколько дней он не сможет двигаться, — она начала взмахивать своей палочкой и бормотать заклинание. — И тем не менее, я очень серьёзно отношусь к нападениям на учеников, — ответила Макгонагалл. — Неделя отработок, мистер Барли. А что касается вас, мистер Люпин, учитывая, что это ваш последний месяц в школе, мне кажется, отработка не возымеет должного эффекта. Это не принесло Римусу облегчения. Она до сих пор улыбалась, что значило лишь то, что она придумала лучший способ наказать его, и он ему точно не понравится. — Назначьте мне отработку, если хотите! — поспешно сказал он. Макгонагалл засмеялась и покачала головой: — Нет, мне кажется, я знаю как раз то, что нужно. Раз мистер Локонс вышел из игры, по всей видимости, у нас освободилось место комментатора для игры в квиддич. Римус практически почувствовал, как его лицо моментально побелело. Эта женщина явно была злым гением. Что угодно, только не это. Лили ухмыльнулась за плечом Макгонагалл. *** Разумеется, Джеймс и Сириус, после того как закончили материть Локонса, решили, что всё произошедшее гомерически смешно. Они просто влюбились в идею, что Римус — который знал о квиддиче столько же, сколько знал о футболе или квантовой физике — будет комментировать их финальный матч. — Я просто не буду этого делать, — продолжал настаивать Римус. — Буду сидеть с закрытым ртом, никто ничего не сможет мне сделать. — Не говори ерунды! — пихнул его Сириус. — Ты будешь петь нам дифирамбы! — На самом деле тебе надо просто следить за квоффлом, — сказал Джеймс. — Если сможешь уследить за ним, то всё будет хорошо. — Эй, не забывай о загонщиках! — крикнула Марлин. — И о вратаре! — добавила Жасмин. Питер не особо его подбадривал и весь остаток вечера хандрил в углу комнаты, дуясь над своей шахматной доской. — Мне жаль, Пит, — попытался навести мосты Римус после нескольких часов игнорирования со стороны друга. — Я знаю, что ты мечтал бы комментировать матч, но для меня-то это наказание. — Я бы очень хорошо с этим справился, — пробормотал Питер, сложив руки на груди. — Я всё знаю о нашей команде, а ты даже не ходил на тренировки. — Знаю, ты был бы просто великолепен, — заверил его Римус. — Сможешь мне помочь? — Помочь? — Питер подозрительно на него посмотрел. — Как помочь? — Натаскай меня, — попросил Римус. — Хоть раз в жизни дай мне свои записи. — Да… да, наверное, я могу. — Я даже спрошу Макгонагалл, может, она разрешит тебе сидеть со мной на месте комментатора, — сказал Римус. — Чтобы ты мог помочь мне, если я напортачу. — Ладно! — кивнул обрадованный Питер. — Да, тебе придётся столько всего выучить… Начнём прямо сейчас, Лунатик, я тебя не подведу! В итоге, Питер предоставил ему больше записей о финальном матче 1978 года Гриффиндора против Слизерина, чем по всем своим урокам за семь лет обучения. Он исписал пачки и пачки пергаментов с диаграммами, списками игроков и их номерами, принципами полёта и детализированным объяснением того, что, похоже, в квиддиче было эквивалентом офсайда. Он даже приготовил небольшой список фраз, которые Римус может использовать, если затупит. Так что даже после экзамена по арифмантике (который он сдал просто идеально, Римус был уверен в этом, всё прошло как по маслу) у него остался тест, к которому нужно было готовиться. И всё же ничто не могло подготовить его к тому, что он чувствовал, сидя в самой высокой башне над полем, а ряды учеников в красных и зелёных мантиях, сидевших под ним, ждали, когда он заговорит. Его тошнило, он пожалел, что столько съел на завтрак. К тому же он хряпнул стопку огневиски (благодаря Джеймсу) и выкурил полкосяка на пару с Мэри до начала игры в надежде, что это поможет ему успокоиться. К сожалению, это, похоже, возымело прямо противоположный эффект, невероятно бесполезный совет Сириуса «представить всех голыми» застрял в его голове, и теперь Римус не знал, куда смотреть. — Мистер Люпин, — снова сказала Макгонагалл, — вы готовы? Римус опустил взгляд на записи Питера и перелистал их. Он сглотнул и кивнул. У Питера был очень аккуратный почерк, красивый и округлый, но у Римуса всё плыло перед глазами — огневиски сначала заострил его внимание, но после косяка он чувствовал себя тепло и расслабленно. Он ущипнул себя за запястье, чтобы голова прояснилась. — Мистер Люпин, — прошептала Макгонагалл, придвинув к нему микрофон, — игроки уже вышли на поле. — О! Простите! — он испуганно моргнул, выглянул на траву внизу и прочистил горло. Потом внимательно вчитался в текст лежавшего перед ним пергамента. — Здравствуйте… эм, в смысле… всем добро пожаловать на финальный матч Кубка Хогвартса по квиддичу 1978 года… Его голос звучал так странно, разносясь эхом по овальному стадиону, но, заговорив, он услышал подбадривающие крики, и почувствовал себя немного смелее. Он бросил взгляд на Макгонагалл, и та улыбнулась ему и одобрительно кивнула. Римус снова сфокусировался на поле перед собой и попытался начать комментировать. — Ладно, эм-м. В общем, поехали… Команды вышли на поле. В красном команда Гриффиндора — капитан Джеймс Поттер, а в зелёном команда Слизерина — капитан Кернеса Смит. Эм… ну, тут особо не поболтаешь на самом деле, пока они не взлетят… — он снова посмотрел в записи Питера: «Представь игроков и их сильные стороны». — О, ладно, так, игроки… Ну, естественно, Джеймс. Он у нас охотник… я слышал, что он хорош. В смысле, я слышал это от него самого… Толпа засмеялась. Римус улыбнулся, снова сглотнул и продолжил: — Эм. Вратарь Гриффиндора, Жасмин Патил, тоже очень хороша, наверное, ну, в смысле, насколько я знаю, я не эксперт… Сириус Блэк и Марлин Маккиннон, загонщики — хорошие загонщики… Ну, вся команда довольно хорошая, давайте остановимся на этом. Он услышал стон Питера, который сидел за ним, и очередную волну смеха от толпы. Макгонагалл цинично на него смотрела, но он смог лишь беспомощно пожать плечами в ответ и представить игроков из Слизерина с такой же некомпетентностью. (Однако ему было безумно приятно объявить: «Ловец Слизерина, Регги Блэк» — он был уверен, что увидел, как тот скривился на это и поджал плечи.) — О, отлично, похоже, они собираются начинать, — продолжил Римус, устраиваясь поудобнее. — Ага, мы слышим свисток, и — никого это не может удивить — Поттер захватывает квоффл. Чёрт возьми, а он быстрый, вы только посмотрите на него! И-и-и-и-и-и это гол! Десять-ноль в пользу Гриффиндора! Молодчина, Сохатый! Толпа закричала, и Джеймс пролетел по всему полю, подняв руки в победном жесте. Он показал Римусу большой палец, пролетая мимо комментаторской башни, затем дал Сириусу пять прямо посреди полёта и снова сконцентрировался на игре. Всё не так уж плохо, подумал Римус; ему нужно было только смотреть, что происходит на поле, и просто говорить это вслух. Даже идиот бы с этим справился. — Теперь Слизерин захватили квоффл… эм… мне кажется, это Тимоти Булстроуд… ага, ладно… хм, а он не такой быстрый, как Джеймс, да? Ладно, неважно, он почти на месте — а-а-а-а! Нет, отбит бладжером от Маккиннон, отлично, Марлин, похоже, это было больно! — Мистер Люпин, поменьше предвзятости, если позволите. — Простите, профессор… Так, ладно, Поттер снова ведёт квоффл, передаёт его Эрикссон… Эрикссон летит только так, она практически... мать его. Слизерин снова захватили квоффл. — Не выражайтесь, мистер Люпин! — Простите! Теперь Булстроуд направляется к обручам ворот… О, да ладно, даже я летаю быстрее… Он запускает мяч и... ОТБИТ гриффиндорским вратарём, Патил! Видите, говорил вам, что она хороша! С одной стороны толпы раздались одобрительные крики, с другой стороны освистывание. Жас сделала победный круг с улыбкой, и Сириус пролетел мимо комментаторской башни, улыбаясь Римусу. Римус был вынужден признаться, что квиддич более увлекательный, чем он полагал. — Теперь Эрикссон вернула себе квоффл, передаёт его Поттеру, Поттер летит по полю — видишь, Булстроуд?! Вот как надо летать, чёрт тебя дери... простите, профессор.... ГОЛ! Двадцать-ноль в пользу Гриффиндора! — Регулус! — пискнул Питер за спиной Римуса, указывая пальцем на младшего Блэка в зелёной мантии, который действительно стремительно ускорился с выражением крайней сосредоточенности на лице, направляясь к пустой части поля. — Похоже, слизеринский ловец Блэк увидел снитч, — поспешно сказал Римус в микрофон в надежде, что гриффиндорский ловец его услышит. — Да, он определённо точно заметил что-то, он набирает скорость, он... упс, вот неудача, сбит бладжером от гриффиндорского загонщика Блэка. Римус ухмыльнулся и мог бы поклясться, что Сириус подмигнул ему через всё поле. Регулус, которому пришлось остановиться и резко нырнуть, уходя от бладжера, был просто в ярости, как и вся команда Слизерина. После этого всё стало довольно грязным — и в игре, и в комментариях Римуса. — Эрикссон снова принимает квоффл, передаст ли она его Поттеру…? Нет, похоже, она решила попытаться забить гол сама — ДАВАЙ, ЭРИКССОН! О БЛ... в смысле, БЛАЖЕННЫЙ ГОСПОДЬ! Это было очень грязно! Эрикссон сбита бладжером Эйвери — квоффлом сейчас владеет Слизерин в лице Нотта. Эрикссон выглядит нехорошо… она, что… а, нет, показывает большой палец, молодчина! — Мистер Люпин, следите за матчем, пожалуйста… — Точно, в общем, квоффл у Нотта… он запускает… десять очков Слизерину — но игру до сих пор ведёт Гриффиндор! Квоффл переходит Поттеру, он летит… он почти на месте, он... ДЕРЬМО, ОСТОРОЖНО, ДЖЕЙМС! Кернеса Смит, загонщик Слизерина, на полной скорости летела в бок Джеймса, но в последнюю секунду её сбила Марлин, которая, в свою очередь, на полной скорости влетела в капитана Слизерина. — Чёрт возьми! — закричал Римус. — Вот это ход, Марлин! Эта девчонка просто монстр — о, да ладно, Трюк, это же очевидное пенальти для Гриффиндора, подними задницу и начни судить этот грёбаный матч! О нет, похоже, малыш Регги Блэк снова увидел снитч… — Мистер Люпин! — снова рявкнула Макгонагалл. — Я заберу у вас микрофон! — Да пожалуйста, — предложил он и мило ей улыбнулся. Та лишь цокнула языком и покачала головой. Римус вернулся к игре. — Значит, теперь у нас… что там? А, точно, шестьдесят-двадцать в пользу Гриффиндора — что лишь доказывает, что грязная игра никогда не окупается — я надеюсь, ты это слышишь, Блэк — разумеется, я имею в виду младшего Блэка… — Римус! — шикнул Питер за его спиной. — Успокойся! Ты должен давать сбалансированный… о Мерлин! — Сраный боженька, это было близко! — завопил Римус, когда Регулус и гриффиндорский ловец оба одновременно потянулись к снитчу, но тот, лишь подразнив, ушёл у них из-под носа, из-за чего игроки отлетели к трибунам. Регулус был немного быстрее гриффиндорского ловца, но оба каким-то чудом остались сидеть на мётлах. — Римус! — снова зашептал Питер. — Слизеринцы только что забили… — Они что? Они… дерьмо, простите, ребята! Слизеринцы снова забили, видимо, я это упустил… Римус извинился перед кричащей толпой, половина из них смеялась, другая половина освистывала его. — Больше не повторится! — радостно заверил он. — Итак, Поттер продолжает преследовать квоффл, уворачивается от бладжера Эйвери — господи, ну и жестокая же это игра — Блэк — тот, который умеет играть — догоняет бладжер и запускает его в… Да, и Регулусу Блэку вновь приходится уворачиваться! К счастью, он привык находить способы увильнуть от неприятностей, так что… — Отработка, Люпин, — бормотала Макгонагалл. — Ты будешь ходить на отработки до конца своих школьных дней. — ЕБАТЬ МЕНЯ! — заорал Римус в микрофон, когда оба — и Сириус, и Марлин — запустили бладжеры в слизеринского загонщика, по пятам летавшего за Регулусом, из-за чего она так низко нырнула, что практически задела землю. — Вы тут все чокнутые! — воскликнул Римус. — Я серьёзно понятия не имею, почему кто-то вообще играет в эту... А, но всё справедливо, это достаточно отвлекло Регулуса, чтобы… погодите… Да! ДА! ДА, ЧЁРТ ВОЗЬМИ! ЭТО ЖЕ ГРИФФИНДОР СО СНИТЧЕМ! МЫ ПОБЕДИЛИ, МАТЬ ЕГО! БОЖЕ МОЙ, БЛЯДСКИЙ ТЫ БОЖЕ, СПАСИБО, Я ТАК… — Достаточно! — Макгонагалл наконец отобрала у него микрофон. Он снова улыбнулся ей, слишком опьянённый победой, чтобы переживать из-за каких-либо неприятностей. Питер тоже скакал рядом с ним как ненормальный, что явно не помогало. — Простите… — начал он. — Я в полнейшем шоке, — строго сказала Макгонагалл. — Я ожидала бы подобного поведения от Блэка, но не ожидала от бывшего старосты! Жду от вас письменных извинений команде Слизерина и мадам Трюк. — Да, профессор, — Римус повесил голову и попытался нацепить выражение сожаления, но не смог спрятать улыбку. Он не мог дождаться, когда увидит Сириуса. Он бы сейчас бежал со всех ног в раздевалку, если его бедро (и его комплексы) позволило бы. К счастью, если Макгонагалл и любила что-то больше, чем соблюдение школьных правил, то это побеждать в квиддиче. — Естественно, после окончания празднования, — сказала она. — Спасибо, профессор! — Римус снова с улыбкой поднял взгляд. — Серьёзно, — засмеялась она, качая головой, — ты ещё никогда так сильно не напоминал мне Лайелла. Комплимент это был или оскорбление, Римусу было плевать. В кои-то веки даже упоминание отца не могло испортить его хорошее настроение.